Пророчества забытого мира

«Миры погрузились во тьму с началом нашествия заргов. Могущественная Конфедерация, Лига свободных миров, прекратила свое существование. Волею случая некоторым удалось спастись, и Провидение отвело спасенным странный мир, в котором пришлось начинать жить по-новому, ибо жалкое существование – удел животных. Если же животное наделено разумом, то оно мыслит и именно живет, а не существует.

И так, по истечении первого года правления Повелителя Неба, Ксана І…

(Из курса лекций профессора Сержа Сарояна)»

Мнайдру удалось отстоять от инопланетных захватчиков в достаточно упорной борьбе. Это было единственным светлым пятном на фоне тотального краха Лиги Свободных Миров. Как ни парадоксально, но даже Александр Гривин, ставший монархом Ксаном I, признал, что в подобном Катаклизме самодержавие – единственный строй, способный спасти общество.

По требованию друга правителя, Диего Борхеса, на пограничье звездной системы Мнайдры были установлены контрольные маяки слежения, да и патрульная служба не зря ела свой хлеб. Ахарг ахаргов надеялся, что выжившие в войне на уничтожение смогут найти спасение на этом островке спокойствия в океане Безумия, охватившем Галактику.

Преобразилась и Мнайдра, в которой был создан Университет, разбиты «висячие» сады, которым бы позавидовала даже Семирамида, общество приобрело некоторую структуру, свойственную монархическому строю. Немного начала исчезать пропасть между мнайдрийцами и бывшими гражданами Лиги, хотя смешанные браки не обходились без скандалов. Ученые университета решали проблему совмещения двух разных генотипов и тут научные исследования Александра и Сармуги должны были принести спокойствие в общество в плане личных отношений.

Государству была нужна и промышленность. После долгих поисков и исследований подземелий были найдены источники воды, вскрыты забытые склады с роботами, обеспечивавших общество всем необходимым. Для всего этого были нужны специалисты, хотя и не хватало преподавателей, оборудования, для подготовки выпускников университета. Тем не менее, учебное заведение работало с пользой для общества. С помощью электронных архивов удалось обнаружить все древние хранилища, созданные в период рассвета Древней Мнайдры, что помогло поднять промышленность и обеспечить армию всем необходимым. На южном континенте были найдены развалины города иной цивилизации, не мнайдрийской, но Ксан не разрешил проводить исследования, пока государство находилось в состоянии войны.

Зарги пока не появлялись, но Диего серьезно готовился к встрече с ними, став, в некотором роде, министром обороны или, как там, в классической монархии, коннетаблем. Не все было спокойно даже на самой планете. Словно из небытия вышла проблема коренных жителей, островитян, жизнь которых строилась на кремнийорганической основе. Ходили слухи, что это потомки искусственных рабов, созданных в древние времена, но ни подтверждения, ни опровержения этому так и не удалось найти.

А пока же все с нетерпением ждали рождения наследника престола и нельзя сказать, что монарх не старался на любовном фронте, но жизнь – это весьма сложная штука, которую не направишь в нужное русло королевским указом. Однако Александр и Вета понимали, что без создания династии нельзя рассчитывать на стабильность в обществе.

Огромные фиолетовые волны с грохотом разбивались об утесы островка, затерянного в просторах океана Мнайдры. Время сродни воде. Оно тоже истачивает в пыль то, что казалось незыблемым, вечным, бессмертным. Нет ничего страшнее сезона штормов, когда все живое пряталось в укрытия, старалось, как можно дальше уйти от побережья. А волны заставляли содрогаться камень, обтачивали его с тщательностью скульптора, породив фантастические фигуры, жуткие и, одновременно, удивительно реалистичные. Это было царство камней, которое противостояло иному царству, водной стихии, изменчивой и непредсказуемой.

Она стояла на вершине утеса, подставляла лицо соленому ветру и молчала. Даже слезы не появлялись на красивом, словно вытесанном из камня лице всесильной жрицы Изначального Огненного Камня. В начале времен камни обрели форму, но лишь немногие получили душу. Она была совершенством и это прекрасно знала, но даже почти богиня не могла избавиться от прошлого. Это прошлое терзало, стоило только заснуть, и закрыть глаза. Нет более страшного врага, чем ты сам. Лучший способ избавиться от внутреннего врага – сдаться ему, чтобы стать демоном.

Свита стояла чуть в стороне, девять крепких смуглых воинов. Почему их девять? Никто не отменял священное число, ибо в начале времен было девять языков пламени, родивших все живое в этом мире. Жрица обернулась, взглянула на свиту, и ветер шаловливо растрепал серебристые нити волос. Пусть ждут! Она присела на камень, обточенный штормами в виде кресла, закрыла глаза, и снова прошлое стало терзать уставший разум.

«Мари! Мари! Вечно мама зовет в самый не подходящий момент, когда увидишь красивого мальчика, который не против тебя обнять. Потому и убежала от родителей в Университет Терры, чтобы не слушать вечных нравоучений по поводу усмирения плоти и духа. Зачем, спрашивается, усмирять то, что естественно и далеко не безобразно? Она всегда весело относилась к безразличию преподавателей и откровенно злилась, когда на ее внешность не обращали внимания. А если и обращали, как сеньор Борхес, например, то лишь затем, чтобы послать в деканат за очередной «хвостовкой».

В последнюю практику она то и полетела в экспедицию, поскольку поспорила с подругами, что совратит зануду и «сухаря», доцента Калинова. Не получилось. А во всем виновата межпланетная война! Наверняка, те с кем она спорила, погибли, или стали марионетками заргов. Да и Калинов, старый козел, не изменял своей жене даже в экспедиции. Потом полет на гравилете и плен! Ничего эти два «солдафона» ответят за ее страдания!

Пленницу привезли на Священный Остров, заперли и целый месяц услаждали слух грохотом боевых барабанов. А потом был страх неизвестности. Несколько раз хотела покончить с собой, но не смогла. Представила, как она будет безобразно выглядеть в петле или после яда и не смогла. Свое тело надо любить. И она его любила, холила и лелеяла.

И вот наступило время «испытания». Девять жрецов вошли в комнату, прервав священную процедуру расчесывания волос, черных, словно вороново крыло. Ее провели к алтарю, на котором лежала… Девушка, была готова закричать, когда увидела свою точную копию, созданную из отливающего матовым блеском камня. Зачем им эта кукла? Вот ее горячая плоть… Впрочем, ни ее мысли, ни тем более плоть, не интересовали аборигенов. Резкая боль и Мари погрузилась в небытие. Боль была короткой, но мучительной. Последней мыслью тогда было, что эти островные варвары испортили тело, которым она так гордилась.

Она очнулась на алтаре, пошевелила рукой и встала. Она ожила в кукле и сначала не могла понять, чье это тело так варварски сжигают на костре. Осмотрела себя, потрогала грудь, долго разглядывала руки, пока осознала весь ужас произошедшего. Пламя превращало в пепел прежнее тело. Все уходит в пламя и рождается из него. Так родилась верховная жрица Изначального Огненного Камня и все, видевшие это, упали на колени.

О да, она получила власть и теперь наслаждалась этим. А вот отомстить бы не мешало! За все отомстить! А за что мстить? За то, что уже никогда не станешь человеком? Невелика потеря! Люди Ожившего Камня живут почти вечно, в обычном огне не горят, хотя в воде и тонут. И еще, вот попадись в ее руки Вета! Как же хочется ее превратить в такую же куклу, как она сама и сделать вечной рабыней! Не дать позабавиться с муженьком! Жалкая мелкая собственница! Еще и лицо исцарапала на кухне, мерзавка! И демон, сидевший в темном закоулке разума, радостно потер когтистые лапы!»

Она поднялась с каменного сидения, властно махнула рукой, подзывая к себе начальника стражи.

– Сегодня ты должен доставить мне удовольствие, согласно обычаю!

– Как скажете, Душа Оживших Камней! – поклонился воин, – Почту за честь!

– Посмотрим! – улыбнулась та, что некогда была Мари и на белесых щеках заиграли блики, – Но помни, что, если я не получу удовольствие – ты умрешь в огненной горе.

– На все воля Пламени, мудрейшая из жриц. Я не хотел прерывать размышления Хранительницы, но Вас ждут в Храме. Воины из племени Огненных Стрел, добыли пленника и старейшины ждут решения, что с ним делать?

Каменная Дева недовольно кивнула, и направилась по извилистой горной дороге в долину, по краям которой пылало вечное пламя, а в центре возвышался огромный храм, сложенный из черного камня. По пути попадались редкие прохожие, спешившие уступить дорогу, но на них даже не обращали внимания. Счастье даже просто лицезреть Верховную Жрицу. А если уж с ней заговорить, то можно умереть от счастья, в прямом смысле этого слова.

У края долины начиналась широкая мощеная дорога, вдоль которой стояли статуи всех жриц, которые правили до нее. Мари мрачно рассматривала каменные лица и, казалось, ощущала шепот предшественников. Сочувствуете? Жрица рассмеялась, а потом сразу затихла, увидев постамент, приготовленный для нее, когда настанет время окончательно превратиться в холодный камень.

Стражники у ворот храма отсалютовали, и Камнеликая вошла под своды священного места. Жрица поежилась от холода, подошла к купели с расплавленным свинцом и с наслаждением опустила туда руки. Сразу стало теплее. Жрецы терпеливо ожидали, когда любимица богов окончит омовение в расплавленном металле. Камнеликая окончила наслаждаться теплом, подошла к трону, элегантно присела и с интересом взглянула на советников.

– Я слушаю! Мне сказали, что доблестные воины взяли пленника?

– О, да! – поклонился один из жрецов, – Как Вы знаете, да не пойдут трещины на Вашем лике, древнее зло снова возродилось. Проклятый город Звездных Демонов снова ожил и обрел законного правителя. Прошлая ночь была ночью гибели, а вот недавняя ночь стала ночью возрождения.

– Я думаю о мести, – улыбнулась жрица, – Но ведь не все должным образом чтят Начальное Пламя! Вот твое племя, почтеннейший, растит не воинов, а добывает бесполезные камни из недр гор. Может мне еще скажут, что за моей спиной торгуют этими безделушками? Позор! Город должен быть разрушен! Убить всех, кроме одной девки. Это моя награда.

– Мудрейшая, – поднялся еще один из советников, – Нам предложили союз. Платой за этот союз, являются камни, что есть только у нас. Кого прикажете выслушать первым? Посла наших друзей или допросить пленника?

– Союзники? – хищно улыбнулась жрица, – А почему я об этом не знаю? Или в пламя священной горы захотели?

– Не гневайтесь, но мы не хотели тревожить Ваш покой. Мы посоветовались, обдумали все, и только потом решили потревожить разум нашей повелительницы.

– Прощаю, так и быть! Я должна подумать и спросить совета у Священного Огня. Все свободны до восхода Желтого Дракона Небес.

Жрица встала с кресла, недовольно окинула взглядом советников и направилась в комнату за алтарем, на котором пылал огонь, вырывавшийся из пасти злобного чудовища. Комната была небольшой, но обставленной со вкусом, можно сказать с известным шармом, почти в земном стиле. Здесь можно было побыть наедине со своими мыслями и ощутить пусть и временный, но покой. Это ли было ей нужно сейчас?

Женщина устроилась в раскаленном каменном кресле и снова закрыла глаза. Видения из прошлого ее не посещали в этот раз, но дремота была прервана по совершенно иной причине. В комнате кто-то был, и этот самый кто-то, явно не имел ни малейшего почтения к всесильной жрице. И демонов огня не боится? Женщина лениво повернулась в кресле, приоткрыла глаза, чтобы испепелить нежданного посетителя взглядом, если получится.

Не получилось. Да и, скажите на милость всех огненных богов, как можно испепелить темное облако, напоминавшее гриб атомного взрыва в миниатюре, переливавшегося бликами от раскаленных камней. Жрица презрительно скривилась, достала обсидиановый нож и осторожно потянулась к этому эфемерному нечто. Прикосновение каменного лезвия грибообразному облаку не понравилось, сверкнула молния, и нож разлетелся черными брызгами. Облако вытянулось в длинную колбаску, на зыбкой плоти, если это можно назвать плотью, заиграли искорки, превратив облако в подобие человеческой фигуры.

От неожиданности жрица откинулась в кресле. Это нечто утратило свою полупрозрачность и приобрело знакомые черты, выплывшие из далекого прошлого, когда она была не всесильной полубогиней, а бесшабашной студенткой исторического факультета. Кто это? Неужели? Облик посетителя менялся до тех пор, пока не застыл на образе бывшего любовника в университете, аспиранта физического факультета.

– Анри? – улыбнулась жрица.

– Долгих лет Великой Жрице Пламени! – хрипло поздоровался загадочный гость, пожал плечами и натянуто улыбнулся, – Я посланник из иного мира.

– Я внимательно слушаю, – холодно кивнула жрица.

– Эта галактика создана для того, чтобы покориться нам, и мы оказываем высокую честь, когда предлагаем союз. У вас есть то, что нужно нам, а мы наделим союзников могуществом.

– Сверкающие камни? – хитро улыбнулась жрица, – Мне уже доложили. Я подумаю.

– Месть должна быть холодной и сладкой. Мы поможем тебе отомстить, ибо это наши общие враги. Ты хочешь, чтобы какая-то Вета стала твоей рабыней? Она будет ею.

– Я не позволяла читать мои мысли! Я прикажу моим воинам…

– Не прикажешь, – усмехнулся собеседник, – Голограмму нельзя убить, а потерять можно многое. Нам нужны камни и мы их добудем любой ценой, даже ценой уничтожения твоего народа. А так, ты сядешь на трон ненавистной Мнайдры. Я жду ответа, камнеликая.

– Да будет так, – согласилась жрица.

Гость кивнул, помахал рукой и растаял в воздухе, явно не разочарованный беседой. В дверь постучали.

– Я занята.

– Могущественная, – поклонился начальник личной стражи, – Я бы не потревожил Вас, но случилось нечто очень важное. Пленник, которого мы хотели подарить своей повелительнице, сбежал. А стража…

– Стражников казнить в Огненной Горе и послать погоню! Собери Совет и скажи, что я приняла важное решение. А впредь не надо мне сообщать плохие новости, а то прикажу и тебе прыгнуть в подгорное пламя.

Горячий южный ветер всколыхнул водную гладь, поднял огромные волны и, подобно скульптору из царства Хаоса создавал только ему известную композицию вечно изменчивой субстанции. Темные тучи на горизонте скрывали архипелаг, приоткрывая завесу с помощью редких вспышек молний. Да, шторма здесь были нечета земным или террианским, более неистовые, перед которыми меркнул даже мифический «девятый вал».

Серебристая точка, напоминавшая птичку, выделялась на фоне черных туч, стремительно приближалась к архипелагу, не обращая внимания на росчерки молний. Птичка? Всякие, конечно, бывают птички, но даже спятившая птичка не осмелится вылететь из теплого сухого гнезда под ливень, гром и молнии. Чего, спрашивается, можно искать в такую непогоду в море?

Легкий планетарный истребитель бросало со стороны в сторону, но у пилота все было нормально, разве что слишком большая впечатлительность рисовала ужасные картины морских катастроф. Правильно, что бабушка в детстве запрещала читать книги о пиратских приключениях. Теперь, после последних событий, впору писать мемуары о космических битвах.

– Лидер два! – раздался голос в наушниках, и на мониторе появилось лицо, при виде которого пилот слегка поежился, – Что у вас?

– Все нормально, сеньор Борхес! Командор, тьфу ахарг, прикажете идти на базу?

– Посмотрим! Сначала приятная новость. Твоя возлюбленная Терезия родила тебе сына. Ахарг ахаргов лично принимал роды. Так что цени деяния августейшей особы.

– Святая мадонна! – буркнул пилот, – Спасибо за новость. Над океаном чисто, захожу на второй круг.

– Хорошо! После второго круга лети на базу, чтобы поздравить жену.

– Не понял?

– Что там случилось, Михаил?

– Минуту. Увеличу чувствительность сканера.

На мгновение монитор застыл, а потом выдал довольно мрачную картину разбушевавшейся стихии. Казалось бы, ничего особенного, но биоискатель показывал наличие не морской живности, а вполне себе представителя семейства homo sapiens. К слову, отправиться в море в такой шторм заставило Михаила сомневаться в том, что он sapiens.

– Ну что там? – нетерпеливо поинтересовался Диего.

– Сканер указывает на наличие человека в море.

– Снижайся и попытайся захватить цель лучом.

– Есть! – ответил Михаил и руки привычно, знали бы, как ему далась эта привычность, коснулись штурвала.

Истребитель, взмахнув крыльями, стал по спирали снижаться, делая круги все шире и шире. Луч плясал, но из-за больших волн не мог удержать цель более секунды. А вот это выглядело уж совсем не так уж и забавно. Со стороны архипелага приближалась гравитационная платформа неизвестной конструкции. Только этого не хватало! Размышлять о том, откуда у островитян такое чудо техники, времени не было, как не было времени рассматривать вооружение необычного для этих мест средства передвижения.

– Ахарг! Прием! Передаю изображение странного объекта. Прошу разрешения на атаку!

– Отставить атаку! – послышался ответ, – Информация обработана. Поступаешь в подчинение Энаола. Его истребитель скоро будет в квадрате тридцать пять – шестьдесят. Конец связи.

На мониторе появилось изображение заместителя Борхеса, как обычно немногословного. Обмен сигналами и вскоре оба истребителя зависли над целью, готовые к атаке. Даже шторм стал несколько меньше, словно море заволновалось в ожидании неминуемой схватки и сбилось с ритма. Временное затишье позволило поймать лучом человека в море, и короткий импульс переместил страдальца в багажный отсек истребителя. Надо сказать, что аппарат, которым управлял Михаил, был не боевым истребителем в полном смысле, настоящим боевым машинам он уступал и в скорости, и по вооружению, но был незаменим для спасательных операций и сбора образцов инопланетной жизни.

Вспышки лазерных излучателей с платформы указали на то, что истребители Мнайдры были замечены. Может быть, исчезновение желанной добычи так разъярило мореплавателей, а может они получили приказ начать сражение, но истребитель Энаола выпустил в ответ пару ракет, и платформа на мгновение застыла, а потом плюхнулась прямо в море. Волны забурлили вокруг металлической поверхности, заиграли пеной, недовольно облили волнами палубу. Аборигены засуетились, но кремнийорганика штука тяжелая и добрая половина «матросов» отправилась в море, причем даже не на корм рыбам. Рыбы чем попало не питаются, даже если сильно голодны. И тут ветер словно одумался, типа, на что это я так засмотрелся? Тем, кто умеет читать мысли высших сил, суета простых смертных не интересна, но здесь явно не было носителей подобного дара. Платформа, словно подпрыгнула над волнами, переломилась пополам, и мгновенно затонула, оставив после себя изрядное маслянистое пятно.

Истребитель Энаола помахал крыльями и начал делать разворот для возвращения на базу, но видно судьба решила довести свою «пьесу» до финального конца. Вспышки молний высветили серо-стальные «чечевицы» летательных аппаратов заргов.

– Лидер Два! – раздался в наушниках голос Ведущего, – Немедленно уходи на базу! Это приказ! Добычу доставить ахаргу Крыла Огня. Пусть ищут планетарную базу заргов.

– Но…, – пытался возразить Михаил, но лишь вздохнул, сделал истребителем крутой разворот в сторону Мнайдры и включил двигатели на полную мощность.

Последнее, что видел молодой человек, это как на фоне черного неба засияла звездочка. Энаол включил боевые экраны отражения на полную мощность и отключил канал связи.

На границе моря и выжженной равнины, на которой располагалась Мнайдра, дождь прекратился, словно по мановению волшебной палочки. Странный мир, странная погода несказанно раздражала Михаила, привыкшего к мягкому климату Терры. Хотя, кто знает, может, и та планета превратилась в мертвый мир в результате межпланетной войны. Особо размышлять над этим было некогда, а вот то, что в случае смерти Энаола у дона Диего испортится настроение, причем надолго, это точно. Разве что попросить помощи у сеньоры Азитовал, чтобы урезонила мужа.

Каменистая равнина под крыльями истребителя стремительно убегала вдаль, и вскоре появился пеленг маяка планетарной базы. Совсем близко уже, но неприятности не приходят по очереди, они наваливаются все сразу. Двигатели неожиданно дали сбой и машину изрядно залихорадило, причем залихорадило в отрогах гор, прямо над ущельем. На лице пилота выступил пот, и руки нервно сжали штурвал. Однако минутная слабость прошла довольно быстро, как, впрочем, и неполадки с двигателями. Роботы-техники разберутся быстро с поломкой, а пока быстрее на посадочную полосу.

Истребитель на мгновение завис над площадкой, двигатели опять недовольно «хрюкнули», замолкли, и машина тяжело плюхнулась вниз. Особо страшного ничего не произошло, разве что Михаил больно ударился головой о переборку. Хорошо, что система безопасности не отказала, а то не показываться же супруге в переломанном виде. К истребителю спешила охрана и два медицинских кибера, как и было, положено согласно уставу, введенному доном Диего в обиход. Да, собственно, сам дон Диего не поленился подойти на посадочную площадку.

Михаил вылез из кабины, снял шлем и недовольно потер шишку на голове. Перед глазами все поплыло, на мгновение потемнело, а потом все пришло в норму.

– Лидер Два из поиска вернулся!

– Вижу, – вздохнул ахарг, – Расскажешь в моих покоях.

– Коман… Это, дон Диего! Там у меня в отсеке для биообразцов спасенный человек. Пусть там медики разберутся. Младший ахарг Энаол…

– Медики разберутся, а насчет Энаола я все знаю, иди за мной! – хмуро сказал хозяин Крыла Огня и направился к лестнице, ведущей в жилые помещения Крепости.

Под каменными сводами было довольно прохладно, сухо и молодой человек с удовольствием растер ладонью пот на лице. Ужасно хотелось пить, да что там пить, выпить бы тоже не мешало. Михаил взглянул на руку и увидел, как пальцы слегка подрагивали. Нервы явно разгулялись после встряски над морем. Прошли зал собраний и остановились, на мгновение перед металлической дверью, охраняемой стражником, одним из уцелевших рейнджеров Лиги. Быстрый тест, разработанный учеными Мнайдры, на «антизарговость» и дверь открылась.

– Присаживайся в кресло, – усмехнулся Диего, – Сейчас налью выпить зелья, чтобы успокоил нервы. Поздравляю с сыном. Как назовете то?

– Антонио, скорее всего, в честь дедушки, – ответил Михаил, взял кубок и сделал глоток обжигающей жидкости, – Мне жаль, сеньор, но Энаол…

– Он поступил верно, как человек чести, но в индивидуальном бою ему было далеко до асов Лиги. Я даже не знаю, как обо всем сообщить Телигаль, его сестре. Попросил взять на себя эту обязанность Азитовал. И так – ты вылетел на поиск. Откуда человек в море взялся?

– Не знаю, ахарг! – пожал плечами Михаил, – Ближайшая земля, архипелаг Каменных Людей, была почти в сорока километрах к югу и едва виднелась на горизонте. Я засек его биоискателем. Потом появилась платформа странной конструкции, явно на воздушной подушке. Не думаю, что аборигены научились такое делать сами, без посторонней помощи. Вы получили стерео?

– Да. Ахарг ахаргов собрал совет для анализа ситуации. Что сказал Энаол перед тем, как принять бой?

Диего нажал кнопку на столе и через пару минут появился киберслуга, который привез столик, уставленный снедью.

– Энаол сказал, чтобы мы искали базу заргов, когда увидел незнакомые летательные аппараты, – неуверенно пробормотал Михаил и после знака начальника потянулся к тарелке с салатом.

– А почему он решил, что это зарги? Видео его боя не качественное, много помех.

– Не знаю, – пожал плечами Михаил, – Может, у него было больше информации. Мне размышлять было особо некогда. Мне не следовало выполнять его приказ?

– Все верно. К тебе претензий нет. Энаол вечно молчал. Каждое слово приходилось вытягивать, словно раскаленными клещами. Долго копался в старых документах, времен Элаветы Проклятой. Может что-то и откопал. Но он был порой зануден. Никогда не говорил о чем-то, если не обладал полной уверенностью в информации. А мне теперь гадай на кофейной гуще. Впрочем, это уже к нашему самодержцу, а я бы отдал полцарства за чашечку ароматного кофе и хорошую сигару. Энаолу помогала сестра, но сейчас из нее слова не вытянуть.

– Энту Азитовал желает войти! – раздался голос часового.

– Свободны, пилот! Неделя отпуска. Побудь с женой, поздравь ее с наследником. Часовой открыть дверь!

Михаил встал, поклонился супруге ахарга и торопливо вышел из покоев. Дама, слегка располневшая из-за беременности, улыбнулась вслед молодому человеку, присела в мягкое кресло и недовольно покосилась на мужа.