Ген Дикости

Глава 1

Быстро одеваюсь и бросаю взгляд на часы. У меня есть еще пять минут до завтрака. Папина жена Меган не выносит, когда опаздывают. Мама умерла, когда мне было пятнадцать, именно в тот день привычный мир изменился до неузнаваемости. Мы никогда не разговариваем об этом. Достаточно уже того, что шрамы на моем теле являются постоянным напоминанием о произошедшем. Мы были потрясены до глубины души, я чуть не умерла от рук собственной матери, а папа вынужден был застрелить ее и буквально вытаскивать меня с того света. Благо, мой отец – военный, и у него прекрасная медицинская подготовка.

Папа женился снова два года назад, когда я переживала не лучшие времена в своей жизни. Но не могу винить его за это. Хотя с Меган у нас достаточно терпимые отношения – мы с трудом друг друга выносим, но при папе этого не показываем, если он счастлив с этой женщиной, то я только рада за него. С первого мгновения знакомства Меган начала вести себя так, будто она – моя мать, но в двадцать один год мне не нужна была материнская забота от едва знакомой женщины.

Не могу дождаться, когда уже наконец смогу съехать из дома отца и его новой жены. Мне двадцать три в конце концов, а папа ведет себя так, будто мне до сих пор пятнадцать. Предлагает остаться жить с ними. Конечно, если вспомнить все, что мне довелось пережить, его можно понять, но до него уже должно дойти, что я больше не ребенок. Со мной уже все в порядке. Я смогу жить отдельно. К тому же, в академии я никогда не буду одна.

Заканчиваю одеваться и спускаюсь на первый этаж. Иду прямиком на кухню, папа сидит за столом и задумчиво смотрит в окно. Меган достает из духовки омлет, и по кухне разносится потрясающий аромат. Умение готовить – главный плюс этой женщины. Она ставит форму на специальную подставку, бросает взгляд сначала на меня, затем на часы и поджимает губы. Я прячу улыбку, ведь сегодня я вовремя, а точнее, раньше на целых три минуты.

– Доброе утро! – говорю я и подхожу к папе, чтобы поцеловать его в щеку. Такой у нас ритуал.

Папа улыбается в ответ.

Сажусь за стол и жду, когда Меган принесет завтрак. Вы не подумайте, я бы с удовольствием ей помогла, но больше, чем опоздания, она ненавидит, когда кто-то мешается у нее под ногами на кухне. Она ставит перед нами тарелки и чашки с кофе, садится сама. Терпеть не могу, когда за столом царит тишина, поэтому спрашиваю у папы то, что волнует меня сейчас больше всего:

– Пап? Как там продвигается ремонт в казармах? Мне уже не терпится переехать и начать тренировки с новым отрядом.

Папа и Меган переглядываются, и я понимаю, что-то не так. Я хмурю брови и откладываю вилку. Но прежде, чем успеваю что-то спросить, папа сообщает мне новости:

– Ты не будешь работать в академии. Я нашел для тебя другое место.

– Это хорошо? Или нет? И что за работа?

Он смотрит мне в глаза и говорит:

– Глава Нортвуда ищет того, кто подготовит для него специальный отряд. Подробностей я не знаю, но я предложил твою кандидатуру, и он согласился.

– Мне что, предстоит покинуть Ньютон и уехать на другой конец страны?

– Сменишь обстановку, для тебя это будет полезно. Поверь, я не хочу, чтобы ты уезжала так далеко, но это прекрасная возможность…

– Хорошо, я согласна.

– Что, так просто? – удивляется папа.

– Ну а почему бы и нет? Мы выпустили последний отряд уже два месяца назад, и с тех пор я сижу дома. Думаю, перемены пойдут мне на пользу. Когда нужно будет быть на месте?

– Чем скорее, тем лучше. Там, похоже, дело срочное.

– Но мне добираться только несколько дней!

– Нет, ты не поедешь по земле. Полетишь на вертолете. Сделаете остановку на дозаправку в Ривер-Фог, он как раз посередине пути.

– Отлично, я могу уже сегодня быть готова.

– Значит, завтра на рассвете и полетишь.

Я не подаю вида, что удивлена. К чему такая спешка? И зачем главе города Нортвуд специальный отряд, который буду готовить я? Ответов на эти вопросы у меня нет. Я заканчиваю завтрак, иду в спальню и проверяю сумку с вещами, которая давно уже собрана. Ведь я думала, что перееду в казармы в ближайшее время, но судьба решила забросить меня как можно дальше от дома. Я уже три года не выезжала за пределы города, пора это изменить.

Осматриваю комнату и собираю вещи, которые могут мне понадобиться. Снимаю со стены катану, которую подарил мне восемь месяцев назад мастер Рэд. В военной академии он был моим наставником, к нему на подготовку попадали только лучшие из лучших. Я была единственной девушкой в отделении, парни относились ко мне скептически и шептались за спиной о том, что меня пристроил папа – глава города Ньютон. Да, так и было, не скрываю. Но в остальном я всего добилась сама, своим трудом, кровью и потом. Мои результаты даже превзошли результаты нескольких парней в отделении, чем я очень горжусь. Поэтому мастер Рэд и сделал мне такой дорогой подарок. После окончания академии мой наставник предложил остаться и помогать ему тренировать новобранцев. Я согласилась, ведь такая работа не предполагала выездов за пределы стен города. В то время я еще не была к этому готова. Да и сомневаюсь, что готова сейчас на все сто процентов.

Пару месяцев назад мастер Рэд ушел на пенсию, казармы закрыли на ремонт, а меня отправили в отпуск. Но совсем скоро ремонт должен закончиться, в академию наберут новых добровольцев, но я уже не буду их тренировать, потому что уеду из родного города.

Еще раз смотрю на свои вещи, вроде все собрала, но впереди еще целый день, поэтому я могу спокойно почитать книгу на заднем дворе. Дома сейчас все равно никого нет. Отец давно уехал на работу, на которой он пропадает с утра и до позднего вечера. Управление таким большим городом, как Ньютон требует много времени и сил. Меган скорее всего отправилась на рынок, или на "собрание домохозяек" – так в шутку папа называет посиделки своей жены с подругами.

Спускаюсь на первый этаж, прохожу через кухонную дверь на задний двор, сажусь в плетеное кресло и открываю книгу. Но сосредоточиться не получается, мысли мои уносятся далеко, в то время, когда мне было пятнадцать.

В тот роковой день я вернулась домой после школы как обычно, папа должен был приехать домой на сутки, которые ему дали на отдых. Мы с мамой ждали его с нетерпением, ведь такие выходные – большая редкость. Настроение у меня было замечательное, я забежала домой, поцеловала маму, которая на кухне готовила ужин к приезду папы, и отправилась в свою спальню, чтобы переодеться и позвонить своему парню Тайлеру. День прошел в суматохе, в воздухе чувствовалось волнение. И вот, когда до приезда папы оставались считанные минуты, я вышла из своей спальни, чтобы помочь маме накрыть на стол к ужину. Мама стояла у разделочной доски спиной ко мне в странно напряженной позе. Сердце замерло в груди. Что случилось?

– Мам? Что с тобой?

Она обернулась ко мне, и я почувствовала, что не могу дышать. Сразу стало понятно, что с ней что-то не так. Ее голубые глаза светились лихорадочным блеском и были уже не голубыми, а неоново-синими. Как такое возможно? В руке она сжимала нож для масла, и нахмурив брови смотрела на меня.

– Мама?

Неожиданно она бросилась на меня. От ужаса я не могла пошевелиться. Я слышала только громкий крик, но не сразу осознала, что он принадлежит мне. Она повалила меня на пол, и я почувствовала обжигающую боль в правом предплечье. Я кричала, умоляла маму остановиться, но она будто не слышала меня вовсе. На ее лице застыла кровожадная улыбка, какой я никогда в жизни у нее не видела. Она крепко прижимала меня к полу всем своим весом, все мои попытки освободиться заканчивались провалом. Слезы брызнули из глаз, застилая видимость, лицо мамы расплывалось, когда я почувствовала, что она воткнула нож мне в бок, а затем еще раз, чуть ниже. Если кто-нибудь когда-нибудь скажет вам, что нож для масла не может причинить вам существенный урон, то можете смело посылать этого человека к черту! Я готовилась встретиться со смертью лицом к лицу, когда услышала крик. Это папа приехал домой, мама оставила меня и бросилась на него. И откуда только у нее взялось столько сил? Она размахивала перед собой окровавленным ножом. Папа в ужасе переводил взгляд с нее на меня, а потом достал пистолет и без сожаления выпустил пулю в лоб своей жене, с которой счастливо прожил в браке больше семнадцати лет.

Я потеряла сознание, а когда очнулась, мы были в подвале нашего дома. Папа зашил мои раны и перенес сюда. Он сказал, что привычного мира больше нет, люди изменились за считанные минуты. Он видел, как это произошло по дороге домой. Я ничего не могла понять. Думаю, у меня был шок от поступка моей матери. Она чуть не убила меня. Папа связался с какими-то людьми из армии, и за нами пришли спустя два дня. Тогда нам рассказали, что ЭТО произошло по всему миру, нормальных людей осталось не так много, их ищут военные и собирают в безопасных местах. Остальные просто сошли с ума. Они словно одичали, на первый план вышли все самые негативные качества, которые только могут быть у людей: жестокость, ярость, ненависть, злоба, никакого сострадания даже к близким людям. Но это я и так знала по себе. В следующие несколько дней, пока я лежала в военном госпитале, отец решал важные дела. Ему удалось связаться с несколькими военными из других больших городов. Довольно оперативно было решено строить защитные стены, чтобы защитить мирных жителей. Большинство городов пали, жертв было не сосчитать. Более или менее удалось сохранить жизни людям в тех городах, где была сформирована военная мощь. Ведь одичавшие люди не чувствуют ни капли страха, они убивают все живое на своем пути, в том числе и друг друга. Силами военных их удалось оттеснить за пределы городов.

Прошло уже восемь лет, но до сих пор неизвестно, что послужило изменению мира. Вирус, инопланетяне, планета решила избавиться от назойливых обитателей, но потерпела поражение? Никто не знает. Почему множество людей превратились в бездушные машины для убийства, а другие остались прежними? На эти вопросы тоже до сих пор не нашли ответов. От прежнего мира осталась только горстка крупных городов, окруженных высокими стенами по периметру. Заброшенными городами теперь правят Дикие. И с ними невозможно договориться, поэтому на редкие вылазки за периметр отправляют только хорошо подготовленные группы военных. Но и это еще не все. Леса наводнил другой ужас. Хищные звери тоже изменились, но они не остались прежними, а мутировали до неузнаваемости, теперь по бескрайним свободным территориям бродят свирепые монстры, которых мы называем просто – Звери. Они – враги как для простых людей, так и для Диких. И если бы не обстоятельства, можно было бы сказать Зверям спасибо за то, что истребили большую часть Диких.

Из далеких мыслей меня возвращает какой-то шум возле двери в дом. Это Меган. Быстро она сегодня.

– Скай? Ты здесь? Уже собралась?

– Да, все готово. Вот, решила почитать.

– Хорошо. Увидимся позже. – она улыбается мне и уходит обратно в дом.

Смотрю на книгу в своих руках. Я что, все это время читала? Ни строчки не запомнила. Вздыхаю, закрываю книгу, все равно не смогу сейчас сосредоточиться, и иду в свою спальню. Нужно проверить все еще раз. Где-то в районе груди чувствуется странное напряжение и волнение от предстоящей поездки.

Глава 2

Я встаю затемно, чтобы успеть к рассвету добраться до небольшого аэродрома, который находится на другом конце города. Беру свои вещи и спускаюсь на первый этаж, папа уже ждет меня, чтобы отвезти. Сонная Меган, которая вообще непонятно зачем встала, ведь мы попрощались еще вчера вечером, обнимает меня и желает удачи.

Мы садимся в машину, и папа трогается с места. Улицы пустынны, на них нет ни людей, ни машин. После того как все изменилось, гражданского транспорта осталось немного, ведь достать топливо стало достаточно проблематично. Я окидываю взглядом знакомые и такие родные улицы, мысленно прощаясь с ними на неопределенный срок. Дорога занимает около часа, и вот, мы на месте. Подъезжаем к большому ангару, в котором стоят несколько вертолетов, в соседнем – самолеты. Но последними в современном мире пользуются редко. Пока я достаю свои вещи из багажника, папа отправляется о чем-то переговорить с пилотом, это высокий пожилой мужчина в форме. Я приближаюсь к ним. Папа с улыбкой смотрит на меня.

– Милая, это Дэвид. Сегодня он будет твоим личным пилотом. – затем поворачивается к мужчине. – Дэвид, это моя дочь – Скай.

Мы пожимаем друг другу руки, я заключаю папу в крепкие объятия.

– Свяжусь с тобой, как только смогу. – обещаю ему.

Мы загружаемся в вертолет, и я сажусь на сиденье рядом с пилотом. Дэвид дает мне большие наушники.

– Это чтобы мы могли слышать друг друга.

Я киваю, беру их и надеваю. Затем пилот показывает мне, как правильно пристегнуться, и мы готовы лететь. Я немного волнуюсь, ведь это мой первый в жизни полет на вертолете. Дэвид заводит двигатель, наушники немного спасают от ужасного шума. Сердце начинает стучать с бешеной скоростью, адреналин в крови бурлит, а руки трясутся. Не думала, что это будет настолько волнительно и страшно, а ведь мы еще даже не поднялись в воздух.

В последний раз смотрю на папу, который продолжает стоять рядом с машиной, и машу ему рукой. Он машет мне в ответ. Наконец мы взлетаем. На небе только начинает разгораться рассвет. Зрелище просто потрясающее, так и хочется запечатлеть его в своей памяти навсегда. Набираем высоту, и я оглядываю окрестности, как только стены Ньютона остаются позади. Мрачные мысли начинают собираться в моей голове, ведь я давно не покидала защищенный периметр. Что ждет меня там, впереди? Какие люди и опасности? Рука сама тянется к горлу, но это не помогает убрать образовавшийся там ком горечи. И чтобы отвлечься, я смотрю на окружающий нас мир. За время полета нам встречается абсолютно разная местность: от полей и лесов, до разрушенных заброшенных городов. Высота не позволяет разглядеть все в полной мере, но даже отсюда виден печальный отпечаток событий на всей местности. Казалось бы, прошло всего восемь лет, природа не должна была полностью захватить власть над территориями заброшенных городов, но без должного ухода улицы постепенно затягивают растения. Тут и там виднеются брошенные машины. Некоторые здания стоят нетронутыми, но таких меньшинство. В основном дома, бывшие офисы и магазины разрушены Дикими, некоторые выгорели дотла. Представляю, какая вакханалия творилась на улицах, когда мир сошел с ума. А что происходило в домах и квартирах? Я была по сути еще ребенком, когда мама напала на меня. Меня спас папа, других же беззащитных некому было спасать. Думать об этом настолько тяжело, что я стараюсь не смотреть на разрушенные города, а больше внимания обращаю на другое.

Ведь мы пролетаем не только над руинами. Природа просто прекрасна. Я могу любоваться ею часами, чем, в принципе, и занимаюсь. Вокруг раскинулись бескрайние лесные просторы, озера и реки, которые радуют глаз. Мы летим уже около четырех часов, когда Дэвид указывает куда-то направо. Я всматриваюсь и понимаю, что мы приближаемся к современному мегаполису Ривер-Фог, в котором живет часть выживших людей. Это первый жилой город, который мы встречаем на своём пути. Он меньше размерами, чем мой родной Ньютон, но все равно потрясает. С трех сторон он окружен высокими стенами, а с четвертой – бескрайним водным простором какой-то реки, судя по названию города.

Спустя полчаса Дэвид совершает посадку на специальной площадке в порту. Я выхожу, чтобы размять ноги, пока наш транспорт будут заправлять. Иду по причалу и любуюсь несколькими судами, пришвартованными у берега. Провожу ладонью по гладкой поверхности одного из них, и на меня обрушиваются воспоминания о том, что три года назад я должна была оказаться на борту похожего катера, но жизнь решила иначе. Прикрываю глаза и стараюсь прогнать видения произошедшего. И мне в этом помогает мужской голос, который раздается откуда-то сверху.

– Мисс? Вам нельзя здесь быть! Кто вас пустил на пирс?

Смотрю наверх и вижу на носу катера молодого мужчину, который бросает на меня недовольные взгляды. Видимо, в этом городе женщинам нельзя подходить к водному транспорту. Я просто поднимаю руки, разворачиваюсь и молча ухожу к вертолету. Заправка занимает некоторое время, поэтому я снимаю обувь, сажусь на край пирса и опускаю ноги в воду. Она очень теплая, это вызывает у меня улыбку, ведь я сразу вспоминаю, как папа учил меня плавать, когда я была маленькая. Кажется, что это было в прошлой жизни. Хотя, это действительно так. В новой жизни я вообще не помню, когда в последний раз плавала. Ведь три года назад мы так и не доехали до озера…

Отворачиваюсь от воды и вижу, как работники порта бросают на меня заинтересованные взгляды. То ли и правда, женщины у них здесь большая редкость, то ли не привыкли, что воздушным транспортом перевозят всего одного пассажира. А может и все вместе.

Проходит еще какое-то время, прежде чем Дэвид зовет меня продолжить путь. Мы устраиваемся на борту вертолета и взлетаем при первой же возможности. Лететь еще примерно около четырех часов, и мне остается либо спать, либо пялиться в окно, разглядывая окрестности. Я выбираю второе. Мы пролетаем еще несколько заброшенных городов, но по пути не встречаем ни одной живой души: ни людей, ни Диких, ни Зверей.

Время приближается к четырем вечера, когда пилот сообщает мне о том, что мы почти на месте. Я всматриваюсь вперед и замечаю огромную территорию, обнесенную высокими стенами. Похоже, это и есть Нортвуд. По своим размерам он точно не уступает Ньютону. Он расположился на краю леса, а с той стороны, откуда мы приближаемся, находится широкая поляна. Видно, что деревья на ней вырублены намеренно, чтобы обеспечить лучший обзор постовым. С трех других сторон город окружает лес, но и тут предприимчивые люди вырубили деревья в радиусе примерно трехсот метров. Стены, защищающие территорию Нортвуда от атак Диких или Зверей, даже выше, чем в Ривер-Фог и в моем родном городе. Я окидываю взглядом обширную территорию, она настолько велика, что я едва могу увидеть противоположную стену. На каждой из четырех стен расположено по три постовые башни. Сразу видно, что к охране здесь серьезный подход.

Дэвид снижается, и вскоре мы приземляемся на специально оборудованную площадку рядом с огромными воротами. В нашу сторону направляются три человека, двое из них держат в руках автоматы. Я бросаю удивленный взгляд на пилота.

– Ничего себе! Вот это нас встречают!

– Таков протокол безопасности. – с улыбкой говорит он мне.

– Уж не думают ли они, что мы привезли с собой толпу Диких? – хмыкаю я. На что он просто пожимает плечами. Интересно…

Тем временем, люди приближаются к вертолету, и мы направляемся на выход. Дэвид выходит первым, я сразу следую за ним. Но замираю на ступеньке, когда вижу того, кто нас встречает, помимо вооруженных людей.

– Саммерс! – с широченной улыбкой приветствует меня Сет Дженсен.

С этим парнем, который старше меня всего на год, мы проходили обучение в одном отделении военной академии. Мы не особо ладили, но и вражды между нами не было. После выпуска, он уехал из Ньютона, но я не знала, что парень отправился сюда.

– Дженсен. – приветствую в ответ с небольшим запозданием.

– Я как узнал, что ты приезжаешь, сразу вызвался тебя встретить и показать, что тут у нас и где. Как долетели?

– Да все в порядке. Спасибо, что спросил. – я наконец спускаюсь на землю. – А ты, выходит, теперь живешь и работаешь здесь?

– Да, возглавляю один из отрядов разведки.

Впечатляет. Я осматриваю все, что нас окружает. Видимо это место предназначено под стоянку военного транспорта, потому что я вижу несколько десятков военных машин. Но есть и вполне обычные внедорожники, только вот выглядят они весьма странно. Некоторые защищают металлические шипы, сетки и тому подобное. Абсолютно на всех установлены автоматы или крупнокалиберные винтовки. Любопытно. Видимо, в этой части нового мира люди часто выезжают за стены.

– Скай? – вырывает меня из мыслей Дэвид. – Не забудь забрать свои вещи.

Вещи? Мысленно ругаю себя. Как можно быть такой рассеянной? Я даже не вспомнила про сумку. Возвращаюсь в вертолет, забираю свой багаж.

– Давай помогу? – предлагает Сет, и я передаю ему сумку, но ножны с катаной продолжаю сжимать в руке, он бросает на них взгляд, но ничего не говорит.

Я прощаюсь с Дэвидом и спешу за своим провожатым. Двое с автоматами остаются рядом с вертолетом. Сет кладет мои вещи на заднее сиденье, и мы садимся в машину – это обычный внедорожник, видимо, внутри периметра можно ездить на незащищенном всякими обвесами транспорте. Трогаемся с места, он говорит, что в этой части города располагаются все военные и охранные здания, поэтому ехать нам недолго.

Сквозь арку мы заезжаем внутрь огромного прямоугольного комплекса и останавливаемся рядом с длинным трехэтажным зданием.

– Это казарма, которая станет твоим вторым домом. Твой отряд, с которым ты познакомишься завтра, будет жить в общем блоке на втором этаже. На первом располагается столовая и душевые. Душ у нас общий. Ну, то есть, конечно, он разделен на женский и мужской. В общем, ты поняла. А на третьем этаже живут командиры отрядов. Тебе тоже выделили там отдельную комнату. Так, что еще? – он на мгновение задумывается, а затем показывает на трехэтажное здание напротив казармы. – Это спортивный комплекс. Именно там тебе предстоит работать и тренировать отряд. Вопросы?

Конечно, у меня миллион вопросов, но они могут подождать. Есть одно, самое главное, что надо выяснить прямо сейчас.

– Когда я встречусь с главным? – тут я понимаю, что вообще ничего про него не знаю.

Тупица! Можно же было расспросить отца. Они точно знакомы, ведь как главы городов, они входят в общий совет.

Видимо по моему лицу все ясно, потому что Сет снова улыбается.

– Управляет здесь всем Коннор Уэст. У тебя с ним встреча… – он смотрит на часы. – Примерно через час. Я отвезу тебя. Не волнуйся, в первые дни я помогу тебе освоиться. Отвечу на все твои вопросы. Если что-то будет непонятно, то объясню все еще раз. А сейчас пойдем, проведу тебе краткую экскурсию.

– Хорошо. – соглашаюсь я.

Выхожу из машины, оглядываюсь вокруг и тянусь к задней дверце, чтобы достать свои вещи.

– Позволь мне? – спрашивает Сет и, не дожидаясь ответа, берет мою сумку и жестом приглашает следовать за ним.

Мы заходим через широкие двойные двери и оказываемся в просторном фойе, и идем к пропускному пункту.

– Сейчас зарегистрируешься, получишь пропуск в казарму и в спорткомплекс, также ключи от комнаты. – поясняет Сет.

За стойкой сидит молодая девушка в черной форме. Она дружелюбно улыбается мне и помогает заполнить бумаги. Это отнимает минут десять, и вот, у меня в руках пластиковый пропуск и ключ от комнаты с номером 311. Я прощаюсь с девушкой, и мы проходим дальше по коридору, мой провожатый показывает мне все, что тут есть.

– Смотри. Направо – столовая, прямо – лестница на второй и третий этаж, а слева – душевые.

Он открывает дверь столовой, мы заходим, и я быстро оглядываю огромное помещение с множеством длинных столов. Напротив двери находится стойка, именно там, как я предполагаю, выдают еду.

– Вон тот стол для командиров. Сегодня за ужином сядешь с нами. – Сет показывает мне расположение упомянутого стола.

Я просто киваю и иду на выход. Направляюсь в сторону душевых. Надпись на первой двери гласит, что это мужской душ, примерно в двадцати метрах от нее вторая дверь – женский.

Так, с этим разобрались. Дальше мы идем к лестнице и поднимаемся на второй этаж. Я мельком смотрю на ряды двухъярусных коек, то же самое было в казармах в Ньютоне.

– А где все? – спрашиваю у Сета, потому что в помещении нет ни одной живой души.

– На тренировках, на заданиях. Да мало ли где? – он пожимает плечами.

Ну да, как-то я не подумала об этом.

В последнюю очередь мы поднимаемся на третий этаж. Я следую к комнате 311, открываю дверь и оглядываю обстановку. Ничего особенного в комнате нет. Размерами она примерно три на четыре метра, напротив входа окно, возле которого стоит письменный стол и стул. Справа узкая кровать, в изголовье которой небольшая тумбочка, напротив комод. Вот, собственно, и все.

– Да, небогато, конечно, но в принципе, этого вполне достаточно, ведь мы редко находимся в комнатах. Работы слишком много.

Он проходит, ставит сумку с моими вещами в изножье кровати и разворачивается на выход. Смотрит на часы.

– Пора ехать, если не хотим опоздать на встречу с мистером Уэстом.

– Отлично. Вещи позже разберу.

Я кладу катану на комод. Выхожу из комнаты, запираю дверь и иду вслед за Сетом по длинному коридору на выход. Пора узнать, для чего я здесь.