Шесть лет

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

© Казанцева, Ю.В., 2025

© СУПЕР Издательство, 2025

Ветреный

– Ты чай или кофе?

– Чай.

– Зеленый, черный?

– Черный с лимоном, если есть.

Он сам любил приготовить и чай, и кофе, и лёгкий завтрак. Любил добавить нотку изысканности в виде приятного дополнения из ягод, орешков или припасённого заранее десерта.

– Какой ты чудесный! Не перестаю удивляться. Наблюдала, как женщины смотрят на тебя, а ты столько лет был один, при всей твоей мужественности и утонченности. Ты заботливый и внимательный, такой уверенный в себе…

Он приготовил мне чай с лимоном, лавандовый эклер, рядом поставил черничное варенье, налил себе кофе и, продолжая выполнять какие-то механические движения по кухне, взглянул на меня, сказав:

– Наивная! Так же было не всегда…

Потом отвёл глаза, как будто желая приступить к рассказу, но лишь в случае исключения и без бравады.

– Я, как и большинство молодых парней, был горяч и смел, вместе с тем романтик! Большой любви хотел! Меня же мать отправила в военную академию, чтобы нрав мой в нужном русле проявлялся, да и хлопот ей со мной тогда меньше стало. В школе она устраивала меня то в одну спортивную секцию, то в другую. Остановились на плавании. Так с «физикой» был полный порядок. Дисциплина в академии, нагрузки, спорт сделали из меня этакого «красавчика», военная форма вообще сводила девушек с ума! – он говорил медленно, степенно, даже лениво, продолжая хлопотать по кругу, перекладывая что-то с места на место. – Сначала были лёгкие, шуточные знакомства, нас же нечасто отпускали в увольнение, хотелось однажды вырваться и уже от вольного. Казалось, всё сложится и сразу. Так и случилось! – Он бросил взгляд на меня, сжимая губы и округлив глаза, как будто желая подвести некий итог. – После окончания академии служба офицером – удалось остаться здесь же, в Ленинграде. Познакомился с ней в кино. Да, вот прямо в кино! Сначала обратил внимание на неё, когда билеты у кассы с ребятами покупали: она с подружкой стояла, а потом и места оказались почти рядом, она сидела передо мной, ближе к экрану. Симпатичная южанка!

Он подошёл к благоухающему цветку в красивом кашпо и торопливо оборвал жухлые листья снизу.

– Девушки оказались старше нас на два года, отсюда и вели себя надменно и даже дерзко, отпускали шуточки и вольности в нашу сторону. Однако именно такое их поведение раззадоривало нас ещё больше, и мы, соревнуясь между собой, не отступали и не уступали! Нас было четверо, их двое, соревновательный процесс шёл неделю, встречались вечерами: то парк, то кино, а однажды даже в ресторан. Так нам хотелось показать, что взрослые мы, бывалые. Там-то всё и решилось. Она выбрала меня! Я на седьмом небе был от счастья. Такой успех – среди четверых меня! Стали встречаться. Она, как старшая наставница, была больше, но чертовски хороша, как мне тогда казалось. Я крутился вокруг неё волчком, влюбился как дурак! Она же верёвки из меня крутилаааа. Ты не понимаешь! Капризы, желания – всё для неё. Я голову потерял, но мне это так нравилось! Вкус к другим девушкам утратил напрочь. Жизнь взяла сочные краски, ни минуты без мыслей о ней. Мне завидовали ребята, некоторые дерзили в нашу сторону, за что получали ответ…!

Он отлучился на минутку, чтобы достать сигарету из пачки, что лежала в левом кармане его куртки, и мы вышли на открытую террасу роскошного дома. Он затянул сигарету и продолжил:

– Спустя три месяца мы поженились. Идея эта маме не понравилась, меня же было не остановить. Приезжали её родители с юга. Им, конечно, всё понравилось, уехали довольные. Одну только фразу отец тогда неловко бросил: «Слава Богу, угомонилась!» – Фраза эта меня слегка смутила, но ненадолго, я был безумно счастлив!

Вопросы хозяйства меня тогда вообще не занимали. Мать порой была недовольна чем-то, а мне нравилось всё! Я бежал домой бегом, в прямом смысле слова. Видел только её, не помню, чем кормила, что в комнате было. Обожал её каждый день, и мне ничего не надоедало. Месяца два спустя прибежал однажды вечером домой – её нет. Ждал, волновался, вышел, стал ходить вокруг дома. Курил одну за другой, в голову страсти одни лезли. Стало смеркаться, и я наконец-то увидел за качелями детской площадки её силуэт. Не могу даже объяснить степень моего волнения и облегчения в тот момент. Она сказала, что была в центре, с подругой решила встретиться, заболтались, задержались. Волна радости от того, что она рядом, захлестнула меня, я и не придал значения сказанному. Через три дня сообщила, что поедут с подругой в Петергоф, возможно, задержатся, просила не волноваться. – Он докурил сигарету и сходил ещё за одной.

– Действительно, тем вечером вернулась чуть позже меня. Рассказала о поездке, я порадовался за неё и весь вечер не выпускал её из рук.

В начале осени стала чувствовать себя неважно: тошнота, слабость и все симптомы беременности. Столько счастья, и всё за последние полгода от начала знакомства! Я буквально уходил из дома и возвращался с улыбкой. Казалось, и дела по службе давались легко. Всё у меня вдруг стремительно наполнилось новой жизнью и надеждами.

Наступил октябрь, зарядили дожди, её не радовало ни самочувствие, ни настроение. Я успокаивал: ягодки, орешки, десертики… А она всё в окно смотрит и злится, даже не грустит, а злится! Я места себе не нахожу: то врача, то к врачу, мать прошу помочь, а она ненавистью ко мне.

Мы вернулись с ним с террасы на кухню, и он налил мне ещё чашку чая.

– Спустя месяц волнений, в субботу вдруг без церемоний сообщила, что два месяца назад из армии вернулся её бывший, приехал в Ленинград, нашёл её. Они встречались несколько дней, тогда, когда она якобы с подругой виделась. С того дня она решила, что уйдёт к нему. Потом беременность, но он и здесь её не оставил, поэтому она приняла твёрдое решение и уезжает сегодня же с ним домой, к себе на юг!

Я умер! Я просто умер! Меня не стало на полгода, – он сел напротив, откинулся на спинку стула, положил руки сначала на голову, а потом опустил их на лицо, как если бы взял минутку на передышку.

– Помню только будильник утром, казармы и как вечером скидываю сапоги в прихожей.

В апреле пришла телеграмма, что у меня родился сын. Ниже пояснение – она вышла замуж, и у мальчика будет там отец. То ли от радости, то ли от низости, я пришёл в себя. Не то чтобы всё встало на свои места, но новость о рождении сына отозвалась ликованием в моём сердце. Как будто появился смысл жить. Ехать туда, конечно, толку не было, хотя мне очень хотелось, а вот деньги я послал в тот же день и регулярно посылал в течение многих лет.

Он снова встал и включил кофемашину.

– Несколько раз я всё же мальчика видел. Летал специально, как будто совмещая отпуск у моря с официальным визитом к сыну. Его назвали Мишей. Первый раз я увидел Мишу в три года. Он был похож на мать, просто копия! Маленький симпатичный парнишка. Уже хорошо разговаривал, но остаться со мной без матери, конечно, не мог. Она меня толком ему тогда и не представила, да что там – он совсем маленький был. Потом в пять лет его видел, потом в первый класс, когда пошёл. Однажды они приезжали сюда. Она нашла меня, Мише было уже двенадцать. Тогда мы с ним и погуляли, и в Музей артиллерии, и на «Аврору» сходили. Он уже знал, что я отец. Особой тесной связи, разумеется, не было, но тем не менее…

Я понял потом, почему она не отказывала мне во встречах с сыном: я хорошо помогал. Они же, судя по увиденному и услышанному, жили плохо и бедно. Красота сникла, муж её покалачивал, а главное – он терпеть не мог Мишу. Моего Мишу. Сердце не камень – это правда! Щемило каждый раз. Мишку жалко было! Я ненавидел её за это. Гадина! И сейчас повторю – гадина!

Он смял бумажную салфетку рядом и выбросил её в мусорное ведро, громко хлопнув дверцей.

– Мои отношения с женщинами с того времени стали носить характер ветреный! Правды им не было. Я пробовал разных, потом с триумфом бросал их и ни о чём не жалел! Они как-то чувствовали во мне ту рану, хотя никому о ней тогда не рассказывал. Как-то легко сходились и без сожалений оставляли. Я и правда мог быть заботливым, любящим, ответственным, но этот набор мало увлекал противоположный пол, и ветреные отношения стали для меня нормой.

Однажды позвонила Мишина мать. Ему было четырнадцать, и она сказала, что у него что-то с ногой. Помочь на месте не могут. Попросила найти доктора и принять участие, если они приедут показаться в Питер. Я уже к тому времени стал взрослее: связи, звание. Нашёл нужных врачей, и они приехали.

Дело оказалось действительно серьёзным: у Миши обнаружили некую опухоль, потребовалась срочная операция, соответственно анализы и донор. Сомнений не было ни на секунду – я первый в списке. Всё подготовили, мне тоже предстоял ряд необходимых процедур, и когда почти всё было готово, врач вызвал сначала меня, а потом её и сообщил, что донорский материал не подходит, так как не является родственным больному!

Мы оба не сразу поняли, о чём речь! Какие-то глупые вопросы ещё задавали, но вскоре пришла ясность – Миша оказался не моим сыном. Он был сыном того бывшего из армии, к которому она сбежала и замуж вышла. Курьёзность всей ситуации заключалась в том, что я принимал его за своего, искал встреч, помогал деньгами и негодовал от мысли, что моего сына воспитывал тот ублюдок, а он, в свою очередь, ненавидел и ущемлял собственного сына, думая, что он мой.

Операция состоялась, приехал папаша родной. Миша оставался ещё около месяца в Питере, и я приходил его навещать. Потом у него всё наладилось, и сейчас ему чуть больше тридцати. Ни с кем, кроме Миши, из той семьи я больше не общаюсь, а с ним иногда созваниваемся.

Ты знаешь, после той истории я ещё долго был убеждён, что игры во все эти любовные отношения – зло, пока один мудрый человек не сказал мне: «У тебя никогда не будет проблем с женщинами и женским вниманием, если у тебя будут деньги!» Я запомнил эти слова на всю жизнь, и с того момента в меня вселился этот азарт – не ныть, не искать отношений и чувств больших, а заняться делом, заработать деньги! Это меня спасло!

Дела мои пошли в гору. Вскоре я уже дослужился до нужного звания, потом по выслуге лет параллельно стал строить свой бизнес, о котором ты знаешь. Теперь у меня есть всё – этот дом и квартира, и автомобили, и отели свои на Балканах.

Ещё у меня есть сын Саша, с которым ты тоже знакома. Он на меня очень похож и родился в результате приятных отношений по обоюдному согласию с его мамой. Сашу я очень люблю, мы проводим с ним вместе много времени, а скоро он пойдёт в школу. И я ни о чём не жалею!

Женщины теперь сильно сожалеют о расставании со мной – прав был тот человек! У меня же есть много работы и много свободы, – он налил себе кофе, громко включил любимую Pazzo di lei Бьяджо Антоначчи, подошёл ко мне, чмокнул по-дружески, сказав:

– …И если бы не ты, то про меня так и продолжали бы говорить – «ветреный…»

Оливье

– Мы с утра ничего не ели, я устала ходить по магазинам. Давай зайдём перекусить в «Москву», на шестой! – предложила Катька после изнурительного забега по универмагу.

– Ой, нет! Не люблю «Москву» с прошлого года, – рассмеялась я.

– А что так? Невкусно было?

– Нет, неудачное свидание!

– Что за свидание? Расскажи! – Она поспешила за столик уютной кофейни справа.

Мы заказали латте, мороженое, и я принялась утолять неудержимый Катькин интерес к тому свиданию.

– Был у меня один друг по переписке. Познакомилась с ним в прошлом году на сайте. Внятных фотографий не было: то вдалеке, то на яхте, то на лыжах в шлеме. Просить фотографию «в профиль и в фас» неудобно, а вот переписка завязалась быстро. Дело было перед Новым годом.

Он почти всё время со дня знакомства проводил в загородном доме в Коробицино. Живописно рассказывал о тамошних красотах, заснеженном лесе, протоптанных трассах и горнолыжниках-любителях, что толпами съезжались на курорт в первые зимние дни. Говорил, что по выходным из города приезжают его дети, он обучает их навыкам горнолыжной езды и уверенности на трассе.

В разговорах о жене отметил, что совместная жизнь в прошлом, связывают только сын и дочь: это его долг, и он его ответственно исполняет. В городе живёт на Петроградке, в полном комфорте, благодаря отлаженному бизнесу в финансовой сфере. Со временем проблем нет, вечера свободны, утром никуда не спешит.

Довольно много расспрашивал обо мне, просил фотографии. Ими я делилась неохотно, а вот на вопросы отвечала вполне открыто, не скрывая своей заинтересованности в том числе. Он быстро подмечал моменты, что радовали или беспокоили меня, ориентировался и предлагал решение, строил уже совместные планы на будущее.

Он писал и настаивал на разговорах по телефону довольно много и часто, особенно по вечерам. Это вселяло уверенность и понимание того, что, скорее всего, большую часть времени он один, и всё соответствует его рассказам о себе. Судя по вовлечённости, место моей фигуре в его жизни было уготовано грандиозное.

Он предлагал разное – от возможности меньше работать или не работать вообще, чтобы проводить больше времени с ним, до списка самых нескромных желаний на Новый год.

– Ты же не видел меня ни разу. Так уверенно строишь планы! Мне безумно приятна твоя забота и участие, но я всё же за то, чтобы встретиться и познакомиться вживую.

– Это даже не обсуждается, встретимся, как только ты вернёшься из Москвы. Я так во всём уверен, потому что чувствую тебя на расстоянии, ты абсолютно мне нравишься. И я тебе понравлюсь тоже! Не волнуйся.

Так, первую неделю после нашего знакомства он жил в Коробицино. Потом я улетела в Москву, ну и уже после договорились о встрече в городе.

– Я не могу дождаться завтра! В час ровно. Хочешь, я за тобой заеду или вызову тебе такси?

– Нет, заезжать не надо! Не беспокойся, буду вовремя. Прогуляюсь пешком, это рядом.

Настроение последние дни было и правда великолепным, предвкушение встречи будоражило воображение. Его планы на будущее со мной так пропитали моё сознание, что я уже почти была счастлива.

И вот долгожданный вторник!

Я решила всё-таки пройтись пешком, повернула с Маяковской на Невский, пара минут – и вот уже «Стокманн», ресторан «Москва» на верхнем этаже.

Я подобрала наряд, соответствующий месту, времени и случаю. Провокаций в образе не планировала: надела чёрные узкие брюки с молниями на штанинах внизу, чёрный бадлон из тонкого кашемира, позволяющий слегка разглядеть ажурное бельё под ним, чёрные остроносые полусапожки на каблучке. Сверху накинула джинсовую курточку, отделанную соболем по воротнику и рукавам. Несомненно, настроение, причёска, макияж – всё было безупречно. И вот я, взволнованная, иду по заснеженному центру в сторону площади Восстания.

Задерживаюсь минут на семь, но это вполне прилично для первого свидания. Он набирает меня дважды, беспокоится, где я, говорит, что ждёт в дальнем левом углу, за столиком у окна.

Вот я в лифте, шестой этаж – ресторан «Москва». Место известное, не новое. Бывала в нём несколько раз, в основном летом, когда веранда на крыше приглашает погреться на солнышке за бокалом яркого апероля с соломинкой и радует видами крыш и куполов центра города.

Вход в ресторан обычный, как и во всех торговых центрах, сам ресторан тоже, однако очень «разбросан» по периметру, что затрудняет ощущение границ пространства.

Я направилась в указанное место. На пути по обе стороны ряда столиков возникали то одни, то другие лица одиноко ожидающих кого-то мужчин. Они приветливо улыбались мне, и я ошибочно принимала каждое новое лицо за него. Потом выдыхала с радостью, если вблизи персонаж оказывался не очень привлекательным, и отчаянно вздыхала, когда улыбающийся мужчина был весьма хорош собой.

И вот, на фоне окна и яркого дневного света показались знакомые по фото очертания. Первым, что бросилось в глаза, когда он неловко привстал и сразу сел на место после приветствия, стал его рост – чуть ниже меня. Я женщина невысокая, но никогда не испытывала неловкости по этому поводу, а вот за него испытала.

Скрыть мелькнувшую реакцию, видимо, не удалось; он на мгновение растерялся, но сразу собрался и стал предлагать дары стола – а именно воду минеральную негазированную, что стояла в бутылке рядом. Идея не нашла поддержки, так как на столе был лишь один стакан – его стакан.

«Одна-а-ако! – подумала я, пока он махал официантке, чтобы та принесла второй стакан. – Ждал меня минут пятнадцать и, кроме воды, ничего больше не заказал, хотя бы в знак встречи. Ну не за пустым же столом сидеть!»

Через мгновение подошла официантка, и он попросил её принести второй стакан. Она несколько удивлённо посмотрела на меня, потом на него и задала логичный вопрос:

– Что-нибудь ещё?

Я решила не вступать в диалог, чтобы посмотреть на ухажёра в деле.

Тут прозвучало тривиальное:

– Я не голоден совсем, дома пообедал. Если ты что-то хочешь, закажи.

Услышав это «ЕСЛИ» и заметив взгляд солидарной со мной официантки, захотелось дать деру. Потом я вдруг одумалась, решив, что персонаж интересен с точки зрения жизненной позиции и получаемого опыта, взбодрилась и взялась за дело.

Заказала себе лёгкий зелёный салат, любимый пармеджано, чашечку кофе с мороженым и настояла, чтобы он всё-таки разделил со мной трапезу и заказал себе что-нибудь тоже. Официантка ушла, настало время рассмотреть его поближе.

Он же принялся расспрашивать меня о поездке в Москву и планах на Новый год.

В целом образ его, а точнее вся та его половина, что находилась выше стола, однозначно не вызывала восторга. Серый цвет лица, неопрятные волосы и немытые руки, маленькие, с волнующимися пальчиками.

Немного привлекала улыбка и нарастающая уверенность в себе, которую, видимо, вселила в него я, оставшись за столом и сделав заказ.

– И что же, давно вы расстались с женой? – спросила я, рассказав о Москве и планах на Новый год.

– Почему сразу «расстались»? Почему обязательно расставаться?

– Ты же сказал, что отношения с женой в прошлом, объединяют только дети.

– Да, всё верно! Те отношения, что дарят любовь и восторг, в прошлом. Как-то всё поугасло, сама понимаешь, годы и быт женщин не красят. Мы тринадцать лет живём, девять из них у меня была в любовницах сотрудница из бухгалтерии, но и она недавно родила ребёнка, времени у неё, видите ли, стало меньше. Муж ей не мешал, а вот ребёнок помешал. Да и поднадоела она мне тоже. Я же говорю, быт и годы не красят вас.

В своих циничных словах он был уверен. Более того, делился со мной мнением, будто нашёл единомышленника или…

– Вот о тебе же не скажешь такого! – продолжил он. – Ты воплощение настоящей женщины. Наблюдал сейчас, как ты шла через зал к столику, все оборачивались! Тебя рассматривать хочется! Раскованная, интригующая! Я готов отказаться уже от этого обеда и уехать с тобой прямо сейчас.

Он с разгорающейся страстью в глазах стал тянуть через стол руку к моей, как будто замышляя что-то похотливое.

– Какая терпеливая женщина! Неужели никогда не догадывалась? – приостановила его я.

– Был однажды прецедент, как только появилась у меня любовница-коллега, но я тогда смог усыпить её бдительность, а потом она как-то изменилась сама. Мне казалось, даже простейшего не замечала. С тех пор вопрос этот меня никогда не беспокоил. В конце концов, делаю это я на благо семьи только! Мне нужна любовь, страсть, взаимопонимание! Я люблю красивых, современных, модных женщин! Стройных люблю и лёгких, чтоб без нытья и выноса мозга! Получаю всё это на стороне и семью не бросаю. Это идеальный подход!

– Жена тоже имеет свою личную жизнь? У неё кто-то есть? – продолжила я с видом благочестивым и участливым.

– В каком смысле?

– В прямом. Ну, раз поугасли страсти и любовь в прошлом в отношениях у вас, значит, и у неё есть личная жизнь?

В этот момент он чуть не подпрыгнул! Как будто впервые такая очевидная мысль посетила его сознание. Он бросил вилку.

Салат «Оливье», который он заказал, видимо, в знак любви к приближающемуся празднику, неприятно сосредоточился на его губах и клычках, которые вдруг оголились ровно в тот момент, когда я задала вопрос. Нос и уши обострились, под глазами образовались тёмные круги, шея вытянулась. Сальная челка волос от неловкого и нервного движения руки сбилась в смешной пучок на лбу, и весь его вид напомнил мне комичный образ Дракулиты-Вампирёнка из детских мультфильмов и комиксов.

– Нет, конечно! Нет у неё никого… наверно, – чуть тише и медленнее вымолвил он последнее.

– Она же так не думает, не считает так… – как будто убеждая себя, продолжил он. – Её всё устраивает, она никогда не жаловалась, занята чем-то весь день, звонит только узнать, где я и когда вернусь. Моим желаниям уединиться или уехать никогда не противится, в конце концов, на ней же дети и дом!!!

Почти поверив в сказанное, он утвердительно кивнул, но спустя мгновение уставился в точку где-то позади меня и вдруг продолжил:

– Да не-е-ет! Она и с сексом-то очень редко ко мне пристаёт, устаёт, говорит! Хотя от чего устает? – ободрительно и обвинительно неожиданно продолжил он. – У нас же и по дому помощница, и няня есть, да и дети уже немаленькие. Весь день её дома нет!

И на этих словах его вдруг явно бросило в жар. Он вмиг покраснел, и на лбу появилась испарина.

– Что-то случилось?

– Да нет, просто вспомнил, что нужно позвонить. Выйду ненадолго, переговорю.

Он стремительно бросился из-за стола, набирая какой-то номер.

Сомнений не было – жены! У него вдруг сложился пазл: он понял, кто хитер, а кто хитрее в их семье. Понял ничтожность своего многолетнего положения и то, каким ослом выглядел в моих глазах, тоже понял.

Я же заулыбалась, испытывая некую гордость за ту женщину. Умная баба, судя по всему! И ведь всё только на благо семьи! Всем довольна, мужа не достаёт, желаниям его не противится, с сексом пристаёт редко. Дел по дому, видимо, немного, ведь есть помощница и няня, но при этом всё время чем-то занята и дома днём бывает редко, а к вечеру чаще устает.

И нравятся ей, скорее всего, мужчины молодые, спортивные, подтянутые и опрятные, а не брезгливый, неряшливый муж с брюхом, как у беременного, в джинсах с вытянутыми коленками и провисшим задом, заезженный коллегой-любовницей из бухгалтерии.

Он вернулся, глядя на меня прошлогодними глазами. На плечах ко всему ещё добавились белые хлопья, опавшие с головы, которую он нервно почесывал, разговаривая по телефону.

«А сколько снобизма было в начале!» – подумала я, взяла сумочку, подмигнула и, не оборачиваясь, пошла к выходу.

Он попытался предложить довезти меня до дома, но я отказалась, добавив, что охотнее бы подружилась с его женой – женщиной, по всей вероятности, умной и нескучной!

На море не полечу

– Когда ночью за минус двадцать, в доме очень холодно, особенно на первом этаже! Ты это заметила?

– Дааа, есть такое! Может, сюда одеяло потеплее купить, а вниз обогреватель?

– Нет, вниз нужен ковер! Большой, ворсистый ковер! Завтра воскресенье, поедем в магазин, посмотрим что-нибудь подходящее?!

– Слушай, вот ты сейчас лежишь, не спится тебе, возьми и посмотри на «Авито». Помнишь, как хорошо мы купили там тумбу в ванную комнату на второй этаж?! Там же бывают приличные предложения от магазинов, распродажи разные: то закрываются они и предлагают что-то по бросовым ценам, то ещё какие-то заманчивые предложения случаются. Посмотри, раз не спится тебе…

Утром Серёжа констатировал, что нашёл очень неплохое предложение! Продавец – частное лицо. Ковер новый, размеры подходящие, рисунок видно не весь, фото только небольшого уголка, что торчит из упаковки. Цена привлекательная!

– Поедем посмотрим? Вдруг подойдёт?!

– Съезди один, я же приглашала ребят на обед, буду готовить. Посмотришь сам, созвонимся и решим!

Серёжа попросил соседа помочь. У того автомобиль позволял разместить большой ковер в огромном багажнике, на случай, если покупка состоится.

Парни приехали на адрес. Квартирка владельцев товара, молодого мужчины и женщины, была крошечной, ковром тем можно было обернуть её всю. Они пояснили, что ковер достался им в подарок, но необходимости в нём не испытывали, да и размеры уже по упаковке не соответствовали площадям. Ковер действительно был обёрнут в заводскую плотную плёнку со штампами от производителя. Посмотрев и потрогав уголок изделия через небольшое отверстие, было понятно, что качество и расцветка соответствовали нашим пожеланиям. Цена была и правда невысока!

– Слушай, ну всё вроде в порядке. Разворачивать я не хочу, да и они тоже. Но почему-то они так недорого просят? Вдруг там дыра посередине или пятно?