- -
- 100%
- +
G.R. Watson
The Roman Soldier
Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав. Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя. Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.
/ Пер. с англ. А.Л. Андреева. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2010. – 189 с. – (Хроники военных сражений).
ISBN 978-5-9524-4708-0
Глава 1
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ
Тема работы
Целью и задачей данного исследования является воссоздание повседневного быта римского солдата, его подготовки от призыва до времени демобилизации, а также оценка роли солдат действующей армии и ветеранов в жизни общества, к которому они принадлежали. При этом на освещение общей темы накладывали свои ограничения два параметра: фактор времени и социальная категория рассматриваемого среза общества. Некоторое ограничение по времени является неизбежным с учетом сохранения внутренней целостности и логичности картины. Ведь при всем консерватизме и уважении традиций в армии Древнего Рима сходство между армией, подвергшейся разгрому войсками Ганнибала при Каннах (216 г. до н. э.), и той, что потерпела поражение при Адрианополе (378 г. н. э.) спустя почти шесть столетий, более чем иллюзорно. В качестве отправного пункта автор принял период основания империи (в 27 г. до н. э. Октавиан получил от сената почетный титул «Август» – эта дата считается началом отсчета времени существования Римской империи, сменившей республику), а в качестве конечной точки своих исследований он остановился на времени восхождения на престол Диоклетиана (правил с 284 до 305 г.). Ограничение данными временными рамками можно считать естественным. Первая является таковой, поскольку до этого периода армия Древнего Рима еще не в полной мере сформировалась как законченная структура, несмотря даже на то, что ее часть уже могла считаться организацией профессионалов. Вторая временная рамка взята потому, что реформы армии при Диоклетиане и Константине достигли такого размаха, что ее новую организацию следовало бы рассматривать отдельно.
На самом деле создание регулярной армии представляло собой постепенный процесс, который продолжался не один год. Но тем не менее было бы справедливым заметить, что ее окончательное формирование завершилось в основном к 13 г. до н. э. К этому времени император Август установил для легионеров период действительной службы 16 лет. Затем в течение четырех лет легионер считался ветераном и освобождался от повседневных служебных обязанностей. Ветераны жили в специальных казармах под надзором офицера, который назывался куратором ветеранов (curator veteranorum). Данный вид службы назывался буквально «под штандартом» (sub vexillo), от названия специального штандарта vexillum, отличавшего подразделения ветеранов от основного корпуса легионеров. Несомненно, за два предшествующих столетия множество солдат успело отслужить более чем по 20 лет. Но никогда прежде срок их службы не был так жестко регламентирован. Позже, в 6 г. н. э., срок службы для легионеров изменился до 20 плюс 5 лет. Но это не является существенной причиной для того, чтобы отказаться от условно принятого автором исходного временного периода, с которого он начинает рассматривать проблему. Важно то, что именно с 13 г. до н. э. служба в римской армии была четко ограничена по времени.
Также верно и то, что Диоклетиан с приходом к власти не сразу приступил к реорганизации армии, в результате которой она впоследствии изменилась почти до неузнаваемости по сравнению с тем, что представляла собой ранее. Римская армия IV столетия н. э. своими отличительными чертами обязана не только гению Диоклетиана. Как показали современные исследования, ее окончательная организация явилась лишь кульминацией нововведений, начатых при Септимии Севере, продолженных Галлиеном и Аврелианом, а также, в меньшей степени, римскими императорами, правившими в III в.[1]
Подобно реке у Гераклита, римская армия постоянно менялась, пусть и медленно. Ко времени Диоклетиана эти изменения просто достигли своего пика.
Вторым ограничивающим фактором является социальный аспект. Воинские звания в римской армии можно рассматривать двояко, в нисходящем и в восходящем порядке. Крупный немецкий ученый Альфред фон Домашевски в своем фундаментальном труде пользовался в основном первым способом. Большинство его последователей также, как правило, придерживались этой схемы. Однако этот метод при всей его привлекательности и логичности таит в себе два очевидных недостатка, с точки зрения организационной структуры и с точки зрения перспективы. Структурным недостатком является то, что, начиная рассматривать организацию армии с самого верха и постепенно спускаясь вниз методом дробления ее структурных единиц, иногда получается целостная картина, которая, возможно, никогда в действительности не существовала. Ее отдельные фрагменты на самом деле зачастую относятся к более позднему периоду. Так, та организация армии Древнего Рима, которую составил Домашевски, пользуясь своим методом, и которую он считал универсальной для любого периода существования римской армии, скорее относится к III в. Сам ученый с его явным предубеждением против императора Септимия Севера и с его твердой верой в варваризацию армии в III столетии, возможно, действительно считал, что та сложная отлаженная организация во всем своем блеске существовала прежде, чем пришли времена упадка и всеобщей безграмотности. Но такая точка зрения в наше время опровергнута. Реорганизация армии при Диоклетиане не была мгновенными изменениями, в результате которых феникс возродился из пепла. Она представляла собой конечный результат серии долгих реформ более мелкого масштаба.
Отсутствие перспективы означает то, что данный метод является оборотной стороной медали для выражения, что каждый солдат носит в своем ранце маршальский жезл. Независимо от того, верно это или нет, обычно солдат не начинает службу генералом и не заканчивает ее рядовым. Таким образом, в длинном перечислении табели о рангах теряется динамика постепенного восхождения военного по служебной лестнице.
Вооруженные силы Древнего Рима
На данном этапе было бы правильным дать упрощенную картину военной организации Древнего Рима. Армия во времена ранней империи состояла из трех основных компонентов. Ее ядром была часть, расквартированная в Риме и в его окрестностях, состоявшая из преторианской гвардии, позднее составившей личную гвардию императора, городских когорт, когорт ночной стражи, или вигилов (vigiles), одновременно выполнявших функции пожарных команд, а также флотов, дислоцировавшихся в Мизенах (близ Неаполя) и Равенне. При этом только флот располагался на значительном расстоянии от столицы. Все эти силы в гораздо большей степени находились под непосредственным командованием императора, чем войска, расквартированные в провинциях.
Второй составной частью армии были легионы. В рассматриваемый период их количество никогда не превышало тридцати (при Септимии Севере – до 33 легионов. – Ред.), а обычно составляло двадцать восемь; при этом в каждом легионе насчитывалось примерно по 5500 солдат[2].
Таким образом, общее число солдат легионов равнялось примерно 160 тысячам человек и составляло около половины численного состава всех вооруженных сил Рима. Формально легионеры пользовались привилегированным положением в армии, но на самом деле преторианцы имели более высокий статус и получали более высокое жалованье. В 14 г. н. э. такое положение впервые вызвало открытое возмущение: легионеры легионов, размещенных в Паннонии, подняли бунт, выражая недовольство привилегиями гвардии. Легионы располагались в основном вдоль границ империи или в близлежащих районах. Тацит приводит данные дислокации римских легионов в 23 г. н. э. К тому времени их количество сократилось до двадцати пяти:
Завоевание Британии потребовало изменений в расстановке римских легионов. Сначала там дислоцировалось четыре легиона, в последующем их количество было сокращено до трех. Дислокация римских войск представлена также на двух колоннах, возведенных в Риме в конце правления Антония Пия. Помимо приведенных выше легионов сюда были добавлены новые, сформированные по указанию императоров Марка Аврелия и Септимия Севера:
[3]
Следует обратить внимание на то, что спустя более чем сто лет три легиона, а именно III (Августов), III (Галльский) и V (Македонский) все еще располагаются в тех же провинциях. Правда, только III (Августов) легион находится там непрерывно[4].
Третьей большой категорией вооруженных сил Рима были вспомогательные («союзнические») войска (auxilia). Их зарождение относится ко временам, когда из-за традиционно недостаточного количества в римской армии собственной кавалерии и легкой пехоты эту проблему приходилось решать путем набора соответствующих контингентов среди так называемых «союзников». Число подобных формирований особенно возрастало во времена гражданских войн. Именно из такого разнородного воинства в свое время император Октавиан сумел составить костяк будущей регулярной армии. Однако полная унификация таких войск привела бы к тому, что они потеряли свое значение и не смогли бы выполнять возложенные на них задачи. И все же с течением времени римляне с присущей им тягой к однородности и стандарту сумели свести к минимуму эти различия. Основной структурной единицей вспомогательных войск стали ала и когорта. Ала относилась к коннице, элитным войскам, воины в которых имели более высокий статус и получали повышенное жалованье. Всадники были сведены в кавалерийские полки численностью 500 человек (alae quingenariae). Однако некоторые кавалерийские части имели численность до тысячи всадников (alae miliariae). Когорты соответственно тоже были численностью до тысячи, но большей частью до 500 солдат. Часть солдат в когортах иногда также имела верховых лошадей (equitatae). При этом такие всадники представляли собой не кавалерию, а скорее конную пехоту. Общее количество солдат вспомогательных войск было равно или лишь незначительно уступало числу легионеров. Солдаты вспомогательных войск первоначально набирались из категории населения Римской империи, относящейся к «чужеземцам» (peregrini). Но по крайней мере со времен императора Клавдия при увольнении после окончания срока службы их ветераны получали гражданство. К тому же со времен правления императора Августа, по крайней мере в некоторые когорты вспомогательных войск (cohortes civium Romanorum), стали призывать граждан империи. Затем такая практика стала применяться все чаще[5].
В результате это привело к постепенному стиранию наиболее явных различий между солдатами легионов и вспомогательных войск.
Однако в любой военной организации всегда имеются нерегулярные части, и армия Рима здесь не была исключением. Ко временам правления императоров Траяна и Адриана auxilia (вспомогательные войска) настолько успели превратиться в кадровые части, что было признано необходимым воссоздать именно тот тип войск, к которому с самого начала они относились. С целью возродить в римской армии характерный для прежних войск auxilia напор и агрессивность, которые, казалось, были полностью утрачены, в романизированных провинциях стали призывать отряды из местных жителей и сводить их в новые полки (numeri). Солдаты новых полков получили право сражаться в присущем им традиционном стиле и собственным оружием. Они говорили на своих родных языках. Многие из таких полков, дислоцированных в Германии, были набраны в завоеванных областях Британии.
Преторианская гвардия
Преторианцы окончательно превратились в корпус охраны императора при Августе в 27 г. до н. э. Во времена средней и поздней республики многие полководцы имели собственных телохранителей, которых было принято называть преторианцами. Однако, помимо названия, телохранители полководцев на поле боя имели мало общего с вновь созданным корпусом гвардии Августа численностью девять когорт. Три когорты были размещены в столице империи, в то время как шесть остальных были распределены по близлежащим городам Италии. Некоторое время, пока император продолжал лично командовать этими войсками, они сохраняли за собой функции императорской стражи, однако во 2 г. до н. э. командование преторианцами перешло в руки двух префектов, которые, как правило, назначались из числа представителей сословия всадников. Таким образом, пост префекта преторианцев стал для всаднического сословия вершиной военной карьеры. Однако они не пользовались всеми правами командира до тех пор, пока эту должность не получил при императоре Тиберии вместе со своим отцом Сеян. Впоследствии он стал единоличным командиром преторианцев (начиная с 16 или 17 г. н. э.). К 23 г. он сумел полностью изменить первоначальную концепцию преторианской гвардии, автором которой был сам Октавиан Август. Все силы преторианцев с того времени были сосредоточены в огромных казармах на северо-востоке города, за Виминалом (один из семи холмов древнего Рима). В результате этого командир преторианской гвардии фактически становился хозяином города.
Несмотря на то что во времена Тиберия благодаря контролю над преторианцами Сеяну удалось практически приблизиться к власти императора, в дальнейшем Гай еще более укрепил их корпус, увеличив количество их когорт с девяти до двенадцати. Численность солдат в когортах оспаривается до сих пор, однако Дерри, возможно, прав, предполагая, что до реформы Вителлия в 69 г. н. э. в каждой когорте было по 500 воинов. Во времена смуты 69 г. преторианцы поддержали Отона, и у Вителлия, естественно, были основания для того, чтобы сомневаться в их верности. Тогда он принял жесткие меры, уволив всех гвардейцев и заменив их новыми 16 когортами численностью по тысяче человек. Новые преторианцы были набраны из числа преданных лично Вителлию солдат легионов, дислоцированных на Рейне. Таким образом, общее количество преторианцев возросло сразу с 6 тысяч до 16 тысяч солдат, а в распоряжении императора Вителлия в любой момент находилась армия, равная по силе примерно трем легионам. Однако его преемнику Веспасиану (именно в борьбе с Веспасианом Вителлий был убит. – Ред.) эта мера показалась излишней, и он распорядился вновь сократить количество преторианских когорт до девяти, как это было во времена Августа. Одновременно он приказал восстановить прежнюю численность преторианцев в каждой когорте. Позже по указанию Домициана была создана еще одна, десятая, когорта преторианцев, и после этого состав гвардии уже не претерпевал каких-либо значительных изменений вплоть до 312 г., когда указом императора Константина преторианская гвардия была окончательно распущена.
Как и положено воинскому контингенту метрополии, солдаты преторианской гвардии обычно набирались из числа жителей Италии и наиболее верных Риму провинций. За исключением времени правления императора Вителлия такой принцип комплектования оставался неизменным. Пожалуй, еще одним исключением является время восшествия на престол императора Септимия Севера. Он изгнал со службы всю преторианскую гвардию за то, что ее солдаты осмелились торговаться с ним, предложив оплатить свою поддержку. На ее месте Север создал новую гвардию, солдаты которой были набраны из легионов, дислоцированных в Иллирии, тех, что с самого начала полностью поддержали императора.
Когорты преторианской гвардии, так же как и в легионах, делились на центурии. Однако в отличие от легионов там не было той же строгой иерархии среди центурионов. Все центурионы преторианской гвардии имели одинаковые звания и отличались друг от друга только полномочиями, которые получал более старший и, следовательно, более опытный из них. Исключение составляли два центуриона: главный центурион треценарий (trecenarius) и второй по старшинству принцепс кастрорум (princeps castrorum). К службе в рядах преторианцев стремились все амбициозные солдаты Рима. Они получали более высокую, по сравнению с солдатами легионов, плату, а также подарки и дополнительные денежные выплаты[6].
Некоторым из наиболее удачливых преторианцев действительно удалось сделать впечатляющую военную карьеру. Прослужив в гвардии по 16 лет с молодого возраста, затем они по направлению Августа получали назначения в легионы в качестве центурионов, а часто и выше.
Еще более удачно складывалась карьера тех, кому удалось стать центурионами в самой гвардии. Они могли получить звание primi ordines или primi pili легиона, а затем постепенно подняться до звания трибуна, сначала городской стражи, а затем и городской когорты, а может быть, и стать трибуном гвардии. Здесь солдаты-преторианцы снова могли получить должность первого копья (primi pili), безупречная служба на которой открывала двери во многие учреждения империи и давала возможность добиться должности прокуратора.
Преторианская конная стража
Потребность иметь в дополнение к пешей преторианской гвардии еще и кавалерию была решена, предположительно, во времена Флавиев (династия римских императоров: Веспасиан (69 – 79), Тит (79 – 81) и Домициан (81 – 96). – Ред.) созданием корпуса преторианских когорт equites singulares. Солдаты в эти подразделения набирались в основном из жителей Германии и Паннонии. Они служили в конной охране императора. Командование преторианскими конными когортами осуществляли два преторианских трибуна. Преторианские конные когорты имели собственные казармы близ Латерана. Общая численность конных телохранителей составляла сначала 500, а затем тысячу человек. Как это было принято в любом кавалерийском подразделении, средние офицерские должности здесь назывались декурионами. Старший из декурионов имел ранг decurio princeps.
Городские когорты
Существование городских когорт в качестве полностью независимой от преторианской гвардии воинской единицы ведет свое начало, возможно, со времени, когда постоянную должность городского префекта впервые получил Л. Пизон. Три городские когорты, как и девять преторианских когорт во времена императора Августа, первоначально располагались частично в Риме, частично в близлежащих городах. Когда при Тиберии преторианцы были сведены в одни общие большие казармы, городские когорты переехали вместе с ними. Тем не менее они оставались в подчинении городского префекта[7].
Как и когортами преторианской гвардии, городскими когортами командовали трибуны.
Когорты ночной стражи, или вигилы (vigiles)
Ночная стража занимала особое положение в структуре армии Древнего Рима. Первоначально они были созданы по приказу императора Августа в качестве городской пожарной бригады и набирались в основном из вольноотпущенников. Создание новой структуры являлось частью реформ, проведенных в 6 г. н. э. Безусловно, город давно нуждался в подобной организации. На первом этапе своего существования пожарные представляли собой полувоенное формирование. Они имели воинские звания и проходили военную подготовку, но всегда воспринимались никак иначе, как отряды милиции. В частности, Тацит, приводя данные боевого состава войск империи по состоянию на 23 г. н. э., полностью игнорирует городских пожарных. Возможно, положение пожарных в Риме было сходно с положением их современных коллег, а также сил полиции любого города. Организационно корпус ночной стражи делился на семь когорт, численность каждой из которых составляла тысячу человек. В свою очередь, каждая когорта состояла из семи центурий. Некоторые из исследователей предполагают, что это было сделано намеренно, чтобы подчеркнуть невоенный характер данного формирования. Однако на это можно возразить, что в те времена Рим состоял из 14 округов, и каждая из семи когорт отвечала за два городских округа. Не лишено логики также и то, что число центурий в когорте повторяло количество самих когорт ночной стражи. Первый шаг корпуса ночной охраны на пути к более высокому общественному статусу произошел после принятия в 24 г. н. э. закона Везеллия, согласно которому, в частности, предусматривалось, что после шести лет службы в ночной страже члены корпуса приобретали права гражданства. Позднее этот период был сокращен до трех лет. Ко времени, относившемуся к деятельности Ульпиана, в начале III столетия, ночная стража превратилась в армейское формирование в полном смысле этого слова. Возможно, после того, как был принят закон Везеллия и число граждан, служивших в этой структуре, резко возросло, общественный статус ночной стражи постепенно стал настолько высок, что уже свободные граждане Рима стали стремиться служить там. По крайней мере, точно известно, что к середине II столетия нашей эры свободные граждане составляли здесь подавляющее большинство. Ночная стража редко получала задачи чисто военного характера, однако корпус доказал свою состоятельность как военная организация в событиях 31 г. н. э., которые привели к падению Сеяна. Командование корпусом осуществлял высокопоставленный офицер всаднического сословия. Его должность называлась префект вигилов. По положению этот человек стоял ниже префекта преторианской гвардии, префекта – наместника Египта и префекта – заведующего снабжением. Со времен Траяна префект ночной стражи имел заместителя субпрефекта. Во главе каждой из когорт стоял трибун, следующей степенью карьеры которого было назначение на должность трибуна одной из городских когорт.
Флот
Римский флот впервые получил статус регулярного в 31 г. до н. э., после победы флота Августа над флотами Антония и Клеопатры при Акции. Первой базой флота был город Форум Юлия (на Лазурном Берегу Франции, совр. г. Фрежюс. – Ред.) в Нарбонской Галлии. Эта база продолжала находиться в распоряжении флота даже после того, как в 22 г. до н. э. Нарбонская Галлия перешла под контроль римского сената. Однако постепенно основным местом дислокации флота стали базы в Равенне и Мизенах. Это произошло после того, как территория Галлии была полностью умиротворена и прежние морские базы потеряли свое значение. База римского флота в Форуме Юлия просуществовала вплоть до 69 г. н. э., однако после этого сохранялась лишь номинально.
Мизены и Равенна использовались для нужд флота гораздо более продолжительное время. Обе эти базы были созданы при правлении императора Августа и оставались в распоряжении римского имперского флота весь период его существования. Точные данные о численном составе флотов, дислоцированных на базах в Мизенах и Равенне, отсутствуют. Однако известно, что обе они располагали достаточным количеством людей для того, чтобы сформировать в так называемый «год четырех императоров» (69 г. – Ред.) по одному легиону. Флот в Мизенах сформировал для императора Нерона I легион (Вспомогательный). II легион с тем же названием был сформирован по указу императора Веспасиана в Равенне. По оценкам исследователя Старра, численность личного состава базы флота в Равенне составляла свыше 5 тысяч человек. Численность моряков на базе в Мизенах вдвое превышала это количество.
Командование каждым из флотов осуществлял флотоводец из сословия всадников, за исключением времен правления императоров Клавдия и Нерона, когда этот пост по меньшей мере трижды занимали лица из числа вольноотпущенников. При Веспасиане вновь вернулись к старому принципу назначения командующих флотами. Начиная с этого времени должность префекта флота в Мизенах занималась самыми знатными лицами империи. Эта должность по своему значению уступала лишь посту префекта вигилов. Должность префекта флота в Равенне считалась несколько менее почетной. Со времен правления императора Нерона префекты имели заместителей-субпрефектов, должности которых занимали менее знатные граждане сословия всадников. Удивительно, но факт остается фактом: никогда субпрефектам не удавалось занять должность префекта.
Помимо основных баз флота в Мизенах и Равенне, в различных концах империи базировались более мелкие силы римского флота. Наиболее важной из этих баз была база Августа в Александрии. Со времен Веспасиана и далее флот, дислоцировавшийся в Египте, пользовался особым статусом. Этот флот наиболее часто упоминается в дошедших до нас документах тех времен, чем прочие флоты, развернутые в римских провинциях. По крайней мере, его численность должна была быть самой значительной. Кроме того, римские корабли базировались и в Сирии. Силами двух этих флотов осуществлялся контроль империи над Западным Средиземноморьем. Скорее всего, считалось, что для выполнения этой задачи нецелесообразно было использовать корабли, базировавшиеся в Мизенах и Равенне. Остальные силы флота несли службу за пределами Средиземного моря. Так, созданный в 64 г. н. э. Понтийский флот патрулировал Черное море, две эскадры контролировали Истр (Дунай), еще одна осуществляла патрулирование на Рейне. Британская эскадра несла дежурство в районе пролива Ла-Манш и базировалась в Гезориаке (Бононии, совр. Булонь).