10 по шкале FPS

Пролог

1988г.

Зелёный свет светофора загорелся, разрешая движение. Машина медленно тронулась с места, оставляя за собой серое облачко выхлопных газов.

Внезапно, словно из ниоткуда, выскочил огромный грузовик, мчавшийся на бешеной скорости. Громкий звук удара и оглушительный скрежет металла разнеслись по всей улице. Машина закружилась на асфальте, теряя контроль над своим движением. Она врезалась в высокий бордюр, перевернулась и с грохотом упала на крышу.

Дым заклубился из-под капота, а из искореженного металла слышались странные, хрипящие звуки. Свидетели аварии, потрясенные увиденным, бросились к месту происшествия.

Мужчина пришел в себя, ощущая сдавливающую боль подушки безопасности на груди. Сначала было темно, затем помутневшие очертания салона начали проступать сквозь туман боли. Медленно повернув голову, он увидел на соседнем сиденье женщину, висящую головой вниз. По ее лицу струились ручейки крови, окрашивая светлую обивку сидений в ярко-красные пятна.

Оглянувшись назад, мужчина увидел маленького мальчика лет семи, который рыдал навзрыд. Ремень безопасности крепко держал его, не давая упасть на деформированную крышу автомобиля. Мальчик смотрел на отца глазами полными ужаса и отчаяния.

Мужчина хотел протянуть руку к сыну, но резкая боль пронзила тело. Что-то острое воткнулось ему в живот, а по ногам стекала теплая, липкая кровь.

– Послушай… – еле слышно произнес отец семейства, голос был хриплым и слабым. – Я должен тебе кое-что сказать…

Глава первая

Мой отец всегда говорил.

7 мая 2011г.

На лавочке, уютно устроившейся в тени широкого дуба, сидели два друга.

– Эта жара меня убивает, – проворчал Дима, вытирая пот с блестящей лысины. – Пиво еще осталось?

– Нет, – Максим, ловко сплевывая очередную кожуру от семечка, покачал головой. – Денег тоже нет.

Дима выругался, прикрыв глаза ладонью от ослепительного света. Его взгляд медленно скользнул по пыльной улице, окидывая скудную людскую толпу. Вдалеке он заметил силуэт человека, медленно плетущегося по тротуару.

– Пошли этого вверх ногами поднимем и вытрясем немного мелочи!

– Это старик, – усмехнувшись ответил друг.

– И что? Я же не предлагаю лупить его, просто одолжим немного денег. А этот сойдет? – лысый указал на новую потенциальную жертву.

– А это девушка. Если тебе так невыносимо, то иди домой.

– Девки, старики… а кого еще? Дождемся мастера спорта по боксу или кунгфуиста? Будем подбегать только к здоровым мужикам и спрашивать – «у вас какой пояс по умею убивать людей? Желтый? Не-е-е, мы только с черного нарываемся на неприятности». Так? Может начнем сортировать по росту, размеру бицепса или… Да отвали ты! – возмущение Димы прервал комар, нагло вьющийся вокруг уха.

– Почему ты просто не можешь спокойно посидеть? Вечно кого-то нужно ограбить, запугать или побить. За спиной по 30 лет, а все что удалось сделать за жизнь, это еле как окончить школу и заставить весь двор себя возненавидеть!

– Спокойно посидеть? – лысый приподнял плечи и скорчил на лице удивление. – Это с каких пор? Ты бы пересел в тенек, походу все мозги прожгло. Я всего лишь предложил по пивку, а ты давай мораль зачитывать как монашка. Не ты ли вчера поджопниками разогнал школьников, за то, что один задел тебя портфелем? А неделю назад напился и кричал на всю улицу – «смотрите какие у этой девки дойки, аж рубаха лопается». Потом бегал за ней как маньяк-насильник, пока ее отец не толкнул тебя в кусты…

– Хватит! – лениво отряхнув руки от шелухи семечек вставил Максим. – Именно это мне и надоело! Похоже, наконец созрел. Хочу устроиться на работу, найти ту самую, жениться и нормально жить. Понимаешь?

– Куда ты пойдешь работать? – рассмеялся Дима, поднося сигарету ко рту. – Ты же нифига не умеешь!

– Зато умею с ноги в душу пробивать, так что заткнись! – Максим резко поднялся с лавки, пнул подальше пустую банку пенного и выхватил сигарету у нерасторопного друга. – Дим, мне вот правда интересно, как тебя вообще Ленка терпит?

– Влюбилась дура, вот и терпит, – с явной насмешкой ответил тот.

– И ты ничего бы не хотел поменять в жизни? Обрести смысл, не знаю…

– Мне итак хорошо, – Дима смачно сплюнул и почесал мокрый затылок. – Знаешь… Мой отец всегда говорил – «Не ищи смысл жизни, он сам найдет тебя». Глянь на дорогу, этот то сойдет?

По узкой, извилистой тропинке не спеша шел парень. Невысокий, стройный, в белоснежной футболке и камуфляжных шортах. Максим пристально рассмотрел очередного кандидата, судя по виду, не больше двадцати пяти лет, и глубоко вздохнул.

– Ладно, но это в последний раз!

***

Дальнейшие события развивались по отлаженной схеме. Парни зашли с разных сторон, ловкими движениями схватили незнакомца за локти и стремительно юркнули в безлюдный переулок, погруженный в полуденную тень.

Дима толкнул юношу к стене, а затем хлестким ударом скинул с него белую кепку. Из-под густых вьющихся каштановых волос выглянуло красивое лицо, на котором не отражались ни страх, ни удивление. Будто подобные сцены были для него будничным явлением.

– Доставай деньги, телефон, все что есть! – гаркнул Дима, сжимая пальцы в кулак, готовясь к силовому решению вопроса.

Незнакомец промолчал.

– Ну что, как в первый раз? – продолжал Дима, повышая голос. – Будешь медлить – придется побить тебя. А мне бы не хотелось в такую жару лишний раз двигаться. Одупляешь, не?

Но и на этот раз ответа не последовало.

– Да что ты с ним возишься, – не выдержал Максим, потянув руку к карману парня.

Не успел. Кулак мелькнул слева и приложился точно в щеку. Удар был настолько сильным, что Максима отшвырнуло назад, и его тело неуклюже рухнуло на асфальт.

Дима, ошеломлённый внезапным поворотом событий, резко обернулся к незнакомцу. Но реакция была недостаточно быстрой. Размашистый удар по ноге завертел его в стремительном кульбите, свалив прямо на голову. Это был не первый раз, когда Дима делал сальто. В первый раз он, будучи подростком, на спор прыгнул с забора. Забавно, что закончилось все тем же результатом.

Парень поднял свою кепку с земли, тщательно отряхнул её от пыли, и аккуратно надел на голову. Максим, охваченный порывом ярости, побежал в атаку. Все его стремительные удары пролетали мимо цели – противник легко уклонялся, словно танцуя вокруг него. В ответ на неудачные попытки, парень мощно выбросил ногу и попал в область ребер соперника. Максим, потеряв равновесие, отлетел в сторону, звонко столкнувшись со стоящей неподалеку ржавой урной. Весь накопленный мусор разлетелся по асфальту, создав хаотичное месиво из бумажек, пластиковых бутылок и прочей городской мелочи.

В этот момент Дима, воспользовавшись замешательством, накинулся на парня сзади. Однако тот, почувствовав угрозу, с молниеносной скоростью отскочил и нанес удар в челюсть. Дима отшатнулся, и его голова с глухим стуком врезалась в стену, оставляя кровавую отметину. На этом атака не прекратилась. Юноша вновь вонзил лысую голову в стену, раздавив несколько кирпичей под силой удара. Схватив обломок, он метнул его в Максима, который с трудом начинал подниматься с земли. Кирпич просвистел сквозь воздух и с глухим ударом врезался в спину, разлетевшись на мелкие камушки. Это покончило с любым сопротивлением.

– Хватит, – тихо простонал Дима, но его слова были едва различимы из-за скопившейся во рту крови. – Мы сдаёмся…

Но к их сожалению, всё только начиналось. Парень стал швырять своих обидчиков с еще большим усердием. Он ломал с хрустом руки, разбивал об них предметы, бил коленом в пах, лишая полностью дыхания. И при этом, не проявлял ни капли усталости. Движения незнакомца были быстрыми, отточенными, словно годы тренировок вели его только к этому моменту. Это нельзя было назвать дракой, это было настоящее избиение.

– Что ты такое, а? – сквозь слезы заорал Максим. – Откуда в тебе столько ярости?

– Ну почему мы не могли напасть на старика или бабу… – рядом жалобно всхлипывал Дима. – Они были такие слабые…

Последнее, что друзья видели в тот день – это страшнейших замах ноги.

***

Из просторного окна больничной палаты проглядывало лазурное весеннее небо. Воздух был насыщен ароматом набухших почек молодых деревьев, а веселое щебетание птиц наполняло комнату живой музыкой пробуждающегося утра.

В тишину вторглась медсестра, направляясь к кровати для замены капельницы. Однако, заметив раскрытые глаза пациентов, она сконфуженно развернулась и покинула палату, словно испугавшись неожиданного пробуждения.

Следом за ней порог переступил мужчина внушительных размеров, облаченный в полицейскую форму. Его полное лицо украшало глуповатое выражение, которое, казалось, было неотъемлемой частью его характера. Он громко кашлянул, снял с головы фуражку, и на мгновение замер, оглядывая двух молодых людей, полностью забинтованных с головы до пят.

– Я, участковый уполномоченный полиции отдела МВД России, лейтенант полиции Дерябко Антон Николаевич, – скрипнув деревянными ножками, мужчина сел на маленький стул, поставленный у постели одного из пациентов. – Понимаю, что сейчас не самое лучшее для этого время, но чем раньше узнаю о том, что случилось, тем больше шансов поймать виновных. Хорошо?

Медленно, стараясь не делать резких движений, одна из «мумий» утвердительно покачала головой.

– Говорить кто-нибудь может? – уточнил лейтенант, глядя на лица пострадавших.

– Я могу, – с трудом выдавил Максим, – Но не быстро.

– Понимаю. Вы можете рассказать, что случилось? Желательно в подробностях.

Парни переглянулись, их взгляды были полны страха и неопределенности. Они молчали, будто раздумывая, стоит ли говорить правду.

– Судя по травмам, – прервал затяжную тишину участковый, – это 116 статья, нанесение побоев или иных насильственных действий, причинившие физическую боль. Могу вас заверить, что преступники будут наказаны по всей строгости закона, но мне нужно знать сколько их было, и нужно вспомнить хоть какие-то опознавательные знаки: одежду, татуировки, цвет волос. Хоть что-нибудь.

– Мы упали, – процедил сквозь стиснутые зубы Максим.

– О как… И откуда же вы так упали?

– С лестницы.

– Правда? Что-то я не видел в месте, где вас нашли, ни одной лестницы.

Внезапно в палату влетела миниатюрная девушка с огненно-рыжими волосами, которые словно языки пламени плясали вокруг её головы. Участковый, от неожиданности, дернулся и проломил под собой хрупкий стульчик.

– Господи, бобрик мой, что же с тобой сделали? – воскликнула она, подбежав к больному, и схватила его перевязанную руку.

– Лена… Я с другой стороны, – выдавил Дима, лежавший на соседней кровати.

– Ой, – Девушка тут же отбросила чужую руку, причинив Максиму немало неприятных ощущений, и резво подскочила к своему возлюбленному. – Кто так с тобой?

– Это мы и пытаемся выяснить, – вмешался лейтенант, аккуратно отряхивая брюки.

– Во-первых, я же просил не называть при посторонних меня бобриком, – чуть шевеля губами, пробормотал Дима. – Во-вторых, Макс, ты точно уверен, что не стоит говорить?

– Да… Мы сами виноваты.

– Он крутил нами как хула-хупом, сломал все, что ломается, а ты хочешь просто замять, потому что это «по-поцански»?

– Ага, он был один, – мужчина достал из кармана блокнот и сделал несколько записей.

– Честно говоря, мне очень хочется посадить это чудовище! – продолжил Дима, гневно перебирая пальцами по простыне.

– Парень просто оборонялся! – ответил Максим, пытаясь сдержать нарастающее раздражение. – Мы сами это начали!

– Так и запишем, – уполномоченный собрал лоб в складки, пытаясь отыскать слова. – Статья 37, необходимая оборона…

– Просто оборонялся? – конфликт разгорался с новой силой, голоса друзей становились всё громче. – Ты точно с ума сошёл!

– Если бы ты не ныл про свое пиво, все было бы хорошо!

– Так это я теперь виноват?

– А кому не сиделось спокойно на жопе?

– Я вообще предлагал других людей! Но нет, из всех ты согласился только на профессиональную убийцу!

– Я вообще хотел с этим завязать! Так и знал, что скоро понесём наказание за всё!

– Придурок!

– Бобрик!

– Не смей называть его бобриком! – рыжеволосая девушка присоединилась к какофонии криков. – И вообще, если хочет все рассказать, значит пусть говорит! Ишь, раскомандовался!

– Тихо! – рявкнул участковый, резко уняв разбушевавшихся пациентов. – Мне уже все ясно. Красавица, нам лучше покинуть палату, пусть парни отдыхают. А вам… вам советую найти себе иной вид досуга.

Глава вторая

Клинок тигра.

15 июля 2011г.

Разбудила и привела Диму в чувство жара, обжигающая кожу, как раскаленное масло на сковородке. Он медленно поднялся с кровати, подошел к зеркалу и снял пластырь с переносицы. Под ним открылся небольшой желтый синяк – память о недавней потасовке. Мелкие раны уже начали заживать, но боль все еще отдавалась тупой волной. Дима взял со стола сигарету, поднес к ней зажигалку и с явным наслаждением выпустил густой клубок дыма.

Выйдя на кухню, увидел свою рыжеволосую девушку, которая с самого утра трудилась у плиты, аккуратно складывая ароматные блинчики по тарелкам.

– Умывайся и садись завтракать, – завидев своего парня сказала она. – И перестань курить в доме, сколько раз просила?

– А сколько раз я просил не запрещать мне курить дома?

– Ну ты и жопа!

Дима не стал возражать, а просто удалился в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок.

Спустя несколько минут присел за накрытый стол.

– Бобрик?

– Что?

– А ты помнишь какой сегодня день? – Лена, не сводя с него глаз, откусила уголок блина.

– Среда… или четверг… пятница? Это вообще важно?

– Конечно. В этот день, ровно год назад, мы стали встречаться.

– Опа… – на секунду остолбенел Дима. – И что ты хочешь?

– Ну ты даешь! Хотя бы можешь поцеловать меня? – с легким упреком спросила она.

Желание исполнилось мгновенно. Дима наклонился и нежно коснулся её теплых губ своими.

– Хорошо, – продолжила Лена, её глаза засветились лукавым блеском, – Теперь можно взять меня за руку и сказать что-нибудь приятное.

– Легко! – он улыбнулся, понимая, что попался в сети этой очаровательной игры. – Лена, ты самый красивый, самый сладкий цветочек во всем мире. Каждая пчела сочтет за честь испить из твоего бутона. Ты единственная, кто превзошла по красоте северное сияние, а твоя попа – это 8 чудо света, не меньше!

– Неплохо, – девушка заметно зарумянилась и отбросила со щеки рыжие локоны, – но это не все!

– Если надо, прямо сейчас сбегаю и повыдергиваю все цветы, что попадутся.

– Нет, спасибо. Хочу просто погулять.

– Без проблем, – Дима отпил из кружки освежающий квас. – Лен, это же и мой праздник, верно?

– Верно, – спокойно, но с ожиданием подвоха ответила она.

– Купишь мне пиво?

***

Молодая пара бродила долго, неспешно продвигаясь вдоль уютных улочек города. Пройдя мимо оживленного сквера с журчащим фонтаном, они заметили небольшой ларёк, украшенный яркими рекламными плакатами мороженого. Не устояв перед искушением освежиться холодным лакомством, остановились и заказали по стаканчику любимого вкуса – ванильного с кусочками клубники.

Далее направились на песчаный берег озера. Сняв легкие сандалии, Лена бросилась к парной воде, оставляя на золотистом песке следы из отпечатков маленьких босых ног. Дима скинул ярко синюю футболку и с криком прыгнул следом. Брызги расплескались по сторонам, вызывая звонкий смех у девушки.

Вечером они вошли в парк, где прокатились на огромном колесе обозрения. Из кабинки открывался захватывающий вид на город, демонстрируя лабиринт улиц, утопающих в зелени деревьев. Лена с замиранием сердца надеялась, что этот день преподнесёт ей еще сюрприз, тот который можно было бы носить на своем пальчике. Однако довольствовалась только харкающим, на зевак снизу, лысым оболтусом.

– Тут недалеко наше с Максом место будет, – Дима, сжимая в руке ладонь своей спутницы, повернул в узкий переулок, выходивший на крошечную площадь. – Можно посидеть, отдохнуть, спокойно попить пивка. Как тебе, Лен?

– Ты про эту задрипанную лавочку? Где отошла вся краска, вокруг горы окурков и, скорей всего, спят бомжи?

– Зато в теньке под дубом, тихо и всегда свободна. Просто мы запретили на нее садиться.

– Эх… хорошо, но недолго. Я и вправду утомилась.

Лавочка, как и предсказывалось, оказалась свободной. Лысый, не церемонясь, тут же занял своё место, а девушка ещё немного колебалась, но усталость быстро победила отвращение.

– И о чём вы тут обычно болтаете, бобрик? – она оглянулась по сторонам, рассматривая непривычную обстановку.

– О разном, – Дима ловко открыл алюминиевую банку пива, отпил вздымающуюся пенку и облизал губы. – Вспоминаем былые времена, обсуждаем новости, машины, людей. Когда выпьем достаточно, начинаем философствовать.

– Философствовать?

– Ну да… О том, есть ли жизнь на других планетах, о религии, что ожидает нас в будущем. Хочешь попробовать?

– Нет, выпили мы недостаточно, – поморщилась девушка, – А чем развлекаетесь?

– Можем покидать камушки в бутылку. За каждое попадание 1 очко, за попаданием окурком – сразу три! Или можем поиздеваться над местными. Я тут почти всех знаю.

– Это что за леди? – Лена ревниво указала на девицу с округлыми формами.

– Это Маринка. Как тебе объяснить… если бы она была самкой богомола, то мужчины исчезли бы как вид. Я серьезно, не смейся. А курит аж табак трещит, хлеще любого старика.

– А этот? Тот, что обходит нас стороной.

– Никитка п#дрила. – не стесняясь в выражениях, прокомментировал Дима. – Конечно, мы не видели, чтобы он лизался с другими мужиками, но… какой-то моднявый слишком, рожа слащавая. Макс считает, что Никитка по ночам, как вампир, отлавливает натуралов, кусает их, и скоро с огромной гейской армией пойдет войной против всего человечества. Настоящий гомопокалипсис! Че уставился пидармот?

Парнишка с зализанными волосами ускорил шаг и больше не оборачивался. У Лены поднялось настроение, а нынешнее место, до этого казавшееся неприветливым, начало понемногу нравиться.

– Вон ту бабульку с корзинкой тоже знаешь?

– Даже слишком, – лысый сделал большой глоток из банки пива и отставил её. – Это моя учительница по математике. Выше двойки мне ни разу не ставила. Ходил слух, что по молодости она снялась в фильме для взрослых. Причем, якобы, сразу с двумя неграми. Доказательств предоставлено не было, но кличка прилипла намертво. Все звали ее «чокопай».

– Почему?

– Ты ела его? Там белая начинка посередине и черные бисквиты по бокам.

– А-а-а…Тут у всех истории с сексуальным характером? – заметила девушка с ехидным прищуром. – Или есть действительно интересные кадры?

– Дай подумать… – Дима принял брошенный вызов, глазами выискивая любопытные случаи из памяти. – Дай подумать… Во! Там, на первом этаже живет Ирка, она лежала в психиатрической лечебнице полгода. Достань курево, у меня руки в пиве.

Девушка достала пачку и, щелкнув зажигалкой, поднесла огонёк к кончику сигареты. Затем быстро вручила ее своему рассказчику.

– Спасибо, – кивнул он, делая первую затяжку. – Так вот. Один из врачей психиатрической больницы проболтался своему другу, что к нему поступила странная девушка. Она утверждала, что состояла в какой-то небольшой секте. Был там свой предводитель, свои учения, а поклонялись они одному из славянских богов… точно не помню имя. Собирались каждый год в августе, проводили свои странные обряды, и всем членам братии было обещано исполнение заветных желаний. Но каждый человек получал собственную участь за свои желания. Ирка захотела стать самой красивой бабой в городе, и знаешь какой ритуал придумал ей главарь?

– Нет, – с искренним интересом ответила рыжая, – Какой?

– Каждый участник секты должен отыметь ее на спиле бревна! Прикинь?

– Ну-у… – девушка закатила глаза. – Ты опять?

– Ой, серьезно, опять в секс ушло, – с улыбкой попытался оправдаться Дима, хотя сам понимал, что звучало это неубедительно. – Я не специально, правда. В общем, Ира умудрилась сбежать от фанатиков и рассказала все родителям. Те долго сомневались, но все-таки вызвали полицию.

– И?

– Они естественно ничего не нашли, зато предложили отвести дочку к психотерапевту. Там Ирка продолжала свои байки и… Ее просто отправили в психушку.

– Хм… Жалко девушку. А вдруг секта действительно существовала?

– Может быть, дураков то много, – Дима медленно выдохнул, выпуская из губ тонкое колечко сигаретного дыма. – Но вот верить в исполнение желаний…

– Ну да, – согласилась Лена, тоскливо оглядывая весь двор. – Кого еще знаешь?

– Здешних больше не вижу…

Внезапно его взгляд зацепился за фигуру, медленно передвигающуюся по тропинке. Худощавый юноша в белоснежной футболке и камуфляжных шортах шел размеренным шагом. Этот образ навсегда врезался в память Димы с фотографической точностью. Он открыл рот в немом изумлении, и окурок, который держался между губами, мгновенно упал на асфальт.

– Что с тобой? – Лена никогда прежде не видела такого выражения ужаса на лице любимого.

– Это он…

– Кто? Где?

Дима нетерпеливо соскочил с лавочки и указательным пальцем ткнул в фигуру, которая продолжала неспешно идти по дороге.

– Это он отымел нас с Максом!

– Этот? – девушка внимательно пригляделась к молодому парню. – Ты уверен? Какой-то он… Чмошный.

– Точно уверен! Внешность обманчива, внутри него сам Дьявол!

– Ладно-ладно… успокойся! Бобрик, ты же не собираешься…

– Еще как собираюсь! – Дима выхватил из кармана складной нож, который стал постоянно носить после прошлого инцидента. – Нет больше бобрика, только тигр! Злой и до крови голодный тигр!

– Пожалуйста, давай не будем делать глупости! – умоляюще закричала Лена.

– В этот раз он не застанет меня врасплох!

– А если убьешь?

– Не убью… – на лысой голове запульсировали вены, выступая словно змеи под кожей, – но отомщу за все, обещаю!

– Пожалуйста…

– Мой отец всегда говорил – «если судьба ударила тебя по яйцам, встань и ударь в ответ»!

С этими словами Дима развернулся словно пружина и побежал в след неприятеля. Ноги несли его с невероятной скоростью, ветер свистел в ушах, а сердце стучало, словно молот, разламывающий на осколки остатки разума. Память вспыхнула ярким огнем: унижение, боль, тот взгляд, полный злорадства и превосходства.

Парень не догадывался, что сзади с неистовой силой мчится возмездие. Оно крепко сжимало рукоять ножа, а холодный металл словно отзывался на бушующую ярость.

Дистанция между ними стремительно сокращалась. Лысый, презрительно усмехнувшись, мысленно смаковал момент, как разрубает юношу от уха до пупка. Он заорал, и острие ножа засвистело в воздухе, направляясь к своей цели.

Но удар оказался встречен молниеносным ответным выпадом. Парень, с ловкостью кошки, вывернулся и схватился за кисть, держащую нож.

Дима открыл глаза и лицо его в миг побледнело.

– Н-но как? – судорожно спросил он, пытаясь вырваться из хватки.

Парень не ответил. Лишь, одним резким движением выхватил нож из руки противника и рассек воздух. Три пальца правой руки отделились от ладони и полетели над их головами, оставляя кровавый след.

Дима рухнул на землю, пронзительно заорав на весь двор. Рядом поочередно упали безымянный, средний и указательный пальцы.