Чаша Пифагора

Пролог

Сергей, а именно так было написано его имя в паспорте, на самом деле был Соломоном. Родившись в Советском Союзе в семье папы еврея и русской мамы, он, конечно, был русским и поэтому, как и все, носил значок октябрёнка, галстук пионера, комсомольский и партийный билеты. Жизнь, по которой он, поддерживаемый родственниками и страной, шёл, дала ему высшее образование в одном из самых престижных технических вузов Москвы. Папа устроил его в лабораторию Института атомной энергии, мама подыскала симпатичную, с курносым носиком жену, перспектива получения шести соток земли за городом и покупка первой модели «жигулей» делали его счастливым, поставив его потребности в один ряд с остальными трудящимися членами общества.

Но как не бывает на земле мест без неожиданно нагрянувших ливней, ураганов, метелей и прочих природных катаклизмов, так не бывает и стран, в которых не отыщется политик, жаждущий перемен и личной за этот подвиг славы. Так после семидесяти лет борьбы за светлое коммунистическое будущее в страну пришла перестройка. Реформы, приватизации и прочие перемены, проходящие под лозунгами защиты интересов советских людей, очень быстро показали Сергею, что за окном его старого жигулёнка появились дорогие иномарки, а вокруг с трудом полученной дачи выросли каменные дворцы. Жена, как и многие другие сотрудницы научно-исследовательских институтов, надкусив яблоко свободы, очнулась от долгого сна и, выйдя как-то раз за хлебом, не вернулась. Лишь оставила мужу письмо с просьбой считать совместно нажитое имущество её собственностью и платой за годы, прожитые с ним в беспросветной бедности.

Сергей, проведя в размышлениях несколько дней, достал с антресолей старый фанерный чемодан, бережно сложил на дно спортивные грамоты, сертификат юного минеролога, школьный аттестат, институтский диплом и накрыл всё своей самой лучшей одеждой: немнущимися кримпленовыми брюками, рубашкой со стоячим воротничком, нештопаными носками и дышащими ситцевыми трусами краснознамённой ткацкой фабрики. Закрыв чемодан на сверкающие хромом замки, он посмотрел на часы с кукушкой, подумал о том, что скоро гирька опустится до пола и мерное тиканье в этой квартире прекратится. Его мысли пробежались по полному мусорному ведру, продуктам в холодильнике, цветам на подоконнике, неоплаченным коммунальным счетам, соседской собаке, постоянно писающей на половой коврик у входной двери, улыбнулись, подняли тело, вручили в правую руку чемодан и вышли сначала из квартиры, потом из страны на целых двадцать семь лет…

Печи дьявола

Сергей вставал рано. Давление и повышенный сахар приучили его к ежедневной таблетке, стакану чая с лимоном и чашке девятипроцентного творога белорусского молокозавода. Выходя из арендованной квартиры шагом, позволяющим телу проснуться, он пятнадцать минут шёл до своего ювелирного магазина. Зная, что солнце в Москве живёт с обратной стороны низко висящих облаков, Сергей всегда на ночь оставлял в магазине внутренний свет, который был установлен так, чтобы блеск драгоценных камней сначала останавливал прохожих, потом манил и рождал желание обладать изделием в мечтах или наяву. Над окнами магазина постоянно горела вывеска, которая какое-то время удивляла клиентов, но потом они привыкли и стали называть его так же, как было написано над входом, – Соломон. Название вначале было его причудой, памятью о папе и неким вольнодумством, позволяющим через драгоценные камни взглянуть на посетителей, понять их помыслы и даже разглядеть скрытое от посторонних естество. Но со временем название стало выстраивать в его голове особую манеру поведения, разговора с клиентами, делая самым важным общение, а не продажу украшения или драгоценного камня.

Отключив сигнализацию и пройдя внутрь, он громко поздоровался: «Приветствую тебя, Соломон!» Делая это, он каждый раз улыбался, потому что тем самым чествовал себя и мир, созданный его знанием и стараниями.

– Надеюсь, – продолжил он говорить с магазином, – ты выспался и готов встречать сегодняшнего гостя? Эта дама тебе хорошо знакома. Твои зеркала разглядывали её, критиковали и помогали принять правильное решение. Но не только мы приглядывались к ней, она тоже изучала нас и сегодня придет за трёхкаратным бриллиантом. Твой блеск и мои разговоры растопили холод её настороженности, и вчера она позвонила, сказав, что готова к такой дорогой покупке. Поэтому сегодня наша с тобой задача – правдиво рассказать о камне, узнать, имеет ли она право покупать себе такой подарок, и только потом приступить к обсуждению цены.

Сергей прошёл к своему столу, нарочито установленному в самом центре зала, сел в резное кресло, купленное в индийском магазине, достал из выдвижных ящиков коробку грильяжа в шоколаде, две серебряные рюмочки, плоскую бутылку Martell, красные, почти сахарные ранетки, белые салфетки и две маленькие тарелки, больше похожие на блюдца. Налив себе коньяка, он откинулся в кресле, почувствовал сладковатый запах алкоголя, свою готовность к встрече и, закрыв глаза, отправил напиток шлифовать нюансы настроения.

В десять часов тринадцать минут дверь в магазин открылась, и на пороге появилась женщина. Ей было за пятьдесят, широкая кость, данная родителями при рождении, обрела вес, отняла юношескую стройность, но придала устойчивую походку и уверенность в себе.

– Здравствуйте, Соломон! – протянула она руку для приветствия. – Как обещала, с утра у вас и готова обсудить сделку.

– Прекрасно, прекрасно, – ощутив крепость рукопожатия дамы, произнёс Сергей, указывая на кресло у стола, – присаживайтесь. Прежде чем я начну показывать камни, хотите что-то узнать? Или у вас есть точные требования к кристаллу?

– Конечно, – произнесла она уверенным голосом, удобно располагаясь напротив. – Я слышала, что в мире существуют четыре алмазные биржи. Хотелось бы понять, какая из них лучшая и чей сертификат на камень является самым надёжным в случае, если мне когда-нибудь эту инвестицию придётся снова превращать в деньги. Требования к бриллианту у меня тоже есть – я знаю, что по классификации существует пять белых цветов, мне бы хотелось купить такой камень, чтобы он был самым-самым белым.

– Кофе, чай, коньяк, конфеты, ранетки? И у меня даже где-то есть овсяное печенье с яблоком, – произнёс Сергей, вставая с кресла и всем своим видом выказывая желание угодить клиенту.

– Чай, кружка большая, без сахара, печенье… – она сделала паузу, размышляя, – пожалуй, парочку можно, ранетки у вас красивые, наверное, тоже соглашусь, – она улыбнулась и стала с удовольствием наблюдать, как хозяин магазина выполняет её просьбу.

– Итак, – вернулся в кресло Сергей, – прошу, угощайтесь, а я, с вашего позволения, начну отвечать. На сегодняшний день в мире существуют тридцать алмазных бирж. Самые известные из них расположены в Израиле, Бельгии, Великобритании, Канаде и Индии. Сертификацией камней занимаются геммологические лаборатории, самым непререкаемым уровнем доверия обладают Геммологический институт Америки (GIA), Высший алмазный совет (HRD) и Международный геммологический институт (IGI). Чистота их работы обусловлена тем, что они не являются коммерческими организациями и практически полностью финансируются своими государствами, а значит, деньги заинтересованных клиентов не могут повлиять на реальную оценку камней.

– Я бы хотела купить бриллиант с сертификатом американского геммологического института, – перебила его дама. – Знаю, что такой камень стоит дорого. Мой муж прекрасно говорит на английском, мы звонили в Израиль и узнали, что максимальная скидка на бриллиант такого качества и цвета, как мы хотим, не превышает пяти процентов. И если вы дадите мне лучшую цену, чем предлагает алмазная биржа Израиля, я хоть завтра готова его оплатить.

Сергей улыбнулся. Дама очень старалась показать свою подготовленность и осведомлённость.

– Вы знаете, – налив себе коньяка, продолжил Сергей, – что алмаз – самый магический на земле камень?

Обладая им, можно не заметить, как в голове поселятся тёмные мысли, а желания начнут развиваться по спирали жизненных удовольствий. И только соблюдение трёх условий позволит вам сохранить душу и чистоту помыслов.

– Не поняла, это вы о чём? – женщина удивлённо взглянула на него. – Если вы о сказках и легендах, так я в них не верю.

– Наверняка вы знаете, что алмаз – самый твёрдый на земле минерал, по шкале Мооса ему присвоено десятое место. Но думаю, вам неизвестно, как и из чего он рождается, – продолжил Сергей, увидев на лице дамы интерес к разговору. – Антрацит – уголь, образованный из растительных остатков на глубинах от ста до двухсот километров, – нагревается и без доступа воздуха становится графитом, его твёрдость по шкале Мооса единица. А в тех участках скопления графита, где температура достигает тысячи и более градусов, а давление пород – пятьдесят тысяч атмосфер, из графита образуются алмазы. Но тогда как кристаллы углерода, став алмазами, оказываются на поверхности земли?

Дама, изящно откусив овсяное печенье, пожала плечами, не найдя в своей памяти ничего, что помогло бы ответить на вопрос.

– С этого места я обращаю ваше внимание на то, что превращение мягкого антрацита в твёрдый алмаз не только физический процесс, но и творение демонических сил. Такое количество совпадений и совмещений просветлённый всеми знаниями физических процессов ум человека повторить пока не может, поэтому искусственные алмазы выращиваются до пяти-шести карат, а их кристаллическая решётка отличается от природных алмазов своей идеальной симметрией.

Если же взять из фольклора разных народов истории о происхождении алмазов, в них всегда будут присутствовать демоны разных мастей, имён и возможностей. В православии дьявол, проиграв Господу сражение на небесах, был низвергнут под землю, где, продолжив войну с Богом, растопил печи ада. Мы также знаем, что энергия не исчезает, а меняет форму и состояние. Представьте, сколько людей за время существования человечества было отправлено в ад, где сгорающие души отдавали энергию огню, а его тепло, в свою очередь, грело земную мантию и рождало алмазы. Поэтому преданий о том, что этот камень приносит в дом беду – и даже смерть! – в мире великое множество.

– Вы серьёзно? – улыбнулась дама.

– Вполне. Задумайтесь только: алмаз единственный камень, который миллионы лет поднимается из глубин земли на поверхность. Нарушая законы притяжения, он не падает вниз и даже не остаётся на месте своего рождения, он всегда поднимается вверх. Например, в Анголе, Конго десятки небольших месторождений, где добыча начинается от двух-трёх метров. Представляете, сколько у этого камня силы и желания увидеть свет?!

– Хотите сказать, что, зародившись на стокилометровой глубине, только алмаз движется наверх? – Дама сделала глоток чая. Слова Сергея рождали в её сознании вопросы.

– Да. И чем дольше он идёт наверх, тем больше растёт его внутреннее напряжение, потому что, как настоящий борец, он встречает на своём пути породы разной плотности, но, обладая поддержкой демона и энергией сгоревших в аду людей, алмаз побеждает всех, кто оказывается на его пути, и выходит на поверхность. И как только человек находит его и совершает огранку, как только свет проходит внутрь кристалла, его отрицательная энергия многократно возрастает, а желание обладать им становится для многих разрушающим. А для некоторых, – Сергей посмотрел на даму и улыбнулся, – скромные мечтания о новом корыте очень быстро переходят к размышлениям о морском владычестве.

– Я так понимаю, мы плавно подошли к разговору о женщинах и бриллиантах, – дама допила чай и демонстративно отодвинула от себя кружку, – и ваш намёк мне понятен. Когда-то папа подарил мне маленькое колечко с бриллиантиком, потом мои мужчины увеличивали размер камня, но трёхкаратный бриллиант я хочу купить себе сама. И для этого мне не нужно отправлять никакого старика с неводом в море.

– Ну тогда, – смягчил тональность разговора Сергей, – будем считать, что первое и второе условие вы выполнили.

– Что ещё за условия? – не скрывая волнения, произнесла дама, одарив директора магазина взглядом налогового инспектора, строящего дачу на Рублёвском шоссе.

– По сложившимся тысячелетиями законам душа человека может противостоять силе камня, только если он будет подарен искренне любящим человеком или человек подарит его сам себе. Камень не должен иметь изъянов: трещин, пузырьков, туманностей и черных вкраплений графита – пике. Вы сказали, что покупаете бриллиант себе и что вас интересует камень лучших характеристик. Значит, для себя вы решили, что камни с включениями вас не интересуют, и это второе условие, которое принесет вам защиту от негативной силы алмаза.

– Что за ерунда! На бирже продаются миллионы камней. Пике, если их два и более, существенно снижает цену камня, и огромное количество покупателей на это даже внимания не обращают. Цена камня – вот главный критерий!

– Не скажите. Я многократно наблюдал, как черное графитовое пике в камне меняло жизнь женщины. Если интересно, а я был свидетелем этих событий, могу привести пример, – дама кивнула, но сделала это механически, меняющаяся мимика её лица говорила о нарастающем раздражении. – У меня есть один давнишний, из юности, приятель. Когда-то в СССР он занимал высокую государственную должность, руководя северными территориями. Тогда же, имея очень хорошую зарплату с учётом надбавок, он, как любящий муж, начал баловать супругу покупкой бриллиантов. Справедливости ради замечу, что это были маленькие камушки, но в те годы даже обладание такими малышками считалось вершиной обывательского спроса. Потом всё изменилось, перестройка, он остался без работы, но упорство и умение начинать всё с нуля сначала привели его в мелкий, а потом и в средний бизнес. Продавая фурами печенье и крекеры, он снова стал заглядывать за подарками в ювелирный магазин. Но жизнь в нашей стране, как погода в мае, и на фоне разговоров об экономических реформах разразился банковский кризис. Сбережения его пропали, компания обанкротилась, но мой товарищ опять не пал духом и, улетев в Намибию, стал заниматься поставкой шкур африканских животных в магазины изысканных интерьеров Москвы. И опять в его кошельке появились деньги на бриллианты для жены. В тот день, когда они пришли ко мне, шёл дождь. Мокрые птицы, нахохлившись, прятались под козырьками домов, кошки не гуляли сами по себе, прохожие, подняв воротники и раскрыв зонтики, бежали мимо витрины ювелирного магазина, даже не поднимая на неё глаз.

Денег, которые они предложили, как только вошли внутрь, могло хватить на покупку хорошего полукаратника, но Вика – жена моего друга – в момент открывания сейфа увидела яркий блеск двухкаратного бриллианта, и с этого мгновения никакие мои слова о низком качестве, пике и прочей ерунде её больше не трогали. Воображение женщины сразу же нарисовало и модель кольца, и распахнутые от удивления и зависти глаза подруг, и шёпот и восхищение мужчин. Товарищ смотрел на меня, жену, сомнения коснулись его сознания, но желание выполнить любой каприз любимой взяло верх, и он молча расплатился.

Прошло полгода. В такой же дождливый день он снова заглянул ко мне. Зная, что Martell водится у меня всегда, после третьей рюмочки товарищ осторожно, словно боясь сказать лишнего, поведал о пришедших в его жизнь проблемах. Сначала жена стала жаловаться на свою работу, потом сказала, что обладатель двухкаратного бриллианта не может кусать заусенцы, выдавливать прыщи и разглаживать чужие морщины, и поэтому закрыла свой маленький косметический кабинет на большой амбарный замок. Потом отдых в Египте, Турции и Болгарии в её понимании стал только для плебеев, и, чтобы выгулять свой бриллиант, женщина поехала на красивом белоснежном лайнере в круиз по Средиземному морю одна.

В следующий раз он пришёл ко мне через год. Семьи уже не было. Сын после развода остался жить с ним, а мама, попробовав нескольких не очень состоятельных любовников, в конце концов нашла себе подходящего спонсора и жила в своё удовольствие, не работая и постоянно путешествуя.

– Глупая женщина, – перебила Сергея дама. – Все эти новоявленные косметологи без медицинского образования, с сертификатами об окончании месячных курсов, эти любовницы богатых олигархов, строящие себе косметические салоны, – все они, как сороки, на блестящее летят, думая, что косметология – это кремы и поглаживания. Я признаю и уважаю только тех женщин, которые независимо от семейного достатка ходят на работу и пытаются утвердить себя в жизни. История, которую вы рассказали, – банальна и растиражирована на земле миллионными экземплярами.

– Соглашусь с вами, женщина не очень умна, но именно такие, как она, становятся легкой добычей алмаза, а потом и его жертвой. – Сергей привстал, снова налил даме чаю и продолжил: – У этой истории плохой конец, и именно поэтому я привёл её в пример.

Я не видел товарища семь лет и, однажды встретив на улице, с трудом узнал – тот поседел, раздобрел и стал дедушкой. Спросив о бывшей жене просто так, из любопытства, узнал, что она борется в швейцарской клинике с раком лёгких. Бриллиант с пике сначала справился с душой, заставив расцвести тщеславие, а потом и с телом, спроецировав свою черноту на лёгкие. Вот так уголёк из недр земли, пройдя через печи дьявола, стал сначала объектом обожания и радости, а потом и смертельной болезнью человека.

– Ну это может быть простым совпадением. И потом, любой пример – это частное, а вы обобщаете и выводите некую теорию, – дама посмотрела на часы. Время, которое она отвела себе на общение в ювелирном магазине, подходило к концу. – Вы сказали, что я в своих намерениях приобрести бриллиант уже выполнила два необходимых условия. Интересно узнать, какое третье?

– Деньги. Уверен, вам известно, что вся атмосфера вокруг этого слова и понятия полностью принадлежит демону. Именно с помощью тёмных сил человек становится богатым. Обладание большим состоянием не выделяет человека в глазах Бога, зато демоны поднимали на пьедестал победы каждого, кто ради наживы шёл на обман, предательство и подлость.

– Подождите, подождите! Вы что, хотите сказать, что каждый богатый человек является слугой дьявола? – дама нервничала, разговор ей явно не нравился, мысли, что её драгоценное время тратится впустую, кололи сознание желанием как можно резче, одной фразой прекратить никчёмный разговор.

– Для меня это бесспорно! – словно не замечая нервозности собеседника, спокойно произнёс Сергей. – Прожив шестьдесят три года и побывав во многих странах, я никогда не встречал людей, чьё состояние было нажито честно и праведно. Колониальные разграбления, войны, стремление к власти, новые технологии, офшорные схемы сокрытия налогов – всё, что придумано человечеством, служит только личному обогащению. Но, как говорят на Востоке, во всем тёмном есть светлое, во всём сильном – слабое, а во всём плохом – хорошее, а это значит, что на земле есть люди, которые свои деньги зарабатывают честно. Поэтому третьим условием приобретения бриллианта будет ваша совесть, которая точно знает, каким образом формируются ваши доходы и на какую прибыль от сделок вы хотите купить камень ценой более ста восьмидесяти тысяч долларов США.

– Послушайте, вам не кажется, что вы уже переходите границы? – произнесла она резко. Взгляд её жёстким рентгеном пронзил собеседника. – Знаете, о чем я думаю? – спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Вы морочите мне голову второй час, пытаетесь вывести из себя дурацкими рассуждениями о дьяволе и его роли в создании алмаза, а на самом деле просто не имеете нужного камня.

Сергей поднялся, подошёл к сейфу и достал прозрачную пластиковую коробочку, где на белом поролоне лежал бриллиант.

– Пожалуйста, – мужчина положил коробочку перед дамой и вернулся в своё кресло. – Смотрите.

Когда дама взяла камень в руки, а свет, выставленный так, чтобы именно в этом месте клиент мог поймать его отражение от граней, девять и три десятых миллиметра в диаметре рундиста, стёрли всё, что было до этого мгновения. Магия рождённого миллионы лет назад камня, словно из открытого ящика Пандоры, вырвалась из плена веков и атаковала женщину. Ей показалось, что все пятьдесят семь граней бриллианта, взявшись за руки, единой силой открыли потайные двери её сознания и завладели им, произнося в голове только одну фразу: «это он».

Сергей не мешал. Он хорошо знал, что такое заглянуть в отражённый алмазный свет. Много лет он мотался по африканским странам в поисках быстрых денег. Близость алмазов, их блеск, мысли о том, как много он может заработать, когда принесёт их на биржу, были светом в конце очень тёмного и опасного туннеля. Чередуя проблемы, неприятности и беды, он, многократно начиная, надеялся, что в конце концов удача придёт к нему. Но однажды, сдавшись на милость обстоятельств, сказал себе, что душа его, живущая в мире с Богом, и тело, ищущее награду от демона, никогда не договорятся. Устав метаться между желаниями тела и чувствами, идущими от души, он перестал искать счастья в алмазах и вернулся к обычной жизни, так и не став богатым.

– Ну, что скажете? – нарушил он затянувшееся молчание. – Вы готовы сами себе ответить на третий вопрос? Если ничего в вашем сознании не мешает вам купить этот камень, узнав от меня о трёх необходимых условиях, то вот бриллиант, и вот я, готовый принять любой способ оплаты.

Женщина ещё несколько минут помолчала, потом отодвинула от себя бриллиант, встала и не оглядываясь вышла из магазина.

Сергей улыбнулся. В этом месяце это был уже третий человек, который, раздумывая о своей жизни, не отважился покупать уголёк из печей демона.

Разговор и мысли, пришедшие ясным видением, подтолкнули мужчину к столу, и он, раскрыв сафьяновый блокнот, открутил колпачок вечного пера и начал писать:

«К римскому императору на приём пришла женщина, она была свободной и с гордостью носила имя – гражданка.

Император слушал её и думал. Она была убедительна в своей просьбе разрешения носить украшения в повседневной жизни, как это делала знать. Когда довольная и счастливая она ушла, летописец попросил императора пояснить для записи в книгу мудрых мыслей причину дарования обычной гражданке привилегии аристократии.

– Что ж, пиши, – сказал император, – мир был до нас и останется после. Всё для чего-то создано и существует. Гордыня этой женщины привела её ко мне. Получив разрешение надевать украшения на улицу, но не имея денег на охрану, она выйдет в город, оберегаемая только своим мужем. Рано или поздно грабитель, увидев в женщине лёгкую поживу, нападёт на неё, муж заступится и погибнет от удара ножа. Грабитель, продав ростовщику еврею украшение, пойдёт с друзьями гулять и пить вино, городская стража столкнётся с его пьяным куражом на узкой улице. Стражник убьёт его, но получит удар ножа в руку, будет долго болеть и в конце концов умрёт, оставив жену и маленького сына без средств к существованию. Женщина, сопротивляясь судьбе, будет пить и приводить в дом мужчин, мальчик вырастет без отца, под ночные стоны матери и пьяные крики. Потом он попадёт в подростковую банду и в день своего совершеннолетия зарежет гражданку, решившую выгулять свои дорогие украшения. И это будет повторяться снова и снова, поднимаясь по спирали времени. – Император посмотрел на летописца и добавил: – Мой отец Веспасиан строил Колизей восемь лет и умер, не дождавшись открытия. Закончив творение отца, я устроил самый большой в истории Рима стодневный праздник. Во благо развлечения были убиты тысячи животных, гладиаторы, умирая, не дождались пощады толпы, потому что, желая крови, большой палец ликующих и счастливых граждан почти всегда указывал вниз. Я дал этим людям всё, что они хотели: хлеба, зрелищ и права Бога – даровать жизнь и смерть. И когда пришло время решать мою судьбу, эта же самая толпа отвергла мой союз с Береникой, дочерью иудейского царя. И больше всех выказывали недовольство римские женщины, женщины, которые покупали пот погибших гладиаторов и со сладострастием наносили его на своё тело. Женщины, которые платили за ночь с рабом-гладиатором, победившим на арене, не захотели, чтобы я, римлянин, взял себе в жёны иудейку. Люди не помнят добра и не знают жалости, поэтому, если бы Зевс решил судить каждого человека по справедливости, то на земле бы остались только дети.