- -
- 100%
- +
– Чтобы зарядить все артефакты на год, придётся прикупить магических накопителей золотых на двадцать. Про одежду и обувь не скажу, но не дешевле, чем три серебряных – вы же не можете абы какую брать, шубу нужно и сапожки справные. Ещё я советую корову прикупить – это пять золотых. И кур побольше, чтобы зимой у нас мясо было. Лекарский амулет хороший – пять золотых. Чтобы мой зарядить – один золотой. Тут уж экономить не стоит – место глухое и всякое может случиться. Ещё я заметил шесть разбитых окон и семь треснутых – их тоже лучше заменить. В пару золотых встанет. Асе платить не нужно, только комнату выделить и кормить; но следует ей давать раз в полгода ткань на платье. С продуктами сложнее. Староста с деревенскими передаст то, что вам полагается, но в городе всё равно придется закупиться основательно. Сколько стоит нанять повариху, я не знаю – нужно будет в работном доме спросить. И вы, наверное, ещё служанку захотите?
– Не нужно служанку, – качаю головой я. – Так справимся. Ещё неизвестно, получу ли я деньги помимо тех, что нашли и староста дал, поэтому лучше пока экономить.
– Если к соседям выезжать, так ещё нужно будет экипаж починить, да коня прикупить. О! Животным корм тоже нужно будет запасти, если староста не передаст.
– Я пока не собираюсь никуда выезжать, – открещиваюсь я.
– Вот и зря. Я эти места плохо знаю, но вы могли бы какому соседу приглянуться.
– Давайте пока без этого!
– Вашей дочке в следующем году пять исполняется?
– Не помню, – вынуждена признать я.
– Да, мне летом пять стукнет, – сообщает малышка.
– Вот! Значица, нужно будет гувернантку нанять, чтобы обучала грамоте, счёту и прочим наукам, какие положено знать благородным девицам.
Качаю головой:
– Давайте пока займёмся тем, что нам до весны понадобится. А об остальном позаботимся, когда время придёт.
– Как скажете.
– Помогите, пожалуйста, составить список того, что нам нужно будет докупить.
– Со списком вы это хорошо придумали. Я поразмышляю, что нам нужно будет, и напишу. А ещё когда кухарку наймём, неплохо будет, если она тоже подскажет.
На обед жарю мясо из холодильного шкафа и варю кашу. Рансон ворчит, что не господское это дело, и вызывается помогать. Заверяю, что и сама справлюсь. Не то чтобы я не доверяла его кулинарным талантам, просто мне проще самой. Да и как-то не привыкла к тому, чтобы мужчина готовил – и мой отец, и мой муж приходили на кухню, только чтобы поесть.
Задумываюсь о том, что если оставлю всё как есть, нам с дочкой придётся отказаться от горячей воды – накопители стоят больше, чем мой годовой доход. Значит, нужно думать о том, где ещё я могу взять деньги.
Я верю Рансону, когда он говорит, что покойный муж должен был оставить мне содержание. Нужно не забыть проверить в банке, есть ли на моё имя счёт и есть ли на этом счету деньги. Но предчувствие говорит, что рассчитывать на это особо не стоит.
Вариант выйти замуж я не рассматриваю – не хочу без любви. Да и весь остаток жизни провести в этой глуши для меня, всю жизнь прожившей в городе, будет сложно. Не то чтобы я завсегдатай театров и вечеринок, но мне нравится, когда вокруг бурлит жизнь. Нравится ходить по магазинам, кофейням, рынкам. А тут нет телевизора и компьютера с интернетом – чем я буду заниматься зимними вечерами в этом глухом месте, совершенно непонятно.
В книгах попаданки часто «изобретали» что-то в мире, в который попали. Кто-то кружева изготавливал, кто-то доктором работал, кто-то открывал кондитерские, кто-то стёкла делал или ещё что-то технологичное. Кружева я плести не умею, в физике и химии понимаю не особенно много, так же как и в механизмах. Помню только про рессоры, потому что в одной из фэнтезийных книг героиня привнесла это новшество в мир, мне стало интересно, что это такое, поэтому я покопалась в интернете и разобралась, как эта конструкция работает. Но если городок маленький, не думаю, что это знание мне пригодится.
Ладно. Надо сперва посмотреть, что и за какие деньги продают в городе, а потом определяться. А ещё не мешало бы узнать, какие у меня в этом новом мире права и обязанности. Не хочется что-то ненароком нарушить. И лучше выяснить, смогу ли я вообще открыть здесь своё дело – а вдруг законами такое запрещено.
Глава 7
Идея со списком действительно хороша. Вот только если местный язык я каким-то образом понимаю и читать тоже получается, то с письмом это не работает. Пусть уж Рансон сам составит список, а я если что дополню.
Судя по всему, мне придётся зимовать в этой усадьбе. Вода нагревается с помощью артефакта, а вот ничего похожего на батареи я не видела. Зато в комнатах есть камины или печки. Как я успела заметить, некоторые из них работают сразу на два помещения. Если останусь в своей комнате и размещу дочку в соседней, придётся протапливать не только спальни, но ещё и коридор с холлом. И ванну тоже.
Пожалуй, стоит перебраться в то крыло, где находится кухня. Если мы закроем дверь, ведущую в холл, и будем пользоваться кухонной дверью, чтобы выйти на улицу, дров уйдёт меньше.
И переселиться в спальню на первом этаже. И переселить дочку во вторую спальню в том же крыле.
Рансон ночует в комнате прислуги, но можно переделать под его спальню кабинет. А столовую – в гостиную.
Чем дольше кручу эту идею в голове, тем больше мне она нравится. Озвучиваю её Рансону. Он какое-то время думает, а потом произносит:
– Знаете, пожалуй, лучше так и сделать. Только насчёт меня вы зря беспокоитесь – я много лет служил в армии и привык к гораздо худшим условиям. От более удобного матраса я бы не отказался, но в остальном моя комната меня вполне устраивает.
– Вы уверены?
– Конечно. Раз уж мы решили устроить перестановку, нам следует заранее определиться, какую мебель в какую комнату нужно перенести.
– Конечно. Пойдёмте.
Обстановка гостевых спален меня почти устраивает. В будущей спальне дочки нужно убрать часть мебели, а в свою комнату я присматриваю удобное кресло, журнальный столик и настольную лампу. Проводов у неё нет, а вместо лампочки круглый стеклянный шар. Нажимаю на выключатель, но он не загорается.
– Мы с вами забыли, что нужно будет ещё зарядить осветительные артефакты, – вздыхает Рансон.
– Это дорого?
– Если будем заряжать только те, что в этом крыле, в золотой уложимся.
– Понятно.
Продолжаем осмотр. Мебель в гостиной первого этажа мне не особенно нравится – белая с золотом ткань обивки кажется слишком маркой. А вот тёмно-синяя на втором – отлично подходит. Также решаю, что стоит перенести один из книжных шкафов – собираюсь за зиму прочитать как можно больше книг, чтобы узнать о местной жизни. Каждый раз подниматься для этого наверх не хочется.
У входа на чердак останавливаюсь в задумчивости, но всё-таки спрашиваю у Рансона:
– Вы можете его открыть?
– Конечно, – кивает он.
Достаёт нож, ковыряется в замке около минуты, а потом мы слышим долгожданный щелчок. Не думала, что военных учат открывать замки, но сейчас это умение кстати.
На чердаке ещё более пыльно, чем внизу. Здесь много какой-то мебели, накрытой чехлами, и деревянных ящиков разных размеров. Рансон просит меня остаться у двери, а сам отправляется вглубь. Поднимает несколько чехлов, выборочно заглядывает в коробки, и потом сообщает:
– Мебель, которая здесь находится, или устарела, или сломана. В двух ящиках одежда, в остальных – картины и статуэтки. Пыли столько, что вам лучше подождать, пока здесь уберутся, прежде чем заходить самой.
– Хорошо. Так и поступим.
Когда спускаемся на первый этаж, к нам подбегает дочка:
– Вот вы где! А я вас искала.
– Мы осматривали дом, – улыбаюсь я. – Хочу переделать несколько комнат. И ещё сделать нам с тобой спальни на первом этаже.
– И мне тоже?
– И тебе тоже.
– Здорово! А если у меня будет своя большая комната, могу я перенести в неё кошку с котятами?
– Конечно, милая. Пойдём на неё посмотрим.
Кошка обнаруживается в сарае скотного двора. Дочка зовёт её:
– Чернышка! Выходи! Хочу познакомить тебя с мамой.
Из-за кучи хлама выглядывает сперва пушистая чёрная мордочка с удлинёнными ушками и ярко-жёлтыми глазами, а потом и целиком выходит животное размером с ротвейлера. Чёрное и пушистое, с длинным пушистым кошачьим хвостом.
Пока я удивлённо хлопаю глазами, Рансон спокойным голосом спрашивает:
– Татина, ты дала ей имя, и она на него откликается?
– Конечно! – уверенно заявляет девочка.
А я понимаю, что впервые слышу, как зовут мою дочь. Её имя так похоже на имя Татьяна, которое было у моей дочери на Земле, что сердце пропускает удар. Удивительное совпадение.
– Похоже, у вашей дочки есть магический дар.
– Почему вы так думаете? – уточняю я.
– Это же амани, – кивает он головой на кошку, – они очень умные и осторожные. Только маги умеют находить с ними общий язык.
– Она не опасна?
– Для Татины – нет. Наоборот. Кошка будет её защищать и не причинит ей вреда. Татина, спроси, хочет ли твоя подруга переселиться в твою комнату.
– Конечно! – соглашается девочка.
Подходит к кошке, гладит её по голове, а потом улыбается:
– Она говорит, что через пять дней её котята станут совсем взрослыми, и после этого она будет жить со мной.
– Хорошо. Может быть, ей что-то нужно?
Девочка молча ещё несколько раз гладит пушистую голову кошки, а потом улыбается:
– У Чернышки всё есть. Кроме молока, но его нет и у нас.
– Ничего, когда купим корову – будет.
– Отлично! Чернышка очень рада.
Пока возвращаемся, взволнованно уточняю у дочки:
– Ты общалась с кошкой мысленно?
– Да. Это совсем несложно.
– О!
Когда малышка убегает гулять, с тревогой спрашиваю у Рансона:
– Получается, моя дочка – маг?
– Раз уж она умеет общаться с кошкой мысленно – определённо маг.
– И что нам с этим нужно делать?
– Обычно магические способности проявляются в подростковом возрасте. Ребёнка отводят в храм и жрецы определяют точно силу дара и его направленность.
– А потом?
– А потом можно либо развивать дар, либо не развивать. В первом случае ребёнка отдают в специальные школы или академии.
– То, что у неё магический дар пробудился так рано, не опасно?
– Нет… Вы совсем ничего не помните о магии?
– Не помню.
– Тогда слушайте. Маги могут влиять на своё тело – обычно они здоровее остальных, редко болеют и живут дольше. Если маг не особенно сильный – на этом всё.
– А если сильный?
– Это зависит от направления дара. Стихийные маги способны поднимать лёгкие предметы, ускорять рост растений, еда у них получается вкуснее. А есть ещё маги пространственные. Здесь с умениями сложнее и никто толком не может сказать, на что именно они способны.
– Почему?
– Это засекреченная информация.
– Если Татина мысленно общается с кошкой, значит, она – пространственный маг?
– Не обязательно. Они общаются таким образом из-за кошки, а не из-за способностей девочки.
– Как вы думаете, стоит ли нам проверить способности дочки, когда будем в городе?
– Не вижу в этом смысла. Она ещё слишком мала, чтобы учиться.
– Хорошо... А что умеют сильные маги после обучения? Чему вообще их учат?
– Они изучают заклинания и выясняют, какое направление им ближе: лекарское, сельскохозяйственное или бытовое.
– А в армии силы магов не используют?
– Только для наложения защитных и укрепляющих заклинаний. Этим занимаются бытовые маги.
– А если маг не особенно сильный?
– Маг со средней силой может изготавливать артефакты, а слабые – создавать накопители.
– Понятно.
– Вам следует знать ещё вот что – лучше никому не рассказывать о том, что у вашей дочери магический дар.
– Почему?
– Могут появиться кавалеры, которые будут ухаживать за ней только потому, что она станет магом. Пока, конечно, говорить об этом рано, но дети быстро растут.
– А у вас есть дети?
– Боги нас с моей покойной женой детьми так и не благословили.
– Простите за бестактный вопрос.
– Ничего страшного.
– Но разве о том, что у неё есть магический дар, не узнает любой, кто увидит её кошку?
– Простые крестьяне не поймут, что это кошка амани. А тем, кто может понять, она и сама на глаза не покажется. Вам только нужно объяснить дочке, что всем о ней рассказывать не стоит.
– В смысле не покажется? Но ведь нам она показалась.
– Только потому, что вы мать Татины.
– А вы?
– Видимо, она почувствовала, что я не причиню вреда маленькой госпоже и вам.
– Нам нужно будет кормить и кошку тоже?
– Эти кошки – прекрасные охотницы, так что можно сильно не беспокоиться. Когда купим корову, будем давать ей молоко.
– Если мы купим корову, нам ведь ещё и корм для неё придётся приобрести?
– Завтра я схожу в деревню и переговорю со старостой.
– Спасибо!
– И ещё на всякий случай хочу вас предупредить, чтобы вы сами ни в коем случае не помогали с уборкой. Ваше дело – смотреть, чтобы работники всё хорошо делали, и командовать.
– Хорошо.
– Важно сразу поставить себя так, чтобы вызвать уважение. То, что вы сами убираете и готовите – немыслимо.
– Хорошо.
Нас отвлекает шум. Оказывается, это пришли селяне: три мужика, четыре женщины и три девочки, одна из которых с объёмным тюком в руках. Высокая блондинка с объёмными формами, выступает вперёд:
– Здоровы будьте, госпожа. Нас это… староста, значицца, прислал помочь вам. Вы уж нам скажите, что делать надобно, а мы уж расстараемся. Ежели сегодня не успеем, так завтра после обеда ещё придём.
– Хорошо.
– А я Ася, – выступает вперёд девушка с тюком.
Голубые глаза смотрят чуть испуганно. Чтобы успокоить её, улыбаюсь:
– Привет, Ася. Сейчас распоряжусь насчёт уборки, а потом покажу тебе твою комнату.
– У меня будет собственная комната?
– Да.
– О!
Испуг сменяется радостью. Но это и не удивительно – не думаю, что у неё раньше хоть когда-нибудь была собственная комната. Платье на Асе латанное и чуть маловатое. Делаю мысленную заметку, что стоит побыстрее сшить для неё новое. И ещё купить обувь, потому что девочка босиком.
Решаю начать со спальни дочки. Отдав распоряжения женщинам, прошу мужчин вынести мебель, которая мне кажется лишней: комод, шкаф и тумбочку. Дочке достаточно будет и одного шкафа для её вещей. Заодно появится место, чтобы сделать лежанку для кошки. Лишнюю мебель пока распоряжаюсь отнести в бальный зал.
После этого отвожу Асю в комнаты для прислуги и произношу:
– Можешь выбрать любую кроме вот этой, – киваю на правую дверь в начале коридора. – Здесь живёт Рансон.
Девушка заходит в ближайшую и произносит:
– Тогда я выберу эту.
Качаю головой:
– Ты же не посмотрела остальные. Выбери ту, которая понравится больше всего.
Она осматривает все, а потом выбирает ту, в которой жила Татина.
– Хорошо, – улыбаюсь я. – Как только комнату дочки отмоют, я перенесу её вещи туда, и ты сможешь обустроиться. Одеяло и матрас тут не особенно хорошие, но с этим мы разберёмся позже.
Кладовок в этом доме я не нашла, но может быть, на чердаке будет что-то подходящее?
Перенести сундучок с Татининой одеждой помогает Рансон, она сама берёт куклу, а мне доверяет коробочку со своими детскими сокровищами. Матрас выбили, так что застилаю его чистым постельным бельём. Одежду развешиваю в шкафу. Не хватает ощущения уюта, но никаких ковров в этом доме я не нашла. Да и штор, которые подошли бы для комнаты дочери – тоже. Делаю себе мысленную зарубку, что нужно будет купить их во время поездки в город.
Женщины убираются до вечера, но успевают закончить только с первым этажом, за исключением зимнего сада. Зато работают слаженно и очень старательно – даже отодвигают мебель, чтобы вытереть под ней пыль. Предлагаю им перекусить, но они отказываются и уходят. Все кроме Аси, которая готовит ужин – жарит картошку и окорок.
Однообразная еда уже начинает надоедать. Хочется салатов из овощей, макарон, какого-то разнообразия. Когда поедем в город, нужно будет обязательно купить.
Мысли о закупках перетекают в мысли о заработке. Нужно походить по рынку, магазинам и другим заведениям, которые есть в городе, чтобы понять, какие есть способы заработать. Возможно ли там снять номер в гостинице? Интересно, сколько это может стоить.
Именно о гостинице я и спрашиваю Рансона утром. Он произносит:
– Насколько я знаю, в Гатре пять постоялых дворов: один для высокородных или просто очень состоятельных, три среднего уровня и два совсем уж дешёвых. Но в них я останавливаться не советую.
– Почему?
– И публика будет не особо приятная, и в самой комнате грязное бельё и клопы.
– Тогда точно не стоит. Как думаете, староста согласится на ночь остаться в городе?
– А чего нет? Если на одну – согласится. Как деревенские придут, я поеду к старосте и заодно спрошу про ночёвку.
– Спасибо!
Весь день у нас идёт уборка. Когда выбрасывают из зимнего сада все засохшие растения и отмывают стёкла, выясняется, что он очень просторный и светлый. В его центре обнаруживается печь, которой, по-видимому, это помещение обогревается зимой.
– Госпожа, если хотите, можем посадить в горшки новые растения.
– Не нужно, – качаю головой я.
Если уж этот сад называют зимним, наверное, в нём даже зимой может расти зелень. Если выбирать, то лучше я посажу что-то полезное. Только для этого нужно съездить на рынок и узнать, что здесь вообще можно вырастить.
Пока женщины продолжают отмывать комнаты, занимаюсь обустройством своей спальни, а потом, после того как отмывают библиотеку, поднимаюсь туда, чтобы отобрать книги.
Стеллажи расставлены вдоль всех стен и полки высятся до потолка, так что выбор огромный. Решаю, что сперва есть смысл проверить полки, до которых удобнее всего дотянуться, поскольку самое лучшее обычно ставят туда, где проще всего похвастаться.
На полке, которую осматриваю первой, обнаруживаю названия вроде «Романтичный принц», «Трепетная дева», «Поклонник графини Юрэ» и тому подобное. Ради интереса открываю, и содержимое очень похоже на любовный роман. Выбираю три книги – интересно, как принято ухаживать за девушками в этом мире и насколько тут свободные нравы. И ещё, часть книг как будто написана вручную, а часть напечатана.
Проверяю верхние и нижние полки, но, похоже, секция полностью посвящена женским романам.
Следующий стеллаж содержит книги, по которым можно чему-то научиться. Тут есть даже букварь, но мне интереснее книга про животных, домоводство и описание земель, на страницах которого есть карты. Ещё беру книгу с кратким изложением истории королевства – выбираю такую, чтобы были картинки.
Стеллаж, стоящий за этим, посвящён биографиям. Причём на каждой обложке просто имя того, о ком написана книга, и никаких пояснений, кем именно этот человек был и чем занимался. Это очень неудобно. Как и то, что здесь не принято указывать, в каком году книга издана. Выбираю три томика из тех, что удобнее расположены.
Дальше стеллаж со сказками. Выбираю целых пять книг, чтобы было что читать дочери на ночь. Заодно самой будет полезно узнать местные мифы, легенды и ценности, ведь во многом сказки – отражение мировоззрения народа.
Последний стеллаж с теми книгами, которые, по-видимому, не подошли для остальных. Книга с законами оказывается именно здесь, чему я очень рада. Проверить все полки невозможно, но на тех, до которых удобно тянуться, так и не нахожу никаких религиозных книг. Но если есть храм, в котором проверяют, имеет ли ребёнок магический дар, должны быть и боги. И книги, в которых о них рассказывается.
Во время обеда размышляю об этом, но спрашивать остерегаюсь – кажется, будто поговорка «молчание – золото» придумана именно для подобного случая. И та, в которой говорится, что нужно молчать, чтобы сойти за умную, тоже.
Интересно, должна ли я посетить храм, когда буду в городе? С одной стороны, хотелось бы, но с другой – а вдруг здесь принято ходить в храм только по праздникам? Или приносить какие-то подношения? Или по-особенному креститься на входе. Я, конечно, как попугайчик, могу повторять за местными, только вдруг повторю какой-то жест, который не относится к религии? Нет уж. Если Рансон не предложит съездить в храм, я тоже буду молчать.
После обеда распоряжаюсь перенести в комнаты Аси и Рансона матрасы из спален второго этажа, а потом возвращаюсь в библиотеку и начинаю методичный пересмотр последней секции. Заканчиваю только к вечеру, но больше ничего полезного не нахожу. Книг по религии совершенно точно нет. И по магии нет тоже.
Деревенские заканчивают со вторым этажом и обещают вернуться завтра.
Перед сном читаю дочке сказки из книжки. Они про эльфов и их подвиги. Причём подвиги как в прямом, так и в переносном смысле – оказывается, эльфы могут как помочь вылечить растения, повысить урожай, найти воду и прочие сельскохозяйственные вещи, так и соблазнить красивых юных дев, но потом после этого самого соблазнения обязательно уходят в свои леса. Картинки того, как выглядят эльфы, есть. И судя по ним, они действительно очень красивы и очень ушасты. Вот только какого размера эти самые эльфы (как пикси или как люди) непонятно.
Во время завтрака хвалю Асю за кашу. Она смущённо благодарит, но выглядит при этом так, словно ей неловко, и она не знает, как реагировать на похвалу.
Потом приходят деревенские. Под моим присмотром они отмывают чердак, вытряхивают пыльные ткани, которыми накрыта мебель. А потом я зову Рансона. Мы вместе осматриваем коробки. Нахожу красивый фарфоровый чайный сервиз, который отправляю на кухню; три небольших ковра, которые делю между своей комнатой, комнатой дочки и гостиной; картины, большая часть из которых – это портреты людей (их я не трогаю), и вниз распоряжаюсь спустить только три пейзажа; одеяла, завёрнутые в ткань тоже есть – распоряжаюсь, чтобы одно отнесли в комнату дочки (из него получится отличная лежанка для кошки), а остальные – в комнаты для прислуги. Из коробки со статуэтками и подсвечниками выбираю несколько предметов, чтобы украсить гостиную и комнату дочки. Над большим зеркалом в деревянной оправе думаю, но всё-таки решаю, что место ему на чердаке – не доверяю я чужим старым зеркалам. Помимо этих находок на чердаке оказывается много всякого хлама разной степени ветхости, из которого мне ничего не нравится.
Во время ужина обсуждаем с Рансоном список того, что нам потребуется купить в городе. Он перечисляет всё, о чём говорил раньше. Ася с нами за один стол не садится, поскольку тут не положено за одним столом сидеть слугам и господам. Исключение может быть только для управляющего.
Мой взгляд падает на камин, поэтому я уточняю:
– Дом зимой будет обогреваться с помощью печей и каминов?
– Верно.
– Может быть, нам нужен человек, который проверит, всё ли в порядке с ними? А вдруг в дымоход попал какой-то мусор?
– Это разумно. Значит, наймём печника. Насчёт еды я по-прежнему настаиваю на том, чтобы список составляла кухарка – у меня в этом нет опыта.
– У меня тоже нет такого опыта, так что согласна насчёт кухарки. Запиши ещё, пожалуйста, шторы. Те, что в доме, выцвели, а некоторые к тому же и моль испортила.
– Хорошо, госпожа. Ложитесь спать пораньше – нам вставать на рассвете.
– Конечно! Ася, ты тоже поедешь с нами, поэтому тоже ложись спать пораньше.
– Госпожа, но зачем?
– Нужно купить тебе платье, да и за Татиной присмотришь.
– Но у меня есть платье.