Мехасфера: Гамма-орден

Глава 2

Пустошь медленно и сонливо провожала очередной день. Рейдеры, как обычно, творили бесчинства, одни люди убивали других, а мегамутанты ели и победителей, и проигравших. Хищники бороздили проклятый мир в поисках пропитания, огромные муравьи, маршируя воинственными колониями, пожирали голых землекопов и редких оставшихся птиц, а гигантские берги наводили ужас одним своим ревом, слышным за километры. Однако в эту часть Пустоши посреди сибирской тайги берги не захаживали – здесь было кому дать им отпор. Но как ни странно, именно этот факт пугал гамма-орденцев больше всего.

– Кролебыки… или как их лучше назвать, представляют большую опасность, – открыл великую тайну Каспер, когда отряд собирал уцелевший после жесткого приземления груз. – Я не ожидал встретиться тут с подобным… Это может принести дополнительные проблемы.

– Одним косяком больше, одним меньше, док. Кто их уже считает? – махнул ему Хан и поймал на себе одобрительный взгляд Лимы.

Отряд упаковал скарб в два относительно уцелевших ящика и установил их в опустевшем грузовом отсеке винтокрыла. Свободного пространства заметно прибавилось, а общая нагрузка уменьшилась. Сейчас бы снова в полет, снизив расход энергии, но аккумуляторы на нуле.

– Аваст, помоги вынуть элементы питания, – позвал помощника Каспер.

Его верный громила забрался в задний отсек, присел и мощными движениями металлических рук вынул сначала одну батарею, затем вторую. Это были скрепленные внутри полимерного кожуха планки, похожие на собранные в ряд сосиски. Между соседними элементами под их весом появлялся совсем небольшой изгиб, но суммарно благодаря десяткам сосисок-аккумуляторов в батарее она провисала в руках Аваста да так сильно, что ее можно было повесить себе на плечо, словно тушку животного. Гигант с легкостью поднял оба аккумулятора и непринужденно бросил их в руки Хану и Пуно. Убаюканные такой простотой и воздушностью его движений инки едва не сломались под весом прилетевших в них элементов. Они как могли схватили аккумуляторы и с ними же кувыркнулись назад, не сумев ничего противопоставить великой силе инерции.

Старик укоризненно посмотрел на Аваста, и тот с извинительной улыбкой пожал плечами, уведя взгляд куда-то вверх.

– Главная наша задача на данный момент – зарядить эти блоки, – сказал доктор всем гамма-орденцам, когда Хан и Пуно с трудом поднялись на ноги – каждый элемент весил килограмм двадцать. – Разделимся на две группы. Одна пойдет к дамбе, вторая останется охранять воробушка.

Путешественники переглянулись. Мало приятного идти в горы сквозь кишащую опасностями тайгу, но оставаться возле вертушки в непосредственной близости от целого стада безумных быков тоже не внушало особого оптимизма. Это был выбор между двумя одинаково страшными перспективами, но третий вариант – бросить все к чертовой бабушке —выглядел еще хуже, ведь Земля погибала, стремительно погибала, и только эти семеро могли ей чем-то помочь.

– Аваст, в свете новых обстоятельств я вынужден поменять свой изначальный план и оставить тебя здесь, – сказал Каспер. – Установи пулемет на крышу воробушка и будь готов отогнать любого позарившегося на него кролебыка. Никто кроме тебя не сможет защитить транспорт. Само собой, оставлять кого-то в одиночестве противоречит моим принципам и просто здравому смыслу, поэтому…

– Оставьте со мной Деви, – предложил помощник, приковав к себе пронзительный взгляд Хана. Следопыту это явно пришлось не по вкусу.

– Нет, слишком опасно, – покачал головой доктор.

– Но там может быть еще опаснее.

– Ты прав, но пусть модуль, прости, Деви остается при мне. Так безопаснее для операции. Без нее я не смогу остановить конец света, а без меня она бесполезна, прости еще раз. Мы должны находиться вместе.

Аваст не стал дальше спорить и принялся молча готовить огневую точку на крыше вертушки. Пока он городил лесенку из разбитых ящиков и поднимал наверх пулемет с мотками оставшихся лент, его начальник продолжал собирать мини-экспедицию.

– Итак. Я кроме Деви определенно должен взять с собой Хана, так как он лучший следопыт в Пустоши, а идти нам придется километров тридцать, да еще и в гору. Эхо – единственный из нас белокожий, что может вызвать проблемы с местными жителями, а что-то мне подсказывает, что возле одного на всю округу источника электричества кто-то живет и именно с ними придется договариваться о зарядке аккумуляторов. К тому же его армейские навыки больше пригодятся для помощи Авасту, ведь надо оборонять транспорт со всех направлений. Остается решить судьбу оставшихся инков. Впрочем… Логика делает все за нас – батареи тяжелые, и ни я, ни Деви не сможем их так долго нести. Гиноид, хотя и собрана из крепкого поликаркаса, единственная восстанавливающая ее силы станция осталась в Хеле, в четырех тысячах километрах отсюда, поэтому груз будут нести Хан и Пуно. Получается, Лима сама может решить, с кем остаться. Как тебе угодно, дорогая.

Впервые почти за десять лет совместной жизни, в течение которых двое влюбленных инков не отдалялись друг от друга больше чем на несколько метров, им представилась возможность разделиться. Последний раз, когда их пути временно разошлись, это едва не обернулось трагедией, и, памятуя об этом, Лима подошла к Пуно. Искорка раздражения на миг проскочила в девушке. Снова они вдвоем, как каждый день и час за последние десять лет. Мысли эти временно улетучились, как только Пуно прижался к ней плечом. Инк словно боялся, что даже малейшее расстояние между ними может оказаться непреодолимым. Никакого раздражения у него и близко не появилось – одна лишь безграничная привязанность до гроба.

– Ладно, пойдем впятером, – свел брови Каспер и посмотрел исподлобья наверх, на плывущие между черных деревьев красные облака. – Сейчас около шести вечера, стемнеет через три-четыре часа. За это время до плотины не добраться, но и терять день нам тут никак нельзя. Поэтому выдвигаемся прямо сейчас, а там будь что будет. Синхронизируем наши рации и вперед.

Потратив пару минут на последние приготовления, основной отряд Гамма-ордена двинулся в гущу тайги на юг, если верить светящемуся радиоактивному мху на северной стороне деревьев. Заблудиться было сложно – дамба стояла на Енисее, а значит, требовалось лишь идти вверх по его течению. От винтокрыла до реки было несколько километров, и отряд очень внимательно запоминал этот участок пути, установил несколько маркеров, указателей, чтобы точно не заблудиться на обратной дороге. Все это заняло больше часа и, когда пятеро путешественников вышли к бурным зеленым водам великой реки, солнце уже пряталось за верхушками мертвых сосен, было около восьми часов вечера.

Пуно и Хан несли аккумуляторы, а их рюкзаки со спальниками тащили Каспер и Деви. Лиме досталось нести рюкзак и палатку. Разумеется, спать посреди кишащего монстрами леса хотелось в последнюю очередь. Уж лучше всю ночь брести сквозь тайгу, но оставаться во всеоружии. Каждый из орденцев имел при себе автомат.

– Не подходи близко к реке, – сказал Хан Деви, увлекшейся видом светящейся зеленой воды. Сам он предусмотрительно шел рядом с девушкой, не оставляя свою ненаглядную ни на миг.

Обернувшись, она увидела, что все, кроме них, держатся на расстоянии в десятки метров от берега. Судя по напряженным лицам, все испытывали крайнюю неприязнь к воде и даже благоговейный страх перед ней. Девушка удивилась – такой приятный зеленый свет, мерцающие водоросли и выпрыгивающие на несколько метров рыбешки, словно дрессированные дельфины, готовые исполнить любые капризы публики. Никогда прежде Деви не видела такой красоты. Она едва успела вздохнуть с умилением, как произошло что-то очень внезапное и резкое даже для ее нейромодуля. Из реки в ее сторону прыгнула рыба-убийца, и только резкий рывок Хана спас девушку от незавидной судьбы. Деви упала в метре от повалившейся на землю рыбы. Оба создания испуганно смотрели на собравшихся вокруг них людей. Гиноид быстро пришла в себя, а рыбина продолжала беспомощно пялиться в пустоту своими глазищами и жадно хватать воздух ртом. Это была пиранья размером с лошадь, с острыми, как ножи, зубами, но абсолютно беззащитная вне привычной стихии. Она хлопала плавниками, которые лишь отчасти стали превращаться в конечности и не могли еще вытолкнуть ее обратно в реку. Эволюция уничтоженной человечеством фауны совершила цикл, и очередные ее представители в скором времени собирались вновь выйти за сушу, избавленную от прежнего изобилия видов, но время для этого еще не пришло.

Деви перестала рассматривать поверженного противника и поднялась на ноги. Каспер обнял ее за плечи, словно не веря собственному зрению, решив проверить наощупь, действительно ли с ней все в порядке. За прошедшие пару секунд он постарел еще на несколько лет и больше не отпускал Деви от себя. Четверо гамма-орденцев окружили ее со всех сторон как самый важный актив в истории Земли и в дальнейшем оберегали от потенциальных угроз.

Из-за туч солнце зашло быстрее, оставив отряд в полумраке летней ночи. Из-за речных опасностей путники отошли на несколько сотен метров вглубь леса, удерживая с Енисеем лишь звуковой контакт. Когда шум воды становился тише, они поворачивали левее, к реке, а когда громче, отдалялись, следуя параллельным ей курсом. Лесной поход и без того отнимал много сил, а начинающийся подъем в гору делал мероприятие еще более изнурительным.

Хотя путешественники твердо решили не смыкать глаз, усталость взяла свое. Из-за второй бессонной ночи подряд их инстинкт самосохранения уступил место ярому, отчаянному желанию поспать. Точнее, он никуда не девался, а лишь изменил свой посыл сообразно изменившейся ситуации – не спать теперь для них стало хуже всего остального. Выработанный миллионами поколений, точный, как атомные часы, инстинкт отправлял их на боковую.

– Ладно, можно пару часов покемарить, – зевнул старик.

– Ставим палатку, – кивнули Пуно и Хан.

Безудержно зевая, они вбили в землю колышки, а Лима помогла растянуть брезентовую палатку. Все приготовления заняли минут десять. За это время Каспер выложил четыре порции сухого пайка и залил их чистой водой.

– Я могу не спать, – сказала Деви. – Мои модули еще не очень устали.

– Ты уверена? – спросил следопыт.

– Да. Прилягу позже.

– Хорошо, – кивнул Каспер. – Хан остается с Деви охранять лагерь. Потом дежурим мы с Пуно. Спим по два часа. Отбой.

Спустя два захода по два напряженных часа гамма-орденцы вновь были готовы идти. Если точнее, на эту готовность им намекала светлая дымка занимающегося утра.

– Лучше бы мы не спали, – прокряхтел Хан. – Я глаз не сомкнул.

– Хочется сдохнуть, – поддержал его низкий уровень оптимизма Пуно.

– Зато мы все еще живы, – попытался поднять боевой дух Каспер.

Они собрали палатку, позавтракали остатками ночного пайка, запили его драгоценными миллиграммами чистой воды и отправились дальше. Предрассветная дымка растаяла и унесла с собой самые сливки отчаяния и гневного истощения путников. Они почувствовали второе дыхание и благодаря очередной порции адреналина пошли на морально-волевых.

Июльское утро тянулось медленно. Гвоздь дня и виновник половины земного кошмара – солнце – пряталось за взводом деревьев, то ли боясь показываться на люди, то ли просто считая это ниже своего достоинства. От туч и следа не осталось – небо было идеально бордовым, без единого облачка. Температура росла, а желтый карлик так и плыл где-то за краем тайги.

Каспер достал из рюкзака рацию.

– Аваст, как меня слышишь? Прием.

Через пару мгновений послышался голос помощника:

– У нас все нормально. Дежурим по шесть часов. Вы уже у плотины?

– Нет, прошли только половину пути. Что с нападениями быков?

– Пока не было.

– Ладно, пока отбой. – Каспер выключил рацию.

Густой черный лес всеми силами пытался вызвать клаустрофобию. По мертвым деревьям тут и там ползали огромные муравьи с крепкими усами-клинками, которые с виду могли разрубить кролика, но поодиночке атаковать людей они не спешили. Такие насекомые почти ничего не делали без остального своего коллектива, а колонии муравьев поблизости, к счастью, не наблюдалось. Но горе тому, кто встретит полчище этих созданий, каждое по десять килограмм, способное стереть с лица земли небольшой лес, чего уж говорить о заблудших куда не надо людях.

– Мрачно тут, – шепнул Хан. – Вроде ясный день, а темно.

– Видишь что-нибудь необычное? – так же тихо поинтересовался у него Каспер.

– В том-то и дело, что нет. Это меня и смущает.

– Что-то не так?

– Да. Интуиция кричит об опасности.

Доктор задумался. Они уже преодолели две трети пути к дамбе, и с каждым километром становилось все сложнее идти в гору, а тут еще эта странность. Каспер не знал, что именно учуял Хан, да и сам Хан этого не знал, просто нервно осматривался по сторонам. На вершинах деревьев он наконец заметил какие-то конструкции, явно рукотворного происхождения. Не проронив ни слова, он указал на них товарищам, те кивнули. Между обгорелыми соснами, как тропические лианы, тянулись веревки, а где-то вдалеке виднелись большие панели, нечто вроде дозорных площадок или вовсе домов на деревьях.

– Нам нужна энергия для батарей, – сглотнул Каспер, поддерживая в соратниках мотивацию идти вперед. – Держитесь за оружие, но особо им не размахивайте. Мы не знаем, что нас ждет.

Через несколько метров гробовую тишину леса нарушил глухой шлепок от упавшего куска мяса. Путники испугались прилетевшего прямо к их ногам сюрприза. Окровавленная часть бычьей вырезки, подняв небольшое облако пыли, лежала теперь у них на пути. Гамма-орденцы резко подняли головы и увидели целую россыпь людей на деревьях. Странные аборигены стояли на тех самых рукотворных платформах и молча смотрели на незваных гостей. В руках у всех сверкали револьверы, и по их размерам можно было судить, что рост у местных был ниже обычного человеческого. Метра полтора или чуть больше. Ничего удивительного, ведь для жизни на деревьях больших размеров не нужно.

Путешественники остановились.

– Что будем делать, док? – спросил Пуно.

– Не знаю. Хан, как думаешь, они агрессивные?

– Без понятия.

– Ладно, оружие не поднимаем. Они ведь бросили нам кусок мяса, ведь так? Это не самый грубый прием, бывало и хуже.

О да, чаще всего бывало намного хуже.

– Скорее даже миролюбивый, – предположила Лима.

Два десятка стоящих наверху пигмеев напряженно смотрели на новоприбывших. Они так странно держали револьверы, что казалось, не умеют ими пользоваться. Странные люди не пытались направить их на пришельцев, а просто опустили вниз, будто носили с собой, не зная, что это такое.

Безмолвная сцена тянулась и походила на сюрреалистический кошмар в воображении невыспавшихся людей.

– Они ведь нам не мерещатся? – на всякий случай уточнил Пуно.

– Нет, – шепнула Деви. – Мои сенсоры все подтверждают.

Каспер посмотрел наверх, доброжелательно улыбнулся и поклонился в знак благодарности за предоставленный дар.

– Хан, у тебя зрение лучше. Они рады?

– Нет, – покачал головой следопыт. – Даже не шелохнулись.

– Странно. Чего же они хотят?

Лима решила, что знает ответ:

– Хотят, чтобы мы приняли подарок. Съели его или типа того.

– Но зачем?

– Так мы докажем, что тоже люди. Посмотрите, они живут над землей! Тут явно творится какая-то дичь. Они кого-то боятся.

Каспер задумался. Все это время двадцать аборигенов смотрели на них с каменным выражением на лицах. Точнее, вовсе без выражения, словно медитировали, а может, просто не понимали, что перед ними стоит кто-то живой. Такой взгляд обычно бывает, когда смотришь в не интересующую тебя пустоту.

– Не нравится мне это мясо, – скривился старик.

– Иначе не выйдет, – стояла на своем Лима. – Мы не можем так долго ждать. Хотя бы поднесем его ко рту или начнем жарить.

Девушку выводил из себя срыв начальных планов, убийственная посадка, неожиданные лесные жители… И была ли вообще гарантия, что плотина работает и отряду удастся зарядить винтокрыл? Растерянный вид Каспера лишь укреплял ее озабоченность.

– Я даже не знаю… – сомневался он, а время стремительно шло.

– Чисто технически мы, конечно, можем это съесть… – Пуно решил поддержать любимую. – Многие племена едят сырое мясо.

– Да возьмите его хоть в руки! – убеждала Лима.

Подчинившись ее давлению, Каспер опустился на одно колено и взял мясо. С натянутой улыбкой он поднялся на ноги. Ко всеобщему удивлению, аборигены этому не обрадовались. Впервые за время встречи они показали эмоцию, одну на всех, – отвращение. Задвигались их руки с револьверами.

– Да что здесь, черт возьми, происходит! – Лима вспылила. Ее логическая цепочка рвалась, и девушка больше не знала, что предложить.

Пигмеи безмолвно обменивались взглядами и все чаще указывали глазами на револьверы. Гамма-орденцы тоже умели пользоваться этим невербальным средством общения и совместно решили подготовить автоматы, но, к счастью для них, напряженная сцена резко оборвалась… Превратившись в поистине жаркую.

Из-за деревьев на путешественников бросился кролебык. Возможно, его привлек запах мяса, а может, он уже давно брел по следу людей и благодаря этой остановке смог их настичь.

– Бык! – заорал следопыт и первым делом укрыл собой Деви.

Пуно рефлекторно увел Лиму в сторону, так что на пути у животного остался стоять один Каспер. Старик не мог похвастаться острым зрением, но с расстояния в десять метров даже он разглядел несущийся на него живой танк. Он успел разобраться в ситуации и, как тореро красной тряпкой, взмахнул куском мяса и отбросил его подальше к деревьям. Увлеченный угощением бык повернул и разминулся с трясущимся от страха стариком всего на какие-то сантиметры. Спустя пару секунд Хан и Пуно уже стояли возле руководителя экспедиции, терзая себя за то, что бросили его в самое критическое мгновение. Это было не очень профессионально с их стороны, но сердцу не прикажешь…

Мутировавший бык тем временем набросился на съестное и быстро его проглотил. Глупо было надеяться, что чудище ограничится одним куском, когда перед ним стоит четыре сервированные консервы. Он заревел и с разыгравшимся аппетитом помчался на них. Пуно и Хан ответили автоматными очередями, а спустя мгновение к ним присоединились старик и девушки, щедро нашпиговывая зверя свинцом… Так им хотелось верить. А по факту они впустую разбрасывались патронами, которые отлетали от стальной брони монстра.

Если кто-то вдруг до сих пор не догадался, почему аборигены живут на деревьях, то теперь все стало кристально ясно. Кролебыки хоть и недосконально изучены наукой, но главный факт лежит на поверхности – по деревьям они лазать не могут.

Понаблюдав пару секунд за сценой панического бегства пятерых гостей в разные стороны от бронебыка, один из пигмеев взвел револьвер, подняв его согнутой рукой вверх, и несколько раз нажал на курок. Послышались гулкие выстрелы… Только исходили они не с вершины дерева, на котором стоял стрелявший, а совсем из другого места – из туши быка. Испуганное животное пробежало еще несколько метров и упало на землю. От удара о камень с его головы слетела броня, и все увидели на его морде гримасу предсмертного ужаса, застывшую теперь навсегда. Изо рта тысячекилограммового зверя тек ручеек черной крови. Теперь уже пятерка путешественников наполнялась тем самым предсмертным ужасом.