И вновь продолжается Жизнь… Часть 3. Грудное вскармливание

На традиции грудного вскармливания всегда влияли природно-климатические условия, политический и социальный строй государства, религиозные убеждения людей, взаимоотношения с другими народами, а также культурные и бытовые особенности нации.

Заметное место во всех религиозных культурах мира отводилось культу Богини-Матери, поэтому кормление грудью приобретало сакральный смысл. Молоко Бoгини-Матери считалось пищей богов, напитком жизни и символом возрождения. Оно символизировало также семейные кровные узы и материнство. Помимо пищи для новорождённых грудное молоко широко использовалось и в обрядах инициации. Как целебное средство его добавляли в различные снадобья и лекарства для лечения многих недугов и болезней.

В Древнем мире женщины долго кормили детей грудью, что гарантировало их выживаемость и здоровье.

В Древнем Египте олицетворением кормящей матери были богини Хатхор и Хесат, которые изображались в виде коровы. Богине Хесат было предписано вскармливать фараона, и это приравнивалось к его усыновлению богиней. Древнеегипетские врачи активно поощряли грудное вскармливание и старались максимально использовать уникальные свойства грудного молока в лечении различных болезней. В Древнем Египте в течение 36 месяцев младенцев кормили грудным молоком. Если по какой-то причине у женщины было недостаточно грудного молока, то в течение первых шести месяцев жизни для младенца привлекали кормилицу, а затем использовали коровье молоко.

В Древнем Израиле дети считались благословением, а грудное вскармливание воспринималось в качестве религиозного долга. Средняя продолжительность грудного вскармливания была около трёх лет. В Талмуде не встречается ни одного упоминания об искусственном вскармливании. В нём говорится о том, что мать, впервые прикладывающая ребёнка к груди, должна дать сначала ему левую грудь, чтобы ребёнок получил свою первую пищу от сердца матери.

В Древнем Китае младенцев тоже очень долго кормили грудным молоком, особенно в аристократических семьях. В одном из китайских текстов XII века было написано, что единственная пища для ребёнка – это молоко и это не обсуждается.

Древнегреческий врач Соранус Малоазийский написал «Учебник для акушерок». В разделе о педиатрии он указывает, что ребёнок будет расти хорошо, если сосёт грудь только одной женщины, так как при этом системе пищеварения малыша легче приспособиться к молоку. Однако в Древней Греции среди высших социальных классов было популярным и привлечение кормилиц. Должность кормилицы была очень ответственной, а сама женщина занимала почётное положение. Она имела власть над рабами в доме хозяина и часто находилась при своих подопечных вплоть до подросткового возраста.

У этрусков также встречаются изображения богинь, которые кормят героев или людей грудью, тем самым усыновляя их.

Древние римляне также высоко ценили пользу грудного вскармливания. Они верили, что малыши Ромул и Рем были вскормлены волчицей. У римлян был целый пантеон богов, посвящённый грудничкам. Богиня Румина наполняла материнскую грудь молоком, бог Вагинатус открывал рот младенца для первого крика, а богиня Эдука учила дитя сосать грудь, что считалось первой из наук. Но если по каким-то причинам ребёнка не могла кормить его мать, то приглашали кормилицу.

В средневековой Европе на мнение врачей огромное влияние оказывали труды античных авторов, в том числе Галена и других, в которых описывался запрет на кормление грудничков молозивом, так как оно считалось вредным и нечистым.

Христианство помогало распространять и поддерживать грудное вскармливание, благодаря изображениям Девы Марии с младенцем у груди. Однако неправильная трактовка церковных книг порой очень буквально влияла на грудное вскармливание, искажая весь процесс кормления. Например, фраза пророка Исайи: «Все, кто уцелеет на этой земле, будут есть сливки и мёд», – трактовалась дословно, и младенцам подмешивали в грудное молоко мёд, миндальное масло, козье молоко, сахар, а порой и вино.

Во Франции в XII веке среди высшего общества было популярно приглашать кормилиц. Обычно это были молодые женщины, проживавшие в сельской местности. Кормилица брала ребёнка в свой дом, где он жил около двух лет и практически не видел своих настоящих родителей. Считалось, что молоко кормилицы несёт все её физические и психические качества, в том числе её эмоции и заболевания. Молоко содержит всю употребляемую кормилицей еду и питьё. Поэтому кормилицу рассматривали как причину большинства детских болезней, поэтому и лекарства давали только ей, а не ребёнку, так как считалось, что лекарства попадают к ребёнку через её молоко. Требования к женщине, которая могла бы стать кормилицей для ребёнка из семьи высшего общества, были очень высоки. Основной причиной приглашения кормилиц к младенцам из знатных домов было желание знати иметь много наследников. У дворянских матерей могло быть более десятка детей. А из-за того что знатные дамы вынуждены были перетягивать грудь, чтобы прекратить лактацию, то этот процесс обычно сопровождался страданиями. Имеются даже свидетельства о гибели аристократок от мастита.

В Новое время аристократия повсеместно привлекала кормилиц к вскармливанию своих детей. Кормилицы были одной из самых востребованных профессий в то время. Многие жёны аристократов считали позорным и недостойным личное вскармливание грудью своих детей.

Французский врач, акушер-гинеколог Жак Гиймо написал большой труд, большую часть которого посвятил грудному вскармливанию. Он возражал против вскармливания ребёнка кормилицей, мотивируя это тем, что кормилицей ребёнок может быть воспитан не так, как следует, и некоторые плохие особенности характера могут быть получены ребёнком от кормилицы, а также естественная привязанность между матерью и ребёнком не только снижается, но и исчезает. Гиймо считал, что свойства характера, которые передавались ребёнку с молоком, были даже важнее, чем наследственность.

В то время не только врачи, но и некоторые женщины высказывались против использования кормилиц. До нас дошли записи вдовствующей графини Линкольн (1662 год), матери 18 детей, все из которых вскармливались кормилицами. Большинство из этих детей умерло в младенчестве. Графиня очень эмоционально высказывалась о глубокой трагедии женщин аристократических семейств, которые отказываются от самостоятельного кормления грудью своих детей, заменяя радость духовной близости со своим ребёнком балами и светской жизнью.

Тем не менее отношение к грудному вскармливанию в Новое время менялось, в том числе и за счёт успехов медицины. В Руане во Франции были собраны данные двухлетнего периода (с 1763 по 1765 год), показывающие, что из 132 подкидышей детского дома в возрасте трёх месяцев, вскормленных коровьим молоком с добавлением супа и сидра, выжили только пять. В 1753 году губернатор одной из областей Швеции получил разрешение от короля штрафовать тех матерей, которые не хотят кормить грудью.

В середине XVIII века в благополучных семьях Европы вновь стало модным кормить грудью своих детей. Это также во многом было связано с развивающейся врачебной наукой, которая доказала, что некоторые неизлечимые заболевания могли передаваться ребёнку с грудным молоком кормилицы.

Шведский врач Карл Линней в трактате 1752 года «Приёмная кормилица» (или «Ненатуральная мать») настаивал на том, что услуги кормилицы – это нарушение законов природы, что опасно для матери и ребёнка, которые нужны друг другу из соображений здоровья.

Философ Жан-Жак Руссо в трактате о воспитании «Эмиль» 1762 года утверждал, что грудное вскармливание крепче привяжет детей к их матерям и семьям и станет основой для социального возрождения.

Возможно, мысли всех этих учёных мужей повлияли и на королеву Франции и Наварры Марию-Антуанетту, которая сама кормила своих четверых детей. К помощи кормилиц она прибегала только в случае своей болезни, например после рождения принцессы Елизаветы.

В Великобритании в XVIII веке начался период активной индустриализации. Тогда многие женщины работали, поэтому детей отнимали от груди раньше срока. Замена грудного молока на другие продукты, возможно, была также удобной альтернативой и для матерей, занятых в домашнем хозяйстве. Но при этом уровень смертности среди младенцев, которые в первые шесть месяцев жизни находились на искусственном вскармливании, доходил до 90 %.

Традиции грудного вскармливания у русского народа формировались под влиянием пережитков языческого прошлого, христианства, многонационального состава и других факторов. В русской деревне крестьянки сами кормили детей грудью, потому что материнское молоко воспринималось как основа жизни и здоровья ребёнка.

В Смоленской губернии даже существовала загадка: «Кругленька, маленька, весь мир питает, на столе не бывает (грудь)».

Согласно народным представлениям, молоко и кровь – две основные субстанции, формирующие плод в утробе матери. Отсюда и выражение «кровь с молоком», обозначающее представление о красоте и здоровье. Считалось, что во время беременности молоко накапливается в крови.

В некоторых губерниях среди простых людей отказ матери от кормления ребёнка грудью считался большим грехом и случался только в крайних случаях, например при болезни матери. В таких случаях ребёнка докармливали коровьим молоком из рожка.

Если мать погибала во время родов (что случалось достаточно часто), то ребёнка носили по очереди к кормящим женщинам деревни.

При живой матери к помощи кормилицы прибегали крайне редко. В разных губерниях это считали неприемлемым по разным причинам. Где-то считали, что кормление чужого ребёнка могло привести к смерти своего собственного. В других губерниях кормилицу не допускали из-за опасения, что ребёнок будет болеть от её «порченного» молока. А некоторые были уверены, что ребёнок, вскормлённый чужой женщиной, не будет любить родную мать и станет для неё чужим. То есть крестьяне верили в особую крепкую связь между ребёнком и кормящей матерью.

К молозиву также в разных губерниях относились по-разному. В одних губерниях молозиво считалось полезным, и поэтому ребёнка стремились прикладывать к груди сразу же после рождения. В других – раннее молоко считалось вредным, поэтому ребёнка прикладывали к груди только через три дня, в течение которых он не получал никакой пищи, а только соску. Нередко грудное вскармливание бывало отсрочено до крещения младенца по причине «нечистоты» некрещёного новорождённого или, наоборот, «нечистоты» его матери.

Для крестьянки сложность грудного вскармливания часто заключалась и в том, что летом она должна была ежедневно работать в поле, а ребёнок оставался под присмотром старших детей или стариков.

В некоторых местностях новорождённого ребёнка укутывали в пелёнки, клали в колыбель со специально прорезанным отверстием для стока, вставляли ему в рот коровий рог с отрезанным концом, куда был набит смоченный сладкой водой ржаной хлеб, а мать уходила работать на весь день до вечера.

Подобным традициям в дореволюционной России сопутствовала огромная младенческая смертность.

Жёны русского дворянства и знати, как и в Европе, часто прибегали к помощи кормилиц. При этом образ худосочной барышни в корсете, отдающей ребёнка кормилице, больше характерен для городского быта Петербурга, чем для Москвы и других городов. Дворянки, жившие в провинциальных усадьбах, гораздо реже пользовались услугами кормилиц, поскольку их окружение не требовало столь строгого соответствия модным нормам внешнего вида и поведения.

Продолжительность грудного вскармливания зависела от времени рождения малыша, часто регламентировалась церковью и составляла примерно 1–2 года, но иногда малыша кормили и до трёх-четырёх лет. Например, маленького графа Лёвушку Толстого кормили грудью около 4 лет.

Особенно тщательно к выбору кормилиц подходили царские жёны. Как правило, их придворные медики для этого выбирали крестьянок из деревень. Поскольку детей в царской семье обычно рождалось много, то и кормилиц требовалось много. Кормилиц уважали и к ним прислушивались. По окончании двухлетней службы при наследнике кормилиц щедро награждали. Им давали новый дом, памятную драгоценную брошь, одежду и деньги. Выбор кормилиц из народа имел ещё одну важную сторону – политическую. То, что российского императора вскармливала простая русская крестьянка и у царя имелись молочные братья и сёстры из крестьянской среды, было важно для поддержания мнения о неразрывной мистической связи царя и народа.

Взгляд на кормление грудью в XX веке

В 1926 году в России было выпущено первое пособие с рекомендациями по уходу за младенцем. Называлось это пособие «Книга матери. Как вырастить здорового и крепкого ребёнка и сохранить здоровье». В нём были указаны основные правила ухода и гигиены и сделан акцент на кормлении грудью как минимум до года, а лучше – дольше.

Советы советских врачей того времени практически идентичны рекомендациям ВОЗ сегодня. Матерям рекомендовали начинать прикорм не раньше полугода. Ребёнку надо было давать грудь по его требованию. При этом не вводить грудничкам в рацион коровье молоко и не прекращать кормление грудным молоком в летний сезон. Эти рекомендации соблюдались только до Великой Отечественной войны. Во время войны были расставлены новые приоритеты, которые изменили отношение к женщинам и вопросам материнства.

После войны, на фоне разрухи и нехватки мужчин, женщинам приходилось работать намного больше, чем раньше. Восстановление страны и полноценный уход за младенцем совмещать было сложно. А ещё в послевоенный период был создан образ новой женщины-матери – здоровой и сильной. Ей полагалось часто беременеть, рожать без осложнений, а после родов сразу выходить на работу, сдав двухмесячного малыша в государственные ясли. Конечно, для таких матерей были положены и «послабления». Например, перерывы в течение дня на кормление, но при этом свой трудовой день она должна была отрабатывать полностью.

После дневной нагрузки матери требовался отдых. Поэтому ночные кормления, стимулирующие лактацию и дающие шанс матери и младенцу побыть вместе, были объявлены ненужными. Детей призывали кормить перед сном и приучать спать сразу же практически всю ночь, не допуская «избалованности».

Такая ситуация была не только в СССР.

Например, на территории США, Канады и Европы в 1960-х годах только 4 из 10 младенцев были на грудном вскармливании. Отсутствие ночных прикладываний, тесного контакта, да и вся организация процесса кормления стремительно сокращали период лактации. Молока у матери не хватало, поэтому детей переводили на различные заменители. Появлялись теории о том, что молоко у матери может «не прийти», «уйти», «перегорать и портиться», что есть «немолочные породы» женщин и что лактация требует постоянного сцеживания. Детям из-за недостаточной питательной ценности смесей и их заменителей (чаще всего в виде всё того же коровьего молока или манной каши) стали вводить соки с 2–3 месяцев, а к полугоду переводить уже на супчики и иную твёрдую пищу.

Если на территории Восточной Европы такая ситуация в основном сложилась из-за разрушенной войной экономики, то в более развитых странах её усугубило продвижение смесей для детского питания. Смеси-заменители стали признаком финансового благополучия семьи