Останься со мной живым

Апрель научил нас любить

Май научил нас мечтать

Январь научил меня жить

Февраль научил меня ждать

С. Бобунец

– Вот ключи от калитки и ворот, вот два от дома, а вот этот от сарая, который на заднем дворе, – продавец показал мне каждый, быстро сунул связку в руки и поспешил спрятать ладони в карманы. На дворе стояла середина октября, но по ощущениям и погоде самый настоящий ноябрь.

Честно говоря, я тоже замёрзла, мы долго выгружали коробки с вещами из машины риелтора, выстраивая их у забора.

– Угу, – я кивнула, сжимая в руке заветную связку. Сердце моё ликовало. Волнительный момент. Всё-таки эйфория и радость от обладания собственным домом приходят не когда подписываешь бумаги, не когда завершаешь сделку, а в тот момент, когда получаешь ключи и переступаешь порог своего нового жилища.

– Ну, я поехал. Всего хорошего. – Риелтор вдруг развернулся и зашагал к машине.

Хоть бы коробки помог внутрь занести. Да и в доме я была последний раз три недели назад, когда приезжала посмотреть, правда, хозяин заверил, что всё останется на своих местах: и мебель, и техника, и утварь. И собака?!

Войдя в ворота, я так и замерла: посреди двора сидел золотистый ретривер и приветливо махал хвостом. Почему они не забрали собаку? Я поспешила за калитку в надежде, что риелтор ещё не успел уехать, но машина уже скрылась за поворотом. Озябшие пальцы с трудом гнулись и не попадали по экрану смартфона, но продавец быстро ответил, и я вывалила на него новость о питомце:

– Сергей Геннадьевич, вернитесь! Тут во дворе собака! Хозяева, наверное, забыли, они её заберут?

– Нет, Екатерина. Собака останется при доме. Он не кусается, сделаны все прививки. Если будет надоедать, можете усыпить. Всего хорошего, – отрезал риелтор и повесил трубку, не дав мне опомниться.

Удивительно, как быстро из общительного и радушного риелтора Сергей Геннадьевич превратился в чёрствого и холодного человека, видимо, он давно хотел продать этот объект. Странно, такой шикарный дом, цена ниже рыночной на треть, да ещё и мебель всю оставили.

– Эй, дружок, ты, наверное, голоден? – поджав губы, спросила я у собаки. Пёс подошёл ко мне, обнюхал. Он не скалился, радостно вилял хвостом, да и добродушная морда не внушала опасений, я сразу поняла, что мы подружимся. Ну как можно усыпить такого милого пса?

Я всегда хотела завести собаку, но надеялась сначала обжиться, а потом уже присмотреть себе питомца. Что ж, купила дом мечты – собака в подарок.

Перетащив коробки внутрь жилища, я согрелась и устала. А после долгой дороги из Москвы в Тверь хотелось поесть и отдохнуть. Я обошла все комнаты. Странно, дом выглядел так, будто в нём кто-то живёт: на столе стояла большая синяя кружка, валялись чистые листы бумаги и карандаши, на плите – чайник, на диване лежал толстый шерстяной плед, да и само помещение было тёплым. Кто-то явно включил отопление к моему приезду. Пустовала ванная и спальня – нигде не оказалось вещей, но зато на стенах висели картины, в кухонных шкафах лежали тарелки и кастрюли.

Что покорило меня, когда я впервые приехала посмотреть дом, так это панорамная стеклянная стена, выходящая на задний двор, и настоящий камин в гостиной. Тот, кто построил это здание, явно вложил сюда частичку души – настолько уютно я себя не чувствовала даже у родителей.

Первым делом я занялась наведением порядка – предстояло перемыть все восемьдесят квадратов новой собственности, а пыли накопилось немало. Включив на ноутбуке новинки современной попсы, я принялась за дело. Мне оставалось вымыть только ванную и туалет, как в доме выключился свет.

Приехали! Не прошло и трёх часов, как уже начала барахлить проводка. Подсвечивая себе путь фонариком на телефоне, я спустилась в подвал к электрощиту. Странно, всё было исправно, ни один автомат не выключился. Наверху заиграла «O Fortuna» Карла Орфа, да так громко, что по спине побежали мурашки. Сердце начало ухать в унисон тревожной музыке.

Свет горел во всём доме и не просто горел – мигал под ритм пугающей мелодии. Это розыгрыш, шутка? Кто-то решил меня напугать. Им удалось, продолжения банкета в том же духе не хотелось. Стало жутко.

Я подбежала к ноутбуку, сначала убрала громкость, а потом и выключила мелодию. А ведь такую музыку я никогда не слушала. Свет перестал мигать, во дворе залаяла собака, довольно повизгивая. А ведь моё сердце только успокоилось.

Вооружившись шваброй, я осторожно выглянула во двор – пса не было видно, но зато задорный лай разносился по всей округе. Собака бегала и весело прыгала за домом.

– Эй, пёсель! – позвала я. – Ты внимания хочешь? Иди сюда!

Он прибежал, радостно подставляя морду под ладонь, потом вцепился зубами в швабру и вырвал из рук. Пёс рычал, скакал по двору, пока я бегала и пыталась отобрать своё орудие.

Когда я вконец выдохлась и перестала гоняться за псом, он сам вернул швабру:

– А ты хитрюля, – потрепала его за ухо. – На кого ты тут лаял? Напугал меня.

Собака вдруг легла, прижала уши и жалобно заскулила.

– Ну ты чего? – погладила поникшего пса. – Тебе, наверное, грустно, что ты один? Не волнуйся, теперь с тобой я, дружок. Буду звать тебя Дружок. Пойду раздобуду нам что-нибудь пожевать.

На улице уже давно стемнело, пёс побрёл в свою будку, а вот дом оказался заперт. Только я ещё не сошла с ума и ясно помнила, что не закрывала дверь, когда выбежала на улицу. А ключи оказались внутри. «Прекрасное» завершение дня.

– С новосельем тебя, Катя! – я прижалась лбом к запертой двери и принялась думать, как попасть в дом.

Окна я не открывала – этот вариант отпал сразу. Придётся подвинуть Дружка, у него большая будка. Обошла вокруг здания дважды, попыталась взломать заднюю дверь и окна. Может, сарай не заперт, ведь туда я ещё не заглядывала, вдруг там есть лом или лестница?

Сарай действительно был открыт – там стоял велосипед, высилась гора картонных коробок, лежали дачные и строительные инструменты (целый стеллаж), а также валялись два больших мешка собачьего корма. Лома в сарае не оказалось, но хоть Дружок теперь не оголодает.

Собака была накормлена, а я решила посмотреть, что в коробках, вдруг там найдутся запасные ключи. В основном коробки заполняли мужские вещи: рубашки, футболки, пальто, носки. Но в одной нашлись вдруг канцтовары: карандаши, акварель, пастель, кисточки, листы бумаги, но рисунков не было. Наверное это всё принадлежало бывшим владельцам дома. Из кучи бумаг вывалилась визитка «Соколов Егор Витальевич, главный прораб строительной компании Квадра», контакты и московский адрес.

Странно, что вещи никто не забрал, но больше всего было обидно за пса, хотя в доме явно кто-то жил, заботился о собаке. Нужно в ближайшее же время познакомиться с соседями и узнать о бывших жильцах поподробней.

В ещё одной коробке нашлись фотографии в рамках, книги, ежедневник. С фотографии смотрел молодой темноволосый мужчина, на вид не больше тридцати лет. Только это не продавцы, собственниками были супружеская пара. Правда, они говорили, что дом раньше принадлежал мужчине, который погиб. Может, на фотографии как раз он? На одном снимке незнакомец стоял рядом с высоким мужчиной, оба были на велосипедах, на другом – с собакой, тем самым ретривером, что встретил меня сегодня во дворе, а на третьем – с девушкой, шатенкой в коктейльном платье.

Не знаю почему, но долго смотрела на эти фото, и меня одолела удушливая тоска. Вот существовал человек, строил планы, мечтал, дом построил, а потом в один миг вся его жизнь оказалась в картонных коробках в сарае. А в дом, который он явно создавал для себя, вселились посторонние люди. Может, ему и всё равно, а мне почему-то стало стыдно, будто я бесцеремонно присвоила чужую жизнь. Всё-таки нужно отдать дань памяти и благодарности бывшему хозяину за тёплый и уютный дом моей мечты.

Я вздохнула, растрогалась до слёз, глядя на снимки совершенно незнакомого мне человека, быстро сложила вещи назад в коробки. Утёрла слёзы и встала, мысленно пообещав себе, что не буду вмешиваться в жизнь покойного: «Прости, что рылась в вещах. Не моё это дело».

Дружок опять залаял и принялся носиться по двору, а из дома раздалась громкая музыка. По спине в который уже раз побежали мурашки. А когда дверь на задний двор сама собой распахнулась, меня бросило в холод.

– Боже, что же с этим домом не так?! – прошептала я себе под нос, но решительно пошла внутрь.

Глава 2. Утро добрым не бывает, когда призрак оживает

Ноутбук вновь был включен, громкость выкручена на полную, и музыка совершенно не в моём стиле – иностранный рок. Я выключила звук и огляделась. Всё по-прежнему лежало на своих местах.

– Выходи! – заорала я на весь дом, покрепче сжимая в руках швабру. – Хватит розыгрышей, иначе я вызову полицию!

Ответом послужила тишина. В жизни не было настолько жутко. Может, впустить Дружка в спальню, иначе как я буду спать одна, зная, что в доме кто-то есть?

До самой поздней ночи я так и ходила со шваброй наперевес, но теперь не убиралась, а боялась. Однако ничего странного в доме больше не происходило. Поужинала я чаем и бутербродами с колбасой. Так проголодалась за день, что сделала сразу шесть штук, но осилила только два. Двумя поделилась с Дружком, а ещё пару положила в холодильник на завтрак.

Застелила кровать новым комплектом постельного белья, впустила в спальню собаку, и, похоже, псу это понравилось, он выглядел счастливым и всё норовил лизнуть меня в лицо. Правда, пришлось предварительно искупать его и просушить феном, отчего он распушился, как померанский шпиц.

Ночник оставила гореть. Я так устала, что, думала, доберусь до подушки и сразу провалюсь в сон. Но быстро уснуть не удавалось, я всё прислушивалась к звукам в доме, то мне мерещилось, что где-то льётся вода и гудит насос, то будто слышался чей-то шёпот. Дружок спал рядом с кроватью и храпел на весь дом, как дед, но зато с ним было спокойнее. Дурные мысли занимали мою голову, кто же так жестоко шутил надо мной: выключал свет, пугал музыкой, запер дверь, а потом всё-таки впустил.

Может, в доме живёт полтергейст или привидение, или это шаловливый домовой? С беспокойными мыслями я незаметно провалилась в дремоту, но сон был тревожный, мне всё время казалось, что по дому кто-то ходит и разговаривает.

Утром я встала разбитая, но погода радовала – за окном светило солнце. Дружка рядом с кроватью не оказалось. При свете дня страх улетучился, и вчерашние события уже не пугали. Умывшись, я зашла на кухню и вскрикнула от ужаса.

За столом сидел мужчина, и выглядел он точно так же, как на снимках в коробках. Живой и невредимый жевал оставленные вчера в холодильнике бутерброды и, открыв ноутбук, разглядывал фотографии на моей странице в соцсети. Дружок преданно лежал у ног хозяина. Мужчина обернулся на крик, а я почувствовала, что седых волос на моей голове стало больше.

Следующая мысль была о том, что я стала жертвой мошенников, и никакого умершего бывшего владельца нет, точнее, он есть, но не мёртв. И теперь меня ждут суды, где придется доказывать право собственности. Чувствовала я себя полной дурой, которая повелась на низкую цену. Такие дома за такую стоимость не купить, пусть и на окраине Твери.

– Что в-вы здесь делаете? – отчего-то начала заикаться и ущипнула себя за руку.

– Привет, – улыбнулся он. – Спасибо за бутерброды, я жутко голодный. Меня зовут Егор, будем знакомы.

– К-к-катя, – начала ещё больше заикаться я, но решила сразу как-то обозначить свои права. – Я вчера переехала, живу теперь тут.

– Да, я в курсе, не волнуйся, сейчас доем и уйду, не буду тебя смущать, – вернулся он к завтраку, с аппетитом откусывая бутерброд и отхлёбывая чай из той самой кружки, что вчера стояла на столе.

А я мысленно вспоминала, где оставила швабру, она бы сейчас пригодилась. Почему-то появилась уверенность, что я стала жертвой мошенников, но не хотелось так легко сдаваться.

– Как вы сюда попали? – собрав оставшуюся смелость в кулак, в очередной раз спросила я. – Это вы меня вчера пугали?

Пережёвывая бутерброд, он усмехнулся, а потом добавил:

– Ты слушала какую-то ерунду, я не мог этого вынести.

Он разговаривал с такой непосредственностью, как будто мы сто лет знакомы, а я была словно рыба, выброшенная на раскалённые пески пустыни Сахара. Совершенно ничего не понимала.

– Это теперь мой дом! У меня есть документы! – настаивала я.

– Не спорю, – усмехнулся незнакомец. – И, кстати, спасибо, что накормила вчера Демона.

Егор доел, потрепал собаку за ухо, а потом встал и спокойно прошёл мимо меня. Значит, Дружка зовут Демон. Я постепенно приходила в себя и чувствовала подкатывающее возмущение. А Егор был сама невозмутимость. Я вчера в сарае оплакивала и жалела его, а сегодня он живее всех живых сидит на кухне и нагло поедает мои бутерброды. Но ещё больше меня разозлило, то что он ничего не объяснял и разговаривал так, будто насмехался. Не люблю чувствовать себя дурой, но сейчас ощущала себя именно так.

– Может, вы всё-таки объясните, что здесь делаете?

– Думаешь, стоит?! – обернулся он. – Всё нормально. Это теперь твой дом, живи. А я пойду выгуляю Демона.

Егор свистнул, и собака, весело виляя хвостом, вскочила и засеменила за хозяином. А я так и осталась стоять ошарашенная посреди кухни, чувствуя себя полной дурой.

Хлопнула дверь, я выглянула в окно. Егор с собакой пошли в сарай, и оттуда мужчина вышел закутанным в пальто и шарф, затем они скрылись за воротами. Я опять ущипнула себя. В голове не укладывалось – если он мошенник, то почему не выселяет меня из дома? Что он задумал? А что, если он маньяк, ведь не зря у дома такое расположение: окраина частного сектора, а дальше только лес.

Мне нужно было срочно познакомиться с соседями, может, удастся найти хоть какие-то ответы.

Глава 3. Схожу с ума

Ближайшими соседями оказалась семейная пара Анна и Сергей Антоновы. В выходной день они были дома и радушно пригласили меня в гости. Я рассказала про себя, про переезд из Москвы и ненавязчиво спросила про предыдущих жильцов.

Меня смутило, что они переглянулись, прежде чем начать. Но потом Анна заговорила:

– Там раньше жил Егор, он и построил этот дом, хороший был человек, мы с ним дружили, руки у него золотые. Он погиб почти два года назад. Дом долго простаивал, а потом брат Егора продал его семье с детьми, но они как-то быстро съехали.

– А почему? И как погиб Егор? – с пристрастием начала расспросы я, ведь не сумасшествие же это, ведь был же он с утра в кухне.

Анна с Сергеем ещё раз переглянулись:

– Может, ещё кофе? – подорвалась Анна, взяла мою полупустую кружку и пошла к плите.

– Я не знаю, почему съехали, – пожал плечами Сергей и отвёл глаза. – Егор банально погиб, автобус в гололёд развернуло на встречку. Об этом даже в новостях говорили. Вообще, с домом какая-то мистика связана. Пса Егора, Демона, после смерти хозяина брат забрал в Москву. И тот пропал через пару дней, двести километров пробежал, но появился здесь через неделю, лёг под ворота дома и не вставал. Соседи Демона к себе пытались забрать, он ото всех убегал и у ворот лежал, но кто-то его всегда пускает во двор и кормит, – Сергей посмотрел на меня и, как бы извиняясь за подробности, поджал губы. – Иногда свет во дворе горит, а Демон частенько бродит по округе. Но не может же собака сама себя накормить, ворота открыть и свет включить?

Я не знала, могу ли доверять соседям, боялась, что, если расскажу, как Егор сегодня пил чай на кухне, они вызовут психиатра. Но раз ребята поделились со мной историей с собакой, думаю, скрывать им нечего. Да и люди на вид хорошие.

– Мне кажется, Егор живёт в доме. А вообще, при жизни у него были какие-то странные наклонности? Честно говоря, я его боюсь, – призналась я. Что ж, если я исчезну, по крайней мере, пара людей будет знать о моей встрече с «мертвецом».

– Как живёт? – удивлённо уставилась на меня Анна.

– Пришёл и хозяйничает, с собакой вот гулять ушёл, вчера дом запер и не пускал меня.

Антоновы вновь переглянулись, и Анна предложила:

– А это точно Егор? Катя, давай телефонами обменяемся, если он опять придёт, позвоните нам.

– Хорошая мысль.

Из дома соседей я выходила с двояким ощущением: с одной стороны, они подтвердили, что Егор мёртв, но с другой – выходило, что я брежу. Может, не стоило им рассказывать о странном госте?

Вернувшись в дом, я застала «картину маслом»: Егор разжигал камин.

– Так! – с порога заявила я и сразу решила расставить все точки над «i». – Кто ты такой? И что делаешь в моём доме?

Он обернулся и всё с тем же невозмутимым видом посмотрел в мою сторону. Закрыл разгорающийся огонь экраном и встал, отряхивая руки.

– У тебя тут было холодно.

Да он просто мастер игнорировать вопросы и менять тему. Я нахмурилась и повторила вопрос, выискивая взглядом швабру:

– Кто ты такой?

И подумала о том, что нужно сменить замки. Егор стоял передо мной: наглый, невозмутимый, беспардонный.

– Так и будешь молчать? – я сделала рывок вперёд и вооружилась шваброй.

Он рассмеялся:

– Ты меня убить этим собралась? – А потом просто сел на диван и накрылся пледом по шею. – Я замёрз.

У меня не нашлось слов противостоять такой бестактности.

– Я хочу, чтобы ты ушёл! – Встала напротив него и выставила впереди швабру.

– Слушай, если я скажу тебе правду, ты всё равно не поверишь.

– А ты попробуй! – я нагнала на лицо побольше строгости, пусть видит, что никого не напугал, но сама уже думала, как бы незаметно позвонить Антоновым. – Я сейчас!

Выйдя на кухню, быстро набрала телефон соседей, Сергей сказал, что придёт прямо сейчас. И правда, через пару минут он уже раздевался в прихожей и прошептал:

– Где он?

– Там, у камина, – указала я, не выпуская швабру из рук.

Мы прокрались в гостиную, Егор сидел на диване, укутавшись пледом, и смотрел на огонь. Заметил нас и улыбнулся, обрадовался соседу:

– Серёга!

Но Сергей лишь недоумевающе посмотрел на меня:

– И где он?

– Как, где? Вот сидит на диване, ухмыляется! – удивилась я.

Сергей ещё раз посмотрел на диван, на камин, на меня. Его взгляд был более чем красноречив, мужчина считал меня сумасшедшей.

– Прости, Катя, но я вижу лишь диван и плед. Здесь никого нет, – осторожно проговорил сосед.

Непрошенный гость победно улыбался и молчал.

– Но как же… – мы встретились с Егором глазами. Больше всего не люблю выглядеть глупой, но сейчас выставила себя дурой. Попыталась убедить соседа ещё раз: – Он же вот, прямо перед тобой.

– Катя, здесь никого нет! – твёрдо заявил Сергей и обнадеживающе сжал моё предплечье. – Если будет нужна помощь, всегда можешь приходить или звонить.

Я не знала, что делать, как доказать, что Егор находится в этой комнате, и не могла понять, почему Сергей его не видит.

– Спасибо, – кивнула я, убеждать уже не было смысла. В руках я держала телефон и вдруг решила сфотографировать Егора. Навела камеру на него, перестал улыбаться. Сделала снимок.

Но когда открыла, чтобы показать Сергею, на фотографии никого не было. Просто лежал плед, а в комнате по-прежнему сидел Егор.

Сердце волнительно бухало в груди, мир начал плыть, а пол кружиться. Я оперлась о швабру.

– Не трудись искать объяснения, – подал серьёзный голос Егор. – Я мёртв.

Глава 4. Кто в доме хозяин

Сергей ушёл, в его глазах отразилось сочувствие. Видимо, теперь он считал меня сумасшедшей, да я уже и сама стала сомневаться в собственном разуме.

– К-к-как мёртв? – снова заикаясь, спросила я и осторожно села на кресло рядом с камином.

– Как люди умирают. Хлоп – и нет человека, – с абсолютным равнодушием проговорил Егор.

– Почему тогда я тебя вижу? Мёртвые люди не едят бутерброды с колбасой! – аргументировала я.

Он захохотал:

– А ты со многими мертвецами общалась? Я вот ем и очень люблю, – смеялся Егор. – Сделаешь ещё парочку и чай погорячее?

От подобной наглости у меня дар речи пропал, я потрясла головой, чтобы наваждение прошло.

– Издеваешься? Что ты, блин, такое?! – возмутилась я.

– Сделаешь бутерброд и чай, расскажу, – с ухмылкой Чеширского кота промурлыкал Егор.

– То есть добровольно ты мой дом не покинешь? – прямым текстом спросила я.

– Это и мой дом тоже, – сжал губы в невинной улыбке. – Подай на меня в суд, как сделали прошлые жильцы. На мертвеца. В суд. Удачи.

Я сердилась, хмурилась и думала, как от него избавиться.

– Ладно, не обижайся, – нарушил молчание Егор. – Я постараюсь не тревожить тебя лишний раз. Но сделай, пожалуйста, бутербродов с чаем. Холодно очень, – поёжился он.

– Как холодно? – я вдруг поняла, что в комнате стало невыносимо душно от камина и включенного отопления. А ещё меня обдало жаром от нахлынувшего гнева. – Тут же жара! Холодно тебе?! Если ты мертвец, твоё место в морге или на кладбище! Тебе не должно быть ни холодно, ни жарко!

Я встала и решительно распахнула дверь на задний двор, по комнате тут же поползли потоки обжигающе стылого воздуха.

– Жестокая ты! – сердито буркнул Егор. Вскочил с дивана, захлопнул дверь. А потом, также кутаясь в плед, ушёл на кухню.

Только после этого я спокойно выдохнула, но вопросов в голове роилось немало. Близился вечер, нужно было приготовить ужин, разложить оставшиеся вещи из коробок, покормить Дружка (решила из вредности называть так собаку). Но на кухню не решалась заходить. Расположилась у камина и позвонила лучшей подруге, Ульяне. Та куда-то ехала, ответила из машины:

– Как твой новый дом? Уже обжилась? Когда планируешь праздновать новоселье? Будет шумная вечеринка? – зачастила с расспросами и улыбнулась она, зная, как я не люблю подобные сборища. – Ты съехала, а я уже скучаю.

– Дом классный, тут даже собака есть. Я назвала его Дружок…

– Его зовут Демон! – вставил внезапно появившийся в гостиной Егор и уселся рядом. Улыбнулся и помахал в камеру моей подруге. – Привет! А я её новый любовник, Егор. Катя тебе обо мне не рассказывала? Теперь мы будем жить вместе.

Ульяна на том конце видеосвязи потеряла дар речи, широко раскрыв глаза, вглядывалась в экран смартфона.

– Уль, на дорогу смотри! – испугалась за подругу я.

– Кать, Кать, погоди! Ты мне почему ничего не рассказывала? Ты съехалась с кем-то? Поэтому уехала из Москвы? – вновь начала она сыпать вопросами.

– Стоп! Ты его видишь? – удивилась я.

– На воображаемого друга он не похож, – засмеялась она.

– Даже от лучшей подруги секреты, – опять вставил Егор, отпивая из своей кружки чай и кутаясь в плед, и всё ещё обращаясь к Ульяне. – Катя боялась, что ты меня отобьёшь, вот и не знакомила.

– Хватит нести чушь! – разозлилась я. – Уль, я тебе всё расскажу, но потом.

– Ты уж потрудись, – приподняла бровь подруга.

– Уль, он всё врёт! Вломился ко мне в дом и не даёт покоя. Давай потом поговорим, когда его не будет рядом, – попыталась я побыстрее свернуть разговор, пока Егор не ляпнул ещё чего-нибудь.

– Враньё всегда разрушает дружбу, – всё-таки успел вставить он. – Ульяна, приятно было познакомиться. Приезжай в гости.

– Пока, пока, – всё ещё удивлённая подруга смотрела на нас не моргая.

А я поспешила отключиться и вскочила как ужаленная – моему негодованию не было предела:

– Ты что творишь?! Зачем лезешь в мою жизнь?!

– Ты же вчера перебирала мою, – он пристально посмотрел в глаза и пожал плечами. – Безобидная шутка, ничего более.

– Как? Почему она тебя увидела? – не унималась я. Вновь достала смартфон и сфотографировала Егора. Но на снимке его опять не оказалось – кружка стояла на столике, а плед лежал на диване. – Почему тебя нет на фотографиях? Почему Сергей не видит тебя, а Уля видит?

Я и не заметила, как принялась расхаживать взад-вперёд, вцепившись руками в волосы, а он сидел себе спокойно и прихлёбывал чай.

– Слишком много вопросов, – усмехнулся Егор. – Ты хочешь ответов, а я хочу бутербродов.

– Да иди ты! Оставь меня в покое! – на этот раз я вылетела из гостиной.

И ушла на кухню. Внутри всё кипело, не помню, чтобы хоть раз в жизни доходила до такого исступления: меня потряхивало от злости, я не могла сосредоточиться, переживала. Никогда не умела ругаться с людьми, после ссор мне всегда плохо, самочувствие хуже, чем если подхватить грипп. Но Егор, этот самодовольный болван, вывел из себя. Я опять расхаживала взад-вперёд, ругаясь на него.

А когда чуть успокоилась, решила пожарить омлет – взбила яйца с молоком, вылила на раскалённую сковороду, по дому поплыл аппетитный аромат.

Егор не заставил себя долго ждать – тут же притащился на кухню, всё так же укутанный в плед: