Исключение из правила
- -
- 100%
- +
– Не твоё дело, – шепнула она, чем привела меня в тихую ярость.
– Что? – встряхнул я её стул так, что Катя вцепилась в столешницу.
Жаль на задницу на пол не слетела. То-то было бы зрелище. Она у моих ног.
Катя не стала повторять, лишь резко поднялась, оказавшись со мной лицом к лицу. Пришлось ей, конечно, задрать подбородок. Потому что во мне росту было целых сто восемьдесят три сантиметра, а в ней чуть больше ста шестидесяти. Раньше я тащился от этой разницы, да и сейчас, чего уж скрывать, тоже.
Одной рукой вслепую она нашарила тетрадь позади себя и попыталась протиснуться в проход между рядами. Только я двинул бёдрами, вжимая её в стол. Соприкосновение было очень интенсивным, и я невольно начал возбуждаться, а Катя судорожно вздохнула и, извернувшись, всё-таки высвободилась из моего плена.
– Ой-ой… – бросил ей в спину. – Карповича пропускать не советую.
Под редкие смешки она двигалась к двери, пока не скрылась за ней, а я нога за ногу вышагивал следом.
– И что, ты за ней побежишь? – отвлекла меня Маша, делая вид, что ей всё равно.
– А почему бы не побегать? Я ведь в роли преследователя, а не жертвы. Кошки-мышки, версия восемнадцать плюс.
Маша лишь пожала плечами и обменялась выразительными взглядами с девочками. У её подруги Маргоши так глаза сверкнули, что я решил, она была бы не против, если б я с ней немного поиграл.
А вот парни, сидевшие поблизости, до которых донеслись мои слова, одобрительно заулюлюкали.
– Загоняй новенькую в двести пятую, там кабинет на ремонте, – кинул кто-то в спину советом.
Мне вообще пофиг было, поэтому я особо на них внимания не обратил, резво выскочил из аудитории и размашистым шагом двинул следом за Катей. Далеко она убежать не успела. Оглянулась через плечо, приготовившись юркнуть к выходу на лестницу, но я схватил её за руку и потащил к тому самому двести пятому кабинету.
Стерва упёрлась пятками в пол, но я дёрнул так, что она наклонилась и полетела вперёд. А дальше уже дело было за техникой: схватить поперёк талии брыкающееся тело и закинуть в открытую дверь. Без церемоний.
В зале было темно и пыльно. Жалюзи опущены, старый паркет снят, столы сдвинуты к противоположной стене.
– Ты обалдел? Что ты себе позволяешь?!
– Что хочу, то и позволяю.
А дальше пошла игра. Я её трогал, а она отбрасывала мои руки, разбивала захваты и пятилась, сама того не подозревая, что загоняет себя в угол.
– Я обращусь в администрацию.
– Я тут и есть администрация. Тебя ещё не успели просветить?
– Много на себя берёшь.
– Беру столько, сколько считаю нужным.
Наконец, она наткнулась спиной на стену и замерла. Даже в полумраке я уловил панику в её глазах.
– Раф, пожалуйста, это на тебя не похоже.
– А что похоже? – склонил я голову к плечу. – Ждать тебя впустую целый день? Обрывать телефон? Сидеть у твоей двери до утра, как преданный пёс, надеясь, что ты вернёшься?
Может быть, мои слова чуть-чуть её прошибли. Катя виновато опустила взгляд и пробормотала:
– Я не могла прийти.
– Я видел, как ты не могла. И почему… – прищурившись, произнёс я, а потом протянул руку, откидывая волну тёмных волос с её плеча.
Опустил пятерню ей на шею, легонько сжал и шагнул ближе.
Катя судорожно сглотнула, я ощущал её внутреннюю дрожь, и мне бы хотелось, чтобы она была от желания, а не от страха.
– За тобой долг.
– Какой?
– Дашь мне, и я отстану.
– Чего? – она нервно рассмеялась, будто я ей предложил опереться локтями об стол и задрать юбку прямо здесь.
– Ну ты чего мнёшься? Антохе-то дала, а я чем хуже? Пока я там за тобой с цветуЁчками бегал, развлекались за моей спиной. Понравилось меня дурить?
– Раф, ты бредишь!
– Ирония судьбы, не находишь. Ты и я в одном универе. Не ожидала?
Она буквально вжалась в стену, стремясь быть как можно дальше от меня.
– Чего уж точно не ожидала, что ты станешь таким говнюком.
– А тебе говнюки не нравятся? Говорят, девочек это заводит.
– Не знаю, кого это заводит. Точно не меня.
– А тебя что заводит?
Положив руки ей на талию, привлёк ближе, отдирая её спину от стены. Катя однако так отклонилась, что впору было упасть в сальто назад.
– Ну, поделись ценной информацией.
Виноградова шумно выдохнула, нервно сглотнула и бросила короткий взгляд вниз. Ага, почувствовала, значит, что у меня там на неё уже стоял. Закономерно, в общем-то. Я от одной мысли о ней возбуждался, а тут сама ко мне в руки попала. Я и контроль потерял. Мой чёртов триггер.
– Ну когда я был вежливым, ты всё спустила в слив. Может, другим я тебе больше понравлюсь?
– Нет, Раф, не понравишься.
– Да вам, Екатерина, не угодишь.
Наклонившись, я прижался губами к её уху, а руку положил на ягодицу и легонько сжал.
– Ну давай, никто не зайдёт, а? Мы по-быстрому.
У меня аж голову повело, будто это действительно могло случиться, хотя я прекрасно понимал, что всего лишь дразню. А вот Катя, видимо, восприняла слова на полном серьёзе, потому что на полном же серьёзе принялась трепыхаться в моих руках, пытаясь вырваться. Пришлось даже развернуть её к стене лицом, прижаться пахом и скользнуть рукой под юбку.
Я успел добраться только до середины бедра, потому что острый локоть, врезавшийся мне под дых, остановил это приятное путешествие по стройным ножкам.
– А ты забавная стала, – рассмеялся я.
– А ты… а ты… – она возмущённо дышала, не в состоянии придумать продолжение.
– Ну? – подтолкнул я.
Катя покачала головой, подхватила сумку, которую до этого уронила на пол и прошествовала к выходу.
Я пока не стал её останавливать, пусть бежит, мышка. Всё равно далеко не получится.
* * *
В заполненную студентами аудиторию я вернулся под громкие смешки и расспросы: «ну как всё прошло?» Без лишних комментариев я просто положил руку на ремень и сделал вид, что что-то там дозастёгиваю. Нужные выводы были произведены, а улыбка на моём лице была широкой и искренней.
Потому что перепалка с Катей меня завела, где-то внутри я уже предвкушал, сколько ещё пикировок нам предстояло, прежде чем я всё-таки сломаю её. Я ведь действительно собирался ломать её: долго, упорно, с настойчивостью. Добьюсь своего. Она так дрожала, и я не мог утверждать, что это сто процентов от страха. Она тоже меня хотела и помнила, как у нас всё было.
Правда, вспоминая, как начиналось, я чувствовал горечь и разочарование. Развела меня, как наивного лоха, а сама за моей спиной с моим же другом. После даже сил не нашла во всём признаться. Просто исчезла с радаров. Гадина такая!
Но ничего, мы ещё доиграем, что не доиграли. Это я твёрдо решил.
Макс поддел меня плечом, когда я сел рядом.
– Что за представление было?
– А тебе понравилось?
Друг пожал плечами.
– Не то чтобы очень.
– А чего так?
– Я серых мышек не обижаю. Знаешь, гораздо интереснее сражаться с достойным противником. Тем, кто ответить может.
Я с чувством усмехнулся.
– О-о-о, поверь мне, она достойный противник. А вот это всё, – я сделал неопределённый круг рукой, – всего лишь образ. Катя кто угодно, но не серая мышка.
– Катя? – Макс вопросительно поднял бровь.
– Катя. Та самая Катя, – уточнил я, роняя голову на сложенные руки.
Раздражение какое-то накатило. Катя… Ещё б Катюшей назвал. Стерва она, вот кто. И иного обращения не заслуживает.
– Та самая? Вот, прямо, та самая? – давил Макс. – Но как?
– Знал бы я сам как, поделился бы.
А дальше к нам подсела Машка, и разговор пришлось прекратить. Я на Макса так выразительно взглянул, чтобы он понял, при этой курве ничего не обсуждать. Растреплет ведь.
Маша ещё будто возжелала позлить меня. Оплела плечи Макса руками, опустила подбородок на правое, даже порядок на Максовой кудрявой голове пыталась навести. Зелёные глаза друга сверкнули дьявольским блеском и бездной иронии. Он ведь тоже прекрасно понимал, для кого и почему весь этот спектакль.
Я сделал вид, что мне всё равно, и отвернулся. Хотя почему сделал? Мне действительно было фиолетово. Мысли оказались заняты другим… то есть другой. Где она? Куда ушла? Почему не вернулась? Миллион вопросов, словом.
Профессор Карпович так на лекцию и не явился, что было, в общем-то, полнейшим нонсенсом. Особо обнаглевшие студенты стали разбредаться из аудитории, а за полчаса до перерыва и мы свалили, чтобы дойти до «Деревяшки» и накачаться кофеином. Только там нас поджидал сюрприз.
Глава 3
«Боже, это точно Раф?»
Именно эта мысль крутилась в голове, потому что парень, который загнал и зажал меня в тёмном пустом лекционном зале, почти ничем не отличался от Рафа, с которым я познакомилась год назад. То есть, визуально не отличался. А поведение… ну, поведение, мягко говоря, было каким-то нетипичным.
Интересно, он играл? А если играл, то когда? Сейчас? Или год назад?
Его образ, который я держала в голове на протяжении долгих месяцев, как-то помогал двигаться вперёд и согревал тёплыми воспоминаниями.
Сейчас же меня будто ледяной водой окатили.
Раф за тот головокружительный короткий период, который мы провели вместе, всегда проявлял учтивость, заботу и внимание, а тут без всякого стеснения облапал, ещё и предложил, как он выразился, «дать» прямо здесь и сейчас, если хочу, чтобы он отстал.
А тот спектакль, который он учинил перед всей группой, нет, перед потоком! Вот, блин…
Я прижала холодные ладони к пылающим щекам. Ужасно. Теперь обо мне начнут шептаться. Не хотелось быть объектом сплетен. И объектом внимания Рафаэля уж тем более.
Господи, какой он гадкий стал. В нём сейчас заключалось всё то, что я терпеть в парнях не могла. Гигантское самомнение, гипертрофированная уверенность в собственной неотразимости, грязный язык, желание высмеять и унизить публично.
И вместе с тем сердце предательски сжалось. Сладко так и тоскливо. Потому что год – это слишком мало, чтобы стереть человека из памяти, из мыслей, из фантазий. А фантазий я позволяла себе очень много. Чем ещё заниматься, когда остаёшься один на один с собой долгое время? Вспоминать, да мечтать.
Я даже почувствовала некоторую досаду и обиду, что идеальный образ, можно так сказать, первой любви был конкретно испоганен носителем этого образа. А ещё присутствовало недовольство собой, потому что вопреки горячим убеждениям, что говнюки меня ни в коей мере не интересуют, низ живота слегка потягивало, стоило вспомнить, как тесно и крепко Раф прижимался ко мне.
Нет, об этом было лучше не думать.
Мне ничего гениальнее в голову не пришло, чем спрятаться в библиотеке. Изучив список произведений по международной литературе, и выбрав то, что не читала, даже взяла фильм, чтобы ознакомиться с сюжетом заранее. Но больше двадцати минут не высидела. Смотрела на экран и вместо кадров видела Рафа. В ушах звучал его издевательский голос, который в какой-то момент сменился на интимный шёпот, опять взбаламутивший неуместные желания.
С тяжким вздохом я встала и пошла, куда ноги несли.
Вот уж не думала, что выйдя в социум, в универ, столкнусь с новой проблемой. Я даже предвкушала смену обстановки, а теперь всё, чего хотелось – убежать домой и запереться на десять замков, чтобы никакие смущающие личности ко мне в квартиру не проникли. Но мысли то было не запереть. Так сложно приказать себе не думать.
Ноги сами собой принесли меня в кафетерий, а руки потянулись к телефону, на экране которого высветилось сообщение от Гриши. Интересовался всё ли в порядке. Желание позвонить ему было слишком велико, но я ограничилась ответом, что у меня всё хорошо, и просьбой подкинуть до дома после занятий.
Пора становиться самостоятельной как раньше и не искать ни у кого защиты.
Хлопнув откидным блокнотом по столу, я принялась заносить основные тезисы для будущей курсовой, вернее, её практической части. Пока идеи возникали, их стоило записать. И плевать, что сдача в конце третьего семестра. Все ведь советуют начинать готовиться заранее. Плюс это прекрасный способ не думать о том, что случилось между мной и Рафом в тёмной, закрытой на ремонт аудитории.
Я так считала…
Но мыслеобразы, словно фантомные боли, продолжали меня преследовать.
Поэтому когда над ухом раздался голос Рафа, я даже сразу не поняла, что это происходит в моменте, здесь и сейчас, и что это не игра моего больного воображения.
– Опа, какие люди! Вот видишь, Катёна, наша новая встреча произошла гораздо быстрее, чем тебе того бы хотелось, да?
Раф навис над столиком, по губам гуляла ехидная улыбочка.
Он наклонился ещё ниже, и я чуть не утонула в темноте его взгляда.
– Кстати, Катёна… давай я буду звать тебя Катёна? – Для полноты картины ему оставалось только мяукнуть. – Катюшей ты для меня уже была, и, видимо, тебе не понравилось. Может, в другом качестве мы достигнем большего прогресса?
Очень сложно было выбраться из-под его гипноза, но я сумела. Ещё и взяла себя в руки довольно быстро.
Вытянула шею, оглядываясь. В кафе оказалось полно свободных мест, но, конечно, он пристал ко мне.
– Иди куда шёл, – совсем нелюбезно буркнула я, усмиряя в себе желание отодвинуться подальше.
Пугливой никогда не была, но сейчас робела перед этим новым неизвестным мне Рафом. Потому что не понимала, какую дурость он может выкинуть в следующую минуту.
– Так я сюда и шёл. Это наш столик.
– Тут не было таблички зарезервировано, – побарабанила я пальцами по гладкой поверхности.
– Этого и не требуется. Все знают, что мы тут сидим.
– Мы – это кто?
– Мы – это мы, наша компания, – уточнил, подошедший к столику смуглый кудрявый шатен. – Я, кстати, Макс.
Я кивнула, не понимая, как реагировать, и, опасаясь, что этот незнакомец, как и Раф, может выкинуть какую-нибудь колкую дурость против меня.
– Держи, это тебе.
Макс протянул мне стаканчик с кофе.
Я покосилась на напиток, размышляя, это прикол какой-то или всё безобидно.
– Там капучино, только без сиропа. Кофе любишь или ты больше по чаю? – пояснил Макс, правильно понимая мой озадаченный вид.
– Любит она кофе, любит, – вклинился Раф.
– Я и сама ответить могу, – прищурилась я.
– Раф, где твоя вежливость? – стукнул его по плечу Макс.
– Сейчас проявлю, – Раф потёр ладони друг о друга и приготовился присесть.
Но Макс его аккуратно отстранил и плюхнулся на диванчик рядом со мной первым. Я всё-таки отодвинулась, потому что парень распластал локти по столешнице и занял немало пространства.
– Это моё место, а ты вот там сидишь, где обзор лучше, – с нахальной улыбочкой Макс подмигнул другу, затем выпрямился, закинул руку на спинку сиденья позади моих плеч и кивнул на стаканчик. – Пей, не отравлено. Я для Рафа брал, но он ведь у нас галантный парень, он поделится. Да, Раф?
Почему мне в этот момент показалось, что разговор вовсе не о кофе пошёл?
– С детства делиться не любил и не считал себя обязанным делать это.
Пока парни боролись взглядами, я сделала аккуратный глоток капучино и слизала пенку кончиком языка с верхней губы.
Именно на этом моменте Раф посмотрел на меня. Вернее, на мои губы. И могу поклясться, его зрачки сделались шире, а зелёные глаза темнее и опаснее. Сердце гулко заухало, мне совсем не понравилось это выражение на его лице. Как у хищника. Я даже не подозревала, что он таким может быть.
Но, видимо, за прошедший год многое изменилось. Или исказилось, что ближе к истине. Ведь говорят: характер не меняется.
Мы с трудом разорвали зрительный контакт. Раф отвернулся и ушёл прикупить что-нибудь для себя, а я осталась наедине с Максом. Тот изучал меня безо всякого стеснения. Ещё и голову набок склонил, скользя взглядом по лицу.
– Что-то не так? – расхрабрившись, с вызовом уточнила я.
Это было просто жуть как на меня не похоже. Я часто робела перед незнакомыми людьми, а перед парнями тем более, но, видимо, утро выдалось слишком «задорным», вот меня и прорвало.
– Ну что-то определённо не так, – усмехнулся Макс, – только я ещё не понял – это плохо или хорошо?
– Ну, когда поймёшь, сообщи.
– Да не потребуется, думаю.
Он внезапно развернулся ко мне вполоборота и придвинулся ближе. И я занервничала. Потому что парни, с которыми я обычно общалась, были вежливыми и предсказуемыми, а эта компания оказалась взрывной и непонятной.
Впрочем, после некоторых событий в моей жизни, я решила, что совсем не разбираюсь в людях.
– Кать, да ты дыши, я тебе ничего не сделаю. Просто рассмотреть хочу… получше, – усмехнулся Макс.
– А з-зачем меня рассматривать?
– Да вот… – он наклонился почти к самому моему уху, – хочу понять, с чего это Раф так на тебя запал.
– Он не… – начала я, но Макс внезапно отстранился.
– Эй, не напирай, – это рука Рафа легла другу на плечо и дёрнула так, что Макс отъехал к краю скамейки на своей пятой точке.
Я нервно усмехнулась, потому что выражение лица у Макса было комически удивлённым.
Раф сунул мне тарелку с едой под самый нос, а сам сел напротив.
– Ешь, ты какая-то слишком худая…
Я опустила взгляд на сочный бургер и почти подавилась слюной, но мне не нравился тон Рафа, и принимать еду из его рук, тем более, с такой подачей я не собиралась.
– Я нормальная.
– Нормальная? Под твоими безразмерными тряпками и не видно, какая ты. Но уверен, когда их сниму…
Я резко вскочила на ноги, не намереваясь выслушивать, что там произойдёт, когда он якобы заберётся мне под одежду.
Раф замолк, а Макс схватил меня за локоть и усадил обратно.
– Да не реагируй ты на него. Он обычно более учтивый и не такой прямолинейный. Раф, да, кстати, а что это с тобой?
– Со мной всё отлично. Просто люблю, когда у девушки есть округлости в нужных местах, чтобы было за что подержаться, – подмигнул он мне и руками показал, в каких конкретно местах ему требуются округлости.
Кажется, теперь я сидела красная, как помидор. До корней волос вспыхнула.
– Мальчики? – К столу подвалила высокая стройная брюнетка, которую я уже видела в аудитории. Она скосила взгляд на меня. – И девочки.
– Садись, Маша.
Раф подвинулся, освобождая пространство рядом с собой, и брюнетка тут же плюхнулась на скамейку, не преминув потереться грудью о его плечо. Мои губы непроизвольно скривились: о характере их отношений нетрудно было догадаться. И почему-то от этой мысли мне сделалось больно.
Впрочем, чего я хотела? Мы же год не виделись. Он вон как изменился! И это только поверхность айсберга.
«А тебе хотелось, чтобы он сох по тебе кучу месяцев подряд?» – раздался внутренний голос.
«Нет, от этого было б только хуже», – нашёлся моментальный ответ.
Ведь я не стала его искать… после. И обрубила все ниточки, по которым можно было обнаружить меня.
Где живут мои родные, Раф не знал. Да и навряд ли бы стал искать. Антон мне чётко дал понять, что Рафаэль про меня думает и кем считает. И что лучше бы всё так и оставалось. Для моего же блага.
Абсолютно невольно от этих мыслей я повела плечами. Бр-р-р, прям озноб по коже. Не стоило об этом думать. А как не думать? Вот как? Когда Раф сидел чётко напротив меня?!
К столику подошли ещё несколько парней. Макс меня им представил, пока Раф настойчиво жёг взглядом своих потемневших глаз. Парни, которые, наверняка, также были свидетелями нелицеприятной сцены в аудитории, с любопытством смотрели в мою сторону, но агрессии не проявляли. На Рафа они тоже поглядывали, будто их поведение прямо зависело от его реакции.
– Ну что замерла? Ешь, – снова приказал он.
Может, я бы и съела, если бы в его голосе не было этих агрессивных ноток, но лишь отрицательно мотнула головой.
– Я не буду. Не хочу.
– Ой, зато я буду, – вперёд него вставила брюнетка и подвинула тарелку с бургером к себе.
Откусила, с вызовом поглядывая на меня, затем с томным «хм-м-м» повернула бургер к Рафу. Тот хоть и ел из её рук, но смотрел прямо мне в глаза. Я даже услышала, как у него на зубах что-то хрустнуло. Может, он просто посильнее сжал челюсть, потому что вызов в его взгляде невозможно было перепутать с чем-либо другим.
Вопреки всему мой живот тихо заурчал, и, видимо, Макс это расслышал. Потому что парень наклонился, прижался губами к моему уху и выдохнул шёпотом:
– Ну ты и врушка.
Я сидела прямо, не шелохнувшись. И ещё подумала, что дыхание Макса, щекочущее мою щёку, хоть и вызывает желание потереть кожу, но никакой иной реакции не рождает. А Раф, даже сидя через стол, одним присутствием закручивает болезненные спирали возбуждения в моём животе.
Рафаэль и я просто не доиграли – мне хотелось так думать.
Повернув лицо к Максу, я поняла, что мы сидим действительно слишком близко. Его ехидная усмешка указывала на провокацию. Так что я, набравшись смелости, – даже не понимая, откуда она вообще взялась, – подцепила кончиком пальца его чёлку, откидывая волосы со лба.
– Это натуральные? Твои? – кивнула я на его кудри.
– Мои родные, – он взял меня за запястье, отводя руку в сторону, – ну немного волшебства с укладкой никто не отменял. Нравится?
– Оч-чень.
Хлопок по столешнице заставил приборы и кружки со стаканчиками подпрыгнуть.
– Может вам уединиться? – рявкнул Раф. – Рекомендую двести пятую. Катя тебя проводит. Дорогу она знает, да, Катёна?
Опустив ладонь на стол, я чуть наклонилась вперёд, чувствуя, как щёки запылали в два раза сильнее. Что за грязные намёки?
– Хам!
Раф также приблизился ко мне через стол, накрывая мою руку своей.
– А что не так? У нас группа дружная, мы всегда по очереди знакомимся с новенькими. Можем даже график составить. Раз уж ты проигнорировала публичное представление, организуем в индивидуальном порядке.
О, да, теперь это были даже не намёки. Прямой текст!
Вывернувшись из его хватки, взяла тарелку с чипсами, стоявшую посередине, и вытряхнула содержимое чётко в лицо Рафу.
– Приятного аппетита.
Раф, ничуть не смутившись, подцепил кончиками пальцев упавший ему на толстовку чипс и с удовлетворённым хрустом закинул себе в рот. А я пулей вылетела из-за стола, намереваясь бежать.
– Завтра повеселимся, – пообещал он.
* * *
На первом этаже меня настигло сообщение от Гриши. Отлично, его лекции на сегодня закончились, и он был готов уезжать. У меня что-то ещё стояло по расписанию, только идти обратно и снова попадать под град насмешек Рафа, не было завидной перспективой. Да и не уверена, что выдержала бы.
В голове крутилась идея – вернуться к дистанционному обучению. Закончу этот год удалённо, а за лето, может быть, энтузиазм у Филатова поутихнет, и он от меня отстанет.
Свежо было придание, но верилось с трудом.
Плюхнувшись на кушетку возле гардероба, я уронила голову в ладони. Непонятно, что больше жгло кожу: холод ледяных рук или жар пылающих щёк. До сих пор лицо горело.
Оставалось надеяться, что Раф просто брал, как говорится, на понт, что он ничего не предпримет против меня, потому что становиться изгоем мне очень не хотелось. Прекрасно понимала, я уже новенькая, а, значит, априори – белая ворона, и влиться в коллектив здесь непростая задача. С другой стороны, а надо ли мне вливаться в этот коллектив?
Конечно, надо! У нас впереди ещё три года с хвостиком бок о бок.
Три года!
Эта мысль шибанула, как внезапный удар электрического тока.
Господи… это ж три курса в одной группе с Рафаэлем. А я выдержу?
Вскочив с кушетки, я накинула куртку и выбежала из здания, потому что Гриша начал бомбить на номер. Значит, ждал меня на парковке.
Взглядом нашарила тёмный внедорожник, с удивлением заметила, что место пассажира рядом с водителем занято. Пришлось забираться на второй ряд.
– Как первый полноценный день? – спросил Гриша, пока никак не представляя своего попутчика, с большим любопытством изучающего меня.
Лицо незнакомое, но открыто улыбающееся и открыто разглядывающее. Короткие светлые волосы, голубые глаза, породистый нос с небольшой горбинкой. Располагающая улыбка на красивых губах.
– Да не совсем полноценный, – протянула я.
– А что, сбежала раньше?
– Да, Гриш, сбежала.
– Голова разболелась?
– Типа того.
– Знакомить-то будешь? – вклинился блондин в наш разговор.
– А… прости. Это Руслан, это Екатерина, – молниеносно представил он.
– Можно Рус.
– Можно Катя, – быстро поправили мы оба.
– Ну… поехали, отвезём тебя домой, – заботливо заметил Гриша. – Не замёрзла? Есть хочешь?
– Нет, всё в порядке. Просто подбрось, и я вас не буду задерживать.
Парни тут же принялись возражать, предложили заехать в кафе, но я помотала головой, которая и правда начала побаливать. Видимо, от переизбытка утренних эмоций. Ещё и заинтересованный взгляд Руса смущал. Непонятно, он тут случайно оказался, или Гриша решил мне устроить смотрины? Или это для Руслана?