Подтексты. Том 3

Её извинения прозвучали довольно-таки механически. По мнению Дэвида. Но Женя разделила свой букет и половину дала дочери:

— Привет. Хорошо, что пришла. Держи. Деда нельзя забывать. Он за нас воевал.

Пока обе возлагали цветы, Дэвид профессиональным взглядом успел рассмотреть и девушку, и её бойфренда. Парень стоял со скучающим лицом, всем своим видом показывая безразличие к происходящему вокруг. Для него это было явной потерей времени. Чёрная футболка с какими-то непонятными знаками и черепушками плотно обтягивала его выпуклые накачанные мышцы. Выбеленные волосы пострижены очень коротко, зигзагообразные линии, выбритые от виска к затылку, подкрашены в зелёный оттенок. Лицо притягивало внимание странной своеобразностью. Дэвид не мог дать определение этой странности. Как будто под маской современного человека прятался первобытный. Глаза пустые и хищные одновременно. Девушка же, стройная и лёгкая, как Дюймовочка6, одетая в бордовое платьице, лиф которого плавно очерчивал небольшую грудь, подвязанную аккуратным узлом белого трикотажного болеро. Юбка-солнце разлеталась воланами от осиной талии над стройными ножками, обутыми не в современные кеды на высоченной платформе, а в лёгкие баретки. Её живые умные карие глаза напоминали взгляд Жени. Размышляя о разительном контрасте этой пары, Дэвид не сразу заметил, как мать и дочь отошли от памятника и вернулись к ним с Антоном.

— А это ещё кто? — подозрительно посмотрев на незнакомца насторожилась девушка. — А отец где?

— Не приехал, занят. А это Дэвид, известный фотограф и мой наставник в фотошколе. Он иностранец, интересуется нашим праздником «Девятое мая». Настя, моя дочь, студентка второго курса МГУ. — Женя представила их друг другу, стараясь не выказывать никаких эмоций. Дэвид сделал шаг вперёд и слегка склонил голову в поклоне. Настя посмотрела на него с недоверием, но услышав голос своего молодого человека, коротко кивнула в ответ и тут же отвернулась, чтобы понять, что ей кричат.

Примечания