Две стороны равновесия. Возвращение к истокам

Ночной забег

Ночь пришла в горы Великой Академии Небесного Свода не резко, не внезапно, а так, словно сама природа медленно укрывала мир драгоценным покрывалом из тишины и теней. Последние отблески заката давно растворились за бесконечной грядой западных пиков. Алое золото угасло на снежных вершинах, уступая место глубоким оттенкам синевы и серебра. Небо постепенно темнело, пока не превратилось в бескрайний океан ночи, усыпанный тысячами звёзд. Высоко над землёй, там, где располагалась главная обитель Академии Небесного Свода, казалось, будто сама граница между небом и миром людей становилась тоньше.

Горные пики возвышались над облаками подобно каменным исполинам, застывшим со времён сотворения мира. Одни вершины были острыми и суровыми, словно гигантские копья древних бессмертных. Другие выглядели плавными и величественными, напоминающими спины дремлющих драконов. Третьи уходили настолько высоко в небо, что их верхушки скрывались среди серебристых облаков, неспешно плывущих под лунным светом. Сама луна сегодня была особенно яркой. Огромный серебряный диск висел над горизонтом, озаряя горы мягким холодным сиянием. Под этим светом скалы приобретали удивительную красоту. Каждая трещина, каждый уступ и каждый древний камень отбрасывали длинные тени. Где-то выступающие скалы блестели словно отполированный металл. Где-то наоборот выглядели почти чёрными провалами, в которых будто бы могла скрываться сама вечность. Ветер неспешно гулял между вершинами. Он спускался с ледников высокогорья, проходил через узкие ущелья и проносился над бесчисленными лесами, окружающими Академию.

Его дыхание было прохладным и свежим. Он приносил запах хвои. Запах ночных цветов. Запах влажной земли. Запах горных ручьёв. И едва уловимый аромат духовной энергии, которой были насыщены эти древние земли.

Леса, окружающие территорию Академии, сейчас выглядели особенно загадочно. Днём они поражали своей зеленью и величием. Ночью же превращались в настоящий океан теней. Миллионы древесных крон колыхались под ветром подобно тёмным волнам. Иногда среди них вспыхивали крошечные огоньки. Это были светлячки. Сотни. Тысячи. Десятки тысяч маленьких искр. Они плавно кружились между деревьями, превращая отдельные участки леса в подобие звёздного неба, случайно опустившегося на землю.

В некоторых местах журчали ручьи. Их прозрачная вода стекала с горных склонов, соединяясь в небольшие речки и водопады. Под лунным светом эти потоки выглядели словно полосы жидкого серебра. Иногда вода падала с огромной высоты. Тогда среди ночной тишины раздавался глубокий, размеренный гул водопада. Не громкий. Не тревожный. Напротив. Этот звук словно подчёркивал покой окружающего мира. Вдалеке слышались голоса ночных птиц. Изредка перекликались какие-то духовные звери. Но даже эти звуки не нарушали тишину. Они становились её частью. Словно сама ночь разговаривала на понятном только ей языке.

Главная обитель Академии раскинулась на множестве связанных между собой горных плато. Днём её дворцы и павильоны ослепляли своим великолепием. Ночью же становились ещё прекраснее. На крышах из тёмной черепицы лежал серебристый лунный свет. Резные карнизы отбрасывали изящные тени. Башни наблюдателей возвышались над окружающими строениями подобно маякам среди моря облаков.

Во многих павильонах уже погасли огни. Большинство учеников давно отправились отдыхать после тренировок. Лишь кое-где в окнах ещё мерцал мягкий свет масляных ламп. Там продолжали заниматься самые усердные. Те, кто стремился сделать ещё один шаг на пути культивации. Те, кому было мало дневных часов. Те, кто мечтал однажды достичь истинных высот Дао. Но даже эти редкие огоньки постепенно исчезали один за другим. Академия постепенно засыпала. Медленно. Спокойно. И даже в чём-то величественно. Лишь немногие продолжали бодрствовать этой ночью. На внешних границах территории Академии неспешно двигались дежурные патрули. Их было немного. Так как в этом месте редко происходило что-либо опасное.

Само имя Великой Академии Небесного Свода уже являлось предупреждением для большинства безумцев. Тем не менее порядок оставался порядком. По узким горным тропам двигались небольшие группы старших учеников. Вместе с ними шли дежурные наставники. Некоторые передвигались пешком. Другие скользили над землёй при помощи плетений духовной энергии. Третьи пересекали ущелья длинными прыжками, исчезая на одном склоне и появляясь на другом. Их одежды тихо шелестели на ветру. Мечи покоились в ножнах. Взгляды внимательно осматривали окрестности. Однако в этих движениях не было напряжения. Они не ждали нападения. Не искали врага. Они просто охраняли покой места, которое считали своим домом.

Время от времени патрули останавливались на специальных смотровых площадках. Оттуда открывался поистине невероятный вид. Бескрайнее море облаков растянулось далеко внизу. Лунный свет отражался на их поверхности. И казалось, будто горы Академии парят среди серебристого океана. Над этим океаном возвышались лишь вершины соседних хребтов. Они напоминали острова в бескрайнем море ночи. Некоторые старшие ученики невольно задерживали взгляд на этой картине. Даже спустя годы обучения было просто невозможно привыкнуть к подобной красоте. Слишком величественной. Слишком древней. Слишком совершенной. В такие моменты особенно остро ощущалось, почему именно здесь была основана одна из величайших Академий мира культиваторов Дао Цзы.

Сама природа этих мест словно была рождена для постижения Небесного Пути. Каждый порыв ветра. Каждая звезда над головой. Каждый горный пик. Каждое облако. Каждый звук ночного леса. Всё здесь словно шептало о бесконечности мира и ничтожности человека перед лицом Великого Дао.

И пока над вершинами неспешно плыла луна, пока серебристый свет ложился на древние скалы и бесконечные леса, пока редкие патрули продолжали свой неторопливый обход границ Академии, сама Великая Академия Небесного Свода мирно покоилась среди облаков. Тихая. Спокойная. Величественная. Словно бессмертный дракон, свернувшийся кольцами среди гор и лишь притворившийся спящим под бескрайним покрывалом ночи.

Очередной ночной патруль неспешно двигался по одной из самых дальних троп Великой Академии Небесного Свода. Если бы кто-нибудь из учеников увидел их сейчас, то наверняка посочувствовал бы этим людям. Не потому, что их путь был опасен. Совсем наоборот. Он был настолько безопасен и настолько скучен, что сам по себе превращался в испытание. Испытание на терпение. Испытание на способность не заснуть прямо на посту. Узкая каменная дорога извивалась вдоль склона горы, которую в Академии давно перестали воспринимать всерьёз. Когда-то эта вершина считалась весьма ценным местом. Несколько столетий назад внутри неё проходила достаточно мощная духовная жила. Здесь находились тренировочные площадки. Пещеры для уединения и медитаций. Небольшие павильоны для уединённой культивации. Некоторые старые наставники до сих пор вспоминали времена, когда молодые ученики буквально дрались за право занять местные пещеры. Но время было беспощадно даже к дарам Небес. Духовная жила постепенно истощалась. Год за годом. Десятилетие за десятилетием. Пока однажды не превратилась в жалкий ручеёк духовной энергии. Для обычных смертных подобная концентрация могла показаться чудом.

Однако для Великой Академии Небесного Свода это было почти ничем. Слишком мало. Слишком слабо. Слишком бесполезно. Поэтому ученики давно перебрались на другие пики. Более богатые. Более могущественные. Более престижные. А эта гора осталась позади. Словно старый ветеран, о котором уже почти никто не вспоминал. Даже ночью её вид отличался от остальных вершин. Там, где на других горах сияли многочисленные огни павильонов и залов для медитаций, здесь царила почти полная темнота.

Только лунный свет скользил по древним каменным лестницам. По разрушенным беседкам. По пустующим площадкам для тренировок. По заброшенным павильонам, окна которых давно заросли плющом. Некоторые крыши даже частично обрушились под тяжестью времени. Кое-где деревянные балки почернели от дождей и ветров. Природа медленно возвращала себе то, что когда-то принадлежало ей. Корни деревьев пробивались между каменными плитами. Тонкие ветви проникали сквозь трещины в стенах. Мох укрывал ступени зелёным ковром. Казалось, будто сама гора постепенно засыпает вечным сном. Очередной патруль двигался вдоль одного из старых маршрутов. Впереди шёл наставник средних лет. Его длинный плащ лениво колыхался под ветром. На его богато вышитом поясе покоился артефактный меч. Его внимательный взгляд машинально скользил по окружающим скалам. Но даже по его лицу было заметно, что он выполняет свои обязанности скорее по привычке. Позади следовали четверо старших учеников. Один из них уже в который раз подавил зевок. Второй лениво осматривал окрестности. Третий откровенно боролся с желанием присесть на ближайший камень. А четвёртый вообще выглядел так, словно спал на ходу.

— Напомните мне ещё раз... — тихо пробормотал один из учеников. — Зачем мы вообще охраняем это место?

На этот вопрос никто не ответил. По крайней мере, сразу. Потому что вопрос был вполне закономерным. Затем парень медленно, но весьма показательно обвёл рукой окрестности.

— Здесь же ничего нет.

Он указал на заброшенные строения.

— Никого нет.

На пустые тропы.

— И никогда ничего не происходит.

Наставник даже не повернул головы.

— Потому что однажды что-нибудь обязательно произойдёт именно там, где до этого ничего не происходило.

— Это звучит как ответ наставника.

— Потому что я наставник.

Несколько учеников тихо усмехнулись. После чего снова наступила тишина. Лишь ветер продолжал шептаться среди деревьев. Где-то вдали раздался крик ночной птицы. Потом снова стало тихо. Очень тихо. Настолько тихо, что можно было услышать шелест травы на соседнем склоне. Лунный свет заливал заброшенную гору серебром. Старые павильоны отбрасывали длинные тени. Древние сосны неподвижно возвышались над склонами. И всё вокруг выглядело настолько спокойным, что даже самые бдительные ученики постепенно расслаблялись. Один из них лениво перевёл взгляд на вершину горы. Там находилась старая площадка для медитаций. Когда-то весьма известная. Теперь заброшенная. Под светом луны её каменные колонны напоминали руины какого-то древнего храма. Красиво. Спокойно. Безжизненно.

— Говорят, здесь раньше жил какой-то старейшина… — Неожиданно произнёс другой ученик.

— Какой именно?

— Не помню. Что-то связанное с мечом. Или алхимией. Или даже… зверями…

Наставник тихо хмыкнул.

— Очень точное описание.

— Ну, а что? Это было несколько сотен лет назад.

— Несколько сотен лет назад здесь жило с десяток старейшин.

— Вот видите.

Начавшийся было разговор снова угас. Все слишком устали для настоящей беседы. Да и обсуждать тут было особо нечего. Патруль продолжал двигаться дальше. Шаг за шагом. По старой дороге. Мимо заброшенных построек. Мимо пустых дворов. Мимо древних сосен. И каждый из присутствующих был абсолютно уверен, что эта ночь окажется такой же скучной, как сотни предыдущих. В конце концов, это была всего лишь забытая гора на окраине Академии. Место, которое давно никому не было нужно. Место, куда никто не приходил. То самое место, на которое уже почти перестали обращать внимание даже сами ученики.

Именно поэтому никто из них не заметил, что где-то высоко на вершине, среди полуразрушенных строений, на краткий миг мелькнула едва заметная тень. Настолько коротко. Настолько быстро. Что её вполне можно было принять за игру лунного света среди развалин. И всё же... Если бы кто-нибудь в тот момент внимательно посмотрел в ту сторону, то наверняка почувствовал бы необъяснимое ощущение. Словно старая, всеми забытая гора вовсе не была такой пустой, какой казалась на первый взгляд. Словно под её многовековым покровом тишины всё ещё скрывалось нечто, что пока предпочитало оставаться незамеченным.

Ночной патруль продолжал свой неторопливый обход. Наставник шёл впереди, заложив руки за спину. Позади него двигались ученики. Кто-то лениво осматривал окрестности. Кто-то смотрел себе под ноги. Кто-то украдкой боролся с очередным приступом сонливости. Для них эта ночь ничем не отличалась от десятков предыдущих. Тот же маршрут. Те же тропы. Те же заброшенные строения. Та же унылая уверенность в том, что ничего не произойдёт. Именно поэтому никто из них не заметил того момента, когда среди теней старого соснового леса что-то едва заметно шевельнулось. Это движение было настолько плавным и естественным, что его невозможно было отличить от колебания ветвей под порывом ветра. Тень отделилась от тени. Тьма вытекла из тьмы. Словно сама ночь на мгновение обрела человеческий силуэт. И эта фигура уже находилась всего в нескольких десятках шагов от патруля. Настолько близко, что обычный человек наверняка услышал бы дыхание дежурных.

Но человек в чёрном даже не повернул головы в их сторону. Будто заранее знал каждое движение этих людей. Будто заранее рассчитал их маршрут. Его одежда была необычной. Не роскошной. Не украшенной. Не похожей на наряды культиваторов. Тёмная ткань плотно облегала тело. Без лишних деталей. Без блестящих застёжек. Без украшений. Даже металлические элементы были скрыты под специальными накладками. Ни один луч света, исходящего от Луны, не отражался от его фигуры. Казалось, что свет просто отказывается касаться этого человека. На его спине был закреплён длинный чёрный предмет. Издали он напоминал обычный шест. Достаточно длинный. Почти в рост взрослого человека. Однако даже при беглом взгляде становилось понятно, что это не простая палка. Слишком ровный. Слишком аккуратный. Слишком тщательно закреплённый. Он был обмотан чёрной тканью, скрывающей его истинную форму. Лишь кое-где под складками можно было различить очертания какого-то древка. Или ножен. Или футляра. Понять было невозможно.

Человек двигался удивительно тихо. Даже сухая хвоя под его ногами не издавала ни звука. Ни один камешек не покатился вниз. Ни одна ветка не хрустнула. Словно сама гора позволяла ему проходить незаметно и беззвучно. Хотя… В какой-то момент один из старших учеников вдруг нахмурился. Остановился. Поднял голову. И медленно оглядел окружающий лес.

— Что такое? — тут же спросил другой.

— Не знаю...

Парень несколько секунд всматривался в темноту. В этот момент ему показалось, будто между деревьями мелькнуло какое-то движение. Что-то неправильное. Что-то чужое. Но затем ветер качнул ветви. Тени изменили форму. И странное ощущение исчезло.

— Ничего. Наверное, просто показалось.

— Вот и мне кажется, что тебе пора больше спать.

Несколько учеников тихо усмехнулись. Патруль двинулся дальше. А тёмная фигура продолжала движение. Теперь уже в противоположную сторону. К вершине заброшенной горы. К той части склона, куда даже патрули заглядывали крайне редко. Здесь лес становился гуще. Деревья росли плотнее. Заросли кустарника практически полностью скрывали древние каменные дорожки. Следы старых построек исчезали среди корней и мха. Луна почти не проникала сюда. И здесь, под плотным пологом ветвей царил настоящий сумрак. Но человек двигался уверенно. Без колебаний. Словно прекрасно знал местность. Он не искал путь. Не осматривался. Не сверялся с какими-либо отметками. А шёл прямо к цели.

Спустя где-то час он наконец-то достиг небольшого каменного выступа. С виду совершенно обычного. Таких на склоне были сотни. Грубая серая скала. Мох. Кустарник. Переплетение корней. По сути, ничего особенного.

Однако незнакомец остановился именно здесь. Несколько секунд он внимательно прислушивался. Не к лесу. Не к ветру. Казалось, что сейчас он прислушивается к самой горе. Затем осторожно отодвинул ветви разросшегося кустарника. Под ними обнаружилась узкая щель. Настолько узкая, что случайный прохожий принял бы её за обычную трещину в скале. Более того. Даже если бы кто-то подошёл вплотную, то вряд ли заметил бы, что щель продолжается дальше. Её надёжно скрывали тени. Корни. Мох. Камни. Словно сама природа многие годы прятала этот проход от чужих глаз. И из его глубины веяло холодом. Сырым и древним. Будто дыханием самой горы. Там внутри не было ни единого источника света. Лишь непроглядная темнота.

В этом мете незнакомец некоторое время просто стоял неподвижно. После чего быстро скользнул внутрь. Его тело словно растворилось между каменных стен. Щель оказалась значительно шире, чем выглядела снаружи. За узким входом начинался длинный природный тоннель. Старый... Очень старый… Его стены были покрыты следами древних подземных вод. Местами свисали каменные наросты. Где-то слышался далёкий звук падающих капель. И эта узкая пещера уходила глубоко в недра горы. Дальше. Намного дальше. За пределы территории Академии. За внешние защитные рубежи. За старые патрульные маршруты. В те области, которые уже давно считались частью диких земель.

Но человек в чёрном двигался по ней так же уверенно, как до этого двигался по лесу. Будто проходил этим маршрутом уже не один раз. Его шаги были почти бесшумны. Лишь изредка где-то далеко эхом отзывался едва различимый шорох ткани. Спустя несколько мгновений темнота окончательно поглотила фигуру. Снаружи снова воцарилась тишина. Ветер продолжал гулять среди сосен. Луна освещала заброшенные строения. Патруль всё дальше удалялся по своей дороге. Никто ничего не заметил. Никто не поднял тревогу. Никто даже не подозревал, что всего в нескольких сотнях шагов от них существует старый тайный проход, о котором Академия, возможно, давно забыла.

А глубоко под горой человек с таинственным чёрным предметом за спиной уже исчезал во мраке древнего тоннеля, направляясь туда, куда не вёл ни один официальный путь Великой Академии Небесного Свода. Внутри царила абсолютная темнота. Такая густая и плотная, что обычный смертный потерял бы направление уже через несколько шагов. Здесь не было ни единого лучика света. Ни малейшего просвета. Лишь холодные каменные стены, уходящие в неизвестность.

Однако этот человек двигался так уверенно, словно прекрасно видел окружающее пространство. Его шаги оставались бесшумными. Подошвы мягко касались камня. Даже мелкая каменная крошка не разлеталась под ногами. Казалось, будто человек вовсе не идёт, а плавно скользит через мрак. Время от времени он ненадолго останавливался. Не для отдыха. Не для того, чтобы определить направление. Он словно прислушивался. Но не к звукам. К чему-то другому. К самой пещере. К её дыханию. К её едва уловимым изменениям. В подобных местах выживали не самые сильные. А самые осторожные. Проход оказался значительно длиннее, чем можно было предположить снаружи. Он извивался внутри горы подобно огромной каменной змее. Где-то потолок поднимался на высоту нескольких десятков метров. Где-то наоборот приходилось идти через узкие проходы, где плечи почти касались стен. Влага медленно стекала по камню. Изредка где-то в глубине раздавался звук падающей капли. Гулкое эхо долго путешествовало по тоннелям. Именно поэтому любое неосторожное движение могло выдать присутствие чужака.

Но человек в чёрном двигался так, словно сам являлся частью этой темноты. В какой-то момент он неожиданно остановился. Резко. Без малейших колебаний. Перед ним находился совершенно обычный участок тоннеля. На первый взгляд. Каменный пол. Неровная стена. Несколько крупных валунов. Ничего необычного. Однако незнакомец долго смотрел вперёд. После чего медленно опустился на одно колено. Его пальцы коснулись поверхности камня. На лице не отразилось никаких эмоций. Но спустя несколько мгновений он изменил маршрут. Вместо того чтобы продолжить движение прямо, человек осторожно шагнул в сторону и начал обходить участок вдоль самой стены. Очень медленно. Очень внимательно. И лишь оказавшись по другую сторону подозрительного места, позволил себе продолжить путь. Причина подобной осторожности осталась неизвестной.

Но тот факт, что он даже не рискнул проверить этот участок ближе, говорил о многом. Спустя некоторое время тоннель вывел его в просторную подземную залу. Огромную. Тёмную. Безмолвную. Здесь потолок практически исчезал во мраке. Среди каменных колонн клубился лёгкий туман. Из трещин в скалах сочилась вода. Воздух стал заметно холоднее. Именно здесь человек замедлился ещё сильнее. Он внимательно осматривал каждый метр пространства. Каждый камень. Каждую трещину. Каждую тень. И вскоре причина его осторожности стала очевидной. На одной из колонн виднелись едва различимые линии. Слишком ровные для природного происхождения. Слишком правильные. Слишком похожие на древние символы. Даже слабого прикосновения могло хватить для активации неизвестного механизма. Или формации. Или чего-то ещё более неприятного. Но человек даже не приблизился к ним. Он описал широкий круг вокруг подозрительного участка. Потратив несколько лишних минут. Но сохранив прежнюю осторожность. В подобных местах спешка часто становилась причиной смерти. Ещё дальше тоннель начал постепенно подниматься вверх. Появились старые следы обвалов. Огромные каменные глыбы перекрывали часть прохода. Приходилось протискиваться через узкие щели. Перелезать через нагромождения камней. Именно возле одного из таких завалов незнакомец остановился во второй раз. На этот раз значительно дольше.

Он долго смотрел на один из валунов. Словно ожидал чего-то. Словно видел то, чего не замечал никто другой. Затем достал из рукава маленький камешек. Совершенно обычный. И лёгким движением бросил его вперёд. Камешек несколько раз ударился о поверхность. Прокатился между камнями. И исчез за валуном. Несколько секунд ничего не происходило. А затем где-то впереди раздался едва различимый скрежет. Очень тихий. Почти неслышный. Следом что-то щёлкнуло. После чего снова воцарилась тишина. Но человек в чёрном даже не удивился. Словно всё это время ожидал именно этого. Он вновь изменил маршрут и осторожно обошёл опасный участок стороной. Чем дальше он продвигался, тем очевиднее становилось, что этот путь был ему хорошо знаком. Он не искал выход. Он не изучал дорогу. Он уже проходил её раньше. Возможно, много раз. Возможно, настолько часто, что запомнил каждую трещину на стенах. Каждый подозрительный камень. Каждое место, где стоило проявлять осторожность.

Спустя довольно продолжительное время воздух начал меняться. Появился лёгкий ветерок. Свежий. Прохладный. Пахнущий лесом. Ночной травой. Свободой. Выход был близко. Очень близко. Вскоре впереди появился слабый серебристый свет. Сначала едва заметный. Затем всё более яркий. И наконец человек вышел наружу. По другую сторону горы. Далеко за пределами территории Академии. Здесь уже не было ухоженных дорожек. Не было патрулей. Не было павильонов и тренировочных площадок. Лишь дикая природа. Бескрайние леса. Скалы. Ущелья. И тишина. Человек в чёрном сразу замер. Словно статуя. Несколько долгих мгновений он внимательно изучал окрестности. Прислушивался. Проверял небо. Лес. Скалы. Каждую возможную точку наблюдения. И только убедившись в том, что поблизости никого нет, он наконец сделал следующий шаг. Его рука скользнула к небольшому мешочку хранилища на поясе. Его пальцы быстро сформировали короткую печать. И пространство перед ним едва заметно дрогнуло. Изнутри мешочка-хранилища появился небольшой чёрный предмет. Сначала размером с ладонь. Затем с локоть. Затем ещё больше. Пока наконец не превратился в полноценный артефакт. Это была лодка. Но очень необычная лодка. Длинная. Узкая. Выполненная из неизвестного тёмного материала. Её поверхность казалась почти чёрной. Настолько чёрной, что словно поглощала окружающий свет. По её узкому корпусу проходили тонкие серебристые узоры. Древние символы. Руны. Формации. Сложнейшие переплетения духовных контуров. В лунном свете они едва заметно мерцали. Артефакт выглядел дорогим. Очень дорогим. Подобные вещи редко попадали в руки обычных культиваторов.

После того, как артефакт полностью проявился в обычном пространстве, человек в чёрном одним плавным движением запрыгнул внутрь. После чего коснулся нескольких рун. По поверхности лодки пробежала волна тусклого свечения. Почти незаметного. Затем артефакт бесшумно поднялся над землёй. Ни вспышек. Ни грома. Ни мощных выбросов энергии. Лишь лёгкое дрожание воздуха. Будто сама ночь приподняла лодку на своих ладонях. Через мгновение она уже скользила над вершинами деревьев. Быстро. Плавно. Практически бесшумно. С каждым мгновением всё дальше удаляясь от Великой Академии Небесного Свода. Так что вскоре её чёрный силуэт окончательно растворился среди ночных облаков, словно никогда и не существовал…

………

Ночь продолжала властвовать над бескрайними землями мира культиваторов Дао Цзы. Высоко над лесами, горными хребтами и глубокими ущельями бесшумно скользил небольшой летающий артефакт. Со стороны его было бы крайне трудно заметить. Корпус лодки был окрашен в глубокий чёрный цвет, который практически сливался с ночным небом. Лишь иногда по её поверхности пробегали едва заметные золотистые отблески. Это вспыхивали многочисленные плетения формаций, покрывавшие весь корпус артефакта. Сотни. А возможно и тысячи. Тончайшие золотые линии переплетались между собой, образуя сложнейшие узоры. Они напоминали одновременно корни древнего дерева, речную сеть и какую-то невероятно сложную схему духовного механизма. Одни отвечали за полёт. Другие за устойчивость. Третьи скрывали следы духовной энергии. Четвёртые гасили шум.