Неизвестное сражение маршала Рокоссовского, или Как образовался Курский выступ

Фото на обложке предоставлено МИА «Россия сегодня».

Издано при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России (2012–2018 годы)».

© Ушкалов С. В., 2018

© ООО «ТДА», 2018

© ООО «Издательство Родина», 2018

Введение

Многие события Второй мировой войны, одно из которых рассматривается в данной книге, еще не до конца изучены. С другой стороны, происходит пересмотр многих событий того времени, особенно с 90-х годов XX в. Негативно-искаженная трактовка войны, в частности Великой Отечественной как важнейшей составляющей мировой войны, ставит под сомнение не только роль Советского Союза в войне, но даже нравственную значимость победы СССР.

Автор среди наступательных операций Красной армии во время зимней кампании 1942–1943 гг., которые также неоднозначно оцениваются в современной российской и зарубежной историографии в контексте перехвата стратегической инициативы во Второй мировой войне, рассматривает, подчеркнем, малоизвестную, почти забытую наступательную операцию.

На основе анализа значительного архивного материала и других источников исследуется Севско-Дмитровская наступательная операция Центрального фронта. Она проходила с 25 февраля по 27 марта 1943 г. В книге показана ее роль в борьбе за стратегическую инициативу в войне на советско-германском фронте в феврале‑марте 1943 г., что значительно дополняет известную картину боевых действий зимы-весны 1943 г.

Рассматривая эту операцию, автор стремился дополнить картину боевых действий и проанализировать, каким образом велась борьба за коренной перелом во Второй мировой войне как союзниками Советского Союза, так и их противниками, оценивая значение конкретных военных событий для всего хода войны и соответствие этим событиям решений, принимаемых политическим и военным руководством противоборствующих сторон.

Начало коренного перелома не только в Великой Отечественной войне, но и во всей Второй мировой войне было положено, как известно, победой в Сталинградской битве, которая явилась крупнейшим военно-геополитическим событием Второй мировой войны. Это привело к ослаблению Германии и ее влияния на своих союзников. Начался кризис профашистских режимов в Италии, Румынии, Венгрии, Словакии и др.

Актуальность темы усиливается и тем, что сама Севско-Дмитровская наступательная операция в отечественной и зарубежной историографии исследована недостаточно. Она была «забыта», так как не достигла поставленных командованием стратегических целей, а между тем одним из итогов операции стало формирование северного фаса Курского выступа. Как известно, именно сражение на Курском выступе, вошедшее в историю как Курская битва, сыграло решающую роль в «коренном переломе» хода Великой Отечественной войны, когда стратегическая инициатива окончательно перешла к Красной армии.

Февральско‑мартовское наступление Центрального фронта в 1943 г. оказалось в тени таких операций, как наступление под Сталинградом (операция «Уран» – с 19 ноября 1942 г. по 2 февраля 1943 г.), операция «Малый Сатурн» (с 16 по 30 декабря 1942 г.), наступление на Ростов (с 1 января по 18 февраля 1943 г.), наступление в районе Краснодара и Новороссийска (с 11 января по 24 мая 1943 г.), 3-е наступление на Синявино (операция «Искра» – с 12 по 30 января 1943 г.), советское наступление в направлении Острогожска и Россоши (с 13 по 27 января 1943 г.), наступление под Воронежем и Касторной (с 24 января по 5 февраля 1943 г.), наступление в Донбассе (на Ворошиловград) (с 29 января по 19 февраля 1943 г.), наступление на Харьков (с 2 по 23 февраля 1943 г.) и др.

Кроме того, автор, изучив архивные материалы, показывает взаимодействие регулярных частей Красной армии с партизанами, что также мало освещалось и в советской, и в зарубежной историографии. В военно-исторической и научно-исследовательской литературе партизанское движение, как правило, сводят к вооруженному сопротивлению, саботажу и диверсиям на временно оккупированных территориях СССР без привязки этих действий к положению на фронтах. Между тем партизанским соединениям отводилась значительная роль в наступательных операциях, а наступательные операции Центрального и Брянского фронтов, исследуемые в работе, наиболее показательны в части взаимодействия партизан с частями Красной армии во время борьбы за стратегическую инициативу в войне.

Необходимо также отметить, что название исследуемой наступательной операции Центрального фронта в разных источниках звучит по-разному. В директиве Ставки Верховного Главнокомандования никакого названия данной операции не указано. Так, Е. Е. Щекотихин рассматривает эту наступательную операцию как Орловскую (с 6 февраля по 24 марта 1943 г.), предпринятую войсками левого крыла Западного, Брянского и Центрального фронтов1. В других источниках она имеет название Дмитриев-Севская (так указано в Википедии), Севско-Орловская (такое название есть на сайте «Память народа»)2. В предисловии к книге «Великая Отечественная война – День за днем», в которой приведены оперативные сводки Генерального штаба Советского Союза, этой операции Центрального фронта дано название Севско-Гомельская3. Автор данной книги придерживается названия Севско-Дмитровская операция, так как наиболее ожесточенные бои велись в районе Севска и на Дмитровском направлении (имеется в виду г. Дмитров-Орловский), и линия фронта после окончания активной фазы операции пролегла рядом с этими населенными пунктами.

Автор считает, что Севско-Дмитровская наступательная операция Центрального фронта с 25 февраля по 27 марта 1943 г. являлась стратегической операцией, сыграла важную роль в борьбе за стратегическую инициативу на советско-германском фронте в период зимне-весенней военной кампании 1943 г. и ликвидации угрозы для столицы СССР Москвы. Результаты операции повлияли на формирование так называемого Курского выступа как стратегического плацдарма, с которого началось летнее наступление Красной армии. Его итогом стал окончательный переход стратегической инициативы в войне к Советскому Союзу.

О Севско-Дмитровской наступательной операции Центрального фронта, а тем более об ее роли в борьбе за стратегическую инициативу на советско-германском фронте в период зимне-весенней военной кампании 1943 г., нет прямых научных разработок. Она лишь упоминается в ряде работ, касающихся этого периода Великой Отечественной войны.

Советскую и российскую историографию по исследуемой проблеме можно условно разделить на три периода.

Первый период (1943–1953 гг.). Научную разработку интересующей нас проблематики в период войны и первое послевоенное десятилетие следует признать еще довольно слабой: работы носили в основном публицистический характер. На процесс изучения истории войны влияла также узость источниковой базы из-за недостаточной еще доступности основных архивных фондов. Многие документальные материалы еще не поступили в архивы.

Хотя после окончания Великой Отечественной войны работа по изучению ее истории, осмыслению хода боевых действий приняла планомерный характер и появились первые обобщающие работы, но материала по данной теме исследования в них почти нет. Среди исследований, включающих и некоторые материалы с упоминанием боевых действий исследуемой наступательной операции, следует отметить коллективный труд Военно-исторического управления Генерального штаба Вооруженных сил СССР, созданный под руководством генерал‑майора Н. М. Замятина, «Битва под Курском»4. В этой работе о самой Севско-Дмитровской наступательной операции Центрального фронта не говорится. Однако временные рамки исследования охватывают в том числе и март 1943 г., когда линия фронта стабилизировалась по так называемому Курскому выступу.

Второй период (1953–1987 гг.) охватывает годы, когда историография исследуемой темы получила некоторое развитие. В отличие от первого послевоенного десятилетия, в этот период исторические исследования боевых действий Центрального фронта проводились шире и на более солидной документальной основе, что положительно сказалось на научном уровне созданных исторических работ. Военные историки стали глубже и всестороннее анализировать ход боевых действий рассматриваемой наступательной операции. Необходимо отметить работу И. М. Маркина5, написанную на основе большого фактического материала, с привлечением архивных документов и использованием мемуаров некоторых немецких генералов (Г. Гудериана, Ф. В. фон Меллентина), изданных к тому времени в СССР. Настоящий труд представляет собой очерк боевых действий Красной армии, развернувшихся летом 1943 г. сначала к северу и югу от Курска, а затем в районе Орла и окрестностях Белгорода и Харькова. Он косвенно касается темы Севско-Дмитровской наступательной операции.

В целом военная историография обогатилась новым историческим материалом и характеризовалась повышением уровня исторических обобщений. Вооруженная борьба на Орловском плацдарме стала анализироваться посредством сравнения боевых действий не только фронтов (фронтовые операции), но и находящихся в их составе армий и соединений (армейские операции), с указанием подробных данных о них, описанием районов боевых действий, с включением в публикации архивной оперативной документации. Так, в издании «Советская военная энциклопедия» помещены краткие статьи о шести крупнейших операциях, которые проходили на территории Орловской области: Орловско-Брянской оборонительной, Елецко-Ливенской наступательной, Волховской наступательной, Курской оборонительной, Орловской наступательной («Кутузов») и Брянской наступательной6. В историографии не была представлена только одна операция – Севско-Дмитровская наступательная (февраль‑март 1943 г.).

Важное место занимали исследования, связанные с изучением боевого пути оперативных объединений и соединений, сражавшихся в январе – марте 1943 г. на данном участке фронта на исследуемой территории Орловской и Смоленской областей. Эти работы, вышедшие в середине 70-х – начале 80-х годов, раскрывают боевой путь воинов Брянского фронта, 13‑й, 21‑й армий7, 2‑го гвардейского кавалерийского корпуса8, 11‑го танкового корпуса9, 60, 69, 175, 193, 194, 354‑й стрелковых дивизий10, 37‑й гвардейской стрелковой дивизии11. Они позволили составить или уточнить общее представление о боевых действиях в исследуемом регионе.

С 1957 г. военными и гражданскими историками страны была развернута широкомасштабная работа по подготовке к изданию шеститомной «Истории Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 гг.»12. По сравнению с ранее публиковавшимися работами по истории Великой Отечественной войны источниковая база этого труда заметно расширилась. Много документов и архивных материалов было введено в научный оборот впервые. Создавая многотомник, авторы привлекли также материалы исследований, которые выходили во время войны и сразу после нее с грифом «секретно» и «для служебного пользования». Среди них были труды Генерального штаба, а также другие закрытые монографии и сборники, содержавшие описание важнейших битв и операций. Однако тема Севско-Дмитровской наступательной операции в этих изданиях рассматривается только косвенно, что подтверждает актуальность настоящего издания.

Серьезной вехой в историографии Великой Отечественной войны стал сборник «Важнейшие операции Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.»13. Хотя среди перечисленных операций Севско-Дмитровской нет, по положению других фронтов, соединений можно косвенно оценить и Севско-Дмитровскую операцию.

Большой вклад в изучение военных действий, создавших условия для проведения Севско-Дмитровской операции, внес В. П. Морозов своей монографией «Западнее Воронежа»14.

Результатом процесса интенсивной публикации архивных документов и материалов по истории Великой Отечественной войны, развернувшегося в этот период и в регионах, в том числе в Курской области, стал выход в свет двухтомника «Курская область в период Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 гг.»15. В нем были представлены документы, раскрывающие самые разные аспекты участия партийных, государственных органов, общественных организаций, населения в борьбе с врагом и оказания помощи фронту, а также материалы, отражающие участие в боевых действиях частей 60‑й армии Воронежского фронта. Сборники подобных материалов вышли почти во всех республиках и областях, подвергшихся оккупации противника16. Если значительную часть ранее изданных сборников составляли листовки и материалы прессы военных лет, то в новые сборники в основном стали включаться документы партийных органов, штабов партизанского движения, партизанских отрядов и соединений.

В целом, анализируя историографию второго периода, можно отметить, что, несмотря на большой объем выпущенных работ, непосредственно по теме настоящего исследования литературы не выпускалось, и можно лишь косвенно судить о Севско-Дмитровской наступательной операции, проводимой Центральным фронтом в феврале‑марте 1943 г.

Третий период начался с момента существенного расширения открытой для историков архивной базы (начало 90-х гг.). Это создало предпосылки для углубленного научного исследования и более объективного анализа решающих факторов, обусловивших в конечном итоге победу советских войск, в том числе в исследуемом регионе.

Вышедшие работы, базирующиеся на достаточно представительной архивной базе, продвинули вперед отечественную историографию о войне17. Однако появились и негативные последствия, ведущие к разрушению светлого образа солдат Великой Отечественной войны, которые в последние годы становятся очевидными. На государственном уровне вынуждены говорить о необходимости героико-патриотического воспитания как основы консолидации общества. Тем не менее массовыми тиражами продолжают выходить книги В. Б. Резуна18, В. В. Бешанова19, Б. В. Соколова20 и др., прямо искажающие историю войны. В этом контексте стоит отметить большой вклад в борьбу с фальсификацией военной истории сотрудников Института военной истории Академии Генерального штаба РФ. К примеру, в 2010 г. сотрудниками этого института, докторами исторических наук В. В. Изоновым и В. Г. Кикнадзе была выпущена книга «Велика Отечественна война 1941–1945 гг. Мифы и реальность»21. В приведенном выше исследовании дана объективная оценка многим военным событиям, вызывающим споры в научной и общественной среде, среди них так называемый «пакт Молотова – Риббентропа», роль И. В. Сталина в победе над врагом, оценка вклада в победу Красной армии и ее союзников.

Заметным вкладом в изучение событий Великой Отечественной войны стал 4-томник «Великая Отечественная война. 1941–1945», подготовленный авторским коллективом под руководством В. А. Золотарева и Г. Н. Севостьянова в 1998 г. и вышедший в издательстве «Наука». Во 2‑м томе указанного издания опубликованы военно-исторические очерки о переломном этапе войны, в том числе есть раздел, посвященный исследуемому февральско‑мартовскому 1943 г. наступлению Центрального фронта. В указанной работе Севско-Дмитровская наступательная операция показана как часть стратегического замысла советского командования по разгрому немецкой группы армий «Центр», рассмотрено взаимодействие Калининского, Западного, Брянского, Центрального и Воронежского фронтов в ходе наступательных операций зимы-весны 1943 г. Однако боевые действия Центрального фронта описаны довольно поверхностно и сопровождаются неточностями в определении даты начала и окончания операции, мест развертывания и последующего действия войсковых соединений, а также не совсем правильно определена линия фронта по окончании операции22.

Многие, но не все полемические вопросы были сняты с выходом официального статистического исследования, осуществленного коллективом авторов под общей редакцией Г. Ф. Кривошеева. Авторы в ходе исследования использовали множество данных, ранее хранившихся в секретных архивах. Авторская группа Генерального штаба и Военно‑мемориального центра Вооруженных сил РФ, используя ранее закрытые для печати архивные документы, исследовала потери, понесенные СССР в Великой Отечественной войне. В этом исследовании Севско-Дмитровская операция проходит как «боевые действия на Севском направлении (25.02–28.03.43 г.) Центрального фронта (65‑я и 70‑я армии, 2‑я танковая и 16‑я воздушная армии)» 23.

Старший научный сотрудник Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ В. О. Дайнес в книге «Рокоссовский против Моделя. Гений маневра против мастера обороны»24 в контексте противостояния двух талантливых полководцев кратко описывает события на центральном участке советско-германского фронта в феврале‑марте 1943 г.

В 2000-х годах наиболее интересны исследования к. и. н. А. В. Исаева. В частности, его книга «Когда внезапности уже не было»25 посвящена операциям Красной армии в летне-осенней кампании 1942 г. и их развитию зимой 1942–1943 гг. В книге А. В. Исаев отстаивает тезис о наличии у Верховного командования Красной армии собственного стратегического наступательного плана зимней кампании 1942–1943 г., родившегося в результате успешного контрнаступления Красной армии под Сталинградом, целенаправленно проводившегося в жизнь Ставкой ВГК, и ставшего основой для успехов Красной армии на Кавказе, Среднем Дону, Воронежском и Харьковском направлениях, а также под Ленинградом. В книгах А. В. Исаева Севско-Дмитровская операция освещена слабо, он рассматривает эту операцию как наступательные действия Центрального фронта на Брянском направлении.

В связи с появлением ранее недоступных для историков материалов в 2000-х годах были опубликованы работы В. В. Бешанова, В. Гончарова о наступлении на орловском и брянском направлениях частей Центрального фронта26. Однако у этих работ достаточно узкая источниковая база.

В монографии П. Е. Букейханова27 подробно анализируются планы немецкого командования по ликвидации Курского выступа в марте 1943 г. Несмотря на то, что автор показал, как формировался Курский выступ, Севско-Дмитровская операция описана поверхностно как наступление Центрального фронта и Севский рейд конно-стрелковой группы генерала К. К. Крюкова. Автор описал действия Центрального, Брянского и Западного фронтов в феврале‑марте 1943 г. на основе мемуаров советских и немецких военачальников, ссылки на архивные материалы отсутствуют.

Среди крупных работ, посвященных боевым действиям на территории нынешних Орловской, Курской, Брянской и Тульской областей в 1941–1943 гг., необходимо отметить монографию орловского историка, доктора исторических наук Е. Е. Щекотихина28. Автор на основе большого фактического материала, извлеченного из фондов Центрального архива Министерства обороны РФ и Федерального военного архива ФРГ, исследовал боевые действия на орловском направлении. В монографии есть краткое описание Севско-Дмитровской операции, но автор называет ее «боевые действия войск Центрального фронта (февраль‑март 1943 г.)». Совместные действия Брянского и Центрального фронтов в феврале‑марте 1943 г. Щекотихин называет Орловской операцией. Автор сумел подсчитать понесенные противоборствующими сторонами потери.

Большой вклад в изучение сражений на Курской дуге внесли историки Л. Лопуховский и к. и. н. В. Н. Замулин. В 2006 г. вышла монография Л. Лопуховского «Прохоровка без грифа секретности»29, в которой автор на основе анализа большого количества источников, в том числе и ранее недоступных, исследовал сражение на южном фасе Курского выступа в июле 1943 г.

В. Н. Замулин в своих работах «Крах наступления генерала Кемпфа»30, «Переломный момент Курской битвы. Забытое сражение Огненной Дуги»31 в основном исследует сражения июля 1943 г., проходившие в полосе Воронежского фронта. Работы к. и. н. Замулина отличает привлечение большого количества источников, в том числе из военных архивов США и ФРГ, что позволяет более детально изучить боевые действия, особенно планы противоборствующих сторон и степень их реализации. Но в этих работах В. Н. Замулина Севско-Дмитровская операция не затрагивается. Однако в 2018 г. была издана новая работа В. Н. Замулина «Курск-43. Как готовилась битва „титанов“»32. В новом исследовании В. Н. Замулин уделил большое внимание вопросу историографии Курской битвы, событиям, предшествовавшим «битве „титанов“», планам сторон на летнюю кампанию 1943 г., раскрыл роль партизанского движения на этапе подготовки немецким командованием наступательной операции «Цитадель». В научный оборот введено большое количество ранее неизвестных документов. В этой работе есть упоминание наступления Центрального фронта в марте 1943 г.

В раскрытии темы формирования Курского выступа интерес представляет монография д. ф. н. И. Б. Мощанского «Превратности стратегии»33. Автор исследует сложные и драматичные события на южном фланге советско-германского фронта в феврале‑марте 1943 г. Показано, как два фронтовых объединения – Юго-Западный фронт, под командованием Н. Ф. Ватутина, и Воронежский, под командованием Ф. И. Голикова, – как бы соревновались между собой за освобождение большей площади советской территории. Но и в данном издании Севско-Дмитровской наступательной операции Центрального фронта внимания не уделено, более того, упоминая в своем исследовании 21-ю армию, под командование генерала И. М. Чистякова, автор не указывает факт передачи этой армии из состава Центрального фронта в состав Воронежского для усилении последнего. Повествуя о марше 21‑й армии в район развертывания, И. Б. Мощанский пишет следующее: «…шла 21‑я армия генерала И. М. Чистякова, переброшенная из-под Сталинграда. Она уже с неделю как выгрузилась в районе Ельца и теперь выдвигалась на рубеж севернее Белгорода»34, однако, согласно документам Центрального фронта, 21‑й армии, совершившей марш из района выгрузки, на 8 марта ставилась задача – начать выдвижение на рубеж «Тросна, Чернь, имея в виду наступление в направлении Кромы, Орел»35. Однако уже 11 марта 21‑я армия получила приказ командующего фронтом генерал-полковника К. К. Рокоссовского выдвигаться в район Курска36.

В боях на Севско-Дмитровском направлении на стороне противника принимали участие подразделения коллаборационистов, в том числе печально известная бригада РОНА под командованием Б. Каминского. В изучение преступной деятельности коллаборационистов внесли значительный вклад истории-исследователи Д. Жуков и И. Ковтун. В частности, автор использовал в работе исследование Д. Жукова и И. Ковтуна «Бургомистр и палач. Тонька-пулеметчица, Бронислав Каминский и другие»37

В военно-историческом исследовании «Великая Отечественная на земле Российской»38 описаны события, происходившие в период войны, в том числе и на территории Центрального Черноземья. Авторы указывают на большую роль курского направления в военной истории России в целом и в истории Великой Отечественной войны в частности. Впервые приведены обобщенные данные об увековечивании погибших на территории каждого района области, в том числе и Орловской области. Недостатком является путаница при указании наименований и сроков боевых операций, проведенных советскими войсками зимой 1943 г. на территории Черноземья. Что касается темы данного исследования, то материал пришлось выискивать по крупицам, так как о Севско-Дмитровской наступательной операции ничего не сказано.

Непосредственно о событиях под г. Севском написано в 2011 г. в сборнике брянского краеведа В. С. Макухина, в который помещены воспоминания очевидцев обороны города Севска в марте 1943 г., бывших разведчиков, минометчиков, стрелков, рядовых и командиров 30‑й отдельной лыжной стрелковой бригады, записанные со слов очевидцев, переписка с участниками обороны. Эти воспоминания дают яркую картину героической обороны города39 и использованы в нашем исследовании.

При исследовании электронных ресурсов автором были найдены интересные материалы40. Наиболее полно попытался описать события исследуемой наступательной операции в своей статье брянский краевед В. Н. Абашкин41. Он попытался подробно исследовать события Севско-Дмитровской наступательной операции Центрального фронта в феврале‑марте 1943 г., но в статье недостаточно архивных документов. В статье В. Н. Абашкина больший акцент сделан на действия конно-стрелковой группы под командованием генерала В. В. Крюкова, действия других соединений фронта описаны поверхностно.

Таким образом, ни научных, ни публицистических обобщающих работ по данной операции практически нет. Упоминания о ней носят фрагментарный характер, а посвященные непосредственно ей имеют характер мемуаров.

Работы иностранного происхождения данной темы практически не касаются, за исключением воспоминаний участников событий.