Береника, или Прыжок во времени
- -
- 100%
- +
Ника решила не кривить душой хотя бы перед собой. Глядя на свое зареванное лицо в зеркале, она уже знала ответ… Впервые в жизни ей стало страшно. И, как в детстве, вскочив с постели, бросилась сломя голову в комнату сестры с криком:
– Рисс, прости меня, прости! – и замерла на пороге, увидев Сергея, который просил у сестры прощения…
– Рисс! Рисс, любимая! Не верь ему! Он не настоящий! Он притворщик! Притворщик, кобель и слюнтяй!.. Он не стоит ни тебя, ни твоей любви! – орала Ника. Подбежав к Сергею, размахнулась и от всей души отвесила ему звонкую пощечину, одну, вторую, третью… Крутанувшись на одной ноге, девушка помчалась к себе в комнату и, хлопнув дверью, повернула в замке ключ…
Очнувшись, Ника увидела сломанную дверь, плачущую маму, растерянное лицо отца и Рисс, которая, стоя на коленях, брызгала ей в лицо водой…
– Мам! Пап! Все обошлось! Успокойтесь, пожалуйста! – прошептала Рисс, гладя ее по голове мокрой от воды и слез ладошкой…
Несколько дней девочка провалялась в постели. Мама находилась все время рядом, несмотря на то что врач уверял – у Ники случился нервный срыв, который пройдет без каких-либо последствий и осложнений. Прописал таблетки, которые она незаметно складировала под подушку.
Все словно сговорились. Никто ее не ругал, не попрекал и не напоминал о случившемся. Казалось, что в их квартире снова наступили мир и покой. Но Ника чувствовала, что в доме притаилась недосказанность, в любой момент готовая обернуться ураганом, который превратит их дом в «поле битвы»…И все из-за меня. «Бедные мои. Вы не заслужили таких страданий. Особенно Рисс. Я должна с ней поговорить… Но как это сделать?.. И вообще, согласится ли она меня выслушать?..
Однажды Нике пришлось подниматься на девятый этаж пешком. Она тысячу раз без труда взбегала на свою «девятку», словно на крыльях. Но это только когда она сама этого хотела, а не тогда, когда сломался лифт. Тем более что на улице жара под сорок, и ранец на спине весит десять килограмм, а то и больше… Услышав вкрадчивый шепот одной женщины и приглушенно-возмущенный другой, Ника остановилась и напрягла слух. Женщины стояли на лестничной площадке….
– Нет такой двери, которую нельзя открыть, как и нет тайны, которую можно сохранить…
– Перестань морочить мне голову!
– А я и не морочу! Мы чаще всего страдаем от того, что узнаем обо всем случившемся последними. Узнаем, что другую женщину любят, а жену в лучшем случае до поры до времени только терпят. Неужели ты никогда не слышала, как уводят мужей от лучших подруг, так как именно они ближе к чужому мужу… А хочешь – другой сценарий. Некоторые мужчины говорят, что жену найти легче, чем хорошенькую, услужливо— понятливую секретаршу. Поэтому такая секретарша стоит больших денег…
В это время послышался шум поднимающегося вверх лифта. Разговор прервался. Двери с шумом закрылись, поглотив в недрах лифта обеих собеседниц.
Уже лежа в постели, Ника слово в слово повторила этот странный диалог в уме, потом вслух.
– Если моя Рисс выйдет за этого трухлявого кобеля, это может случиться и с ней, – ужаснулась Ника.
Рисс шла по узкому коридору. Дверь в комнату сестры была приоткрыта… Услышав свое имя и возглас сестры, решила посмотреть, с кем она разговаривает.
– Ник! Извини, что без стука. С кем это ты так громко разговариваешь?
От неожиданности она растерялась и выпалила первое, что пришло ей в голову.
– Сама с собой!
– Что, что? Ты это серьезно!
– Серьезнее не бывает.
– Если не ошибаюсь, ты произнесла мое имя?
– Не ошибаешься!
– Что-то я не догоняю – кажется, это одно из твоих любимых словечек?
– Вот именно, что не догоняешь. В этом твоя беда! – выпалила Ника и как-то по— детски хлопнула себя ладошкой по рту.
– Ника, давай поговорим, ничего не скрывая. Согласна?
– Да… Но, но я боюсь.
– Чего? А может быть, кого?
– Если «чего», то правды. Если «кого», тоже правды.
– Правды?! Ник, а какая она у тебя, эта правда: объективная, субъективная, придуманная наспех, хорошо и тщательно обдуманная или заранее спланированная?
Ника посмотрела сестре в глаза и тут же выпалила.
– Рисс, правду нельзя разделить на пять отдельно взятых составляющих, потому что у каждой из нас она своя.
– Милая сестренка! Это размытый ответ. И за него не спрячешься. Ты мне преподнесла хороший урок. Я еще не привыкла видеть в тебе соперницу.
– И никакая я тебе не с-с-с-опе-рни-ца! Мне действительно казалась, что я его люблю!.. И вдруг я вспомнила его выражение лица в той экстремальной ситуации: перекошенное от страха и с подсвечником в трясущейся руке… Потом представила кобелиный взгляд, каким он смотрел на меня, пуская слюни. И тут же его запрезирала! Я тебе не вру. А говорю только то, что чувствую. Я по-настоящему счастлива, что ты, Рисс, послала его на три самые «подходящие» для этого хлюста буквы… Это главное!.. Только сейчас до меня доехало, что ты, так же как и я, его себе придумала. Эта такая же правда, как и та, что я тебе завидовала. Всегда и во всем. И ревновала.
Глава 4
Сестры долго сидели обнявшись. Нике казалось, что она прощена… Рисс встала, погладила ее по голове, нежно собрала растрепавшиеся волосы в плотный жгут и закрепила на затылке.
– Ник, я выслушала твою правду. Теперь послушай мою… Зависть и ревность – твои главные враги… Они будут отравлять тебе жизнь, так же как и ты будешь отравлять ее другим… Помни, что тот же запущенный подсвечник – бумеранг, который возвращается к тому, кто его запустил… И еще! Если станешь растрачивать свою жизнь на мелкие интрижки, погубишь заложенный в тебе огромный жизненный потенциал, «подаренный» мамой и папой. Потенциал, который мог бы сделать из тебя благородную женщину, занимающую подобающее место в жизни. Добиться уважения не только близких или любимых тобой людей, но всех, кто тебя будет окружать… А самое главное, Ник, чтобы ты научилась уважать себя!! Но мне почему-то кажется, что, не сумев обуздать свои инстинкты, ты так и останешься просто кокетливой девочкой, девушкой, женщиной, а потом старухой. Дай-то Бог, чтобы хоть с богатым самостоятельным мужем тебе повезло, а ему с тобой, в чем я очень и очень сомневаюсь!..– и она вышла, оставив дверь открытой…
Ника не верила своим ушам! Ее любимая сестра вынесла ей приговор. Вскочив на ноги, она заорала, захлебываясь слезами:
– Можешь не сомневаться! Я сумею поднять свою планку намного выше твоей и заткнуть за пояс во всем, в том числе и в любви! И неважно, скольким мужчинам я вскружу голову!.. Главное, чтобы я твердо стояла на своих ногах… Я стану успешной, счастливой и любимой, оставаясь все той же кокеткой!
Лично мне это не помешает! Клянусь!..
Рисс бросилась в кресло и закрыла ладонями уши.
«Что я наделала? Господи, что же натворила? Ника никогда и ни за что на свете меня это не простит. Черт меня дернул проходить по коридору именно в тот момент, когда сестра, с самого раннего детства мечтавшая стать знаменитой актрисой, по своей давней привычке озвучивала и проигрывала вслух понравившиеся ей отрывки из любимых книг и кинофильмов. Поэтому могло сложиться впечатление, что она с кем-то постоянно разговаривает.
А я! Как могла забыть, что у сестры сейчас самый опасный возраст, и юношеская любовь к Сергею может обернуться для нее появлением опасных комплексов. Почему ей не сказала, что сама в нем разочаровалась? Почему? А Ника страдает! Винит себя за предательство. И я была готова ее простить. Но то, в чем она призналась, затмило мне разум. Поэтому вместо того, чтобы как-то замять выяснение отношений, решила ради нее самой продолжить этот ужасный разговор. Хотела объяснить упрямой девчонке, что тупик, в который она себя загнала, несоизмерим с теми нервными, моральными и физическими потрясениями, которые могут искалечить ей жизнь. Жизнь, которая, как она считала с самого детства, была создана только для нее одной, и что она сможет брать от нее все, что взбредет в ее сумасбродную головку…
Говорят, что «нет худа без добра». У Ники появилась скрепленная ее же клятвой цель, от которой она ни за что не отступится, и это самое главное!».
«Как Рисс могла так со мной поступить? Как могла во мне усомниться? – зарывшись носом в подушку, чтобы мама не услышала ее всхлипов, спрашивала себя Ника… Успокоившись, она воспроизвела шепотом и в лицах весь разговор с сестрой слово в слово. Как же так вышло, что по уши втрескавшаяся в этого чувака Рисс не сошла с ума и не перерезала себе вены, как уверяла свою американскую подругу мама. Значит, она сама в нем разочаровалась. Тогда зачем нужен был весь этот разговор? Ответ может быть только один. Мы обе ошибались: я не знаю ее так же, как она не знает меня, а я не знаю себя… Правда, с одной лишь разницей. Рисс всегда говорит правду, а я нет. Это может означать только одно. Сестра считает меня дурой, вся жизнь которой будет состоять из пустых развлечений… Ну уж нет! Я тебе еще докажу, кто есть кто!».
Глава 5
Беатрисс защитила с блеском диплом, через два дня утвердили ее проекты, над которыми она работала в научном центре параллельно с учебой в университете. Через неделю сделала доклад на ученом Совете о результатах своих исследований, потом на Всемирном Конгрессе, куда ее пригласили. Ей аплодировали стоя и там же предложили работу в Америке на очень выгодных условиях. Она согласилась, но при составлении контракта потребовала включить официальное разрешение работать над своей темой самостоятельно, отдельно от американских коллег.
Родители хотели устроить по этому поводу торжество в самом лучшем ресторане, но Рисс наотрез отказалась. Тогда решили отметить успехи старшей дочери дома и подарить ей дорогое фамильное колье, которое, как сказала мама, принесет ей счастье и удачу…
Ника искренне радовалась за сестру и долго решала, что подарить, бросаясь, как всегда, из крайности в крайность. С мамой она решила не советоваться. Ее подарок должен быть особенный. И вдруг она вспомнила о своей любимой книге «Унесенная ветром» Маргарет Митчелл, главная героиня которой Скарлетт О» Хара была ее кумиром.
…Она поместила книгу в икебану из роскошных розовых пионов, тонкий аромат которых приводил обеих сестер в восторг, приложила небольшую открытку с надписью: «Любимой Рисс от ее сумасбродной Ники, которая обязательно станет принцессой, достойной своей талантливой сестренки. Счастья тебе, удачи и настоящей любви!»
В Америке Рисс преуспела. Ее красота, молодость, женственность и хрупкость в сочетании с талантом, гибкой логикой, образованностью и сильной волей производили на общающихся с ней деловых людей и ученых неизгладимое впечатление. Вскоре после приезда ей сделал предложение молодой богатый бизнесмен, которому она поставила единственное условие:
– Я никогда не оставлю свою работу, хотя понимаю, что она отнимает много времени. Я хочу стать богатой и закрепить за собой право на финансовую независимость и свободу общения. Дружить и общаться с теми людьми, которые мне нравятся и с которыми мне интересно. А во всем остальном постараюсь быть образцовой женой.
Рисс пригласила на свадьбу родителей и сестру, которая, получив отличный аттестат зрелости – багрут, решила служить в израильской армии в боевых частях. Рисс очень скучала, особенно по маме, поэтому надеялась, что ей удастся уговорить родителей пожить у нее какое-то время, а если понравится, переехать в Америку вместе с Никой после окончания службы в армии. Она не сомневалась, что сестра, с ее знанием английского языка, сможет поступить в любой престижный колледж и выбрать ту профессию, которая ей по душе…
Увидев шикарную загородную виллу сестры, в которой должно было состояться свадебное торжество, Ника почувствовала легкий укол в сердце, и ее лицо залила краска зависти, которую все приняли за смущение.
Родителям и сестре Рисс отдала весь второй этаж, где, кроме библиотеки, музыкального зала с великолепным роялем, комнаты – дискотеки, домашнего кинотеатра, тренажерного зала и всяческих удобств, было еще несколько свободных комнат. Ника не успела туда заглянуть, так как сделала все возможное и невозможное, чтобы уговорить родителей прилететь в Америку в день свадьбы сестры, так как знала, как дорога для Рисс каждая минута общения с мамой. Но главная фишка заключалась в том, чтобы никто, кроме близких родственников, не увидел ее до начала свадебного торжества.
После того как они перекусили с дороги, Рисс предложила принять освежающую ванну, воспользоваться услугами массажисток, парикмахера и косметолога.
– Ник, пока родители отдыхают, я хочу тебе кое-что предложить…
– Спасибо, сестренка! Только, чур, без обид! Я немного устала и хочу отдохнуть. Оставь свое предложение на потом!
– На потом так на потом, тем более что я хочу отвести родителей к известному модельеру, который поможет подобрать маме наряд, а папе то, что ему необходимо. Ну а ты, сестричка, выберешь себе все, что захочешь…
– Заметано. А сейчас я хочу принять ванну и воспользоваться услугами массажистки. Макияж и прическу сделаю сама. Свадебный наряд привезла из Израиля. Надеюсь, что в нем я буду себя чувствовать более свободно. Ну а мама и папа – пускай решают сами…
– Я ни к чему тебя не принуждаю! Делай так, как тебе удобно!..
– Благодарю за понимание!
– А я за то, что прилетела, и это для меня самое главное!
– Кстати, а как в вашем высокопоставленном обществе принято одеваться на подобные торжества: в длинное платье со шлейфом или можно в короткое, яркое, пастельное, черное или обязательно белое?
– Сестренка, у тебя превосходный вкус! Поэтому можешь одеться так, как ты для себя решила еще в Израиле! И я ни на йоту не сомневаюсь, что ты будешь на этом вечере самой красивой девушкой! До встречи!..
Рисс как в воду глядела, так как Ника действительно продумала все до мелочей: какое платье наденет, как войдет в зал, когда там соберется много гостей. Как будет веселиться, танцевать, шутить, делать комплименты, чтобы покорить высокопоставленное общество своей красотой, молодостью, обаянием и соответствовать красавице-невесте.
«Господи! Как же так можно! Рисс ничуточки не изменилась. Как была дурой, так ею и осталась, правда, с докторской степенью и при богатстве своего муженька!»
«Береника, ты девушка уже достаточно взрослая. Поэтому приняла правильное и своевременное решение – строить свою жизнь так, как тебе заблагорассудится, не обращая внимания на сестру и своих отставших от жизни родителей. Принцесса Береника, наша госпожа, тебе в этом поможет. Ее приказы ты будешь получать через нас, трех ее преданных рабынь…»
«Опаньки! Три замшелые потусторонние рабыни! Откуда вы свалились! И с какого перепугу я должна вам и ей подчиняться? Принцессой Береникой я восхищалась, пока читала книгу. А потом о ней забыла…»
Перед тем, как выйти к гостям, Нику чуть не вырвало от волнения. Она уже была не рада, что согласилась начать игру, которая может обернуться для нее и Рисс катастрофой.
«Не переживай! Пусти все на самотек. Все равно через пару дней вернешься домой. Так что на их мнение можешь наплевать!».
За Никой зашли родители.
– Доченька, пора выйти к гостям!
– Мамочка, я выйду сама, без сопровождения почетного родительского эскорта.
– Сама так сама! – ответила она, понимая, что дочь старается войти в придуманную роль. «Как же она бывает мила и обворожительна! Умеет легко и непринужденно вписаться в любое общество, если захочет. Но я-то ее хорошо знаю. Что же младшая дочь придумала на этот раз? Придется не спускать с нее глаз».
Девушка заранее решила, что должна остановиться на пять ступенек выше, чтобы оказаться у всех гостей на виду. Легко сбежав по лестнице вниз, замерла, мгновенно обежав взглядом собравшихся в огромном лобби гостей в богатых нарядах, массу живых цветов, стоящих в массивных напольных вазах.
– А вот и я! – перекрывая рокочущий шум голосов, который всегда присутствует на таких торжественных мероприятиях, громко воскликнула Ника. Все головы повернулись в ее сторону. На ней было короткое, легкое, светло-серого цвета платье. Искусно выполненная драпировка, от которой мягко струились фалды, выделяла небольшую упругую грудь. Зачесанные набок белокурые волосы, перевязанные лентой, подчеркивали ее юность. Изящные, на не высокой шпильке туфли-лодочки – красоту длинных стройных ног. Плутовка мгновенно почувствовала кожей, что своей грациозностью и внезапным появлением произвела фурор. Ее заметили, оценили, а теперь будут обсуждать, кто из них красивее: невеста или ее сестра. Значит, я все правильно рассчитала – внешность, изящество, неожиданность станут первым шагом к успеху.
Глава 6
И тут Ника увидела сестру. Рисс была в длинном, вечернем платье нежно-лилового цвета. Глубокое узкое декольте подчеркивало стройность шеи. Узкие рукава удачно оттеняли красоту рук с длинными тоненькими пальчиками. Густые черные волосы были выложены красивым узлом, украшенным изящной заколкой. Выбившиеся из прически завитки подчеркивали фиалковый цвет миндалевидного разреза глаз с едва заметным макияжем. Высокий рост, врожденная грация и женственность делали ее похожей на греческую богиню. Рядом с ней стоял высокий стройный мужчина с модной стрижкой. У него были крупные черты лица, твердый контур больших губ и волевой подбородок, словно высеченный из камня. Нике показалось, что в уголках его губ промелькнула ироническая насмешка.
«Чтоб ты провалился, урод! Еще не вечер! Посмотрим, кто над кем будет смеяться!» – прошипело у нее внутри…
Ника видела, как Рисс взяла мужа под руку. Поравнявшись с ней, обняла сестру за плечи.
– Дэн, это моя Ника!..
– Очень приятно.
– А мне уж как приятно! – приветливо улыбаясь, ответила Ника, незаметно сглотнув рвавшееся наружу слово «индюк».
– Дорогие гости! С родителями я вас познакомила. А эта прелестная девушка – моя младшая сестра. Ее зовут Береника. Она живет в Израиле.
В это время к невесте подошел ведущий свадебного церемониала и что-то сказал. Рисс в знак согласия кивнула, и все пошло по задуманному сценарию:
Танец жениха и невесты, родителей и… покатилось… Музыка. Перезвон хрустальных бокалов. Взрывы смеха. Полные рты…
К Нике подвалил какой-то парень.
– Сбацаем?
– Давай.
– Я Ник!
– А я Ника!
– Вот так совпаденьице. Кому скажешь – не поверят!
Между танцами они пили шампанское. Потом вышли подышать свежим воздухом на веранду, которая была продолжением зала, так как стеклянные двери, раздвигаясь от стены до стены, объединяли оба помещения… Парень прижал ее к себе и поцеловал в губы. Целовался он классно. Она ему ответила.
«Хватит чмокаться! Не забывай следить за новоиспеченным муженьком своей сестрички…».
Ника не могла не признать, что они очень эффектная пара. И не могла не видеть, Дэн от своей жены без ума.
– Господи, как же я рада! Она это счастье заслужила!
«Хватит сантиментов! Ты что забыла, кто ты есть на самом деле! Этот „младенец“ с которым ты только что целовалась, нам изрядно поднадоел. Как можно скорее от него отделайся… На тебя обращают внимание более солидные и интересные американские „лохи“, чем он…».
«Вроде бы потусторонние, а все мои крутые выражения и словечки схватывают прямо на лету».
– Ник! Ты меня извини, если сможешь. Но мне хочется, как ты выразился, сбацать и с другими молодыми людьми.
У парня от ее беспардонности отвисла челюсть.
– Ну, Ник, не обижайся! Ведь я живу не в ваших Штатах, а в моем Израиле… В Израиле, улавливаешь разницу? У нас там все более просто. А через пару дней я пойду служить в армию, вместо этого воздушного платья надену военную форму, получу автомат… Думаю, что ты меня понимаешь! Давай останемся друзьями!
«Нечего с ним сюсюкать. Скажи, как это принято в вашем мире: «Дорогой, поскорей захлопни свою «варежку» и отвали от меня подобру-поздорову… Я хочу на свадьбе моей сестры оторваться по полной программе…».
– Ну, ты и даешь!…Никогда бы не подумал, что у красавицы-невесты такая гм… сестра, а для уточнения добавлю, что не очень сильно обольщайся на свой счет и поубавь спеси… Так что перестань из себя строить крутую девчонку. Ты на нее не тянешь! А чтобы звучало более «красочно», могу перевести с английского на иврит, а с иврита на русский… Желаю с пользой провести время, Ника – кофика. Шалом!..
Ника, как громом пораженная, застыла на месте и тут же громко расхохоталась…
– Ник! Я по достоинству оценила твой американский юмор! Желаю удачи, тезка! Тезка мужского рода!
В огромном зале интимно звучал блюз… Подкрепившиеся пищевыми изысками, запив их дорогими марками спиртного, танцующие пары тесно прижимались друг к другу… Ловко снующие официанты с подносами на высоко поднятой руке предлагали бокалы, наполненные дорогими напитками и коктейлями на все вкусы…
– Не желаете выпить со мной бокал шампанского, милая барышня? – услышала Ника.
– Желаю! – не глядя, сгоряча выпалила она.
– Браво! Тогда нам придется отойти в сторону, чтобы не мешать танцующим… Разрешите за вами поухаживать?!
– Спасибо! Извините, но я должна вас покинуть! – едва сдержалась, чтобы не вылить ему на голову бокал пенящегося шампанского вместе с унижением, которое впервые в жизни ей довелось проглотить.
«Так тебе и надо! Еще один придурок! Перестань с ними миндальничать! И реши, наконец, что для тебя всего важнее!»
Выпрямившись, Ника гордо, с высоко поднятой головой, шла через весь зал, изящно покачивая бедрами, чувствуя спиной оценивающие и восхищенные взгляды мужчин. Это была легкая походка иудейской принцессы Береники, которой когда-то восхищался сам римский царь Тит.
«Что и требовалось доказать! Эта партия должна стать твоей. И самый красивый мужчина будет тоже твоим!.. Смелее! Вперед!»
«Нужно зайти в дамскую комнату, чтобы посмотреть, все ли у меня в порядке с прической… А вы сгиньте! Провалитесь в свои тартарары! Не мешайте мне жить!»
Стоя перед зеркалом, она чувствовала, что в ней нарастает протест против трех фурий, поселившихся в ее душе. Она чувствовала непреодолимое желание совершить что-то ужасное, чтобы освободиться от них раз и навсегда:
«Только не сейчас! Я сильная и справлюсь с ними сама! Отлично! Тогда вздохни. Задержи дыхание. Выдохни. Повесь на лицо загадочную полуулыбку, которая сотрет с него злость, помноженную на обиду. А минутную слабость и растерянность сплюнь в унитаз… Это поможет мне выждать самый подходящий момент, чтобы как можно больнее ужалить в самое уязвимое место Рисс. Унизить так, чтобы запомнила на всю жизнь… Да будет так – клянусь!»
Повернув голову, она увидела молодого красавца, который не спускал с нее глаз.
«Вот и прекрасно! С этим стоит пофлиртовать, чтобы почувствовать свою власть над таким мужчиной и хоть раз побывать в роли принцессы Береники!»
– Ника! – окликнула ее мама. – Девочка моя! Куда ты пропала! Я так волновалась…
– Мамочка! Если тебе приспичило поволноваться, то повод для этого всегда найдется, – увидев спину удаляющегося красавца, Ника прикусила губу, чтобы не сорваться и не нагрубить.
– Почему ты не волнуешься за свою ненаглядную Рисс. Интересно, куда она подевалась? Странно видеть, как ее новоиспеченный муженек скучает один.
«Не один, а в обществе «прекрасных дам-продам».
«Никак не угомонитесь! Хотите мне окончательно испортить свадебный вечер, твари никчемные!»
Краешком глаза она заметила на лице матери выступившие красные пятна… Но думать, а тем более сожалеть о содеянном у нее не было времени… Муж Рисс был уже рядом… Еще секунда и, одарив их вежливой улыбкой, он прошел мимо.
Восхищенные возгласы вывели девушку из транса. Ника обернулась и увидела Рисс, которая шла ему навстречу в свободном мини-платье цвета морской волны… Она была похожа на Венеру, только что вышедшую из морской пены…
«Все, с меня довольно! Нужно незаметно подняться в «свою» комнату, раздеться, принять холодный душ, смыть с себя обиды вместе с несбывшимися иллюзиями…
А дудки! Не будь я Никой, если не стану на свадьбе своей сестры принцессой Береникой, перед которой не мог устоять сам римский царь Тит!»
«А уж мы об этом позаботимся!»
В это время в зал ворвались первые аккорды набирающего силу и темп вальса, на волнах которого мимо нее проплыло счастливо улыбающееся лицо Рисс. Ее изящная фигурка словно растворилась в крепких и надежных объятиях Дэна, не сводящего с невесты восторженных глаз…
«На этот раз вы правы. С этим трудно поспорить. Он влюблен и никого сейчас не видит кроме нее. Но так будет не всегда. Завтра все будет по-другому. И я своего не упущу! Подожду и добьюсь! Вот тогда мы посмотрим, кто кого. Я заставлю его стоять передо мной на коленях! Игра только началась!.. Кто умеет выжидать, выстраивая свою партию, вести себя непринужденно, доброжелательно, стараясь находиться в поле зрения противника, чтобы вычислить и уловить тот самый единственный благоприятный момент и броситься в его пока еще виртуальные объятия, чтобы смести все препятствия на своем пути в лице Рисс. Гордячка этого не вынесет!.. Она проиграет, а я выиграю!.. И тогда финита ля комедия!»