- -
- 100%
- +
– Но почему?
– Потому что монархия – это рудимент, пережиток прошлого. Чуди зависели от присяги, и не могли следовать своему пути. Я их освободил.
– Мог бы построить что-то новое. Типа Демократию там… Парламент…
– К сожалению, не всё так просто, леди Софья. После изнурительной войны с Тёмным Двором наши ресурсы истощились. Моей власти стало недостаточно для защиты Народа, а перестройка политической системы требует невообразимых средств. При таком раскладе, какой-нибудь другой хитрый Двор наверняка бы воспользовался случаем, дабы заграбастать Парящий Замок. Вот почему я отпустил подданных. Мир смертных защитит чудей лучше меня. У вас есть эта… милиция.
– Полиция, – поправила я.
– Ну да, она.
– И ты остался здесь совсем один?
– Не совсем. У меня есть этот… щенок Эмил. Друзья иногда пишут письма и захаживают в гости. Я ни о чём не жалею. И ни на что не жалуюсь.
***
Вытащила телефон, и да, естественно – связи нет! Жопа! Встала на подоконник одного из выбитых окон, просунула руку в щель повыше. Надеялась, что сработает. Ладонь обдало морозным ветром, аж пальцы в миг закоченели. Все мои попытки вернуть связь не увенчались успехом.
Решила побродить по замку, поизучать его немного. Чувствовала себя героиней какой-то дешёвой инди-игры. В одной комнате хлам. В другой комнате, о сюрприз – хлам. Нашла гостевую спальню чуть менее пыльную, чем все остальные. С разбегу плюхнулась на кровать с балдахином, из-за чего в воздух поднялись клубы, угадайте чего. Прокашлялась. И тут… скрип. Я обернулась на звук к стене, где стоял книжный шкаф. Еле успела перекатиться на пол, как эта махина чуть меня не раздавила. На голову посыпались старые книжки. «Это место разваливается!» Как назло, сигареты кончились.
– Блять, ну за что?! За что мне это?
В этот самый миг в комнату заявился Эмил. От его рогатой рожи до сих пор не по себе. Улыбка до ушей, хитрый взгляд. «И как это я раньше не догадалась, что он ребёнок? Поразительно насколько правдоподобные иллюзии эти чуди могут на себя набрасывать».
– Ну привет! А я тебя повсюду искал. Кушать будешь?
– Надеюсь не человечину?
– Ты чего, с дуба рухнула? Таким только Тёмные промышляют, а мы были Светлым Царством.
С горем пополам мне-таки удалось отодрать свою задницу с пола, встать и последовать за этим мальчишкой. Тот всё так же беззаботно насвистывал себе под нос мотивы из мультиков. Талантливо, надо отметить.
– Скажи, почему ты меня сюда принёс? Почему раньше не сказал, кто ты?
– Я говорил! Но ты только смеялась. Это было обидно, знаешь ли.
– Да кто бы в своём уме поверил бы в такое? Ты бы мог доказать свои слова, ну… магией, или что там у вас?
– А что так можно было, что ли? Я об этом и не подумал…
«Теперь понятно почему Дамон назвал Эмиля идиотом. Он такой и есть».
– Всё-таки, почему я? Почему не Глеб, или…
– Если я отвечу, то пообещай ничего дяде не рассказывать! – резко развернувшись ко мне, попросил он. Ох, эти его крипповые глазёнки мне в кошмарах будут сниться.
– Обещаю. Теперь выкладывай.
– Это всё потому что ты – нормальная девушка.
– Чё? Я-то? С моей тревожкой, непроработанными травмами, боязнью темноты и прочими сюрпризами? Не смеши!
– Никто не идеален. В общем, когда я тебя изучил…
– Изучил? Ты блять издеваешься?!
– Да погодь-погодь! Это я не для себя! Для дяди! Он этого не показывает, но ему здесь одиноко, а одиночество – это отстой. Полный отстой! Так что…
– Понятно. И давно ты в шипперы записался? Я не хочу быть никакой «спасительной девушкой» для грустного принца. Мне своих забот по горло.
– Ну пожалуйста, Соф! Выручи! А я тебе взамен, вот скок хош денег наколдую.
– Денег? – наверняка сейчас мои глаза блеснули прям как в старых мультиках. «Деньги никогда лишними не будут! Мне надо диван в квартиру новый купить, раковину починить, обои переклеить, и ещё успевать откладывать на учёбу. Я итак в долгах как в шелках». – А сколько ты можешь?
– Да сколько хочешь! Горы золота!
– Меня вполне устроят рубли.
– Ну так что, по рукам?
– Я пока не совсем понимаю, чего конкретно ты от меня хочешь?
– Подружись с ним! Сделай его счастливым! Он уже лет двадцать как по-настоящему не улыбался.
– Я тебе, что блять, психолог? И нет, это не подводка к рекламе тот нашумевшего сервиса.
– Ясно…
– Да его! Кхм-кхм, послушай, Эмил: нельзя сделать человека, или чудя, счастливым насильно. Тем более, что истории с подобными сделками обычно кончаются некрасиво.
Опустившись на корточки, я заглянула в его необычные глаза, готовые вот-вот пустить слезу. «Гадёныш разжалобил меня! Ух, я бы его за щёчки затискала!»
– Ну пожа-а-алуйста! Пж-пж-пж-пж!
– Л-ладно! Но не за деньги, а потому что у меня сердце не из камня, сучёныш.
«Соф, ты только что выкопала себе яму. Поздравляю! Хлоп-хлоп! Ты довольна? Из тебя верёвки вьют! Тебе мало своих проблем? Тебе всего двадцать два! Тебе бы по клубам ходить да цеплять красавчиков, но не-ет! Ты решила угробить свою молодость, усыновив двух чудей. Одного пиздюка с шилом в штанах, и второго с хронической депрессией. Заебись!»
– Боженька, за что? – шёпотом простонала я.
Радостный Эмил вприпрыжку шёл в столовую, пока я плелась за ним, утопая в своих панических мыслях. «Я просто надеюсь, что всё-таки ёбнулась, и всё это не по-настоящему».
Глава Третья: Планёрка
Зима так холодна, так бесприютна и бела,
Скоро будет неизбежный дефицит тепла,
Начнем спасаться мы от этой тепло нищеты,
Значит, снова будут в моде теплые коты.
Будем гладить всех мурчащих, теплых, сонных, настоящих,
Запуская руки в меховые животы,
Переменчивы все вещи в странном мире человечьем,
Постоянны мягкие мурчащие коты.
Flëur – Тёплые коты
В столовой горел очаг в конце зала. Дамон сидел за столом и тёплый свет пламени игрался на его безупречном лице. Как только мы вошли, он встал как по этикету, после чего пододвинул мне стул. На столе почерневший от времени сервиз, засохший букетик в старой пыльной вазе, пожелтевшие салфетки, и неаппетитные странные фрукты. Бананы с семечками, тусклые какие-то яблоки, виноград. «Н-да, даже в моём холодильнике, где мышь повесилась, и то еда здоровее этой».
– Как вы блять здесь живёте? – негодовала я. Дамон учтиво проглотив мою брань, ответил:
– Эмил летает за припасами, остальное я выращиваю в теплицах сам. Не стесняйся – угощайся.
– Прости, но мне кажется, что этой едой я траванусь и никакой Полисорб не поможет. Жуть!
– Твоя правда. Раньше в этом самом зале устраивались пирушки и балы, а от наших яств ты была бы задурманена до смерти. Но эти времена давно канули в Лету. Сейчас мы с Эмилем предпочитаем жить скромно, зато тихо.
– Это ты предпочитаешь. Я бы, например, сейчас не отказался от пиццы.
Аж живот заурчал. «Когда я в последний раз могла позволить себе пиццу? Уже и не припомню».
– Так, Дамон. За целый день, мне кажется, я увидела достаточно нарушений мер безопасности. Этот замок – развалина! Вам с Эмилем нельзя здесь жить. Как он вообще парит? Почему его до сих пор не засекли спутники? А что если этот замок однажды рухнет на землю? Это ж будет как падение метеорита!
– Этого не случится, – заверял Дамон. – Во-первых, спасибо, что поделилась своими опасениями, и за критику моего замка. Я не слепой, и сам вижу, что он в запустении. Во-вторых, нам некуда податься. Все мои друзья разъехались слишком далеко, и нам с Эмилем до них не добраться. Да и не пристало бывшему королю просить пристанища у бывших подданных.
– Но…
– В-третьих, я не разбираюсь в человечьих технологиях, поэтому скажу честно: я и сам не знаю почему нас до сих пор не обнаружили люди и их навороченные гаджеты. Однако наша магия до сих пор работает, и работает исправно. И именно благодаря ней, этот замок не упадёт целиком сразу. Века через два его разнесёт по всей земле по маленьким кусочкам. Если, конечно, не подпитывать Замок заклинаниями. Вот почему я решил остаться здесь, леди Софья. Я – это последний, кто остался у моего дома. Последний…
– Так же ёбнуться можно! Чел, дом – это не место, а родные люди… чуди, которые тебя окружают. Неужели ты хочешь, чтобы Эмил до конца своей жизни разрывался между этой развалиной и миром людей? Однажды это ему надоест, и он перестанет сюда возвращаться, и ты останешься здесь один. Нахуя?
– Хмм…
– Если вам некуда пойти – приглашаю к себе. Квартирка у меня не ахти, но как говорится: «в тесноте, да не в обиде». Научу вас жить по-человечески. Адаптируетесь, привыкнете, едой нормальной накормлю. Ну?
– Жить у одинокой незамужней девушки… кривотолки пойдут, – пробубнил Дамон.
– Двадцать первый, сука, век, на дворе! Никого уже не ебёт кто с кем живёт!
– Ну тогда, можно попробовать, наверное, стать… человеком, – на последнем слове Дамон мягко улыбнулся да мечтательно прикрыл глаза. Вот жопу ставлю, он об этом и раньше задумывался, но его до сих пор никто не пинал к этой цели. «Хорошо, что появилась такая замечательная я, и теперь все его проблемы станут моими. Предел мечтаний! Я прям-таки на седьмом небе, в буквальном смысле этого слова».
***
Не дожидаясь ночи, мы втроём вышли из замка, и спустились в город. Вот так просто, оказывается не нужно было ждать целый день, пока силы Эмиля восстановятся. Конечно же он напиздел, проказник эдакий! Хотел, чтобы я остыла, и сжалилась над Дамоном. Ну, кто в таком случае дурак, я думаю понятно.
Малой набросил на себя иллюзию двенадцатилетнего мальчишки, Дамону было достаточно скрыть острые уши и, как это ни странно – крылья на спине.
Когда мы опустились на улицу, нас встретила ледяная вьюга. Ветер врезался по лицу, и пробирал до костей. Я моментально замёрзла, а дешёвый пуховик не спасал. Второпях привела чудей к себе домой. Сразу с порога мой телефон взбесился хлынувшими сообщениями. Мама волновалась, даже Глебу позвонила, и от него тоже полно сообщений.
– Устраивайтесь пока. Мне надо маме звякнуть.
– Звякнуть? – удивился Дамон. Эмил поспешил ему объяснить.
«О, родная батарея! Как же я по тебе соскучилась!», чуть ли, не обнимаясь с нею под окном, перебирала в голове разные варианты, как объяснить маме, что не смогу приехать? В итоге наврала про грипп, даже липовую фотку с градусником прислала. Что теперь делать с этими двумя – загадка. Привести – привела, а что дальше?
– Так! Сперва по чайку, а пока чайник закипает, выйду покурю. Без меня ничего не трогать, ничего не делать. Просто сидите и ждите. Понятно?
– Так точно, капитан! – отсалютовал Егор. (Да, теперь на территории РФ, к нему возвратилось его русское имя, что до Дамона, там придумаем что-нибудь).
Едва я вышла в коридор, как меня накрыли сомнения, и я спустилась по стеночке вниз. «Боженька, что я творю? Ну вот нахуя я их к себе привела? Куда их спать укладывать? Чем кормить? А что если Егор возьмёт и приворожит соседку в облике красавчика? Что если он кого-нибудь обрюхатит? Он-то может! Он же – идиот! Господи, Иисусе! Что мне делать?»
Белоснежная палочка «Winston» дымилась у меня в руке, опадал серый пепел на бетонный пол. Пульс в груди участился, да и слёзы на глаза навернулись. «Вот дура! Какая же я дура!»
Дамон с любопытством наблюдал за тем, как я завариваю чай. Кажется, он впервые в своей жизни видел пакетики «Принцессы Нури», и, раз уж на то пошло, какие бы то ни было пакетики чая. За всю свою жизнь в студенческой общаге я уже натренировалась разбавлять кипяток так, чтобы не потерялся вкус, и было возможно пить. Парни были моим талантом впечатлены. «Ура. Моя маленькая победа!»
– Итак: сим объявляю заседание совета. Первый вопрос на повестке дня – деньги. Егор, покажи, пожалуйста, как ты добываешь их?
– Сейчас! – мальчик достал из кармана пожелтевший листик берёзы, будто только что из гербария. Затем он положил его на мой кофейный столик, провёл над ним ладонями, а уже в следующий миг на нём лежала свеженькая тысячная купюра. – Готово!
– Нихуя себе… А как… как это работает?
– Я набрасываю на предмет ореол, и он на какое-то время превращается во что я захочу.
«Блять, вот бы мне такую способность! Я всегда в детстве мечтала превращать обычные листья в деньги!» Поближе рассмотрев купюру, нахмурилась. Было в ней что-то не то.
– Сделай ещё раз, пожалуйста.
– Конечно! Сколько угодно!
Когда Егор проделал трюк во второй раз, всё встало на свои места.
– Бляха! Этого я и боялась!
– Что? Что не так?
– Деньги имеют свойство со временем меняться. Раньше были советские рубли, теперь российские, в будущем, возможно будет какая-нибудь другая валюта. Ты превратил листик в купюру, которую уже где-то, когда-то видел, я права? То есть… скопировал с оригинала.
– Ну да.
– Так вот. У каждой купюры есть свой серийный номер. Улавливаешь суть?
– Н-нет…
– А мне всё понятно, – вставил слово Дамон. – Таким способом ваш монетный двор отслеживает подделки – ставит уникальный номер, и если торговец увидит два абсолютно одинаковых, то они фальшивки.
– Не совсем. Их печатают ограниченным тиражом, – невесело поправляла я. – Одно дело купить на неё какой-нибудь тортик. Преступление небольшое, и скорее всего никто не заметит, но вот дорогостоящую технику, или ещё что-то подобное – это уже статья. Ваша магия невероятная, но вы навряд ли умеете скрывать отпечатки пальцев, ДНК, или свои рожи на камерах слежения. Ну… на счёт последнего, возможно ореол справится. Это всё не важно! Важно то, что моих денег не хватит вас обоих прокормить. А воровать – чревато последствиями, если не быть предельно осторожными.
– И что ты предлагаешь? – спросил Дамон.
– Зависит от того, что вы ещё умеете. Может вы гипнотизируете людей, или… я слышала, что фейри искусны в обольщении и лжи. Это правда?
– Мы не умеем лгать, – сказал Егор.
– Одна из наших слабостей состоит в том, что чуди напрямую не могут солгать. Поэтому нам пришлось довести до совершенства искусство интриг и хранения тайн. Если мы и лжём, то только окольными путями.
– А ещё слабости? Давай уж – жги напалмом.
– Ты хочешь спалить квартиру? Зачем?
– Это такое выражение, мол «руби правду-матку».
– А, понятно. В общем, у европейских чудей всё ещё хуже. Большинство из них не может даже прикоснуться к железу. А ещё у них непереносимость поваренной соли. Мы же – ветвь славянских чудей, вполне можем переносить и то и другое. Только вот…
– Что?
– Мы теряем силу, когда покидаем родные края. Поэтому большинству из русских чудей приходится таскать с собой мешочек земли.
– Типа как Илье Муромцу?
– Наверное… Но люди делают это из суеверий, а нам чудям родная земля жизненно необходима. Без неё славянские фейри увядают, теряют своё бессмертие, силы, магию, всё.
– И ты принёс её с собой? Сюда?
– Конечно. Она у меня в чемодане лежит.
– А я свою в кармане ношу, – добавил Егор.
– Так мы никуда не приедем. Рассказывай, что вы ещё умеете делать кроме бесполезных денег? – почти требовала я.
– Плоды с наших земель одурманивают людей, доводят их до эйфории. В этом состоянии люди делают всё, что мы скажем, как послушные марионетки.
– Криппово!
– Но и без фруктов, чуди могут… одурманить, если напрямую заглянут смертному в глаза. Степень наведения таких чар зависит напрямую от способностей заклинателя. Тёмные пользуются чарами чаще Светлых. Они кровожадные, садистские и очень опасные, леди Софья. Если кто-нибудь из них узнает, кого вы приютили у себя, то наверняка преподнесут парочку неприятных сюрпризов. Так что настоятельно рекомендую вам никому о нас с Эмилем не распространятся.
– Так я и пошла орать на весь двор, что у меня в квартире чаи гоняет бывший Царь чудей. Меня ж в психушку завернут, и глазом моргнуть не успею.
– А. Понятно. Психушка – это дом для душевнобольных, если я правильно помню?
– Она самая. Что ж, если это всё, что вы умеете, то к сожалению, у меня для вас неприятные новости: Егорке надо в школу, а тебе, Дамон – устроиться на работу. Для этого необходимо получить документы.
– В школу?!
– На работу?! – одновременно воскликнули они.
– Ещё чего не хватало, мне идти в человеческую школу учиться! Мне восемьдесят шесть! И документы у меня имеются!
– А ну покажи!
Нехотя Егор вытащил на свет книжку паспорта. Как пить дать какой-нибудь заколдованный блокнот. В нём фотография того самого красавчика, номер серии, дата рождения. Я просто взяла и разорвала этот документ, вызывая у Егора негодующий вой.
– Эй! Ты зачем это так?
– Для твоего же блага, малой. Ты что, хочешь батрачить на стройке за пять копеек, или всё-таки пойдёшь туда, где сможешь хоть чему-нибудь научиться? В школе ты сможешь найти друзей, узнать много нового о мире людей.
– Я хочу быть взрослым! Как дядя! – надув свои щёчки, скуксился он.
– Для того, чтобы быть взрослым, сперва надо вырасти, шкед. Ты ментально ещё на уровне двенадцати лет. Куда тебе наши скучные разборки? Думаешь быть взрослым – это курить, пить и трахаться? Э, нет. Быть взрослым – это считать каждую копейку на счету, снимать показатели за горячую и холодную воду, платить за электричество, за бензин, за еду, за одежду, за всё блять в этом грёбаном мире. Пахать как вне себя, и не жаловаться, иначе тебя навсегда заклеймят размазнёй. Быть взрослым – это жопа. Так что будь благодарен, за то, что я тебе предлагаю побыть ребёнком.
– Ну ладно! Убедила. Пойду я в эту вашу школу.
– Завтра поедем в МФЦ «восстанавливать» документы. Но, так как у вас их и не было толком, то это значит, что их не будет в базе данных. Вам придётся применить свои чудийские способности и заколдовать тамошних сотрудников.
– А это не слишком? – обеспокоился Дамон.
– С чего бы? Как правило у работников МФЦ нет ни совести, ни души, так что – вперёд и с песней. Штраф за «утерю» я уплачу из своего кармана. Позже сочтёмся. Потом надо будет пройти медкомиссию. И это тот ещё пиздец! На всё про всё, наверняка уйдёт месяц, если не больше. Сука, как же я ненавижу вот это вот всё! Оформим ИНН, СНИЛС, надо будет как-нибудь ухитриться справку обо всех прививках добыть. Свидетельство о рождении тоже надо будет. Так, я ничего не забыла? Уф, там нам в МФЦ, если что – подскажут, что надо. Надеюсь…
– Это много походов, Соф, – заметил Егор. – Ты точно хочешь убить на это весь свой отпуск?
– А куда я блять денусь? Раз уж впряглась наставлять вас, то пойду до конца. Кстати, ты напомнил мне ещё кое о чём с вами потолковать.
– О чём?
– О правилах. Жить по-человечески – это вам не фунт изюма. Придётся от много отказаться, и следовать правилам приличия. Во-первых, Егор, сука никогда больше ни за кем не следи! Это понятно?
– Да, Соф.
– Во-вторых, не превращай листья в деньги. Трать только те, которые мы с Дамоном тебе будем давать. Не воровать, не убивать, не лгать – база, как говорится. Ведите себя прилично, уважайте чужие границы, не грубите, и сохраняйте бдительность. Егор, пообещай мне, что больше ты не применишь на себя ореол взрослого. Будешь ходить как двенадцатилетний, и с каждым годом чуток менять иллюзию, типа имитируя рост. Хорошо?
– Хозяин барин.
– Пообещай! – настояла я.
– Обещаю!
– Ну вот, ты уже потихоньку учишься общаться с чудями, – рассмеялся Дамон. – Так и надо. Если мы не отвечаем прямо, то наверняка юлим.
– А тебе, Дамон, надо бы подобрать подходящее русское имя. Не будешь же ты ходить как белая ворона, правда?
– Хмм, ближайшее по значению русское имя – это Демьян. Как тебе?
– Симпатичное. Хорошо, отныне тебя зовут Демьян. Вот и разобрались.
– Погодите, пожалуйста. А когда мы получим все необходимые документы, то куда я работать-то пойду? На стройку? С моими-то крыльями…
– А что ты умеешь?
– Ну… я получил царское образование, и даже грамота при себе имеется. Только вот, не думаю, что она будет иметь силу в мире смертных. Меня научили всему, что необходимо знать королевскому отпрыску: этикету, математике, истории, риторике, ораторству, искусствам игры на лире и на флейте, придворным танцам, фехтованию и стрельбе из лука, иностранным языкам.
– Каким?
– Помимо русского, я в совершенстве владею турецким, французским, и английским. Ещё немного знаю китайский, но это так… на троечку с натяжкой.
– Хмм, ты можешь пройти в интернете тест, и стать одним из преподавателей на удалёнке. Только для этого надо завести карту, а ещё лучше – счёт в банке. Угрх! Опять ходить по инстанциям. Нет, проще будет купить тебе телефон, и сделать всё через приложение.
– Я сейчас не понял практически ни одного слова, леди Софья. Что такое «интернет»?
– Так, давай ты перестанешь называть меня «леди»? Сейчас уже никто никого так не называет. Зови просто Соф.
– Ладно, как вам угодно, Соф.
– Мне предстоит многое вам обоим объяснить, но уже не сегодня. Я дико устала и хочу спать. Этой ночью, так и быть, поспим на моём диване, но завтра надо будет решать, как и где устроимся.
– В каком смысле? Здесь больше негде «устраиваться», – заметил Егор. – Квартирка такая маленькая, что я удивляюсь, как ты тут вообще можешь развернуться и не удариться мизинчиком об угол?
– Не сыпь соль на рану!
Пришлось идти в туалет, дабы сменить повседневное на пижаму. Пока я отсутствовала мои чуди переоделись в старомодные платья с рюшками. «Блять, они на серьёзных щах собираются в этом спать? И сколько ещё впереди сюрпризов? Надо будет утром с ними об этом поговорить». Мы кое-как потеснились на моём диване. Я у стеночки, Демьян с краю, Егорка между нами. Ну прям-таки молодая семья. Хоть сейчас иди и подавай на пособие. «Хмм, а это мысль…»
Глава Четвёртая: Гонка за подписями
Подари мне первый танец,
Забери меня с собой,
Я повсюду иностранец,
И повсюду я вроде бы свой.
Словно лодка в океане,
Затерялся берег мой.
Я повсюду иностранец,
Забери меня, мама, домой.
Валерий Меладзе – Иностранец
Вы бы видели лицо Демьяна, когда я ему показала свой телефон и ноутбук. Вкратце обрисовала «что такое этот ваш Интернет?». И что в при помощи него он сможет отыскать любую человеческую книгу, и даже больше. К приятному моему удивлению, приспосабливался он куда быстрее мамы. (Она до сих пор печатает сообщения в WhatsApp со скоростью улитки).
– Так это, получается, людская магия, – заявил он.
– Мне тоже как кажется. Коммуникация – это самая важная вещь на земле. Сначала появились звуки, потом слова, затем целые предложения, а в них – смысл. Этот смысл люди научились передавать друг другу: при помощи непосредственно общения, письмами, потом звонками на другой край мира. И вот теперь – забавными эмодзи в чате.
– Ох! – зажав ко рту руку, удивился Демьян. Глубокие синие моря в его глазах плескались тревогой.
– Что такое?
– Я чуть не забыл, что надо бы предупредить друзей о том, что я переехал. Они же письма мне пишут…
– Хорошо, что у меня нет почтового ящика. Я о физическом. Блять, ты же не знаешь про существование электронных.
– И куда же приходят бумажные конверты? Тебе их на руки доставляют?
– Конверты приходят к вахтёру, он пишет на табличке список квартир с почтой и вешает у окошка. Туда же приходят извещения о доставке посылок, которые хранятся на почте. Сейчас, правда, существует множество сервисов, которые разгружают поток доставок. Тот же Wildberries возьми. У них пункты выдачи разбросаны по всему городу, и в отличие от почты России, извещения приходят сразу на телефон. (Это не реклама, если что).
– Весьма удобно. Но как же тогда быть с пошивом костюма или платья? Неужели вам самим приходится измерять свои параметры, а потом отсылать всё это швее?
– В современном мире уже давно существует таблица стандартных размеров одежды и обуви. У тебя, судя по росту и весу – М-ка, как и у меня. Ширпотреб шьётся не на заказ, а на конверее пачками. Обычному человеку достаточно взглянуть на бирку, чтобы понять, подойдёт вещь или же нет. (Иногда, правда, этого всё-таки недостаточно, но что поделать?). Рынки и базары никуда не исчезли, как и ателье, где можно заказать конкретно под себя. Сейчас у нас нет средств приодеть вас с Егором, поэтому вам придётся набрасывать на себя иллюзии современной одежды. Позже мы что-нибудь придумаем, возможно закажем на ВБ.
– Всё чудесатее и чудесатее…
– Ты лучше рассмотри всё получше и запомни, как одеваются человеческие парни, – открыв бесконечный поток картинок с изображениями мужских «луков», попросила я. Демьян медленно опускал ползунок страницы, жадно глотая каждую картинку.