Волшебная сказка о бабочках

Мой маленький друг! Ложись в кроватку, и я расскажу тебе интересную сказку: сказку о бабочках.

В одном лесу, на самой большой его поляне, жили бабочки. Их было очень много, так много, что если бы на эту поляну зашел человек, он увидел яркий ковер на траве, который вмиг поднялся бы в воздух и закружился веселым разноцветным вихрем вокруг пришедшего. Но люди сюда заходили редко. Точнее, они вообще сюда не заходили, так глубоко в лесу находилась эта поляна. Поляна эта была самым главным местом в лесу: здесь проходили все советы лесных обитателей, праздники и концерты. Кстати, эти концерты устраивали именно бабочки. Они очень любили танцевать, и долгие часы проводили бабочки у танцевальных станков, которые соорудили для них из тонких веток деревьев заботливые муравьи.

Утром маленькие лесные жительницы просыпались, принимали душ в капельках росы, завтракали нектаром цветов и летели заниматься танцами. А вечером уставшие после дневной работы звери, птицы и насекомые собирались на поляне в ожидании концерта. Да, целый день обитатели леса трудились. Ты уж не думай, дружок, что звери в лесу бездельничают: у каждого из них, даже у самого маленького есть своя работа. Работа тяжелая, которая начинается с восходом солнца и заканчивается на закате. Вот ты живешь в доме и у тебя тоже есть своя работа – по поддержанию домашнего порядка, допустим, ты ведь убираешь за собой игрушки, правда? Или по заготовлению продуктов: ведь кто, как не ты пойдет с мамой и папой в магазин и поможет выбрать самые вкусные и самые полезные продукты, верно?

А лес – это тот же самый дом. В доме этом живет множество жителей, и они постоянно чистят лес, заготавливают пропитание на зиму, к тому же, самые маленькие ходят в специальные лесные школы и садики. Поэтому к вечеру обитатели леса очень сильно устают и собираются на вечерние концерты, чтобы немного отдохнуть и расслабиться.

Концерт бабочек в лесу – зрелище и в самом деле невероятное. Он начинался обычно в лучах заходящего солнца. Первыми доставали свои инструменты сверчки и с разных сторон на поляну выпархивали яркие, красивые разноцветные бабочки. Под музыку сверчкового оркестра они танцевали свои удивительные танцы. Удивительными в этих танцах было все: и сами танцовщицы, и зрители – ведь ты никогда не видел, скажем, медведя, который, сидя с раскрытым от удовольствия ртом, наблюдает за летающими разноцветными бабочками. К тому же, если мы привыкли смотреть представления на сцене, то здесь, в лесу, представление было и перед зрителями, и возле них, и над ними, то есть везде.

Когда солнце садилось окончательно, включали свои фонарики светлячки. Зрители даже не всегда замечали, как свет солнечных лучей менялся на свет маленьких жучков: то ли потому, что свет светлячки давали ничуть не меньший, чем солнышко, то ли – представления были уж очень удивительными.

А когда концерт заканчивался, светлячки обязательно сопровождали зрителей к их норкам и гнездам. Те, довольные и отдохнувшие, расходились по своим домам, умывались вечерней росой, чистили зубки и ложились спать.

Ложились спать и крылатые лесные актрисы. Они тоже умывались перед сном, тоже чистили зубки и крылышки и, свернувшись калачиками, засыпали в своих постельках в цветах, которые, как ты, наверное, знаешь, на ночь плотно закрываются. Может быть, даже для того, чтобы никто не мог потревожить сон спящих в них бабочек.

Лес замирал до следующего утра. А утром начинался новый день так похожий на все остальные, и одновременно, совсем другой, необыкновенный день.

2

Однажды наступил день, похожего на который в лесу никогда не было. Именно с этого дня и начнутся приключения наших маленьких героинь.

Этот день начался, как и все другие дни, с яркого солнечного света. Обитатели леса проснулись, умылись, позавтракали и принялись за свою ежедневную работу. Проснулись и бабочки. Сладко потянулись они в своих раскрывшихся цветках – кроватках, умылись росой, напились цветочного нектара и полетели к балетным станкам разучивать новый танец для вечернего концерта.

Не полетела к станку только одна бабочка – самая маленькая из всех лесных бабочек Лиана. Ее отсутствие сразу было замечено, потому что именно она всегда открывала выступление лесного ансамбля. Бабочки заволновались и старшая из них, Мелисса, полетела к цветку Лианы, чтобы узнать что случилось.

Лиана лежала в уже раскрывшемся на утреннем солнышке цветке мака, поджав под себя ножки и укрывшись своими ярко-желтыми крылышками. Мелисса присела на краешек лепестка:

– Как ты себя чувствуешь, Лиана? – спросила она.

– Нормально, даже хорошо,– ответила Лиана и сладко потянулась.

– Так почему же ты не на репетиции?

Лиана села, обхватила ручками коленки и задумалась.

– Что с тобой? – не отставала от нее Мелисса. Она даже попробовала рукой лоб малышки и попыталась заглянуть ей в горлышко, точно так, как твоя мама, когда не понимает, почему ты вдруг загрустил.

Лиана отодвинула руку подруги.

– Я, в самом деле, не знаю, что со мной, – тихо сказала она. – Только мне кажется, что сегодня нам всем не нужно заниматься. Мне кажется, что сегодня не будет никакого представления….

– А вот мне кажется, юная леди, что у кого-то болезнь под названием «лень»! И мне это очень не нравится! – Строго отчеканила Мелисса. Она встала на край лепестка и обернулась своими ярко-голубыми с красивой оранжевой каймой крылышками.

– Не обижайся на меня, Мелисса,– прошептала тихонько Лиана и встала рядом с подругой. – Я очень не хочу, чтоб ты думала, что я – лентяйка. Просто предчувствие какое-то нехорошее…

– Я тебя понимаю…, хотя, нет, совершенно не понимаю,– ответила Мелисса и взлетела.

Лиана тоже взлетела и уже вдвоем подруги направились к остальным бабочкам. В воздухе Мелисса и Лиана взялись за руки и рассмеялись.

– Не волнуйся, подружка, – прошептала Мелисса, – все будет хорошо. Ведь мы вместе, правда?

Несмотря на отсутствие двух бабочек, остальные уже начали работать. Лиана и Мелисса бесшумно подлетели к станкам и присоединились к своим подругам.

Все шло как обычно: стоя у балетных станков, бабочки выгибали спинки, тянули носочки, кружились и хлопали крыльями. Маленький сверчок Оскар наигрывал им мелодию, которую оркестр сверчков собирался исполнять на вечернем концерте. Ничего не предвещало беды, и даже Лиана развеселилась.

Вдруг подул сильный ветер и сразу же хлынул дождь.

– Все в укрытие! – закричала Мелисса, но голос ее был заглушен сильным порывом ветра. Да и легко сказать «в укрытие»! Ветер дул с такой силой, что бабочки, оторвавшиеся от станка, уже не могли ему сопротивляться. Они беспомощно порхали крыльями, пытаясь противостоять сильнейшим воздушным потокам. Но о каком противостоянии могла идти речь, если даже вековые дубы и сосны пригибались к самой земле под напором урагана.

Ветер вырывал крепления балетных станков и подхватывал маленьких бабочек вверх мощной воздушной волной, а тяжелые капли проливного дождя тут же прибивали их к земле.

Мелисса быстро оценила всю опасность ситуации. Она схватила двух, стоявших рядом с нею бабочек Глорию и Стеллу за руки и потащила их к стволу дуба, на котором был закреплен станок. К счастью, они были недалеко от дерева, и Мелисса успела втолкнуть своих подружек в щель в коре , прежде, чем ветер вырвал и этот станок. Брызги дождя застилали Мелиссе лицо, но она, крепко держась за кору дуба, высматривала подружек, которых еще не подхватил ветер. Вскоре она увидела еще двух бабочек – Весту и Доминику – они крепко держались за лист подорожника, но вода уже окатила их с головы до ног и смыла всю пыльцу с их крыльев. Мелисса кинулась к ним. Бабочки были в панике, когда Мелисса подоспела к ним на помощь, они уже почти сдались. Мелисса почти волокла их по земле к той же самой щели в коре. В ту же щель еще одну бабочку, красавицу Аврору, затолкнул и маленький сверчок Оскар, давно и пылко влюбленный в нее.

Мелисса опять схватилась за кору дуба и пыталась высмотреть кого-нибудь из своих подруг. Но, казалось, дождь смыл уже все: не только бабочек, но и саму поляну. Мелисса маленькими ручками вытирала с личика огромные капли и наблюдала за крушением их мира. К дождю уже присоединились и ее слезы. Они застилали ей глаза. Бабочка почти ничего не видела. Но вдруг она услышала слабый крик о помощи.

– Мелисса, помоги мне, – произнес тихий знакомый голосок, и тщательно вытерев глаза, Мелисса увидела Лиану. Та лежала, придавленная шишкой прямо возле Мелиссы. Бабочка бросилась к подруге, но ее силы не хватало, чтобы отодвинуть тяжелую мокрую шишку. Лиана еле дышала и, казалось, уже нет никакой надежды на спасение, как вдруг кто-то приподнял шишку, и Мелисса смогла выдернуть из-под нее малышку Лиану. Подоспевшей из ниоткуда помощью оказалась бабочка Доминика. Она немного пришла в себя, пока сидела под корой дуба и тоже поспешила на помощь. Вместе бабочки довели Лиану до укрытия. Они оглядели поляну, точнее то, что от нее осталось. Спасать было больше некого – вода поднялась уже на добрый десяток сантиметров от земли. А для маленьких бабочек это очень много.

Доминика и Мелисса залезли в расщелину. Тесно прижавшись друг к другу, они пытались согреться.

– Что теперь будет? – испуганно прошептала Глория.

– Не бойся, – ответила ей Мелисса, – дождь закончится, вода отойдет, и мы быстро высохнем на солнышке.

– А остальные? – спросила Аврора.

– К сожалению, их мы, наверное, не увидим, – ответила ей Доминика.

3

Бабочки затихли. Вскоре дождь действительно прекратился, но подружки еще долго не выходили из укрытия. Они ждали, когда просохнет древесная кора, а за ней и крылья бабочек. Долго ли пришлось им сидеть в дереве – неизвестно, только когда они вылезли из-под коры и поглядели друг на друга, они поняли, что их постигла еще одна ужасная беда. Ливень смыл пыльцу с крылышек бабочек, и теперь они не могли летать. Устало опустившись на мох, бабочки дружно в голос зарыдали. И рыдания эти не останавливались очень долго. Стоило кому-нибудь из бабочек открыть заплаканные глазки и посмотреть на подруг, рыдания возобновлялись с новой силой. Даже Мелисса, которая всегда и в любой беде поддерживала своих подруг, которая не щадя себя бросалась под проливной дождь, чтобы спасти их, не могла сдержать слез от безысходности и беспомощности.

Прошло много времени, прежде чем бабочки затихли. Но они не успокоились, они просто заснули от бессилия и усталости, свалившихся на их хрупкие плечики. Не спала только Мелисса. Поначалу она всхлипывала, а потом начала думать. Ведь не бывает таких ситуаций, из которых нет выхода. Главное только найти этот выход.

К утру в ее головке созрел план. Правда, донести его до подруг оказалось непросто. Ведь только раскрыв свои глазки и увидев, что все случившееся не страшный сон, бабочки вновь принялись рыдать.

– Послушайте меня, – пыталась перекричать их Мелисса, – я, кажется, знаю, что нужно делать.

– Нужно было погибать вместе со всеми! – с горечью выкрикнула Стелла. Но с ней в горячий спор включились уже остальные бабочки.

– Нельзя быть настолько неблагодарной, – сказала Лиана, – Мелисса спасла тебе жизнь, рискуя собой, а ты говоришь такие страшные вещи!

– Я не просила меня спасать! – выпалила Стелла, – тем более что все мы тоже погибнем, только гибель наша будет более долгой и мучительной, ведь мы теперь не можем летать! А не можем летать – значит, не можем поесть, ведь мы не доберемся до цветов, не можем спать – ведь на земле нас запросто съедят пауки…

– Что-то за сегодняшнюю ночь тебя никто не съел, – съязвила Глория, – а уж как было бы спокойно…

– Постойте! – выкрикнула Мелисса. – Мы все же остались живы, значит, в этом есть смысл! Только давайте не будем ругаться – ведь нас так мало осталось. А в одном ты, Стелла, права – нам теперь будет очень трудно с едой.

– Идите завтракать! – крикнула Доминика, и все обернулись на ее голос. Она стояла, пригнув большой, неподъемной палкой к земле цветок колокольчика.

Бабочки кинулись пить нектар, а когда все наелись, они перехватили палку у Доминики и подержали цветок, пока не наелась подружка. Наевшись, Доминика вытерла ротик маленькой ладошкой и сказала:

– Как видите, кушать мы все-таки можем.

Стелла уже раскрыла рот, чтобы что-то возразить, но тут подала голос обычно немногословная и сдержанная Веста:

– Я предлагаю все же послушать Мелиссу, ведь она говорила, что знает, что нужно делать.

Веста говорила так редко и так мало, что остальные бабочки не смогли ее ослушаться. Все умолкли и посмотрели на Мелиссу.

– Прежде всего, я хотела бы извиниться перед Лианой, – робко произнесла Мелисса. – Она предчувствовала беду, поэтому мы опоздали на репетицию. Теперь я чувствую себя бесконечно виноватой перед всеми вами и перед нашими погибшими подругами – нужно было мне поднимать тревогу…

– Успокойся, Мелисса, – Лиана встала рядом и положила свою ручку на плечо подруги, – я ведь и сама не понимала, что происходит и вряд ли смогла бы тебе объяснить, какая опасность нам угрожает.

– Все это выглядит очень мило,– надменно произнесла Стелла, – но к делу, к сожалению, уже не относится. Ты хотела просто извиниться или у тебя есть конкретные соображения?

– Я думала всю ночь,– сказала в ответ Мелисса, – и пришла к выводу, что единственный, кто может нам помочь – это старая Присцилла.

– Кто, кто? – хором переспросили бабочки.

– Старая стрекоза Присцилла. Когда-то мне про нее рассказывала моя бабушка. Она живет у речки уже много лет и всегда помогает всем насекомым.

– Как она сможет помочь нам? – спросила Глория.

– У нее есть волшебная книга. Может быть, в этой книге есть ответ, что нам нужно делать. Во всяком случае, как говорила мне бабушка, Присцилла никогда не отказывает в помощи тем, кто к ней обращается.

– А как мы доберемся до реки? – спросила Доминика.

– К сожалению, способ передвижения у нас теперь только один – наши ноги.

– Я не это имела в виду. Летая, мы могли бы добраться до места в два счета. Но летать мы теперь не можем. А идти в густой траве – во-первых, далеко, а во – вторых, мы можем заблудиться, нам ведь не видно, куда мы идем.

– Ты права, Доминика, – ответила Мелисса – Только другого выхода у нас нет.

Она взяла палочку и начала чертить на земле какие-то замысловатые узоры. Когда все было готово, Мелисса принялась объяснять бабочкам свой рисунок:

– Смотрите, вот это – Большая поляна, в ее центре, вот здесь, пень от старого дуба. С северной его стороны он весь покрыт мхом, и нам нужно ориентироваться именно по мху, потому что речка находится как раз к северу от большой поляны. Мы находимся вот здесь, у этого дуба и идти нам надо опять-таки на север, то есть по мху…

Бабочки молчали. Мелисса продолжила:

– Путешествие наше будет нелегким, но нам нужно идти.

– А вдруг этой Присциллы давно уже нет, вдруг это только рассказы твоей бабушки? – спросила Аврора.

– Если бы ты меньше вертелась перед зеркалом и больше читала газет, ты знала бы, что это не сказки бабушки Мелиссы, а самая настоящая правда, – ответила ей Веста.

Аврора и в самом деле больше всего занималась собой и своей внешностью, и без того незаурядной. Она очаровывала всех вокруг своими большими ярко-розовыми с темно-синей каймой бархатными крыльями. Ей нравилось, что и муравьи, и кузнечики, и жучки, и даже малыш – сверчок Оскар вздыхали по ней, дарили ей букеты цветов и мечтали хотя бы об одном ее поцелуе. А она в свою очередь мечтала, что из такого обилия женихов сможет выбрать самого лучшего, такого, который всю жизнь будет ее не просто любить, а боготворить. Обязательно принца, который будет самым красивым, самым умным, самым добрым и вообще самым-самым. И пока такого на ее горизонте не было, Аврора с удовольствием любила себя сама. Она долгие часы проводила перед зеркалом, случайно оброненным кем-то из грибников на опушке леса и преподнесенным ей очередным воздыхателем, муравьем по имени Арнольд. И это любование собой настолько поглощало Аврору, что она вряд ли бы даже танцевала, если бы не думала, что основная часть лесных жителей любуется именно ею во время вечерних концертов.

Веста же, хоть и могла смело соперничать с Авророй в красоте, была ее полной противоположностью. Крылышки у Весты были тоже очень большие и красивые, только насыщенного синего цвета с яркой желтой каймой. Но при всей своей внешней красоте, Веста больше всего увлекалась внутренним развитием. Очень много времени она проводила в библиотеке.

Да, да, дружок! У лесных жителей тоже есть библиотека! Она расположена внутри старого – старого клена. Ствол этого дерева настолько велик, что его не получиться обхватить руками, даже если ты попробуешь сделать это с тремя своими друзьями. Вот только, если вас будет пятеро и вы, крепко сцепив пальчики, станете вокруг этого дерева, возможно, вам удастся замкнуть круг. Внутри него трудяги -дятлы и жучки проделали множество ходов и комнат, в которых хранятся книги. Сами же книги для каждой группы населения леса пишутся по-разному. Допустим, для больших зверей, таких как медведи, лоси – на древесной коре. Для зверей поменьше – на склеенных с помощью сосновой смолы кленовых и каштановых листьях. А для бабочек и других насекомых – на высушенных цветах. Маленькие жучки – библиотекари старательно выводят тексты заостренными палочками. Кроме того, каждое утро на лепестках цветов и листьях деревьев жучки пишут газеты с лесными новостями, а их друзья дятлы разбрасывают эти листочки по всему лесу и каждый желающий может их прочитать.

Веста начинала свой день с чтения новостей, а все свое свободное время проводила в библиотеке, иногда даже заменяя чтением сон и пищу. Она была очень умной. Она редко общалась с другими бабочками, но совсем не потому, что зазналась, а из-за того, что она все время о чем-то думала. Но уж если Веста начинала говорить, все внимательно слушали ее, не перебивали.

И сейчас тоже шесть пар взволнованных любопытных глазок обратились к Весте. Все замолчали, давая бабочке возможность высказаться.

– Присцилла – старейший представитель насекомых в нашем лесу. Говорят, ей не менее трех сотен лет, но она сама настолько стара, что уже не помнит свой возраст. В теплое время года она живет в кувшинке, которую лягушки подтянули к самому берегу речки, а во время холодов она перебирается жить в библиотеку. Она всегда читает некую волшебную книгу, правда никто не знает в чем волшебство этой книги. И спрашивать об этом у нее никто не решается, так как беспокоить Присциллу для удовлетворения собственного любопытства нельзя. Но в беде она всегда оказывает помощь. Не далее как на прошлой неделе в «Лесных известиях» говорилось, что Присцилла помогла какой-то гусенице, раздавленной человеком. Думаю, нам она тоже не откажется помочь, тем более что о нашей беде она уже знает.

– Откуда она может знать про нас? – спросила малютка Лиана.

– В сегодняшних новостях было написано, что в лесу после «великого дождя» не осталось ни одной бабочки. Так что, увидев остатки нашего племени живыми, она обязательно нам поможет.

– Может быть, к Присцилле стоит пойти не всем нам, только тебе, ну и, допустим, Мелиссе, ведь путь к ней неблизкий и нелегкий, – спросила Стелла.

– Это бессмысленно, именно потому, что дорога к ней действительно трудна. Ведь, если она сможет нам помочь, то дошедшим к ней придется возвращаться за остальными. К тому же нельзя исключать опасность – нас могут растоптать случайно звери или захватить пауки. Мы можем дойти до нее не все. Я думаю, нужно идти всем вместе.

– Да, безусловно, всем вместе, – согласно закивали бабочки.

И еще раз, напившись нектара перед дорогой, бабочки дружно оправились в свое опасное путешествие.

Сначала бабочки шли весело и быстро, напевая песенки, переговариваясь друг с другом. Постепенно их движение замедлялось, шаги становились тяжелее. Еще не просохшая земля цеплялась к маленьким ножкам лесных красавиц тяжелыми комьями грязи.

Первой захныкала Аврора:

– Постойте, подружки, – устало прошептала она, – я уже не могу идти.

– Но мы не сделали и пары сотен шагов, – обернулась к ней не менее уставшая Глория.

– А мне нужно отдохнуть!

Мелисса, шагавшая впереди, подошла к Авроре. Ласково поглаживая ее по плечу, она сказала:

– Милая Аврора! Нам всем очень трудно, но идти нужно.

– Посмотри на мои ноги! – разрыдалась Аврора. – На них налипло много грязи и мне очень тяжело их переставлять.

Мелисса прижала рыдающую подругу к себе и нежно гладила ее вздрагивающие крылья. Бабочки стояли вокруг них и только Веста с Доминикой о чем-то шептались, отойдя в сторонку от других.

Потом Доминика отошла в сторону и, резко дернув, сорвала несколько травинок. Капли воды окатили бабочек с головы до ног.

– Что ты делаешь, Доминика? – крикнула Стелла. – Тебе мало было того ужасного ливня? Или ты решила потопить нас, чтобы мы не мучились?

Но за подругу ответила Веста.

– Посмотрите, что мы придумали, – сказала она. – Доминика обладает уникальной для нас, бабочек, силой. Она будет рвать травинки и выкладывать из них дорогу, чтобы нам всем было легче идти. Только, чтоб нам не было скользко, нужно тщательно очистить ноги от грязи.

И бабочки принялись за дело. Они по очереди садились на край травинки, старательно отчищали землю, промывали ножки водой с лепестков, которые срывала Доминика, и выстраивались гуськом на траве.

Когда все были готовы, поход продолжился. Отряд бабочек весело вышагивал по травинкам, выложенным Доминикой, а та вприпрыжку бежала впереди, срывала новые травинки и выкладывала их перед собой. Конечно, по гладкой дороге шагать было намного легче и к вечеру бабочки преодолели уже довольно внушительное расстояние. Хотя пня в центре поляны еще и не было видно, но бабочки были уверены, что в очень скором времени они найдут этот пень.

– Солнце садится, – сказала Мелисса, когда оранжевые лучи легли на траву. – Пора устраиваться на ночлег.

Доминика сорвала несколько листов подорожника и разложила их широкой чашей.

– Я думаю, здесь мы сможем спокойно поспать. Только нужно еще принять душ и поесть.

– В отношении ужина нам можешь помочь только ты, – произнесла Глория. – А вот от душа я бы отказалась – мы и так промокли на десять лет вперед.

– Ну, вот еще! – возразила ей Аврора. – Не хватало только, чтобы мы заработали славу как самые отпетые грязнули леса!

– Аврора права, – вмешалась Мелисса. – Мыться мы будем, как и раньше и никакой дождь этого не изменит. Как раз сейчас в основании кустиков травы скопилась вода, и мы можем принять душ, не напрягая Доминику, она и так слишком много для нас делает.

Под дружным напором бабочек сдалась и Глория.

– Я просто стала немного бояться воды, – смущенно произнесла она, когда Мелисса подтолкнула ее к травяному кустику. Зажмурив от испуга глазки, она стряхивала воду с травинок на себя и мужественно умывалась.

После умывания бабочки расселись в листьях подорожника и поужинали нектаром цветов, которые принесла в их импровизированный домик Доминика. Спать еще не хотелось, хотя солнце уже село и было совсем темно.

– Странно, – сказала Стелла, – раньше светлячки всегда светили ночью, а сейчас – темно. Неужели и они погибли?

– Вряд ли, – ответила Веста, – они днем спят, так что под ливень они, скорее всего, не попали. А вот выходить в мокрую траву они уж точно не будут – ведь их фонарики почти не светят, когда мокро.

– Да уж, – произнесла Аврора,– все наши братья – насекомые сейчас ждут, когда земля полностью просохнет. А уж как бы они нам сейчас могли помочь! Кузнечики преодолели бы поляну в два десятка прыжков, а Арнольд мог бы попросить муравьев соорудить носилки и отвезти нас к речке. И за это я бы его наверняка поцеловала!

Бабочки дружно рассмеялись, но Аврора не разделила их веселья:

– Кстати, Мелисса, а ты уверена, что мы идем правильно и еще не сбились с пути? – с тревогой в голосе спросила она.

– Не должны были. Солнце садилось слева, на западе. Значит север – впереди. Я думаю, мы идем правильно.

– Как-то не очень уверенно ты все это говоришь!

– А как я могу ручаться за абсолютную точность, если мне, как и вам всем, лес в общем, а наша поляна в частности знакомы больше сверху, чем снизу!

– Бабочки, бабочки, не ссорьтесь! – вмешалась в разговор Веста. – У нас общая беда и все мы волнуемся и переживаем. К тому же мы долго шли и смертельно устали. Поэтому не нужно ругаться и искать виновного в нашем горе. Идем мы действительно строго на север. Если будем идти так же быстро – через три – четыре дня дойдем до пня. А уж если вдруг встретим Арнольда или кузнечиков, и я шепну им на ушко, что ты готова поцеловать того, кто довезет нас до Присциллы, то мы окажемся у цели вообще в считанные минуты.