- -
- 100%
- +
Глава 1
В которой виртуальный парень лучше реального
Лида
Жизнь вообще часто била меня ключом по голове. Вот и новый день начался для меня еще одним ударом. Родители с самого утра начали выяснять отношения. Я вообще забыла, когда мы в последний раз общались нормально. Мать кричала, отец ударил кулаком по столу. Именно от этого звука я и проснулась еще до того, как у меня зазвенел будильник. Точнее пронесся по комнате громким воплем солиста группы «Rammstein»
– Ты меня достал! – услышала новый крик мамы.
– Собирай монатки и убирайся из моего дома! – а это уже отец.
И ведь я точно знала, что никто никуда не уйдет. А скандалы все равно продолжаться. И шум этот не закончится. Они так и будут кричать друг на друга до хрипоты. Я же просто соберусь, уйду на учебу и на время забуду о том, что мои родители готовы вгрызться друг другу в глотки.
Сначала коснулась босыми ногами пола, потом только отодрала голову от подушки. До поздней ночи переписывалась в «ВКонтакте» с Димкой. Разговоры с ним, пусть и виртуальные, спасали меня от депрессии, которая время от времени пыталась овладеть мной.
– Да пошел ты… – продолжала распаляться за стеной мать.
Еще один удар. Только теперь не кулаком по столу. Кажется, в порыве злости папа разбил об пол чашку. Почему-то не сомневалась, что это мамина любимая. Она всегда оставляла ее на столе.
– Ты… – дальше последовал мат, который я уже слушать просто не могла.
Когда день начинается столь резко и насыщено, хочется оглохнуть. Не слышать этих злых криков. Не чувствовать отрицательную энергетику, которая начинала касаться своими призрачными щупальцами моего сердца.
Телефон пиликнул, а вместе с ним по комнате таки разнесся хрипловатый голос Тилля. Ну все, пора окончательно просыпаться, собираться, запихивать в себя завтрак, состоящий из бутерброда с колбасой, и мчаться на учебу.
Выудив из-под подушки телефон, первым делом отключила будильник. Прощай Тилль, встретимся завтра утром. Я буду скучать по тебе, красавчик. После открыла сообщение «ВК» и прочитала утреннее послание от Димки:
«Привет, красавица! Вот и новый день. Надеюсь, сегодня у меня получится поймать тебя в метро. И нам никакая толпа не помешает познакомиться».
Эх, Дима… Моя виртуальная мечта. Идеальный парень, которого я видела только по фотографиям. На аватарке красовался темноволосый парень с футбольным мячом в руках. А в единственном фотоальбоме было не густо. Он посещал спортзал, играет в футбол и, как и я, увлекается огненными шоу. И все-таки я не знала, кто на самом деле со мной общается. Но мой тайный друг сумел задеть во мне что-то живое. Что-то, что еще не умерло, медленно уничтожаемое постоянными скандалами и склоками в семье. От них хотелось убежать. И я спасалась этими сообщениями. Падала в виртуальный мир, заменяя им реальный.
«Мне кажется, ты пока не готов к этой встрече».
Написав короткое сообщение, включила блокировку экрана. Потом попереписываюсь с Димой. Когда буду ехать в переполненном метро, где каждый второй недоволен жизнью.
– Пошла вон! – очередной крик отца.
Да-да… ты сейчас можешь сколько угодно кричать, бить посуду. Но ничего не изменится. Вы потом затихните, уставшие от очередной пикировки. И забудете о случившемся до новой стычки. Которая могла начаться на пустом месте в любой момент. Но, само собой, наступит он только тогда, когда родители придут после работы домой. Уставшие, измотанные вечным дерганием начальства и недовольных клиентов, они снова столкнутся на кухне. Или в комнате, разницы нет. И лучше мне в этом случае рано домой не приходить. Давно уже подумывала найти себе подработку и иметь хоть сколько-нибудь своих денег. Вон, Мира же как-то справляется. И я смогу. Найти бы только… Без опыта работы сделать это будет сложно.
– Ненормальный!
– Дрянь!
Ничего нового для себя не услышала. Вмешиваться же в их склоку не стала. Один раз уже попыталась их разнять. И получила кулаком по лицу от «любящего» родителя. Он, конечно, ударил не специально. Метил в мать, а попал в меня. Зато после того случая, мои родители поутихли. Уехали на дачу, по их словам, отдохнуть от городской суеты. На самом деле просто хотели привести мысли в порядок. И, наверное, дать мне немного времени прийти в себя. Я в свою очередь лить горькие слезы из-за родных не стала. Хватит, наплакалась. Написала Мире, что снова одна. И подруга приехала вечером после работы, и все выходные мы провели за просмотром любимых старых фильмов и поеданием гадости из «Макдональдса»
Натянула на ноги черные джинсы, сверху надела тонкий бирюзовый свитер. Волосы убрала в высокий хвост. Потом отправилась умываться.
Шла осторожно, чтобы не привлечь к себе ненужное внимание разозленных родителей. Потом нужно будет прошмыгнуть на кухню, чтобы схватить с ночи заготовленный бутерброд и бежать на учебу. Задерживаться дома, когда у нас происходит очередной скандал, я не собиралась.
Быстро умывшись, приступила к макияжу. Еще пара минут, и в целом я начала себе нравиться. Круги под глазами исчезли, на щеках расцвел живой румянец. Глаза даже стали казаться более яркими, не просто серыми, а серо-голубыми. Или это все из-за цвета свитера…
Махнув мысленно рукой на глупые мысли, вдруг поселившиеся в голове, пошла на выход из ванной комнаты. Оставалось добраться до заветного бутерброда.
Незамеченной остаться не получилось. Как только переступила порог кухни, родители обратили все свое внимание на меня.
– Доброе утро, – спокойно сказала, хотя внутри вся сжалась от предчувствия чего-то нехорошего.
– Лида… – будто только вспомнив о том, что у него есть дочь, пробормотал папа. – Лучше тебе уйти. Мы тут…
– Да-да, – кивнула, быстро подходя к холодильнику. – Я сейчас ухожу.
– Дочка, что на тебе надето? – кажется, мать решила переключиться на меня. И направить весь свой негатив в мою сторону. – На прошлой неделе подруга передала мне вещи своей старшей дочери. Там были вполне себе приличные юбки. Они подошли бы тебе лучше, чем этот кошмар.
Посмотрела на свои джинсы, не понимая, что с ними не так. К слову сказать, деньги на них мне давал отец. Как бы не хотела я полностью не зависеть от родных, пока этого сделать никак не получалось. С работой у меня не клеилось от слова «совсем».
– Мам, ее старшая дочь каждые выходные пропадает в церкви. Из ее юбок можно парашют сшить.
– Какая неблагодарность, – возмутилась родительница. – Она отдала мне хорошие вещи. Причем, бесплатно! И вместо спасибо…
– Я опаздываю, – перебила маму, хватая с полки пакет с приготовленным заранее бутербродом. – Поговорим вечером.
Мельком взглянула на осколки маминой любимой чашки. Все-таки я угадала, и это была именно она. Валялся расколотый фарфор частично под столом, а частично под ногами отца. Зачем, спрашивается, в свое время мои родители создали семью? Она ведь сейчас по швам трещит. И никому от этого хорошо не делается.
– Сегодня не задерживайся, – строго наказал отец.
Если бы я его еще слушать стала. Все равно раньше, чем запланировала, домой не приду. А к тому времени, если повезет, мать уже спать будет. Работа у нее была тяжелая. Уставала она сильно. Поэтому спать ложилась рано.
Окончательно собравшись, вышла на улицу. В руке держала обернутый целлофаном бутерброд. Забегу в кафешку, что возле метро, куплю там за шестьдесят рублей стаканчик кофе и все. День уже будет казаться не таким паршивым. Деньги, пусть и немного, у меня имелись. А там, если все сложится, сбегаю на собеседование. Не рассчитывала особо на то, что у меня получится его пройти. Все же студентов берут с большой неохотой. Но чем черт не шутит? Все равно нужно где-то до вечера отсидеться.
Определенно, если у тебя плохое настроение, кофе способно его поднять. Пусть всего минут на двадцать. Передышка в моем случае не повредила. А сообщения от Димки прибавили бодрости.
Странный парень, но мне просто нравилось с ним общаться. Я не слышала его голоса, но зато читала сообщения. Он умело интриговал, знал, когда и что следует написать. Я в свою очередь охотно поддерживала игру, все больше запутываясь в сетях из выдуманных чувств. Возможно ли влюбиться в парня по переписке? Оказывается, да. Точнее, определенную симпатию во мне он вызывал. И если не сразу отвечал на мои сообщения, я начинала немного нервничать. Особенно, если оно уходило в статус прочитанных.
У института меня уже ждала Мира. Топталась у проходной, смотря в экран телефона, что сжимала тонкими пальцами. Быстро кому-то набирала сообщение и улыбалась. Именно по улыбке я и поняла, что списывается она со своим Пономаревым. И как он умудрился так быстро ее околдовать? Еще недавно это была катастрофа на ножках, а теперь… Впрочем, я была рада за подругу. Но лишний раз не съязвить я не могла.
– Привет, – живо поздоровалась с Миркой, подходя к ней почти вплотную. Самым бессовестным образом заглянула в экран ее телефона и лишний раз убедилась в том, что мои догадки верны. – Что, уже и минуты друг без друга не можете?
– Привет, – в свою очередь поздоровалась Мира. – Приедет минут через пять. Я…
– Жди, – хмыкнула, смотря, как щеки подруги заливает румянец. – Я пока нам места займу. А то Николай Николаевич обычно любит спрашивать тех, кто на первых рядах. Так что сегодня утром у нас бой без правил за дальние парты.
Подмигнула Мирке и пошла к проходной. Кофе в стаканчике осталось совсем немного. Допила его одним большим глотком и отправила в мусорное ведро, что больше походило на длинный черный цилиндр.
У гардеробной, как и ожидалось, в это время было столпотворение. Заметив знакомые макушки, пошла на таран. Гусляров как раз тянулся рукой к номерку, который передавала ему Зинаида Петровна.
– Уф, спасибо, мой хороший, что занял мне очередь, – громко проговорила я, хлопая парня рукой по груди, обтянутой тонким свитером.
– Эй Кислицына, ты что, офонарела?! – а это возмутился Синицын. Ну да, где Гусляров, там и его верный друг и соратник.
– Птичка моя, ты чего? – удивленно посмотрела на приятеля. – Гусляр занимал мне. Я с ним еще вчера договаривалась.
– Ничего я не… – начал было тот, но я извернулась и вдавила каблучок прямо ему в мысок ботинка. – Ай-яй… – пискнул, пытаясь отдернуть конечность. – Ладно, Кислица, твоя взяла.
– То-то же, – наставительно приподняла указательный палец вверх. И таки решила сжалиться и убрать свою ногу с ноги парня. – Зинаида Петровна, вот моя куртка, – говоря это, я уже стаскивала с себя верхнюю одежду.
Получив на руки заветный номерок, заторопилась к лестнице. Лекция должна была проходить на третьем этаже. А в это время даже на ступеньках у нас частенько сами собой создавались заторы. Вот и сейчас, чтобы пробраться на нужный этаж, пришлось как следует поработать локтями. Нет, разумеется, никого лишний раз пихать я не собиралась. Но сложно маневрировать, если тебя пытаются зажать со всех сторон разом. А нормальных вежливых слов не выспавшиеся студенты не понимают.
– О, Кислица, – услышала за спиной знакомый голос. – Аккуратнее, синяков наоставляешь.
Обернулась, смотря на почему-то довольное лицо Ваньки.
– Привет, болтун, – поприветствовала приятеля. – А где Юрку потерял?
– Да он сегодня не придет, – Вано поморщился. – Дела.
– Ну-ну, – пробормотала, легко себе представляя, какие это дела.
Мира только недавно официально стала встречаться с Александром Пономаревым – звездой нашего универа и любимцем девушек. И ни она, ни я и подумать не могли, что Юрка Львов, наш шутник-одногруппник, будет из-за этого так переживать. Ну кто же знал, что ему тоже моя непутевая подруга приглянулась? Он с неделю назад по этой причине даже подрался. Все с тем же Пономаревым, между прочим. Ну и после случившегося отношения у нашей четверки испортились. Мира пыталась поговорить с Юрой, но он только отмахивался, говоря, чтобы она не тревожила его лишний раз. Ну и Ванька, лучший друг, само собой был на его стороне. С подругой моей особо не общался. Зато со мной поболтать – за милую душу. Вот не пойму никак, с чего вдруг? Ведь тоже раньше ограничивался коротким приветствием. Скучно ему что ли стало?
– Не, я серьезно, – не отставал от меня Ваня.
Так мы и поднимались по лестнице, переговариваясь. Парень шел сзади и болтал без умолку, а я ворчала. А с чего не ворчать, когда Юрка вот-вот с катушек слетит? А этот балбес ничем ему помочь не может. Только зубоскалит, что нужно было обращать внимание на другую девчонку. На его сестру, например. Что это за сестра такая, я само собой, спрашивать не стала. Во-первых, мы, наконец-то, добрались до нужного этажа. А во-вторых, я все равно его сестру не увижу. Да и не хотела лезть в личные переживания Львова. Парень он хороший, отходчивый. Надеюсь, быстро забудет о неудаче и снова станет весельчаком, каким был раньше.
– Слушай, Кислица…
– Ну хватит уже, – я поморщилась.
Мы остановились возле аудитории и стали ждать, когда подойдет преподаватель и откроет дверь. Потом самое главное не растеряться и юркнуть в конец аудитории. Занять там два места и ждать Мирку. Она точно до самого начала занятия будет со своим Пономаревым пропадать. Начало отношений, взаимная симпатия, быстро перерастающая в чувство более сильное. Знаем, плавали. И что-то пока плавать больше не хочется. Наверное, в этом и заключалась еще одна причина – почему мне так нравился Дмитрий Давыдов. Он не настаивал на встрече. Не намекал на что-то большее, чем просто переписка. Этого мне пока было достаточно.
– Ты чего? – не понял моих последних слов Ваня.
– Вот скажи мне, непутевый, – я уперла руки в бока и грозно посмотрела на парня, – я похожа на своего в доску?
– Ты о чем? – кажется, кто-то продолжал делать вид, что ничего не понимает.
– О том, что я девушка, – для того, чтобы сомнений не оставалось, указала рукой на грудь. – А ты общаешься со мной, как с Юрозаменителем. Но я не Львов. И поддержать тебя мне нечем.
– Да причем здесь Юрка? – Вано поморщился. – Я просто с тобой общаюсь.
– Раньше за тобой такого не замечала. Ты, бывало, и в аудиторию впереди себя не пустишь. А если на ногу случайно наступишь – извинения не просишь. В смысле, не просил. Зато сейчас… Что случилось, а?
– Да просто мне нравится с тобой общаться, – одногруппник передернул плечами. – Что в этом такого?
– В том, что дружбы между парнем и девушкой не бывает, – продолжила доносить до Ваньки простую истину. – Тебе примера друга было мало?
– Ты что, Кислицына, – Ваня поморщился, – решила, что я к тебе подкатываю?
– Очень на то похоже, – зачем скрывать очевидное.
– Вот ни капельки, – возразил приятель. Еще и руку к моему лицу поднес, на пальцах показывая, что для него эти самые «ни капельки». – А если тебя это все так волнует, то это означает лишь одно.
– Что? – поторопила его с ответом. Черт, самой стало интересно.
– Что я тебе нравлюсь.
Он хитро растянул губы в улыбке. Мне же захотелось выбить ему зубы. Ничего страшного… ему все равно до голливудской улыбки далеко.
– Этого не может быть, – парировала я.
– Почему это? – улыбка медленно стала сползать с лица.
– Потому что… – запнулась, не зная, как ответить. Не говорить же, что у меня есть парень? Не хватало еще повторить ситуацию, что недавно произошла с Мирославой. – Мне нравится один парень.
Вот это была правда. Дима на самом деле был мне симпатичен. Даже больше, чем просто симпатичен. Милый, внимательный, забавный…
– Да? – Я смогла удивить Ваньку. – Тебе вообще кто-то может нравится?
– Представь себе, – я передернула плечами. – Но он не из нашего универа, так что расслабься. – Похлопала одногруппника по плечу. – И не глупи. Все эти игры до добра не доводят. Каждый раз, когда тебе захочется поболтать с девушкой, подумай о том, что ей может это понравиться. И потом придется тебе по коридорам от толп поклонниц бегать. Вон, как Пономарев еще недавно.
Ванька разом сник. Провел нервно рукой по растрепанным темным волосам, посмотрел себе под ноги. Тоже туда посмотрела и ничего не увидела. Ситуация была неловкой. Зато я была честна и перед собой, и перед Вано. Надеюсь, что если у него и был ко мне какой-то интерес, то он растворился, после последних сказанных мной слов. Говорят, что человек учится на своих ошибках. Но мне достаточно было наблюдения за ошибкой Миры, чтобы понять, как не стоит поступать. Играть в чувства я не собиралась.
– Ну, ладно, Кислицына, – наконец, произнес парень. – Что ж я тебе, банный лист какой. Не хочешь, не надо.
– Лучше общаться, как и раньше, – сказала, прямо смотря на одногруппника. – Пойми, я…
– Да понял я все, – судя по всему, мысленно махнув на меня рукой, пробормотал молодой человек. – Не дурак. Только ты это, – на его губах снова заиграла улыбка, – не пожалей потом, что такого шикарного парня, как я, проморгала.
Хмыкнула, смотря на этого «шикарного». Пожалею ли я? Сомневаюсь. И не потому, что он мне ни капельки не симпатичен или еще чего. Просто слишком мы разные. И воспринимаю я его только как друга. Точнее даже – приятеля.
– Ой, уже жалеть начинаю, – быстро подключаясь к игре, пробормотала. – Кому ты такой весь из себя шикарный достанешься, – сказав это, провела указательным пальцем по широкой груди парня. – Но не переживай, – похлопала Вано по этой самой широкой груди, – я очень быстро приду в себя. И забудусь в объятиях какого-нибудь парня.
Само собой я шутила. И Ванька прекрасно это понимал. Поэтому продолжать перепалку не стал. Отошел в сторону и сделал вид, что меня здесь вообще нет. В смысле, переключил свое внимание на других девушек из группы, которые стояли чуть в стороне. Одна из одногруппниц наградила меня убийственным взглядом. Приподняла руки перед собой в примирительном жесте. Дескать, я на него никаких планов не строю. Судя по девчонке, мне не поверили. Ну и пусть…
Вскоре пришел преподаватель и открыл аудиторию. Так как я стояла у двери, то вошла в помещение одной из первых. И сразу заторопилась к последним партам.
– Ну, блин, Кислицына, – возмутилась Женька, высокая блондинка, которая у нас была совестью всей группы. В том смысле, что если кто-то начинает пить без нее, она сразу причитала, что про нее забыли. – Опять лучшие места отхватила.
А как же. Средний ряд, последняя парта. Спереди уже устраивались Носков и Гайкин. Эти двое закроют нас с Мирой от любой беды. Все-таки под два метра ростом. Мы с подругой на их фоне выглядели букашками. Хотя я была повыше Мирославы.
– Зависть, плохое чувство. Тебе когда-нибудь об этом говорили? – поинтересовалась у Жени.
– Я не завидую, – фыркнула девушка, устраиваясь на своем месте. Парта ее располагалась с левой стороны. Четвертая, если считать с конца. – Я страдаю. Это несправедливо. Ты снова влетела сюда первее меня.
Ничего ей на это отвечать не стала. Перепалка между нами могла затянуться до самого начала лекции. Да и… телефон в сумке завибрировал, и я поспешила извлечь его под свет электроламп. Димка.
Улыбка сама собой появилась на лице. А в груди заворочалось что-то теплое и приятное. Он просто спросил, как я добралась до универа. Ничего такого, а я стояла и глупо смотрела в экран телефона. Быстро забегала пальцами по сенсорным кнопкам, набирая ответное послание.
– Ну и кто там у нас? – Женя материализовалась рядом так неожиданно, что я чуть было не выронила из рук телефон. – О… – присвистнула девушка. – Поклонник? Ты что, Кислицына, с кем-то мутишь?
– Да, – раздраженно откликнулась. – Мучу… Воду вилами.
Ванька, что тоже уже успел устроиться за партой, крякнул со смеху. Посмотрите на них. Нашли развлечение на день.
– А вообще, – продолжила говорить. Сообщение уже было отправлено и телефон вновь лежал в сумке, – тебя это не касается. Разве не говорили родители, что если совать свой нос, куда не просят, то можно вообще без сопелки остаться?
– Ты на что намекаешь? – нахмурилась Евгения.
– На это, – процедила и красноречиво выставила перед ее лицом кулак. – Не нервируй, Гудкова, пока я не подправила тебе гудок.
Да, грубовато получилось. Но в последнее время я сама не своя. Мало мне было проблем с родителями и с поиском работы. Еще и тут решили на нервах поплясать. Что я, железный человек что ли. Неужели у меня не может быть чувств и слабостей? Почему кому-то нравится меня дергать? Написано на мне, что ли, «Ищу неприятности». Или это я просто так эти самые неприятности притягиваю?
Был, помнится, фильм, где девушка была очень удачливой. Но поцеловавшись на какой-то вечеринке с непутевым парнем, передала ему свою удачу, а сама стала… ходячей катастрофой. Не могла же Мира меня своей «везучестью» заразить.
Кстати… а где она? До начала лекции оставались считанные секунды, а подруги все не было. Сильное ее, видимо, Пономарев зацепил, что она уже, как та самая счастливая, часов не наблюдает.
Впрочем, вскоре я уже сидела за партой и отчитывала Мирославу за ее беспечность. Ну это надо же было влететь в аудиторию одновременно с преподавателем, который отошел, чтобы налить себе кофе. В итоге этот самый кофе оказался на его идеально белоснежной (когда-то) рубашке. А моя подруга, отчаянно краснея, нервно крутила сейчас под партой мобильный телефон.
Ситуация была неловкая. И что-то мне подсказывало (скорее всего, красноречивый взгляд преподавателя), что подруге будет сложно сдать у него предмет. Пусть Мира натолкнулась на мужчину случайно, но Николай Николаевич был у нас человеком злопамятным. И кофе очень любил. А тут и рубашку ему испачкали, и кофе лишили.
– Вот всегда со мной что-то происходит, – прошептала Мирка, посматривая на меня. – Надо будет подойти к нему после лекции и еще раз извиниться.
– Да уж, – пробормотала я, с грустью осознавая, что сегодня внимание лектора будет приковано к последним рядам. – Ситуация та еще…
После изматывающей первой лекции, я оставила Миру в аудитории, извиняться перед мужчиной, а сама вышла в коридор. Подожду ее здесь, посмотрю на пока еще сонных студентов. Напишу что-нибудь Димке.
Устроившись у стены, подперла ее спиной и, достав из сумки телефон, открыла сообщения. Ну и что ему написать?
«Привет еще раз) Как твои дела? Как продвигается учеба?»
Отправив сообщение, стала ждать. Теперь уже не только Миру, но и ответного послания Димы. Которе пришло уже спустя полминуты, не больше.
«У нас все, как всегда. Студенты вешаются, преподы наслаждаются»
«Да, у нас что-то схожее. Вроде учимся в разных местах, а мучают студентов везде одинаково(»
«Не грусти, красавица) Улыбайся чаще. Улыбка тебе идет!»
Не знаю, идет или нет, но губы сами собой стали растягиваться в эту самую улыбку.
Переписку продолжить не получилось. Из аудитории выскочила Мира. Лицо ее было красное от смущения, а взгляд потухшим.
– Мне конец, – проговорила она, направляясь к лестнице. – Он пообещал мне, что просто так я ему экзамен не сдам.
– К тому моменту, как этот самый экзамен начнется, он может забыть, что столкнулся с тобой у аудитории, – попыталась подбодрить подругу.
Я не отставала от нее. Замешкаюсь, и Мирка продолжит разговаривать уже сама с собой. Потому что я ни слова не услышу.
– Нет, он не забудет, – покачала темноволосой головой Мирослава. – Мало мне было проблем, нажила себе еще одну.
– Проблем? – я сразу насторожилась. Ухватила подругу за руку и заставила ее тем самым притормозить. – Ты о чем?
– Ох… – выдохнула она, с паникой смотря мне в глаза. – Сегодня вечером мы ужинаем у Сашки. Буду знакомится с его родителями. И я в панике!
– Нашла чего бояться, – я постаралась говорить спокойно. – Это всего лишь одна встреча. Ничего не случится.
– А если я им не понравлюсь?
– Ты не можешь не нравиться, – я подмигнула Мирке. – А если что-то будет их смущать, то я вот что тебе скажу: значит они недальновидны. Пономарев, когда на тебя глаз положил, сразу более живым что ли стал. Собой. И если его близкие этого не заметили, то либо они слепы, либо у них косоглазие. Ну или и то и другое разом.
Мирка нервно хмыкнула. Могла себе представить, чего она так нервничает. И теперь понятно, почему она задержалась перед лекцией. С Сашкой со своим обсуждала предстоящую встречу. А тут, как назло, еще и на Николая Николаевича налетела. В общем, как бы ни старалась моя подруга не притягивать к себе неприятности, получалось у нее это из рук вон плохо.
После утомительных лекций я, как и планировала, сразу домой не поехала. И пусть родители потом будут возмущаться, стенать, что я их наглым образом игнорирую. Пусть… У меня наклевывалась работа. Терять такой шанс не собиралась. Работать по вечерам после занятий в универе… Что могло быть лучше? Сейчас, когда первая половина дня была забита, выбора особого у меня все равно не было. Не могу же я до конца учебы сидеть на шее родителей? Они все чаще стали заводить разговоры по поводу моей несостоятельности. Несмотря на то, что я старалась особо у них денег не просить.