Пико делла Мирандолу съели крокодилы

– Но смог бы он толкнуть Борисюка? Они одного роста, но Борисюк – покрепче.

– Не забывай про скользкий пол, – напомнила Галяля.

– А у Василька есть алиби? У Матвея – нет. Но какой мотив?

Мы задумались.

– Что-то личное? – предположила Галяля.

Я покачала головой:

– Они с Борисюком как будто на разных орбитах.

Повисла пауза.

– А как преступник узнал, что Борисюк в душе? – спросила Галяля.

– Понятия не имею… Мы с тобой всё делаем неправильно. Хаотично. Нужен лист и ручка.

Следующий час мы методично записывали мотивы каждого. Естественно, один абсурднее другого. Помимо трусов и желания сорвать дебаты, в списке фигурировали высмеивание речи участника, тайная влюблённость в девушку Борисюка, бытовое раздражение, зависть и ещё с десяток причин. Собственно, этот полёт фантазии пришлось прервать, поскольку закончилась лекция Гнилина и пора было расходиться по кабинетам.

Напоследок мы с сожалением признали, что самого Гнилина в список подозреваемых не впишешь, так как в общежитие он не заезжал. Версию с проникновением в душ через окно мы тоже отбросили – уж больно корпулентным был наш гуру для подобных акробатических номеров.

В этот раз из университета мы добрались без приключений.

Неприятный сюрприз ожидал нас в комнате – батарея была чуть тёплая.

– С таким ветром мы ночью точно окоченеем, – нахмурилась Галяля. Она ощупывала батарею, словно ожидая, что та потеплеет.

Вдруг меня осенила идея:

– Слушай! Давай заберём одеяло Борисюка!

Воодушевлённые, мы бросились в его комнату.

Дверь открыл Старовойт.

– У вас ведь есть свободная кровать? – сходу выпалила я, не то спрашивая, не то утверждая.

Заслуженный оратор и победитель прошлогодних прений на секунду лишился дара речи – видно, такого поворота он не ожидал – но всё же сделал приглашающий жест.

Заметив его замешательство, я поспешила пояснить:

– Мы хотим взять одеяло Борисюка. У нас жутко холодно, а он всё равно пока в больнице.

Из глубины комнаты подал голос Ренат, явно наслаждаясь разыгравшейся сценой:

– Да ладно! Просто скажите, что вам трёх кроватей на двоих мало! А Борисюк жил в двадцать восьмой.

Мы извинились за беспокойство и удалились.

В соседней комнате нам без лишних вопросов выдали одеяло. Золотые люди!

Из-за событий прошлой ночи мы жутко не выспались и решили лечь спать пораньше. Только я начала засыпать, как в коридоре раздались голоса. Кто-то ругался.

– С ума посходили! – разозлилась подруга. – То дебаты под дверью обсуждают, то выясняют отношения.

Пришлось встать и осторожно приоткрыть дверь.

– Да какое тебе дело? Ну были они там, и что? – раздался раздражённый голос.

– Зюзин, – шепнула мне Галяля.

Ответом было невнятное бормотание.

– Кто докажет?

Опять бормотание, и голос Зюзина:

– Тебе какое дело?

Мне порядком надоело это представление. Я распахнула дверь и вышла из комнаты. В коридоре стояли Зюзин и Василёк.

– Можно потише? – вежливо, но твёрдо спросила я. – Вы здесь не одни, между прочим.

– Каждую ночь под дверью базарят! – возмутилась Галяля.

Василёк сразу принялся извиняться, но Зюзин перебил его:

– Девочки, давайте спокойно. Я тоже могу быть грубым, могу кричать…

Я поняла, что Зюзин пьян. Продолжать разговор смысла не было, и я вернулась в комнату. Галяля ещё немного с ним попрепиралась, прежде чем захлопнуть дверь.

– Ещё и на Василька наезжает! Хамло! – проворчала она, прячась под одеяла.

Утром Василёк поджидал нас в коридоре возле гардероба, чтобы извиниться.

– Что у вас за разборка была вчера? – поинтересовалась Галяля.

Василёк промямлил:

– Да ничего, в общем-то, такого… Я хотел как лучше, а он не понял. А может, просто не поверил. Но он тоже прав. Не стоило мне совать нос в чужие дела.

Ничего непонятно, но ужасно интересно!

– Так что там? – конспиративно прошептала я.

– Вася, мы – никому, – заверила Галяля.

Он огляделся. Коридор опустел: все уже сдали вещи и разошлись по аудиториям.

– В тот вечер, когда Борисюк поскользнулся в душе, – Василёк замялся, – он вовсе не мыться шёл. У него была встреча. Тайная встреча.

– В душе? – не поверила своим ушам Галяля.

– Да. Я как раз хотел занять очередь и увидел, как она выходит.

– Кто? – спросили мы в один голос.

– Лиза, – прошептал Василёк.

Вот это номер! Лиза ведь была девушкой Зюзина. Мы переглянулись.

– Как же она тебя не заметила? – спросила я.

– Я спрятался, – признался он, – за поворотом, там, где несколько комнат. Вчера я рассказал обо всём Зюзину. Долго сомневался, но потом решил рассказать. Если бы моя девушка мне изменила – я бы предпочёл знать. А он мне не поверил, – Василёк тяжело вздохнул.

Когда мы поднялись наверх, возле аудитории, где заседала моя подгруппа, уже собралась приличная толпа.

– Это ещё что такое? – пробормотала я.

Мы поспешили вперёд.

– Что случилось? – дёрнула я за рукав Данила.

– Как что? – удивился он. – Вы где ходите?

– Здесь были, – неопределённо ответила Галяля. – А что происходит?

– Решают, что делать. Надо подводить итоги, а Старовойта нет.

– Как это нет? – возмутилась я. – Он же ехал…

Я осеклась: действительно, я его сегодня не видела.

В этот момент в коридоре появился сам Гнилин и велел всем разойтись по аудиториям. Оставил только капитанов и модераторов и заперся с ними в одном из кабинетов.

Расходиться никто не спешил. Все разбились на компании и полушёпотом обсуждали происходящее.

Подробности мы узнали только перед обедом.

На правах капитана Кочерга собрала всю нашу команду в пустой аудитории. Дождавшись, пока все сядут, она объявила:

– Мне сказали, что в этом нет необходимости, но я всё-таки решила рассказать вам кое-что важное. Лучше вы узнаете это от меня, чем…

– Где-то за гаражами от мальчишек, – шепнул Данил.

Мы хихикнули.

– …чем будете полагаться на непроверенные слухи, – лицо её было серьёзным, почти каменным.

Впервые я слушала её с таким вниманием. Что же произошло?

– Речь пойдёт о Романе Борисюке.

– Таня, подожди! – перебила её Лиза, вставая с места. – Мы хотим сделать заявление!

Не дожидаясь реакции Кочергиной, она взяла за руку Зюзина и вывела его к доске.

– Да что же это творится! – прошептала я.

– Они сейчас объявят, что у них отношения втроём? – предположила Галяля.

Лиза заговорила сдержанно, с робкой, почти извиняющейся улыбкой:

– Мне довелось услышать некоторые детали истории, которую сейчас собирается рассказать Таня. Более того, нашёлся человек, волею случая ставший свидетелем… неоднозначных обстоятельств. Поэтому, чтобы избежать кривотолков и сохранить добрую репутацию – и свою, и Мишину – я сочла необходимым выступить и изложить ситуацию с максимальной степенью достоверности.

Мы слушали Лизу, затаив дыхание.

– В тот вечер у меня состоялась встреча с Романом Борисюком. Необходимо было провести её незаметно, а Миша как раз упомянул, что в душевой закончилась горячая вода. Потому я предложила встретиться именно там. Сейчас я уже могу говорить об этом открыто. Рома помогал мне выбрать подарок ко дню рождения Миши. Речь шла о компьютерной игре, а Рома был прекрасно осведомлён о Мишиных предпочтениях, – она бросила короткий взгляд на Зюзина и тепло улыбнулась. – Я искренне надеюсь, что представленные факты помогут устранить недоразумения и сохранить доверие, столь важное для всех нас.

В аудитории повисла тишина.

– Это всё? – спросила ошарашенная Кочерга.

– Всё, – кивнула Лиза, и они с Зюзиным вернулись на свои места.

– Напустили туману, а в итоге…, – фыркнула Галяля, явно разочарованная такой банальной развязкой. – Игру и на кухне можно было выбрать. Развели тайны Мадридского двора!

Кочерга оглядела зал и продолжила:

– Итак, сегодня наш коллега по клубу, модератор и победитель прошлогоднего сезона дебатов Виктор Старовойт отсутствовал на заседании. В данный момент он находится в отделении милиции в связи с заявлением, поданным Романом Борисюком. Последний утверждает, что Виктор применил к нему физическое воздействие, выразившееся в преднамеренном толчке.

По аудитории пронёсся взволнованный гул.

– Мы рассматривали такой вариант? – спросила меня Галяля.

Я кивнула:

– Якобы Борисюк спер у Старовойта еду из общего холодильника.

– А почему? – выкрикнул Ренат.

– Если вы замолчите, я продолжу, – строго сказала Таня.

Шум тут же стих.

– Согласно имеющейся информации, в тот вечер Виктор спускался на первый этаж и стал случайным свидетелем того, как Лиза вышла из мужской душевой, прикрыв за собой дверь. За несколько минут до этого он разговаривал с Мишей Зюзиным, и знал, что тот не мог находиться в душевой в момент появления Лизы. Это обстоятельство пробудило в нём естественное любопытство, и он решил заглянуть внутрь. В душевой он обнаружил Романа. Между ними состоялся напряжённый разговор, в ходе которого Виктор озвучил накопившиеся претензии, касающиеся как неоднозначного характера общения с девушкой, состоящей в отношениях, так и пренебрежения к деятельности самого Старовойта. Напомню, что Борисюк неоднократно позволял себе язвительные замечания в адрес Виктора, в том числе в присутствии Григория Аркадьевича Глинина. Диалог не сложился. Борисюк, в привычной для себя манере, предпочёл уклониться от серьёзного разговора, отделавшись шутками. Виктор не сумел справиться с эмоциями и толкнул Романа. Пол в душевой, как известно, был мокрым и крайне скользким. В результате Рома потерял равновесие и упал. А Виктор, к сожалению, не оказал ему помощи и поспешно покинул место происшествия.

Мы ещё долго не могли прийти в себя. Даже в актовом зале перед церемонией закрытия все продолжали перешёптываться и перебирать детали.

– Как такое могло произойти… – качал головой Данил.

– Мне до сих пор кажется, что это финальный розыгрыш, – не верил Матвей.

– Таня говорила, что в следующем году председателем комиссии хотели назначить либо Борисюка, либо Старовойта, – заметил Данил. – Было бы круто стать самым молодым председателем.

– Подожди, почему Таня решила, что Борисюка собирались назначить председателем? – удивился Ренат.

– Ей по секрету сказал сам Старовойт. А ему – Белоусов. В первый день дебатов.

Тут я вспомнила секретный разговор Кочерги и Старовойта, свидетелем которого случайно стала.

– Кажется, я слышала, как Старовойт рассказывал Тане что-то в этом духе. Только тогда не придала значения его словам.

– Ерунда, – покачал головой Ренат. – Выбирали между Белоусовым и Старовойтом. Про Рому даже речи не было. У меня источники надёжные! – добавил он с важным видом.

И всё же дебаты подошли к концу. На церемонии закрытия нам объявили имя следующего председателя. Им стал Валерий Белоусов.

Вечером, собирая вещи, мы с Галялей обсуждали события дня.