Заказ

Заказ

– Ну что, киска, готова?

      Маленькая чёрная кошка с зелёными глазами тихо мяукнула и очень-очень злобно посмотрела на карлика в потрёпанном коричневом плаще.

– Чего эльфову морду строишь? Киска ты сейчас и есть. И вообще, кто тебе виноват, что ты птицей боишься вверх-вниз летать? Вот и терпи теперь. – Карлик гоготнул, подёргал ремень, хитрым узлом привязанный к лапе миниатюрного – всего-то в два лья1 высотой – золотистого грифона и довольно причмокнул тонкими сероватыми губами. – Ну всё, лучше и не завяжешь. Потом за свободный край дёрнете, он и отвяжется.

Окончательно разозлившись на оборзевшего собрата-по-стае и невозможность одёрнуть его, кошка зашипела и демонстративно высунула из невзрачного кожаного мешка лапу с пятью бритвенно-острыми когтями.

– Хватит вам переругиваться. Скоро полночь. Или летим сейчас, или оставляем всё до завтра. – Грифон, клюв и язык которого с большим трудом справлялись с человеческими словами, переступил с ноги на ногу и сварливо добавил: – Зря заказ взяли. Чую, что-то нехорошее там будет. Мог заказчик и подождать, пока свадьба пройдёт и ворота откроют. А то вынь да положь ему это колечко не позднее конца седмицы. Может, не поздно отказаться ещё?

      Кошка энергично покрутила головой, затем, поняв, по всей видимости, что в кошачьей шкурке этот жест выглядит не так понятно, как в человечьем обличье, высунула из сумки хвост и повела им несколько раз вправо-влево. За неё – присвистывая от недовольства и переживаний – высказался карлик:

– Какой там отказываться, а аванс-то, аванс получен и потрачен. Возвращать мы его с каких денег будем? А не вернём, так пойдёт заказчик в городской суд, и отправимся мы втроём жемчуг из Хищного моря добывать.

– Тогда летим уже.

Грифон сильно оттолкнулся от земли и взмыл вверх, увлекая за собой сумку и съёжившуюся в ней кошку. Испугавшись, бросились врассыпную и мелкие чёрные твари, похожие на чешуйчатые шарики с тремя тонкими ножками, сгрудившиеся на ветхой, кое-где прохудившейся крыше ночлежки, в которой невезучие рыбаки проводили особо холодные ночи. Грифон не сдержал удивлённого клёкота – раньше таких созданий в городе не водилось – и мысленно пообещал себе поймать парочку уродцев сразу после того, как доставит Тень туда, где ей следовало провести ближайшие несколько дней.

      Лететь было недалеко: старинный род Аш – хозяева колечка, которое заказали добыть этой стае – гордились тем, что уже восемьсот лет живут в одном и том же особняке на берегу реки Тейи. В те года, когда строилось поместье, здесь был самый защищённый, самый престижный район города, ещё только утверждающего своё могущество. Теперь же вольный город Княжье поле разросся словно вылезшее из квашни тесто, и берег Тейи как-то вдруг сам собой превратился в квартал бедных рыбацких домишек, среди которых громадное поместье смотрелось столь же уместно, как и драгоценный огранённый бриллиант посреди нанизанных на верёвочку ракушек.

      Не только рыбаки облюбовали этот район: близость реки привлекла сюда тех, чья жизнь в основном подчинялась законам стай и лишь в малой степени – законам Княжьего поля. Убийцы, воры, фальшивомонетчики, контрабандисты – все они чувствовали себя как дома в этом мире тёмных подвалов, высоких берегов и быстрой речной воды, в иные дни приобретающей узнаваемые запахи зелий или мертвечины. Странная стая, состоящая из ловкой девчонки-магички с даром перевёртыша, карлика из Серых пустынь и золотистого грифона, которого абсолютное большинство жителей Княжьего поля сочли бы – в лучшем случае – чудной грёзой, занималась всем понемногу. При большой удаче они сбывали фальшивые монеты, при удаче поменьше – обносили дома богатеев, ну а когда удача становилась непозволительно маленькой, брали к исполнению написанные на чёрной бумаге кровавой краской контракты на убийство.

      Этот заказ они получили очень-очень странно. Настолько странно, что, не требуй скорейшего ремонта крыша дома, который стая арендовала у весьма зажиточной рыбачки, ни девушка, ни карлик, ни уж тем более грифон никогда бы не приняли контракт. В самом деле, кто из тех, кому дорога жизнь и свобода, примет заказ у разумного, скрывающего своё лицо и тело за непроницаемым чёрным балахоном, руки – за плотными чёрными перчатками, а голос – за резонансным заклятием? Но стая отчаянно нуждалась в деньгах: жить в промёрзших сырых комнатах не смог бы даже водяной конь, а хозяйка дома словно бы и не замечала дыр в крыше и ядовитой плесени, лишь ценой невероятных усилий Тени не забравшейся в спальни. Когда постояльцы попытались напомнить хозяйке, что это всё-таки её имущество мокнет под привычными Княжполю дождями и туманами, хозяйка в ответ напомнила, что может найти постояльцев, менее стеснённых обстоятельствами и способных починить крышу самостоятельно.

      Терять привычное убежище не хотелось, надавить на мать вожака самой крупной городской стаи не представлялось возможным, а заказов на поставки фальшивых монет как на зло не подворачивалось. Более безопасных воровских заказов не было тоже, и стае пришлось соглашаться выкрасть простенький серебряный перстень из поместья Аш, по древнему обычаю наглухо закрытого на целую седмицу перед свадьбой наследницы рода.

      Поначалу стая решила, что заказчик шутит: о том, что в предсвадебную седмицу поместья древних родов могут перенести лобовую атаку парочки драконов, в Вольных городах знали даже дети. Но заказчик – сразу же ставший ещё более подозрительным – снисходительно поведал о том, что тот же древний обычай, который требовал поднять вокруг поместья все магические и немагические щиты, запрещал закрывать крышу здания. То ли таким образом хотели привлечь благословение для молодых, то ли выказывали своё почтение и доверие давно забытым небожителям, чьи размытые изображения и непонятные имена иногда встречали учёные Вольных Городов, с точки зрения большинства стайных интересующиеся какими-то совершенно бестолковыми и неприменимыми к делу вещами.

      Отсутствие щита над крышей, конечно же, не означало, что на неё будет легко забраться: острые кованые пики, сработанные в древности подземными ящерами и щедро пропитанные ядом, вздымались на три великаньих роста; магические же стены, сплетённые из убийственных и изгоняющих нитей, поднимались и того выше – на целых пять великанов в высоту. Грифон, чьи родичи облюбовали высочайшие пики Большого Ула, мог преодолеть эту стену оскорбительно легко, но был бы пойман в тот же миг, как попытался бы прогуляться по поместью. Пришлось стае искать подходящую для Тени сумку, возиться с надёжным и удобным узлом…

      Преодолев стену чар, Грифон спикировал вниз, к стеклянному окну чердачной оранжереи, очень модной в этом сезоне у дам высшего света. Стае повезло: одно из окон оказалось открытым, и грифон ловко приземлился на благоухающую деревянную раму и изогнулся, придерживая клювом дно сумки. Тень мгновенно выпрыгнула, приземлилась на самое высокое и безопасное дерево оранжереи и принялась аккуратно карабкаться вниз; грифон же снова рванулся вверх, не обращая ни малейшего внимания на то, чем занята его сестра-по-стае: теперь успех плана зависел только от неё самой.

Спрыгнув с нижней ветки дерева, Тень метнулась за громадный горшок с каким-то одуряюще пахнущим цветком и замерла, сжавшись в пушистый чёрный комок. Она боялась, что кто-то из домочадцев заметил грифона над домом или ждёт среди цветов тайного свидания, но всё было тихо. Чуткий кошачий слух, усиленный парочкой подходящих заклинаний, не фиксировал на чердаке ни шагов, ни запахов, ни дыхания разумных. Только где-то возле двери еле слышно покачивались ловчие лианы, которыми в последние годы стало модно укреплять охрану садов и оранжерей. Вынырнув из тени, кошка встряхнулась, словно сидела не на каменном полу, а в бассейне, её очертания расплылись, а в следующий момент на месте чёрного пушистого зверя оказалась девушка лет двадцати, от шеи до лодыжек затянутая в чёрный бархатный костюм; её золотистые волосы были заплетены в тугую косу и тщательно закручены вокруг головы.

      Контуры девушки снова расплылись и, спустя несколько мгновений, небольшая серая птица – одна из тех, что во множестве водятся на берегах Тейи – пролетела сквозь ряды пышных южных цветов, странные кустарники северных пылающих островов и сторожевые лианы, не способные поймать настолько шуструю добычу. Оказавшись перед хрустальными дверьми, украшенными сложными эмалевыми растениями, Тень перекинулась вновь.

      Если бы она прогуливалась по поместью какого-нибудь менее древнего или менее подозрительного семейства, дальше можно было бы использовать артефакт для прохождения сквозь стекло и не тратить время на поиск и вскрытие замка – большинству аристократов Княжполя хватило бы оград и поднятых вокруг дома охранных чар, чтобы быть уверенными в собственной безопасности. Аши были не таковы: они увлечённо участвовали в придворных интригах, пару раз рьяно помогали взойти на престол новой императрице, и потому не понаслышке знали, что предосторожности никогда не бывают излишними, а желающий прощупать защиту всегда найдётся. Тень, в свою очередь, подозревала, что в этом поместье замки и хитроумные ловушки обнаружатся даже в уборной.

      Слегка изменив свои уши, чтобы слышать самый тихий скрежет металла, она легко нажала на створки двери, не имеющие на своей поверхности ни единого намёка на замок. Двинувшись, тихо заскрипели петли, и ещё тише, практически на границе слышимости, примерно на уровне шеи Тени, звякнуло что-то между дверными створками. Кивнув сама себе, воровка достала из причёски рубиновую шпильку и бережно, словно прикасаясь к детёнышу водяной лошади, провела ею по месту соединения дверных створок.

      К её огромному удивлению, щелчок раздался вовсе не там, где до этого было слышно звяканье металла. Тень кивнула ещё раз, уже с уважением: Аши не просто потратились на тайный замок, но и то ли сами наложили, то ли заказали у кого-то зрительно-слуховую обманку. Возьми она с собой отмычку похуже – пришлось бы превращаться в грифона и сваливать с пустыми руками

      Воровка вернула шпильку в причёску, снова обратилась в кошку – теперь уже серую и пушистую, точно такую, какую видели иногда греющейся на солнце в одном из окон поместья, – и встала на задние лапы, толкнув передними двери.

      Ей вновь повезло: двери оранжереи, на первый взгляд весящие никак не меньше дракона средней упитанности, легко отворились, повинуясь касаниям маленьких кошачьих лапок. Конечно, чары облегчения веса считались обязательными для всех тяжёлых дверей в помещениях, в которых не предполагалось обороняться, но кто знает этих Ашей? Может, они и в оранжерее наблюдательный пункт обустроили, а открывать двери наняли великана какого-нибудь. Горного. Или, ещё лучше, болотного.

      Длинную мраморную лестницу, соединяющую оранжерею с комнатами пятого этажа, Тень миновала так, как это бы сделала всякая уважающая себя кошка. Медленно, величественно, с полным осознанием того, что это не её завели в древнем аристократическом поместье, а она оказывает своим присутствием величайшую честь хозяевам оного.

      Особых красот на этой лестнице не было: пятый этаж занимали слуги, обычные простолюдины, лишённые даже капли благословенной магии. Хозяева поместья не озаботились тем, чтобы научить эту лестницу левитировать, не потрудились проложить где-нибудь сбоку ступеней самодвижущуюся платформу, на которой можно было бы поднимать в оранжерею разнообразные грузы. Аши свято блюли давнюю традицию аристократии Княжполя и прочих вольных городов: если уж кто не удостоился магии при рождении, значит, и облегчать ему жизнь с её помощью имеет смысл лишь до тех пределов, до которых это выгодно тем, кто магией владеет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Лья – мера длины в Вольных городах, максимальное расстояние, на которое может растянуться магическая нить размером с одно вливание. Примерно равна 0,8 метра.