Чукки – собачка. Проделки кота Чуркина. Каспер – брошенный щенок

© С.А. Митрохина, 2024

© Камилла Линдер, рисунок «Девочка и болонка» и другие рисунки к повести «Чукки – собачка», 2024

© Оформление ООО «КнигИздат», 2024

Чукки – собачка

Девочка Ксана мечтала о собаке. И маме, конечно, хотелось купить ей эту мечту, но она понимала, что в их маленькой хрущевской квартире именно собаке, а не людям будет тесно.

Поэтому мама пыталась разубедить дочку:

– Разве может здесь поместиться еще и собака? – спрашивала мама.

А девочка ей на это отвечала:

– Ну, тогда, значит, надо купить маленькую собачку!

И вот однажды, в день десятилетия дочки, мама очень рано, ничего никому не говоря, отправилась на птичий рынок, прямо в собачьи ряды.

Наверное, сто маленьких испуганных щенят, кто в корзинах, а кто на руках своих хозяев, испуганно глядели на покупателей. Не понимая, что все-таки происходит, и почему они оказались здесь вместо того, чтобы нежиться в теплом привычном доме с приятным ароматом пищи и запахом собаки-мамы?

А двум белоснежным щенкам было особенно тревожно, так как они здесь, пожалуй, были самыми маленькими. Взволнованные малыши испуганно озирались, не понимая, почему здесь нет их мамы-собаки???

И почему вокруг всё так незнакомо и так тревожно?

Хорошо хотя бы уже то, что их хозяин здесь, с ними, он стоит рядом и никуда не уходит!

Но и хозяин стал каким-то другим, непривычным – не разрешает поиграть, не кормит их, не играет с ними…

И вообще – зачем он так долго разговаривает с незнакомыми людьми?

Эти незнакомые люди не могут внушать никакого доверия, ведь у них чужие запахи! И вообще, здесь, на этом рынке очень опасно находиться: например, здесь постоянно пахнет этими презренными кошками! Зачем они здесь?!

Ведь собачий инстинкт повелевает любую кошку догнать и, по возможности, наказать. Правда, здесь, на рынке, этого, к сожалению, им нельзя сделать! Потому что, во‐первых, они пока ещё очень маленькие, а во‐вторых, потому что их мама-собака далеко отсюда…

Но до чего же изменился их хозяин! Вместо того чтобы, как всегда, быть для щенков заботливым старшим другом, который и приласкает, и покормит, он теперь привез их в незнакомое место, стоит рядом с какой-то чужой женщиной, разговаривает с ней. И при этом указывает рукой на них, на щенков. Что он задумал?

Неужели хозяин не видит, что они продрогли и дрожат от холода?

Да, оба они, эти два маленьких белых щенка, дрожали в тот далекий день на знаменитом Московском «Птичьем рынке». Они не знали, что хозяин принес их сюда, чтобы продать и что он намеревается получить за свой товар приличную цену.

Они были еще очень малы, эти его беленькие щенки, но оба миленькие, беспомощные, кудрявенькие. Они были очень похожи на щенков какой-нибудь болонки.

Хозяин щенков, молодой человек, приветливо улыбаясь, приглашал покупателей посмотреть на этих малышей. Он звонко выкрикивал: «Продаю щенков французской болонки!!! Их мать и отец – призёры многих конкурсов! Покупайте щенков знаменитой породы!!!».

– А они, случайно, не превратятся вдруг в огромных собак, когда вырастут? – подойдя к этому продавцу, спросила мама девочки Ксаны. И в ее вежливой светской шутке затаилось вполне реальное опасение.

– Да что вы! Я ведь оставлю Вам свой номер телефона! – самым честным в мире голосом ответил продавец.

– Ну, ладно, хорошо, похожу еще немного по рядам, и, если не встречу ничего лучшего, – вернусь к вам, – решительно, смело и независимо сказала мама.

Увы, она наверняка уже знала, что не найдет никого лучшего, потому что лучшего щенка, чем этот, справа, – на свете не бывает! Да и взгляд у него был такой преданный, словно просящий, чтобы она его купила.

Этот милый белоснежный щеночек весь дрожал от холода и промозглой погоды… Дождь вымочили его, и его братишку, – насквозь. К тому же внезапно появился еще этот порывистый ветер! Своим чутким и острым собачьим чутьем щенок понимал, что муки холода и голода прекратятся, если хозяин о чем-то договорится с кем-либо из подходивших к ним без конца людей. Ну и ладно. Поскорее бы уйти отсюда. Вместе с братиком.

Мама девочки продолжала обходить все ряды, но, именно этот взгляд пленительных собачьих глазок и взгляд именно этого белоснежного щеночка, – показался ей сейчас самым привлекательным.

Она вернулась к тому месту, где молодой человек продавал эту запавшую ей в душу собачку и стала подробно выспрашивать у него, как надо обращаться с этим, почти игрушечным, щенком: чем его кормить, где укладывать спать, как выводить на прогулку. Она поинтересовалась разными собачьими привычками и характером щенка. Дело в том, что в ее собственном детстве, прошедшем в маленьком приволжском городке, жители знали только две породы собак – овчарку или дворнягу. Поэтому она хотела пополнить свои знания об уходе за породистым щенком, которого она уже почти окончательно решила купить.

Мама осторожно взяла маленького пёсика на руки, и малыш, дрожащий от испуга, доверчиво прижался к теплому воротнику маминого демисезонного пальто. Вероятно, он был голоден, да еще и находился в состоянии полного смятения от множества незнакомых запахов, от незнакомых лиц и от пронзающего холодного ветра.

Приветливый продавец что-то втолковывал маме об особенностях ухода за маленькими французскими болонками. По его словам, выходило, что болонки этой породы весьма капризны в еде. Но такие капризы – это просто результат их благородного происхождения. И именно этим своим благородным происхождением его щенки отличаются от своих собратьев – мальтийских болонок, которые, по словам этого продавца, оцениваются гораздо ниже, чем французские болонки.

– А почему же это так? – продолжал продавец. – Ну, во‐первых, из-за грубости нравов у этих самых мальтийских болонок. Кроме того, у мальтийских болонок (о, ужас!) ровно через три месяца после рождения глаза буквально закрываются бахромой из шерсти. Из-за этой бахромы мальтийские болонки становятся полуслепыми, и они доставляют много хлопот своим хозяевам. И ведь тогда хозяевам таких болонок придется постоянно оберегать своих полуслепых питомцев от всяческих опасностей! Вот почему надо покупать только французских болонок!

Продавец советовал купить у него сразу двух этих прекрасных щенков французской породы и не ходить больше по рынку, и никого больше не искать – а то, не дай бог, кто-нибудь нечестно подсунет покупательнице какую-нибудь мальтийскую болонку вместо французской… Но мама ответила, что ей нужен только один щенок.

«Как хорошо, – размышляла мама, выслушав назидательные речи продавца, – что я покупаю французскую, а не мальтийскую болонку… Ведь подумать только: у них, у этих бедняжек, мальтийских болонок, уже в три месяца от рождения глаза закрываются бахромой из шерсти!».

После таких взволнованных размышлений мама решительным жестом вручила продавцу деньги и положила купленного пёсика в свою большую хозяйственную сумку, от души поблагодарив продавца за его подробные и полезные разъяснения.

Прощаясь, продавец любезно предложил:

– Я могу Вам дать номер моего телефона, запишите его, и Вы сможете позвонить мне, если у вас возникнут какие-либо проблемы. Я вам все объясню, если понадобится. И подскажу вам, – чем кормить, как дрессировать.

Что-то излишне честное и излишне услужливое прозвучало в его голосе, но это пока не насторожило покупательницу, ведь она пребывала в эйфории от своего приобретения. Она даже с благодарностью подумала, насколько права была старая собачница, активно помогавшая ей советами в деле приобретения щенка. Недаром же эта женщина тогда говорила:

– Вот какая первая собачка на рынке вам понравится, «ляжет на душу», – ту и берите.

«И вправду, – подумала мама, – ведь вот, увидела я этого щеночка – и сразу к нему привязалась. А ведь я весь рынок обошла, всё выбирала и выбирала. Но лучшего щенка, чем этот, – не нашла… Лучше и не бывает!».

Ей глубоко в душу запали эти невинные щенячьи глазки с запрятанным проказливым блеском. Мама шла и думала: «Вот ведь близнец – братишка как две капли воды похож на этого вот щенка, которого я выбрала. Но почему же всё-таки я предпочла выбрать именно этого щенка?».

А пока… этот белый комочек продолжал дрожать в ее хозяйственной сумке.

Теперь маленькая собачка дрожала уже не от холода, а от необычности транспортировки. И еще – щенка мучили незнакомые запахи, которые, к тому же, менялись по мере передвижения. Ведь собаки могут различать до одного миллиона запахов.

Мы, люди, не чувствуем таких тонких различий в запахах, которые умеют улавливать собаки. Нос собаки способен различать до двух миллионов запахов. Для собак запахи – это целый мир, который сигналит им об опасностях, или, наоборот, предупреждает о возможных удачах. О таких несравненных удачах как, например, найденный кусок колбасы или косточка, или – встреча с близкой тебе по духу собачкой.

По дороге домой мама думала: «Почему же среди такого множества маленьких собачек она выбрала именно этого?». И решила, что выбрала его, скорее всего, из-за шаловливых искорок в глазах этой собачки. Такие искорки обещали, что щенок в будущем станет «творческим» песиком. (И это обещание сбылось впоследствии).

Ну а больше никаких различий между собачьими братишками не было. Но всё-таки – какие знаменитые у них имена: Чук и Гек!

Этот Чук дрожал теперь в маминой сумочке.

«Вы можете переименовать своего щенка, – сказал на прощание продавец, – он ведь еще не очень сильно привык к своему имени».

Но мама подумала: «Нет уж, имя-то щенку пусть выберет сама девочка. И пусть будет так, как дочка захочет».

…И вот – в тот незабываемый воскресный день мама вошла в дом, принеся в своей хозяйственной сумке необычайную радость своей дочке. Дочка ничего не подозревала о грядущем сюрпризе. Она просто обрадовалась тому, что мама уже пришла.

– Иди сюда, Ксана, раскрой сумку!

В голосе мамы было что-то необычное. Девочка заглянула в сумку и… издала крик восторга.

Ведь она давно уже просила, чтобы ей купили щенка, а когда была поменьше (сейчас-то ей уже десять лет!), она иногда просила маму, с мечтательной тоской в голосе:

«А ты не можешь мне кого-нибудь родить – ну, например, кошку или собачку?».

Но вот теперь ее мечта – дрожала в сумке. Девочка осторожно взяла щенка на руки, и он доверчиво прижался к маленькой хозяйке, чувствуя, что начинается его новая жизнь!

И в этой новой жизни первая, кто его обнял, была эта маленькая девочка. Он сразу же проникся к ней полным и преданным доверием, ведь все собаки телепаты, а он, этот щенок, к тому же, оказался сверхтелепатом.

Но об этом – чуть позже, а пока – девочка крепко прижимала к себе щенка.

Понимал ли щенок, что теперь у него начинается новая жизнь? И что в этой новой жизни самой первой, кто его так нежно обнял, – была маленькая девочка по имени Ксана?

Пёсик сразу же проникся к ней полным доверием, потому что уловил в ее поведении флюиды восхищения им, маленькой собачкой.

Ведь все собаки-телепаты, а этот пес, к тому же, оказался сверхтелепатом.

Но об этом чуть позже, а пока – девочка спросила:

– Его как-нибудь зовут, или еще нет?

Мама ответила: «Его зовут Чук, но ты можешь его переименовать».

– Не надо переименовывать, – сказала девочка, – пусть он будет Чукки, как будто бы он итальянец, из Италии.

Вот так маленький песик приобрел своё итальянское имя – Чукки. А вскоре он обнаружил не только эту, но и другую, совершенно неожиданную составляющую своей «принадлежности» к замечательному, близкому к Италии, острову Мальта.

Потому что, примерно через месяц, у нашего щенка, которого продавец расхваливал как чисто французскую болонку, – над его глазками вдруг появятся «занавесочки» из белой шерсти! Да, да, они появились – такие «занавесочки», какие бывают у мальтийских, то есть у итальянских болонок. Но… ведь продавец настойчиво убеждал маму, что он продаёт чистокровных французских болонок… и он ещё ругал при этом породу мальтийскую! Как же так???

Однако, наш щенок, оказавшийся мальтийским, был чрезвычайно милым! Кстати, и что-то французское было в этой маленькой собачке, а именно: белоснежная шерсть у Чукки слегка завивалась, как у французской болонки!

Значит, Чукки – ЭТО щенок смешанной породы? Следовательно, продавец обманул маму? Но какие могут быть обиды, если и для девочки, и для мамы – он, Чукки, являлся образцом собачьей красоты и чудесности?

Девочка, маленькая его хозяйка, теперь принялась тщательно читать книги о собаках (все, которые только можно было достать). И она с гордостью утверждала, что он, этот её любимый маленький пёсик, похож на… среднеевропейскую овчарку! Ну что ж – девочка любила собаку, а любовь всегда всё преувеличивает!

Как бы то ни было, теперь – со всей очевидностью можно было утверждать только одно: это был всеми любимый, проказливый, симпатичный «в-рот-палец-не-клади» – милый щенок.

И было еще нечто, очень важное, произошедшее тогда: с той минуты, когда Ксана прижала свою собачку к груди, у девочки началась иная, сказочная и совершенно счастливая жизнь. Мир, с его огорчениями и скучными бытовыми подробностями, – весь этот мир вдруг преобразился!

Теперь в этом новом для девочки мире, царил один только Чукки, с его теплым черным носиком и с его бесконечной преданностью! Он готов был хоть каждую минуту играть со своей обожаемой хозяйкой.

Девочка даже написала сама для себя, на листочке картона (тайнописью, чтобы никто, кроме нее самой, не смог прочитать этого её послания самой себе): «Я Чукки люблю как никого».

(ОНА НАПИСАЛА ЭТИ СЛОВА ОСОБЫМ ОБРАЗОМ – ПОНЯТЬ ИХ МОЖНО БЫЛО, ТОЛЬКО ЕСЛИ ПОСМОТРЕТЬ НА ЭТУ ФРАЗУ В ЗЕРКАЛО… НО КОМУ ЖЕ ИЗ ВЗРОСЛЫХ ТАКОЕ МОГЛО ПРИЙТИ В ГОЛОВУ?).

Ксана была хорошая, любящая и преданная дочь. Но ведь и против правды не пойдешь. А правда отныне была именно такова – девочка любила Чукки «как никого», и ничего с этим чувством не поделаешь!

Порода болонок возникла очень давно – более двух с половиной тысяч лет назад. Долгие времена иметь собачек-болонок могли себе позволить только очень богатые люди. Считалось, что эти ласковые и весёлые собачки исцеляют душу человека. Во время крестовых походов эту породу завезли в Европу. Рыцари преподносили собачек-болонок в подарок дамам.

Эти маленькие болонки были и при королевских дворах: у Марии Стюарт и у Короля Филиппа II, у французского короля Людовика ХIХ и у русской императрицы Екатерины Великой. Основные особенности в поведении «мальтезе»: они компанейские и дружелюбные, но привязываются к одному хозяину. Умные, но дрессировке поддаются с большим трудом. Гурманы. Любопытные. И всегда находят повод, чтобы полаять.

Итак, весь двор, в лице его детской составляющей, буквально замер в почетном восторге, когда Ксана впервые вывела свою собачку погулять.

Впрочем, восторг этот отныне не проходил.

Девочка и собачка. Рисунок Камиллы Линдер

Всякий раз, когда Ксана и ее питомец появлялись во дворе, дети окружали песика и его хозяйку плотным кольцом.

Чукки нравилось находиться в центре внимания: он был тщеславен.

При этом пёс свято чтил неписаный кодекс собачьего поведения, а именно: знаки внимания следует оказывать только своей хозяйке (хозяину), и слушаться надо только её (его)…

Поэтому на чужие детские приказания Чукки предпочитал реагировать только самым надменным и презрительным образом.

Пёс ни в коем случае не собирался подчиняться чужим командам – он предпочитал делать вид, что никаких приказаний не слышит, да и слышать их он не хочет.

Чукки слушался только Ксану.

Расстроенные упорным игнорированием со стороны собаки всех их детских повелений, ребята во дворе упрашивали его хозяйку, чтобы она отдала ему приказы «ап», «фас» или просто – «послужить».

Они могли смотреть на это зрелище бесконечно.

Ксана была девочка добрая и выполняла все просьбы детей показать им, как Чукки выполняет команды.

Но втайне девочка все-таки гордилась тем, что для него, для Чукки, существует только она одна.

С этим Чукки, правда, с самого начала возникла одна проблема: он очень мало ел и вообще проявлял непобедимую капризность в еде. Он признавал только мясо в чистом виде, а ведь это все же была эпоха дефицита. Пропаганда в СССР все время нацеливала народ на выполнение продовольственной программы, и процесс этот длился десятилетиями. Конца этому процессу не было видно, продовольствие не увеличивалось, очереди росли, и мясо не всегда украшало прилавки магазинов.

Мама пробовала перемешивать для Чукки провернутое через мясорубку мясо и соединять его с рисом, – но пёсик упорно и методично отделял крупинки риса от фарша и оставлял их сиротливо белеть на тарелке. Догадались однажды перемешать с мясом не белый рис, а темную гречку – и вот тут он не смог отделить одно от другого. Но все равно, проблема оставалась, ведь малыш отказывался от молока и от творога, он не ел, как другие собачки, ни вареное яичко, ни, тем более, овсяную кашку.

Мама и девочка были обеспокоены таким отношением собачки к еде и однажды решили позвонить бывшему хозяину, чтобы проконсультироваться у него, чем же следует кормить щенка. Они подумали, что хозяин пёсика, купленного на Птичьем рынке, наверняка знает собачий рацион. Тем более, что «бывший» столь любезно предлагал свой номер телефона именно для подобных консультаций.

Однако, когда мама набрала номер телефона продавца, ей ответили, что здесь таких нет, «Какая досада, – подумала мама, – я, наверное, ошиблась, когда записывала номер».

Но о том, что она не ошиблась, а просто была обманута, мама догадалась чуть позже, когда у собачки, проданной ей в качестве французской, – отросли вполне мальтийские так называемые «занавесочки» над глазами, чтобы предохранять собачкины глазки от ярких лучей солнца. При этом, белая собачкина шерсть у Чукки немного завивалась, как у французской болонки. Но лёгкие «занавесочки» над глазами свидетельствовали о том, что у Чукки была большая доля мальтийская крови.

Но никто особо не горевал из-за этих «занавесочек», ибо, во‐первых, неотразимое обаяние этого пёсика позволяло ему быть какой угодно породы, а во‐вторых, он теперь явно обнаруживал свою принадлежность к самым разнообразным собачьим породам. Эта «многогранность» отразилась в Чукки с какой-то необыкновенной элегантностью.

Хотя обычно таких собачек называют презрительно и жестоко: «бастард», – но он был не бастард, а просто – Чукки.

Необыкновенный красавец. Смешанной породы.

Он вёл себя всегда как очень преданный друг, его рыцарское служение обеим своим хозяйкам было поразительным, хотя, конечно, он отдавал девочке явное предпочтение перед всеми.

И только однажды мама пожалела, что купила его – когда взволнованная дочка пришла и рассказала, что вот только что на Чукки чуть было не наехал автобус, и спасти его ей удалось только тем, что она встала во весь рост на дороге (девочка была маленького роста).

А для того, чтобы водитель наверняка увидел ее, она подняла вверх руки.

И ещё сказала, что водитель заметил её только в самую последнюю минуту, или, может быть – он услышал ее крики! И вот только тогда водитель остановил автобус.

«Да и пусть бы он пропал, пусть бы пропадом пропал, этот твой пёс! – кричала мама, – ведь он всего лишь собака, разве можно так рисковать!

Вот отнесу его обратно на птичий рынок, будешь знать!». Накричала, а потом вспомнила слова знаменитого ученого Конрада Лоренца: «Я испытываю стыд перед своими собаками, потому что любая из них, не задумываясь, отдаст жизнь за меня. А я – никогда этого не сделаю». Ну, а мамина дочка рисковала, и это напугало маму, она с тех пор строго-настрого запретила Ксане выводить собаку на улицу без поводка.

Поражала удивительная способность щенка подчинять все свое существо, весь ритм своей жизни – одной единственной цели, а именно: затаенной слежке за своими хозяйками. Старшая хозяйка (мама) не позволяла ему проводить время у нее на коленях, тем более она не позволяла – танцевать на ее постели, превращая белоснежное покрывало в смятый комок. Да, Чукки запрещалось прыгать на кровати, но именно это времяпрепровождение щенок считал самым сладостным и долгожданным.

Но… в отсутствие мамы девочка-хозяйка позволяла щеночку делать все, что ему заблагорассудится. Ну, например, – посидеть на коленях, а еще лучше – поспать на хозяйской постели рядом с младшей хозяйкой. Ему нравилось лизнуть свою хозяйку пару раз в щеку, – девочка этому радовалась. Хотя мама относилась весьма строго к подобным вольностям.

А Чукки всё-таки хотел, чтобы и старшая хозяйка позволяла ему делать всё, что ему угодно. Поэтому он не ленился часами выжидать где-нибудь в углу, ненавязчиво наблюдая – не подобрела ли мама и не отнесется ли она снисходительно к бедной собачке, которая так страдает от недостатка внимания и которую может спасти совсем даже не глоток бензина, а негласное, выраженное маминым взглядом, снисходительное разрешение вспрыгнуть на хозяйские колени, – а может, даже еще и лизнуть хозяйку в щечку. Чукки подрастал и всё больше соответствовал вот этому описанию особенностей мальтийской болонки (из Энциклопедии).

Точных сведений о происхождении породы нет. Принято считать, что на острове Меледа ещё 2000 лет тому назад обитали собаки, породу которых впоследствии стали называть «мелита» (в честь острова – таково было древнее название острова Меледы – Адриатическое море, у побережья Далмации). В связи с тем, что точно так же назывался и остров Мальта, собак в XVI веке ошибочно назвали мальтийскими болонками, или «мальтезе». Судя по всему, эти собаки могли явиться прародителями современной породы мальтезе. Специалисты полагают, что в процессе образования породы, несомненно, принимали участие маленькие спаниели и той-пудели. Как прежде, так и теперь мальтезе используются в качестве компаньонов.

Поразительно, но Чукки никогда не ошибался в выборе долгожданного им момента, когда строгая мама расслабится. Он мог ожидать удобного момента – хотя бы и весь день. Чтобы прыгнуть к ней на колени.

И еще: Чукки успешно оберегал своих хозяек от местных пьяниц. Он неистово лаял на них, чтобы отпугнуть их и изгнать из своего района. Он даже пытался их укусить, чем приводил их в несказанный восторг и умиление. Они одобрительно поощряли его лай, ласково упоминая при этом все известные им нецензурные междометия.

Пёсик обладал удивительным даром располагать к себе людей, и редко кто из прохожих не бросал ему вслед фразу: «какой хорошенький!».

Правда, эту оценку ему давали только тогда, когда он был отмыт… а вот купаться-то он и не любил. Даже не просто не любил, а категорически этого избегал.

Он весьма успешно пускал в ход свою недюжинную изобретательность, лишь бы только его миновала эта горькая чаша.

Каким-то одному ему известным образом он догадывался, когда ванна наливалась для него, а когда – для его хозяек.

При этом он угадывал даже само желание хозяек помыть его, причем, угадывал он это – абсолютно безошибочно!

И вот, каждый раз, догадавшись, что его хотят искупать, – Чукки запрятывался в недостижимый угол комнаты.

Этот угол находился под тахтой, поэтому тахту в «банные дни» маме и девочке приходилось отодвигать от стены.

Несчастного беглеца извлекали из его убежища и отмывали, несмотря на его усиленные попытки выпрыгнуть из ванны и убежать (хотя бы даже и в намыленном виде).