Полигон-6. Обратный отсчет

Глава 9

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны.

Достав из сумки на животе очередной брикет взрывчатки, я машинально размял его в кулаке и, потянувшись к выступающей из треснувшей стены балке, тщательно облепил металл, так, чтобы при взрыве с гарантией перебить его.

Грузовые ворота в этом месте еще держались, однако видно было, что пришлось им несладко. Глубокие трещины в синтбетоне, покрытие, размякшее под воздействием агрессивных кислот, одна из петель вырвана с корнем… Удачнее места не придумать. Направленный взрыв должен без особых проблем вынести ворота, открывая технике наиболее короткий путь к форту, в котором забаррикадировались «Фениксы». Первые, входные ворота шлюза, валялись на земле, сам шлюз был разворочен, но до конца ксеносы дело почему-то не довели. Что ж, мы не гордые, закончим за них. Тут дел-то на несколько минут…

Изначально у меня было два варианта плана.

Первый – я пытаюсь проскользнуть к форту со Скайлер, стараясь не привлечь внимания морфов, попадаю внутрь, договариваюсь с наемниками, мы разрабатываем план штурма, и, синхронизировавшись с остальными, оставшимися в безопасной зоне, прорываемся в Элизиум сразу с двух сторон.

Второй – мы все вместе идем на прорыв к форту «Фениксов», внутри перегруппировываемся, объединяемся и, опять же, идем на штурм.

В итоге первый план был отметен, как несостоятельный.

Во-первых – мне было весьма сложно объяснить остальным, почему мы со Скайлер считаем, что можем проскользнуть незамеченными сквозь орду ксеносов. Во-вторых – я и сам несколько сомневался, что биоботы смогут выработать достаточно энергии для работы «Мимикрии» в течение столь длительного времени. Да и разнообразных тварей с пси-способностями здесь хватало. И без способностей тоже. Достаточно вспомнить, как подобный план полетел в тартарары, когда я на стене форта Буревестников столкнулся со стражем. В-третьих – были сомнения, что наемники впустят внутрь непонятно кого, непонятно как прошедшего сквозь тварей. Можно было, конечно, поговорить с Руадом и придумать какой-то пароль, что-то, что знали одни лишь «Фениксы», но здесь тоже слишком много нюансов. Как минимум, неизвестно, кто из наемников вообще уцелел, не факт, что среди них окажутся знакомые капрала… В общем, слишком много деталей, каждая из которых может похоронить план на корню.

Ну, и основное: даже если допустить, что у нас все получится и мы проникнем в форт, связаться с теми, кто останется за периметром, и скоординировать штурм не получится при всем желании, потому что здесь, вблизи от глушителей, сигнал даже аналоговой рации хорошо, если на пару десятков метров пробивался. Локальная сеть отряда работала только за счет того, что каждый включенный в нее боец сам был ретранслятором и усилителем, но даже она доверия не внушала, периодически висла и сбоила. Так что с координацией действий в отсутствие надежных средств связи у нас были серьезные проблемы.

В общем, было решено не разделяться, и, вместо скрытного проникновения, ударить по ксеносам единым стальным кулаком, двигаясь вглубь зараженной территории, чтобы в финале прорвать осаду и войти в форт.

Если нам, конечно, откроют.

Последнее «если» делало весь план достаточно хлипким, но других вариантов не было. В Элизиум таким составом нам не попасть: даже если какая-то часть отряда умудрится прорваться к внутреннему периметру, ее сил точно не хватит для штурма. Потому нам не оставалось ничего, кроме как поставить все на кон и рискнуть.

– Внимание, отряд, – пробормотал я в комлинк. – Повышенная готовность. Через пять минут начинаем. Сигнал – взрыв.

Элис услужливо запустила таймер, и в дополнительном слое реальности интерфейса вспыхнули красные цифры, начавшие обратный отсчет. Так, нужно бы поторопиться…

Этот вход в Элизиум был не только ближе всего к форту. Не последнюю роль в выборе сыграл и тот факт, что концентрация ксеносов здесь была значительно ниже, чем вблизи других доступных проходов. Мы рассчитывали вскрыть ворота и внезапным броском преодолеть большую часть расстояни до форта, прежде чем твари очухаются и бросятся в атаку…

Вот только, к сожалению, расчет не оправдался.

Едва я вставил первый капсюль-детонатор в податливый брикет взрывчатки, как позади, оттуда, где в руинах спряталось наше разнокалиберное воинство, раздалась очередь крупнокалиберного пулемета. И тут же в комлинке послышался прерывистый голос Сандерса.

– Обнаружены. Дементоры и пикировщики. Сейчас основные силы подтянутся. Кончай копаться!

– Минута, – буркнул я в ответ. «Копаться», блин! Что-то кроме меня устанавливать взрывчатку никто больше не вызвался. А теперь гляди ж ты, подгоняют еще!

Снова застучал пулемет, к нему присоединились стрелковые комплексы, а парой секунд позже бешеной ведьмой взвыл огнемет. Да, что-то у них там обстановка накаляется. Надо бы и правда поспешить.

«Опасность», – предупредила Элис, визуализируя на таксхеме показания пси-сканера. Тут же за спиной послышалось шевеление: Скайлер и пара изгоев, прикрывавшие меня в процессе установки взрывчатки, напряглись, поднимая оружие. Твою мать. Уже и до нас добрались?

Я сосредоточенно щелкал разъемами, соединяя детонаторы с блоком управления, вполглаза глядя, как несколько красных точек быстро приближаются к нашей позиции. Быстро. Даже слишком, мать его!

– Алтай! – восклицание Скайлер совпало с очередным сигналом опасности от Элис и вспыхнувшим в интерфейсе вектором уклонения. Я выругался, выпустил из рук провода, и, проваливаясь в концентрацию фокуса, развернулся, одновременно выдергивая из-за плеча меч.

Взмах и удар слились в одно движение, и лишь разрубив на две части летящий в меня предмет, я понял, что это. Шип стража. Сразу три крупных твари присели за обломками, растопырив хвосты-щупальца и раздув мешочки-капюшоны у основания шипов. М-мать! Сразу несколько хлопков слились в один, и в нашу сторону снарядами помчались новые шипы.

Перехватив меч, я пригнулся, и, не выходя из концентрации фокуса, оттолкнулся от земли, ускоряясь и входя в скольжение. Увернулся от одного шипа, отбил мечом другой, вскочил на обломок стены и прыгнул.

Чтобы преодолеть расстояние, отделяющее меня от стражей, не понадобилось даже бустеры использовать: усилия модифицированной мускулатуры и псевдомышц костюма, помноженные на ускорение и движение в концентрации дали эффект не хуже. Взвившись в воздух, я пропустил под собой шар плазмы, несущийся к стражам от изгоев, перевернулся, меняя траекторию полета с учетом открытого союзниками огня, и, размахнувшись, ударил мечом, одновременно активируя клинок.

Коричневая кровь стража брызнула на забрало. Разрубленное пополам туловище еще не успело упасть на землю, как я уже развернулся к следующей твари.

Взмах – и два хвоста, извиваясь полетели в сторону. Тварь отпрянула, и я выругался: морф оказался слишком быстр даже для меня, находящегося в концентрации фокуса. Тварь резко развернулась, оттолкнулась лапами от земли и в длинном прыжке бросилась на меня. Уйти с траектории я уже не успевал, потому сделал единственное, что мне оставалось в данной ситуации: подогнул колени и упал на спину, поднимая меч над собой.

Целившийся мне в горло ксенос пролетел выше, напарываясь на выставленный меч. Клинок располосовал мягкое подбрюшье и вскрыл брюшину твари, на меня обрушился настоящий кровавый водопад, по забралу шлема скользнули выпущенные кишки морфа, и я едва сдержал рвотный позыв. Откатившись в сторону, я мягко вскочил на ноги, развернулся и ударом наотмашь добил рухнувшего на землю морфа, снеся уродливую голову твари.

Элис выдала тревожное предупреждение о повысившемся уровне расхода энергии, и я вывалился из выцветшего мира концентрации в обычный.

Здесь все было кончено. Двух ксеносов отработал я, третьего сожгла из плазмогана Скайлер. Однако у нас без потерь тоже не обошло. Один из изгоев неподвижно лежал на земле. Присмотревшись, я увидел шип стража, торчащий у него из шеи. Костяное острие пробило ворот кольчуги и пошло точно в горло, дополнительно выплеснув лошадиную дозу паралитика. Оказавшуюся, судя по всему, смертельной.

Дерьмо!

– Алтай! Алтай, прием! – на плече захрипела рация, и я понял, что слышу ее сквозь настоящий грохот очередей. – Что у тебя? Мы атакованы! Ускоряйся, драть тебя!

Сандерс.

Я бросил взгляд на руины и выругался. Туда, где спрятались вездеходы и наши бойцы, целыми волнами перли морфы. Дерьмо. Элемент внезапности утерян, теперь нужно сделать хотя бы так, чтобы отряд не заперли в руинах. Если вдруг там завязнем – на этом наш прорыв и закончится. Ладно. Работаем.

В два прыжка вернувшись к воротам, я поднял с земли провода и за несколько секунд закончил подключение. Подхватив катушку с проводом и пусковое устройство, я бросился назад, туда, где отряд принимал становящийся все более ожесточенным бой.

– За мной. Быстро! – выкрикнул я. – Да брось, ему уже не поможешь! – рявкнул я на изгоя, склонившегося над телом товарища. – Быстрее, быстрее, уходим!

Несмотря на массу событий, произошедших за последние минуты, таймер бесстрастно отщелкал всего половину времени, по истечению которого я должен был взорвать ворота. Однако сейчас придерживаться хронометража было уже бессмысленно, нужно как можно скорее открыть дорогу технике и двигать вперед.

– В укрытие! – скомандовал я. – Быстро, быстро, спрятались!

Убедившись, что меня услышали, я перемахнул через крупный валун, залег и, сжав в кулаке пусковое устройство, откинул крышку.

– Внимание! – прокричал я одновременно и в комлинк, и в рацию. – Три… Два… Один… Подрыв!

Я утопил кнопку и непроизвольно втянул голову в плечи в ожидании взрыва. Однако грохнуло намного тише, чем я ожидал. В какой-то момент я даже, холодея, подумал, что не подсоединил часть детонаторов. Однако высунувшись и бросив взгляд в сторону ворот, вздохнул с облегчением.

Ворот больше не было. Более того, отсутствовала даже часть стены, в которой они были смонтированы. Периметр зиял широким проходом, сквозь который легко мог пройти вездеход. Что, собственно, и требовалось.

– Сандерс! – заорал я, срывая голос и пытаясь перекричать грохот очередей и раздраженное фырканье импульсников. – Путь свободен! Пошли! Вперед!

Ответом мне стал рык двигателей вездеходов. Раздался рев, скрежет обломков, и из руин в облаке пыли вырвался первый броневик. Спаренный пулемет на его крыше безостановочно водил стволами, отыскивая новые цели и коротко отгавкиваясь от наступающих ксеносов, а в кузове возвышалась закованная в броню фигура кланлида «Буревестников», с двух рук садившего из плазмоганов.

– Скайлер! – снова закричал я. – Готовься! На борт!

Девушка кричать в ответ не стала, но пришедшая вдруг извне спокойная эмоция без слов сказала, что девушка готова. Отлично.

Дождавшись, пока головной броневик поравняется со мной, я вскочил на ноги, коротко разбежался и, подкорректировав прыжок бустерами, приземлился в кузове вездехода, тут же перебрасывая импульсник из-за спины.

– Поехали! – проорал Сандерс. Блики дульных вспышек отразились на лице кланлида, и я невольно усмехнулся. Лицо мастер-сержанта выглядело… Живым. Свирепая ярость, жажда действия, желание крушить и убивать… Восторг. Чистый, незамутненный восторг. Сандерс искренне наслаждался происходящим вокруг, и, судя по отголоскам его эмоций, кажется, сейчас он впервые за долгое время по-настоящему жил.

– Поехали, – кивнул я, осклабившись, вытащил из кобуры на бедре ракетницу, и, подняв ее в воздух, утопил спуск, а потом еще и еще. В воздух, одна за одной, ушли три ракеты, зеленая, красная, и снова зеленая, и в ту же секунду на крыше броневика заморгал прожектор, посылая в наводненную ксеносами темноту код Морзе, призванный сообщить «Фениксам», что к ним идет подкрепление. Хотя и без этого было несложно понять, что на поле боя появилась новая, даже не третья, а четвертая сила. Грохот пулеметов и автоматических пушек, длинные языки пламени, выпускаемые огнеметами, мертвенно-бледные вспышки плазменных излучателей… Мы заявили свое присутствие громко и эффектно, и не заметить наше появление мог только мертвый.

Оставалось лишь надеяться на то, что «Фениксы» были все еще живы. А мы уж сделаем все, что от нас зависит, чтобы к ним прорваться.

Гусеницы броневика прогрохотали по выбитым воротам, о борт заскрежетали обломки стены, и вездеход на полной скорости ворвался во внутренний периметр Элизиума. Я бросил взгляд назад, убедился, что остальная техника следует в фарватере, и, сжав импульсник, раскинул перед собой зонтик пси-сканера в поисках целей.

Сейчас будет жарко. До кровавого, мать его, пота. И очень надеюсь, что выступать он будет не у нас.

Глава 10

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны.

– Воздух! – Элис окрасила верхнюю полусферу тревожным светом, и я вскинул импульсник, ориентируясь на отметку пси-сканера.

Пикировщик!

Летающая тварь ксеносов валилась с неба прям в кузов броневика. Я поймал морфа на мушку и выпустил три небольших плазмоида, с каждым выстрелом чуть сдвигая ствол. Попал вторым, обожженная тварь дернулась, подставляясь под третий, и, превратившись в живой костер, рухнула на землю в нескольких метрах от броневика.

– Воздух! – да чтоб тебя!

На этот раз на броневик ринулись сразу несколько тварей. Но теперь Элис, прилежно выполнив данное недавно задание, ухватила их таргет-трекером, наложив его разметку на показания пси-радара, и справиться с летающими уродцами труда не составило. Прицел – упреждение – выстрел, прицел – упреждение – выстрел… Десяток секунд – и пять квадратов, подсвечивающие цели, потухли.

– Хренасе ты отличник огневой подготовки, сержант… – прохрипел Сандерс, беглыми очередями бьющий куда-то в темноту. – Кажется, начинаю понимать, как ты в топ рейтинга вылез…

– Даже не представляешь, – невесело усмехнулся я, скашивая взгляд на датчик заряда импульсника. Половина. Пойдет. Движемся дальше.

Я бросил взгляд назад. Остальная техника, облепленная бойцами, двигалась в кильватере нашего броневика. Пройдя сквозь пролом, машины разошлись в стороны, а бойцы посыпались на землю, растягиваясь цепью и принимая вид чего-то, отдаленно напоминающего боевые порядки пехоты, атакующей при поддержке легкой брони. Два харвестера, переделанные в огнеметные танки, вырвались вперед, догоняя наш броневик и пристраиваясь слева и справа. Еще два броневика, вооруженные автоматическими пушками и ракетными установками, встали за ними. В итоге мы образовали вполне себе ударный клин. Два оставшихся харвестера со смонтированными на них минометными площадками оказались в центре, окруженные пехотой, замыкал построение последний броневик, щетинящийся пулеметными спарками. Серьезно…

Однако впереди нас ждал не менее серьезный противник. И, судя по реву, рыку, щелканью и цокоту, мы должны были вот-вот с ним столкнуться.

– Свет! – скомандовал Сандерс.

На броневиках и харвестерах, кроме головного, продолжавшего стробоскопить азбукой Морзе послание засевшим в форте «Фениксам», вспыхнули прожекторы, заливая равнину мертвенно-бледным светом, а я, снова достав ракетницу, щелкнул барабаном, выставляя нужный заряд, поднял руку и нажал на спуск. Звездочкой умчавшись в ночное небо, осветительная ракета ярко вспыхнула, выпустила парашют и зависла, люстрой освещая внутренний периметр.

В совокупности со светом прожекторов светло стало, если не как днем, то, как в рассветную пору хмурым днем – точно. И хорошо, что так. Потому что при дневном свете от вида мчащего в нашу сторону ксеновоинства мне стало бы совсем страшно. Не то, чтоб я сейчас не боялся, но полумрак все же скрадывал детали. Однако главное я увидел, и это зрелище мне совсем не понравилось.

Ксеносы накатывали океанской волной, состоящей из пауков, крабоидов и скорпиксов. Их было много. По-настоящему много. Кажется, только сейчас я в полной мере понял слова Руада про артподготовку и авиаудар, и немного струхнул, если честно. В какой-то момент мне показалось, что мы взяли на себя чересчур много, и сейчас нас попросту сметут. И две огромные туши берсеркеров, возвышающихся над океаном морфов прибрежными скалами только укрепляли меня в этих подозрениях.

Ладно, к черту!

Я тряхнул головой, отгоняя наваждение, и крепче стиснув излучатель, посмотрел на Сандерса. Тот замер в кузове каменной глыбой, вглядываясь вперед, и, готов поклясться, на лице его не дрогнул ни один мускул. Подняв рацию, мастер-сержант прокричал, дублируя команду в комлинк:

– Всем – стоп. Минометы – готовность. Ракеты: цель – берсерки, работаете по готовности. Остальные – держать периметр!

Вездеход качнулся и остановился, и в тот же миг с направляющих соседней машины сорвались две ракеты. Время будто замерло, и в этом коротком промежутке на меня навалилась целая бездна звуков. Стучали пулеметы, выкашивая первые цепи атакующих ксеносов, хлопали дальнобойные винтовки снайперов, выцеливавших кружащих дементоров, в небо, навстречу очередной стайке пикировщиков с визгом унеслась целая россыпь плазменных шаров… Осветительная ракета мигнула напоследок и погасла, и только в этот момент ракеты достигли цели.

Кажется, рев берсеркера заглушил даже звук сдвоенного взрыва. Прожектор одного из броневиков выхватил из темноты огромную тушу. Гигантский морф встал на дыбы, а после рухнул, как подкошенный. Могучее тело забилось в агонии, давя и калеча мелюзгу, дернулось в последний раз и затихло. И одновременно с шипением новых ракет, стартовавших уже с другой машины, над полем боя прокатился многоголосый победный клич, вырвавшийся из десяток глоток. Гибель берсеркера воодушевила бойцов, и, кажется, прикажи я им сейчас пойти на ксеносов в лобовую атаку – они бы это сделали, не раздумывая ни секунды.

Однако время лобовой еще не наступило.

Схватив ракетницу, я выпустил еще одну осветительную. «Люстра» вспыхнула в тот момент, когда ракеты добрались до второй твари, и на этот раз я сумел рассмотреть все в подробностях.

Достать второго берсеркера так же, как первого, не удалось, но, возможно, это и к лучшему: взрывом твари оторвало лапу, и сейчас огромный морф в судорогах скакал на трех оставшихся по полю боя, оставляя за собой кровавую просеку. Не ожидавшая такого подвоха мелюзга гибла десятками, как муравьи под подошвой штурмового ботинка. Какой-то крабоид, возмущенный до глубины своей морфячьей души, не выдержал и набросился на берсеркера, подскочил к слабозащищенному брюху и выхватил из него солидный кусок. Это будто послужило сигналом для остальных. Миг – и огромная туша скрылась под захлестнувшей ее волной обезумевших ксеносов.

– Минометы готовы! – послышалось в рации.

– По скоплению тварей – беглый огонь! – тут же прорычал Сандерс.

Если бы ксеносы знали, что означает нарастающий противный свист, который они услышали после серии хлопков, раздавшихся у меня за спиной, они бы наверняка рванули врассыпную. Но твари не знали, и сразу три мины легли четко в кучу беснующихся ксеносов. А потом…

– Твою мать, что твои умельцы зарядили в гребаные мины? – с восхищением пробормотал я, глядя, как монстры исчезают среди распускающихся огненных цветов в местах «прилетов».

– Напалм, – пожал плечами Сандерс. – Если он эффективен в огнеметах, почему бы не использовать его здесь?

Сзади снова захлопало – и через несколько секунд поле боя превратилось в филиал ада. Стена огня полностью скрыла визжащих и ревущих на все голоса морфов. Сейчас им явно стало не до нас. Выплескивающийся при взрывах мин напалм лип к плоти, прожигал хитин, боль сводила тварей с ума, а сзади, на платформах, специально смонтированных на броневиках для стрельбы из минометов, хлопало и хлопало. Впечатляющее зрелище, ничего не скажешь.

– Минометы – отбой! – заорал Сандерс, да так, что его, наверное, услышали и без рации. – Всем бортам – полный вперед! Пехота, не отставать!

Сандерс щелкнул рычагом на шлеме, и беснующееся впереди пламя отразилось в опущенном забрале мастер-сержанта. В кровавых бликах горящего напалма белый череп, искусно намалеванный на визоре, выглядел еще более устрашающе.

– Вперед, обезьяны! Или вы хотите жить вечно? – прогремел сквозь динамики брони любимый всеми сержантами всех времен и народов боевой клич, и наша маленькая механизированная армия с рыком моторов и лязгом траков устремилась вперед, под многоголосый вопль, издаваемый воодушевленной пехотой.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Периметр Зеленой зоны. Охранный форт Западного периметра, занятый наемниками «Группы Феникс».

Единственное, о чем мечтал капитан Браун вот уже пятые сутки – это сон. Настоящий, восстанавливающий, глубокий, без сновидений… Продолжительностью часов эдак в двадцать. А лучше в тридцать. Браун был уверен, что, если его оставят в покое, то тридцать часов он легко проспит. А может быть даже сорок. Летаргический сон – что может быть прекраснее? Сон, в котором нет пришельцев, невесть откуда взявшихся на Рапсодии в таких количествах. В котором не будет сорвавшихся с цепи заключенных, ворвавшихся в Элизиум, и, воспользовавшись тем, что все имеющиеся силы «Фениксов» заняты войной с ксеносами, довольно легко занявших административный комлплекс… А еще во сне капитана Артура Брауна не было места форту Западного Периметра, одинокому и осажденному армией ксенотварей, провизия и боеприпасы в котором медленно, но уверенно подходили к концу.

Все, что согласен был видеть во сне Браун – грудастую брюнетку из отдела персонала. Ту, что доверительно нагнувшись к капитану, уложила на стол сиськи, виднеющиеся в блузке, расстегнутой на одну пуговку больше, чем позволяли приличия, и предложила ему «выгодный и непыльный» контракт на Рапсодии. Который пустивший слюну Браун и подмахнул, кажется, не отрывая взгляда от открывшегося зрелища, совсем не оставлявшего простора воображению. О, да! Это был бы очень хороший сон! В нем капитан обхватывал широкой ладонью тонкую шею девушки и медленно сжимал ее, до тех пор, пока не слышался треск шейных позвонков. «Непыльный контракт», мать его! Впрочем, да. Пыли, пожалуй, и не было. Только грязь, кровища и вонь разлагающихся тел.

Однако увидеть во сне кадровичку Брауну было не суждено. Потому что, едва он начал проваливаться в блаженную дрему, в дверь офицерского кубрика загрохотали, бесцеремонно и невежливо.

– Какого хрена… – просипел севшим голосом Браун, и сел в кровати, массируя лицо ладонью. Вот же дерьмо! Только свободная минутка выдалась…

Стук в дверь повторился, капитан продрал горло, и крикнул:

– Заходи! Хорош грохотать, чтоб тебя…

Дверь отъехала в сторону, и на пороге появился боец в экипировке «Фениксов».

– Какого дьявола, Вишес? – Барун посмотрел на бойца почти с ненавистью. – Тварям опять неймется? Сами справиться не можете?

– Простите, сэр, – видно было, что боец и сам был не рад. Будить капитана, который последние дни почти все время находился на ногах, было не самым безопасным занятием. – Не твари.

– А что тогда? Давай, скажи, что за нами прилетели, и начинается эвакуация.

– Никак нет, сэр. Вторжение, прорыв периметра…

– Что? Вишес, ты пьян? – брови капитана взлетели на лоб. – Какой, на хрен, периметр? Какое, на хрен, вторжение? Периметр разрушен, и вторжение началось…

– Люди, сэр. Люди. С техникой. Взорвали ворота, раскатали минометами и ракетами патрульную группу ксеносов и движутся к форту.

– Чего??? – Капитан от удивления даже забыл, как зверски он хочет спать. – Люди? На технике? С ракетами и минометами?

– Так точно, сэр. А еще они передают световой сигнал азбукой Морзе, и это наш код, сэр. Там… Судя во всему, там Руад, сэр. Наш Руад.

– Руад? – капитан хмыкнул и покачал головой. Уйти с небольшой группой, пропасть без вести и заявиться с техникой и тяжелым оружием – это было вполне в духе капрала. – Интересно. Пойдем посмотрим.

Браун встал, одернул комбинезон, и, прихватив стоящий у изголовья стрелковый комплекс, быстрым шагом направился к двери.

***

Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия. Зеленая, некогда полностью безопасная зона, она же Элизиум.

После первого успеха мне на какое-то время показалось, что мы, ошеломив ксеносов, так и доберемся до форта одним рывком. Увы, казалось так совсем недолго.

Первая волна ксеносов, которую мы так бодро смешали с дерьмом и грязью, оказалась не более, чем патрульной группой, отвечающей за этот участок периметра. Их основной целью было обнаружить вероятного противника и уничтожить его, а если это не удастся – задержать до подхода основных сил. К сожалению, мы поняли это не сразу. Впрочем, и в противном случае мало бы что изменилось. У нас просто не было другого выхода. Нам нужно было идти вперед, и кто там перед нами, патрульная группа, не патрульная группа – значения не имело.