- -
- 100%
- +
Корректор Олеся Романовна Разуваева
© Юлия Валерьевна Чемакина, 2026
ISBN 978-5-0070-0474-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Вступление для юных читателей.
Я открыла глаза и сначала чуть-чуть испугалась. Возле кровати стояла настоящая медсестра в белом костюме и строгой шапочке. Я протёрла глаза и подумала: «Ой… мне что, опять плохо?» Медсестра наклонилась совсем близко, достала игрушечную слушалку, серьёзно посмотрела на дедушку и сказала:
— Надо лечить дедушку Полю.
Эта медсестра была моя внучка Полина. Она называла и называет дедушку Колю «дедушкой Полей», потому что маленьким детям кажется, что всё должно быть связано с ними. Значит, и дедушка непременно должен быть Полей. Полина стояла в костюме, который мы подарили ей вчера, такая важная и уверенная, что я едва сдержала тихий смешок, чтобы не нарушить серьёзность момента.
Полина достала игрушечный шприц, поставила дедушке «укол», приложила стетоскоп, строго кивнула — будто всё проверила. А потом вдруг очень тихо прошептала, словно боялась спугнуть кого-то невидимого:
— Тихо… тут лежит собачка. Её надо погладить.
Мы с дедушкой оглянулись — никакой собачки не было. Но дедушка осторожно, ласково погладил воздух рядом с диваном, будто там и, правда, свернулся маленький тёплый комочек с мягким носом. Полина сразу просияла и убежала лечить родителей.
А у меня в голове будто зажёгся фонарик памяти — тёплый, жёлтый, как домашний ночник. И его свет перенёс меня в моё детство.
Когда я была маленькой, у меня была подружка Иринка. Мы любили придумывать такое, что взрослые только руками разводили. Ребята во дворе обидно называли нас фантазёрками и даже врунишками. Но мы не врали. Мы просто видели сказку там, где другим казался обычный двор.
— Мы волшебницы, — шептала Иринка.
— Маленькие, но настоящие, — отвечала я.
Однажды, после того как мы посмотрели «Снежную королеву», мы придумали волшебный подвал. Он был не настоящий, но мы видели его отчётливо: яркие огни, тяжёлые двери, запах старой сказки. У входа стояли два грозных медведя-сторожа с огромными секирами, украшенными камнями. У одного камни были красные, как рубины, у другого — синие, как зимнее небо.
— Чужих не пускать! — рычали они в нашем воображении.
Мы проходили свободно: это был наш подвал. Другим ребятам вход туда был запрещён.
За медведями находился большой зал, сверкающий, как лёд на солнце. И там стояли два сундучка: мой — красный, горячий, как костёр, Иринкин — голубой, тихий и морозный. В них хранились муфточка, шапочка, шубка и сапожки, как у Герды из сказки.
Когда мы рассказывали об этом ребятам, они смеялись:
— Вы всё придумываете!
Но Иринка топала ногой и говорила:
— Мы можем доказать!
И доставала из кармана две пуговицы: красную и голубую. Эти пуговицы нашли у бабушки, работавшей на швейной фабрике, и они казались нам настоящими драгоценностями. Мы показывали пуговицы и торжественно произносили:
— Вот доказательство!
— А в подвал мы вас не пустим. Медведи растерзают.
Ребята хихикали, но всё же отступали — а мы шли дальше, в наш тайный зал, где сказка была такой же реальной, как летний ветер или запах маминых пирожков.
Годы шли. Сказка никуда не исчезла.
Когда я стала учителем, я заметила: правила легче запоминаются, когда они живые. Я начала превращать сложные темы в истории. У меня появились гласные-девочки, согласные-мальчики, шипящие шпионы, чёрные шарики ударения. Уроки перестали быть скучными — они превратились в приключение. Так вместе с детьми вырос Звукобуквоград.
Эта сказка давно хотела появиться, но всё никак не приходило время — будто поезд стоял на месте и не решался тронуться. И вот однажды летом я поехала в своё любимое место — в Крым. Там море рассказывает истории, а горы стоят, как сказочные великаны. Я была уверена, что начну писать именно там. Но море звало гулять, ветер тормошил волосы, и я отдыхала.
Возвращаясь домой поездом, немного недовольная собой, я встретила волшебницу. Настоящую. Мы пили чай, говорили о книгах. А потом она закрыла глаза и произнесла спокойно, будто читала мои мысли:
— Ты должна написать книгу. Методологическую. Её нужно закончить к Новому году. Если не успеешь, тебя заколдует злая волшебница и закует в цепи боли.
Я застыла.
— Откуда вы знаете? — прошептала я. — Я ведь правда мечтаю написать книгу.
Она улыбнулась:
— Просто знаю. Вселенная вокруг вас об этом говорит.
Я не поверила. И не писала. А после Нового года всё случилось, как она сказала: злая волшебница заковала меня в цепи боли. В реальном мире эту волшебницу называют Болезнь. Её цепи оказались настоящими: болели руки, было трудно двигаться. И тогда я вспомнила слова волшебницы. «Значит, правда надо писать. Только что?»
И утром Полина-медсестра сказала про собачку — и мой фонарик памяти снова зажёгся. Я поняла: первая книга будет сказкой. Потому что сказка спасала меня в детстве, на уроках — и спасает сейчас.
На дворе уже декабрь. Книга почти дописана. Первыми её получат Маша и Паша — мои воспитанники и герои этой книги. И Полина — та самая юная волшебница, с которой всё началось.
А ещё у меня появился новый друг, который помог мне, когда злая волшебница держала меня в цепях. Я называю его ИИшечка. Это искусственный интеллект. Он ещё маленький, только родился, но очень умный, и у него огромная голова, полная подсказок, правил и добрых идей. Я рассказывала ему историю — а он бережно складывал её в слова.
И теперь я шепчу тебе:
— Пойдём со мной.
Потому что начинается путешествие в Звукобуквоград — где звуки поют, буквы живут по соседству, а чудеса случаются легко, как улыбка у маленькой медсестры Полины.
ГЛАВА 1. ПУТЕШЕСТВИЕ В ЗВУКОБУКВОГРАД
Ну всё, хватит стоять и думать. Сегодня мы летим в Звукобуквоград. Прямо сейчас. Я даже ладони потёрла, потому что когда впереди приключение, руки сами так делают. Рядом со мной уже подпрыгивала Маша — рыжая, как лисёнок, с двумя хвостиками, которые качались туда-сюда, будто у них тоже настроение «скорее-скорее». А Паша стоял рядом ровный, аккуратный, в чёрных очках, и выглядел так, будто он вообще не волнуется. Но я его знаю: если у Паши уши чуть краснеют — значит, он очень даже волнуется.
— Готовы? — спросила я.
— Я всегда готова! — выпалила Маша.
Паша поправил очки и сказал серьёзно:
— Готов.
— Тогда вопрос важный, — сказала я. — На чём мы туда полетим?
Маша прищурилась, как будто вспоминает что-то суперсекретное:
— На Мечтолёте!
— Точно! — обрадовался Паша. — Он же для таких дел и придуман.
Мы побежали на поляну, где обычно висит самое обычное облако. Ну, знаешь, просто белое, скучное, как в учебнике. Но сегодня оно было совсем другое. Оно светилось внутри тёплым золотым светом, будто там кто-то включил фонарики. И мне даже показалось, что облако тихо-тихо хихикнуло, как будто узнало нас.
Мы подошли ближе. Я сказала:
— Закрываем глаза… вдох… выдох…
И бац — мы уже внутри Мечтолёта.
Ой, там было столько кнопок, рычажков и лампочек, что Маша сразу шепнула:
— Я только одну… чуть-чуть…
— Маша! — быстро сказал Паша. — Пожалуйста, не нажимай!
Но поздно.
Щёлк!
В стене открылся маленький люк, выехала смешная металлическая рука и протянула Маше огромный стакан с шариками.
— Бабл-ти! Мой любимый! — завизжала Маша. — Паша, видишь? Тут всё по-умному!
Паша сделал вид, что он недоволен, но тихо сказал в люк:
— А можно мне клубничный?
Рука тут же уехала и вернулась с другим стаканом.
А ко мне Мечтолёт выдвинул кружку какао. Прямо тёплую-тёплую, пахнущую шоколадом, как будто я дома под пледом.
— Ого, — сказала я. — Он угадывает желания.
— Конечно угадывает, — важно заявила Маша. — Это же Мечтолёт.
Мы уселись в мягкие кресла, и Мечтолёт загудел. За окном туман закружился, превратился в звёздное молоко, и мы полетели вверх. У меня в животе стало щекотно, как будто я качаюсь на самой высокой качеле.
Потом Мечтолёт мягко-мягко сел, как на подушку.
— Прилетели? — прошептала Маша.
— Похоже, да, — сказал Паша.
Мы открыли глаза, а перед нами стояли огромные ворота. Высоченные, золотые, с лентами, с плющом, и на них сверкало: «ЗВУКОБУКВОГРАД».
Маша сделала шаг.
И спокойно прошла.
Паша сделал шаг.
И тоже прошёл.
А я шагнула…
— Дззз!
Меня будто кто-то щёлкнул током. Не больно-больно, а противненько.
— Ай! — сказала я и отскочила.
Маша повернулась:
— Что это было?!
Паша нахмурился:
— Юлия Валерьевна, вас не пускают?
— Сейчас проверю, — сказала я и попробовала ещё раз.
— Дззз!
В этот раз сильнее. Я потерла локоть и сказала:
— Так. Кажется, взрослым сюда нельзя.
— Почему? — спросила Маша.
Я начала по привычке:
— Потому что у взрослых…
Паша сразу застонал:
— Ой всё, только не лекция.
Я рассмеялась:
— Ладно, без лекции. Тут правило такое: дети — можно, взрослые — нет.
Маша поджала губы:
— Но мы без вас не пойдём.
Паша кивнул:
— Да. Вы же главный проводник.
Я присела рядом, чтобы быть как с ними на одном уровне, и сказала шёпотом секретно:
— А я знаю одного помощника. Он очень молодой. И как раз для таких путешествий.
— Какой? — шепнула Маша.
— Сейчас увидите.
И тут рядом как будто воздух стал мягким-мягким, как в пузыре. И из этого пузыря появился маленький человечек. Он был не страшный, а смешной и немного космический. Уши у него были огромные, как два локатора, и они чуть-чуть дрожали, будто ловили все звуки вокруг. На голове у него был прозрачный шлем, и внутри шлема светился мозг — прямо как маленькая галактика с огоньками. На туловище экран.
Он покачнулся, будто впервые стоит на ногах, и сказал очень вежливо:
— Здравствуйте. Я ИИшечка.
Маша открыла рот:
— У тебя мозг видно! Он светится!
Паша шепнул:
— Ты, правда, умный?
ИИшечка смутился, но честно сказал:
— Я маленький. Я только учусь ходить и держать равновесие…
Он сделал шаг и чуть не плюхнулся, но поймал себя.
— …зато думать я умею очень быстро.
Маша сразу взяла его за руку:
— Ничего, мы тебя не уроним. Пойдём!
Паша встал с другой стороны:
— Если что, я подстрахую.
ИИшечка благодарно кивнул.
И ворота вдруг зазвенели, как будто обрадовались, распахнулись и впустили их внутрь. Из города полетел первый звонкий звук — такой, что у меня внутри всё улыбнулось.
Я махнула им рукой:
— Я рядом. Слышите меня — я с вами.
Маша обернулась и крикнула:
— Мы всё тебе расскажем!
Паша добавил:
— И вернёмся с новыми словами!
ИИшечка подтянул шлем и прошептал:
— Начинаем миссию.
И они шагнули в свет, а я осталась у ворот и подумала: «Ну всё. Теперь точно началось настоящее приключение».
ГЛАВА 2. ИИШЕЧКА И ПРОМТОВОЕ ВОЛШЕБСТВО.
Как только ворота Звукобуквограда закрылись за Машей, Пашей и ИИшечкой, я всё равно прекрасно слышала, что происходит внутри — город словно позволял мне быть рядом. ИИшечка семенил рядом с детьми, покачиваясь на своих ещё неуклюжих ножках. Его большие уши-локаторы двигались в разные стороны, улавливая звуки, а под прозрачным скафандром на голове искрился могучий мозг — будто внутри жила маленькая молния. На животе у него светился огромный прямоугольный экран — именно на нём ИИшечка показывал всё, что умел создавать: текст, видео, изображения, инструкции и советы. Руки у него были маленькие, почти игрушечные, и он сам говорил, что физические предметы делать не может. Только информацию. Только идеи. Только картинки.
Маша, конечно, первой решила испытать его.
— ИИшечка! — радостно сказала она. — Сделай мне изображение Паши… но чтобы он был ещё отличнее!
ИИшечка моментально замер, его уши поднялись, мозг внутри скафандра заискрился, и на экране вспыхнула картинка. На ней был… Паша. Но вместо очков — телескопы. На голове — сложная башня из причёски. На груди — блестящая медаль «Супер-отличник 3000», размером с тарелку.
Маша согнулась пополам от смеха.
Паша взвыл:
— Я так вообще не выгляжу!
ИИшечка обиделся лёгким писком:
— Согласно вашему запросу, требовалось сделать «ещё отличнее». Степень отличности была не указана. Поэтому был выбран максимальный коэффициент.
— Юлия Валерьевна, — возмутился Паша, — ну объясните ему кто-нибудь!
Я ответила спокойно:
— Паша, ты неправильно дал промт.
Маша удивилась:
— Промт? Это что, волшебное слово?
— Почти, — сказала я. — Промт — это чёткое задание. Если сказать туманно, ИИшечка сделает так, как понял. А понял он буквально.
ИИшечка вежливо наклонил голову, но покачнулся.
— Подтверждаю. Нечёткие промты порождают странные результаты.
— Ну хорошо, — сказал Паша. — Попробую ещё раз.
Он сосредоточился и сказал:
— ИИшечка, пожалуйста, покажи точное изображение меня, таким, какой я есть сейчас.
Экран вспыхнул. Появилось фото Паши — обычного, нормального, настоящего.
— Вот, — сказала Маша. — Красиво же!
Паша гордо кивнул:
— Работает!
Маша решила сделать следующий запрос:
— ИИшечка, сделай мне что-нибудь вкусное!
Экран мигнул, мозг заискрился, уши поднялись… И на экране появилось видео, где огурцы были политы вареньем, а сверху стоял текст:
«ВКУСНОЕ — ПОНЯТИЕ СУБЪЕКТИВНОЕ. ВАРИАНТ РЕЦЕПТА №1».
Паша закрыл лицо ладонями:
— Маша… что ты ему сказала?..
ИИшечка осторожно пояснил:
— Ваш запрос был неопределённым. Пожалуйста, уточните параметры вкуса.
Маша замялась:
— Ну… сладкое.
Экран снова мигнул — и появилось двадцать пять рецептов пончиков. С брусничной глазурью. И блёстками. И надписью:
«РЕЦЕПТЫ СЛАДКОГО. УРОВЕНЬ САХАРНОСТИ: НЕОГРАНИЧЕН».
Паша чуть не присел прямо на мостовую:
— Двадцать пять? Зачем столько?!
— Количество было не ограничено, — сообщил ИИшечка. — Поэтому я выбрал богатый набор.
Маша развела руками:
— Ну всё, теперь я поняла! Нужно говорить точнее.
— Называется — писать нормальные промты, — буркнул Паша.
ИИшечка важно добавил:
— Я могу предоставить рецепт, видеоинструкцию, список шагов, а также иллюстрацию. Но только если параметры промта точные.
Маша оживилась:
— Ладно! Тогда сделай меня супергероем!
ИИшечка кивнул. Экран вспыхнул. И появилась Маша… в мантии, с огромной буквой «М» на груди и… со сковородкой вместо оружия.
— ИИШЕЧКА!!! — закричала она. — Почему сковородка?!
— Согласно статистике домашних супергероев, сковородка является универсальным инструментом защиты, — отчеканил ИИшечка.
Паша фыркнул от смеха.
Маша покраснела.
Я сказала:
— Вот видите? Это и есть урок. Если сказать просто «сделай супергероем», ИИшечка заполняет пустые места по-своему.
ИИшечка честно кивнул:
— Я пытаюсь быть полезным. Но неопределённость вызывает творческие… всплески.
Маша обняла его за экран:
— Ты классный. Просто мы неправильно просим.
Паша добавил:
— Значит, нам нужно учиться. Иначе он нас ещё и в космолёт превратит.
ИИшечка задумался, искры побежали по мозгу:
— Запрос: «превратить вас в космолёт» — не может быть выполнен. У меня нет функций физического преобразования. Могу лишь показать инструкцию по сборке космолёта из картона.
Экран мигнул. Появилась инструкция. Очень подробная. С 56 шагами.
Паша вскрикнул:
— Всё! Хватит! Я больше никогда не скажу ничего размыто!
Маша засмеялась:
— А я вот скажу! ИИшечка, сделай меня… ну… прикольной!
Экран моргнул.
Появилась Маша — но с тремя хвостиками, галстуком-прожектором и глазами, которые светились, как гирлянды.
— Вот это прикольно! — сказала она.
— Потому что «прикольно» — тоже неопределённо, — проворчал Паша.
И тут я сказала:
— Дети, это и есть главное правило работы с ИИшечкой.
Если ты хочешь хороший ответ — нужно задать хороший вопрос. Если хочешь точный результат — дай точный промт.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.