Стерва в д(т)еле

ГЛАВА 1. Привет из другого мира, или где мой теплоход?!

«На теплоходе музыка играет…

А я одна стою на берегу…»

Слова до боли знакомой песни обволакивали. Звучали громко, задорно, унося куда-то вдаль. Мысленно я уже подпевала, не сразу осознав, что вокруг не сцена театра, не душная гримёрка после спектакля, а беспросветная, вязкая темнота. Музыка звучала в голове, окружала со всех сторон, но при этом я ощущала себя в абсолютном нигде. В ледяной пустоте.

«Машу рукой, а сердце замирает…»

Слова стали приглушённее, забулькали, точно звучали из-под толщи воды. От них потянуло сыростью, холодом и… жуткой, липкой паникой. Подпевать больше не хотелось. Подташнивало. Накатила волна опустошения, выметая последние крохи покоя.

«И ничего поделать не… Айлинэ!»

В голове словно сработал переключатель. Жёстко, с надрывом, выталкивая меня из странного забытья в нечто чужеродное.

Айли… что? В полном недоумении попыталась смаргивать. Не помню таких слов в песне. И вообще, что за дичь? Меня что, по голове стукнули на корпоративе? Или я перебрала с коктейлями, хотя пила только сок? Чёрт, я же не пью!

– Айлинэ! Просыпайся! – настойчиво таранил сознание скрипучий старушечий голос, пробиваясь сквозь гул в ушах и треск в висках. Меня кто-то тряс. Или что-то. Нехотя продрала непонятно отчего отяжелевшие веки. Почему мне так плохо? Голова трещит, как будто по ней проехался танк. В горле сушь, жжение, будто я неделю в пустыне бродила. Что вообще происходит? Где я?

– Вот так, девочка, давай, дыши! – Незнакомый голос старушки теперь звучал с искренним облегчением. – Ну же, просыпайся, – опять меня ощутимо встряхнули за плечи.

Это начало раздражать. Сильно.

– Эй, – выдохнула я, уставая от усердия настырной бабки. – Так и мертвеца можно поднять из могилы! – проворчала я, неверным, слабым махом избавляясь от её цепких рук на своих плечах.

И морщилась от совершенно неприятных ощущений в горле. Голос звучал чуждо. Не мой. От слова совсем. Я себя такой не помню. Уж что-что, а голос – мой рабочий инструмент. Моё – всё! Актриса, как-никак. Все свои тембры и октавы знаю, как свои пять пальцев. И вот это сиплое, тоненькое что-то – точно не моё.

– Что вам нужно? – В сильном потрясении глядела я на незнакомую старушку в тёмно-сером, простеньком, холщовом одеянии. Наряд напомнил мне костюмы из дешёвых исторических фильмов, где действие происходит где-то в глухой деревне.

В том же недоумении перевела взгляд на не менее странного мужчину лет тридцати-тридцати пяти. Он был одет в чёрный камзол. По виду, хоть и в новом, но явно не из моего столетия. И мужчина тоже выглядел так, будто сбежал со съёмочной площадки какого-то костюмированного сериала.

– И где это, чёрт возьми, я? – просипела, с не меньшим удивлением скользя взглядом по мрачной, но богато обставленной комнатке. Вот это уже не деревня. Мебель массивная, тёмное дерево, резьба. На стенах – тяжёлые гобелены с вытканными сценами охоты. Стиль напомнил викторианскую эпоху, но… вместо ламп и светильников тут мерцали свечи… Карл! Свечи!!! В XXI веке?!

Я точно в театре? Репетиция? Спектакль? Если да, то почему я о нём ничего не помню? Ни слова роли, ни мизансцены, ни реквизита. Да и на сцену комната не похожа. Как, впрочем, и этих… актёров я не знала. Никогда не видела их в нашей труппе.

– Это что… не Айлинэ? – поражённый догадкой, шикнул мужик в сторону бабки. Голос его был низким, рокочущим, и звучал… как-то непривычно. Не по-русски, но я его почему-то понимала. А вот его слова породили у меня ещё больше вопросов.

– А кто такая Айлинэ? – уточнила я резонно и вновь сипло хмыкнула, когда молчание затянулось. – Э-эй, – чуть повысила голос, потому что не привыкла молчать, когда у меня были вопросы и хотелось ответов. – Вы мне ответите или нет? И что, вообще, происходит?

На последней реплике умолкла, с недоумением рассматривая ворох белоснежного платья, в котором лежала. Оно было пышным, тяжёлым, расшитым чем-то блестящим, возможно, жемчугом. Потом посмотрела на свои руки… Они… молодые. Невероятно худенькие. Не то чтобы я была толстая, но эти конечности… не мои! Они, однозначно, принадлежали очень юной особе. Идеально гладкая, светлая кожа… совершенно не привыкшая к работе.

– Как тебя зовут, девочка? – задумчиво прищурилась бабка, склонившись ко мне ближе, будто не слыша моих вопросов.

Можно было бы огрызнуться. В конце концов, мне тридцать пять, а не пятнадцать. Но решила, что лучше мирно поговорить и разрешить это абсурдное недопонимание.

– Я – Алина Вадимовна Бережная, – придала голосу максимум строгости, на которую способно было это сиплое пищание. – Для вас, возможно, и девочка, хотя возраст девочки я уже давненько пережила. Годочков так на двадцать-двадцать пять, если быть точной. А вы кто? И вы? – выдала я очередной вопрос, переводя взгляд на мужика в камзоле.

В свою очередь, бабка с мужиком обменялись ошарашенными взглядами. И вот это мне совершенно не понравилось. Категорично не понравилось.

– Вы мне ответите? – нарушила я повисшую тишину, и без того ощущая себя не в своей тарелке. Ситуация накалялась с каждой секундой.

За дверью раздались торопливые шаги, а затем молчание в комнатке нарушил нетерпеливый, требовательный стук.

– Шакир Доев! Шакир Доев! Как Айлинэ?

– Скажи ему, что всё ладно, – едва слышно, командным тоном шепнула старушка мужчине.

– Но… – было возмутился мужик в камзоле.

– Шакир, – перебила его бабка категоричным жестом.

Мужик, окатив меня свирепым взглядом, скрипнул зубами, но шагнул к двери. Чуть приоткрыл её и бросил уже за порог:

– Всё ладно, – заверил он не дрогнувшим голосом профессионального лжеца. – Но Айлинэ пока нездоровится.

– Нездоровится на сколько? – с волнением допытывался незнакомец за дверью. – Я могу её увидеть?

– Не стоит… она только что пришла в себя и её ещё немного… мутит.

– Но церемония… гости… – частил незнакомец, явно теряясь в словах. Звучал он нервно, напряжённо.

– Уважаемый боярин Грегор Савенский, княжна Айлинэ немного переволновалась, сами понимаете, такой день, а она так юна. Но, смею вас уверить, с ней всё ладно. Дайте ещё немного времени, и Айлинэ продолжит церемонию, – убедительно, чеканя каждое слово, произнёс Шакир. И, видимо, получив молчаливое согласие мужчины за дверью, вновь затворил её.

– Кто это и что нам теперь делать? – рокотал он теперь в сторону старушки, явно намекая на меня, но так, будто меня нет. – И где Айлинэ?

Такая манера общения, будто я пустое место, совсем доводила до бешенства. Я не пустое место! Даже собралась об этом сообщить, как бабка, не обращая внимания на моё возмущение, тихо пробормотала:

– Я со всем разберусь, – и, наконец, перевела на меня свой странный, пронзительный взгляд, а глаза у неё были, к слову, очень колючие, въедливые и внимательные. – Что ж, Алина, – нагло сократила моё имя старушка, – это Шакир Доев, казначей княжества Ольханского, где вы… княжна Айлинэ, а меня зовут Радима, я ведунья…

– Казначей, ведунья? Княжество? Княжна? – не сдержала язвительного хмыка. – Что за бред?! – поморщилась я от нелепости услышанного. Мой мозг отказывался переваривать эту информацию.

– Это не бред! – спокойно, но с нажимом настаивала бабка. – Я сзывала свободную душу, дабы спасти тело Айлинэ, но видимо… что-то пошло не так. Я ждала кого-то… другого.

– Что сделали? – Теперь я смаргивала непонимающе, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля моих представлений о реальности. – Да что, чёрт возьми, происходит? Стоп! Это розыгрыш? Шутка? – ещё раз обвела головой, более цепким взглядом пробежавшись по комнате. Искала спрятанные камеры, тех, кто мог устроить этот дикий по абсурдности розыгрыш. – Где мой муж? Андрей! – повысила я голос, чтобы благоверный вышел из укрытия. – Это не смешно! Хватит глупых шуток! У вас получается убедительно, но я не верю!

– Это не шутка. Вы…

– Я что, перепила? Я же была на вечеринке! Корпоратив на яхте… – начала я горячиться, перечисляя последнее, что помнила. – Алкоголя было много, хотя я не пью… Мы танцевали… потом… что-то случилось…

– Айлинэ… – опять, придерживая за плечи, старушка меня слегка встряхнула, требуя умолкнуть.

– Алина! – словно нахохлившийся воробушек, взбрыкнула я. Моё имя, моя личность – это всё, что у меня осталось.

– Уже нет. Боюсь, теперь вы Айлинэ! – категорично, безжалостно настаивала бабка. Её взгляд был серьёзен, даже суров. – Послушайте меня, – её голос стал строгим и внушительным, вынуждая меня, несмотря на внутренний хаос, умолкнуть и прислушаться. – Я понимаю, Вам сложно вот так сразу принять, что случилось. Поверить в… переселение души. Но я обещаю, мы всё объясним… И исправим… Вернём вас обратно, как только сыщем способ.

– Уж будьте любезны, – не без сарказма кивнула я. Эта перспектива была единственным, что хоть как-то цепляло меня за происходящее.

– Но не сейчас! – отрезала бабка, глядя на меня с внушением. – Сейчас Вам придётся помочь нам и сделать то, что не успела Айлинэ. От этого зависит судьба княжества!

– И что это? – вскинула бровь я, всё ещё находясь под властью эмоций, шока и непонимания.

– Выйти замуж! – встрял в разговор Шакир Доев, чеканя слова, словно приговор.

– Ого! – хмыкнула я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – Ничего себе миссия!

– Это очень важно! – с не менее важным, чем у бабки, видом кивнул мужчина. И судя по его лицу, он… не лгал. Его янтарные глаза горели каким-то фанатизмом. Хотя… скорее всего, он просто отличный актёр. Даже странно, что я его раньше в нашем городе и театре не видела. Довольно харизматичный. Невысокий, но статный. Прямая спина, гордый профиль. Тёмные чуть вьющиеся волосы аккуратно зачёсаны назад. Хмурый взгляд заставлял слегка нервничать. Ноздри греческого носа яростно трепетали. Узкие губы были плотно поджаты.

– От этого зависит будущее Вашего княжества. И ваше… – припечатал значимо казначей, склонив голову. – Поверьте, это не шутка.

– Княжества? Никак не меньше? – уронила я, совершенно не впечатлившись его пафосными аргументами. Мои проблемы в моём мире казались куда реальнее и важнее.

– Но это так! – продолжал убеждать Шакир Доев, гневно сверкая янтарными глазами и явно теряя терпение.

– Помогите настоящей Айлинэ и её княжеству, а мы сделаем всё, дабы исправить ошибку, – горячо добавила старушка Радима, её морщинистое лицо было полно волнения.

Несколько секунд в комнате висело тягостное молчание. Парочка с ожиданием, вполне достоверно, смотрела на меня, а я… не знала, мне начать смеяться истерическим смехом или устроить скандал, чтобы они прекратили этот тупейший розыгрыш.

Но взяла себя в руки. В конце концов, я не юное, истеричное создание с хрупкой психикой. Я – взрослая, рассудительная женщина с огромным жизненным опытом. Где моя не пропадала?! Какие я только роли не играла…

– Хорошо, – выдохнула я, решая подыграть. Это был единственный путь, который мне предложили. – Допустим, я поверю, что случилось… – на миг сбилась с речи, подбирая точные слова, – переселение душ, – кивнула своим мыслям, – и готова продолжить этот театр абсурда. Но что от меня требуется точнее, и как быстро вы сможете устранить… это… недоразумение? – не нашла более верного определения случившемуся.

ГЛАВА 2. Посмотри на себя, стерва! Прими реальность.

– Запомните, – голос Радимы стал тихим, но пронзительным. – Вы княжна Айлинэ Ольхинская. Невеста князя Седерика Подольского. Вам восемнадцать лет, и ныне у Вас свадьба! Вы станете женой князя, и тем спасёте княжество своё, подданных своих от разорения да поглощения.

– Я уже поняла, – хмыкнула я, – что сложная миссия по спасению сотен душ на моих хрупких плечах. Всё очень сложно и жёстко, по всем канонам женских, мыльных романов. Осталось только выяснить, кто злодей, кто герой, и в кого тут влюбиться для полного набора клише.

– Что? – Теперь настала очередь недоумевать у ведуньи. Она явно не поняла моих терминов.

– Я говорю, цель ясна, – поправилась я, пытаясь говорить на более понятном им языке. – Только есть одно НО…

– Какое? – напрягся Шакир Доев, скрестив руки на груди.

– Меня больше волнует, сколько мне быть Айлинэ? Вы же обещали всё исправить. Мне бы конкретики.

– Я постараюсь сделать всё, что от меня зависит, как можно быстрее, – твёрдо заверила меня ведунья, но взгляд её был задумчивым, даже неуверенным.

– Звучит не очень обнадёживающе, – нахмурилась я. – Мне бы точных сроков. Неделя? Месяц? Год? Я не могу просто так поставить свою жизнь на паузу ради чужого спасения.

– Понимаю, – кивнула ведунья, но явно озадаченно. Её очи метались, будто она сама не была уверена в ответе.

– А я плохо понимаю, – с мрачной физиономией встрял в разговор Шакир Доев. – Она говорит на нашем языке, но такое впечатление, что на другом. У нас так никто не выражается, – гневно махнул он рукой в мою сторону, словно я была каким-то заразным объектом. – Неотёсанная деревенщина, что не слышала о благонравии. Из каких диких земель ты её вырвала, Радима? Она совсем… не такова, что княжна!

– А вот я вас прекрасно понимаю, Шакир Доев. И у нас так выражаются, – строго припечатала я, чувствуя, как закипаю от его грубости. – Так что, поосторожней! Образования у меня хватает, уж поверьте, а нет – так приспособлюсь. А мир у меня… обычный. В нём и умных, и глупых хватает. Добра-зла с лихвой. Он… человеческий, без магии и прочих штучек. Только технологии и прогресс. И всё своими руками и мозгами. Никаких «ведуний» и «казначеев» в камзолах.

– Вот видишь, пришлая – разумный человек, – удовлетворённая моим пояснением, шикнула ведунья на казначея. – Негоже на неё давить и, тем более, упрекать в чём-то. Нам нужна её помощь. Без неё тело Айлинэ не жить, а значит, княжество падёт.

– Вот именно, – поддакнула я, преисполненная важности от собственной значимости. Пусть не до конца понимала, в чём именно заключалась эта значимость, кроме очевидной «полезности» брака для всех. – Это я вам нужна!

– Да и нет у нас пока другого варианта, – продолжала гнуть свою линию ведунья, убеждая Шакир Доева. – Ты будешь с ней рядом, Шакир, и подсобишь, коли нужда будет. Но тебе, – теперь старуха ткнула пальцем в мою скромную персону, напоминая о новой доле, – придётся терпенье явить и ждать! Так что достоишь церемонию бракосочетания до конца да отправишься в замок к мужу.

– Замок? – прищурилась я, вновь выискивая подвох. Ничего себе размах розыгрыша. Интересно даже, это кто так раскошелился? Вряд ли Андрюха. У нас нет таких денег. А за кредит, знает, убью! Да и почему меня разыгрывают? Праздник не мой. Корпоратив устроен для фирмы босса Андрея, тем более, его организовывала я. Я придумывала праздник! Писала сценарий, готовила реквизит и прочие мелочи, нанимала актёров. Я его проводила… Что за дичь?!

– Да, Алина, замок! Айлинэ выходит замуж, а потом едет в родовой замок князя Седерика Подольского, – даже не запнулся на подтверждении слов ведуньи казначей, словно смирившись с неизбежным. – А ныне, кто бы вы ни были, прошу, коли чувствуете себя ладнее, нам нужно идти… – махнул он рукой на выход.

Будто в подтверждение срочности, в дверь снова настойчиво постучали.

– Шакир Доев! Церемония вот-вот отменится, гости кручинятся, святейшество тоже. С княжной Айлинэ точно всё ладно?

Казначей вперил в меня безмолвный взгляд, будто спрашивая: Ну что, идём ли нет?

Я закатила глаза. Да что с ними церемониться? Надо играть! И играть убедительно.

– Со мной всё хорошо, – чуть громче подала я голос, в надежде, что меня услышат за дверью. – Прошу, дайте минутку, и я продолжу церемонию, – придала тону максимум величественности и юной робости, которые могла изобразить. Хотя совершенно не знала, как должна была это преподнести настоящая Айлинэ, ведь мне никто ничего не сказал по поводу её точных характеристик и манер.

Молчание за дверью напрягало.

– Хорошо, княжна Айлинэ, мы вас ждём, – с явным недовольством, но всё же с поклоном, отозвался незнакомец. – Поспешайте!

– Это кто? – кивнула я на дверь, намекая на мужчину за ней.

– Поверенный вашего супруга. Человек знатный. Боярин Грегор Савенский. Он отвечает за церемонию и обряд, и ведает, коли что приключится с вами, отвечать придётся ему. И, естественно, кручинится. Он человек честный да ответственный… – пояснил Шакир Доев, оглядываясь на дверь с некоторой опаской.

– Понятно, – буркнула я и, со скрипом, не без помощи ведуньи, встала с огромного ложа. Иначе не знала, как обозвать эту большущую, высокую, деревянную постель с собранным балдахином, что древностью дышал.

Шакир Доев чуть отступил, когда я, слегка покачнувшись от странного ощущения собственного тела, сделала шаг.

Прислушалась к чувствам… Я на каблуках? Чуть приподняв подол свадебного платья в пол, убедилась, что на ногах у меня изящные белоснежные туфельки. Немного дискомфортно, но всё же мне стало интересно, как я выгляжу в этом «костюме» и «декорациях», раз уж якобы попала в другой мир.

– Зеркало есть? – тотчас уточнила. – Мне нужно привести себя в порядок, – пояснила я свою мысль.

Шакир Доев крутанулся к приютившемуся в дальнем углу массивному, двухстворчатому шкафу, ступил к нему и распахнул дверцу. На всю длину дверцы блестело зеркало.

Я неспешно, но верно приблизилась. Глянула на отражение.

– Ого, – коротко, но ёмко оценила увиденное. Едва устояла на ногах от неожиданности.

Я что, правда, в другом мире? И в другом теле?

Сердце то скакало галопом, то пропускало удары. Меня душило от переизбытка чувств, потом накатывало такое волнение, что голова кругом. Руки дрожали. Моё понимание жизни трещало по швам.

Моя вера в Бога…

В человечество…

Рай, Ад… Жизнь и смерть!

Шок…

Отрицание.

Шок…

Удивление.

Шок…

Задумчивое принятие.

– А я красивая… Очень.

Айлинэ оказалась среднего роста, стройная, с пышной грудью, подчёркнутой аккуратным декольте корсета дивного свадебного платья, отороченного ажурной тканью.

Не девушка, а дива… Прелестная и воздушная. Такая юная и свежая, что прям вся жизнь впереди.

Мне бы в моём мире такие внешние данные – все главные роли принцесс и романтических героинек были бы моими.

Не предел мечтаний, конечно, но с такими генетическими данными сценическая жизнь удлинялась бы существенно.

Да чего греха таить, думаю и тут с такой внешностью и титулом, так, вообще, для неё, – то есть меня, – все двери открыты. Живи на полную и ни в чём себе не отказывай!

Тёмные вьющиеся волосы, забранные в простенькую, но торжественную причёску, были украшены жемчужинами и живыми цветами. Несколько прядей уже выбрались из общей массы, поэтому волнились вдоль идеального овального лица с заострённым подбородком.

Большие синие, как море в штиль, глаза, в обрамлении чёрных, длинных ресниц под шикарными тёмными бровями вразлёт, смотрели в безмерном удивлении.

Проверяя на реальность ощущения и картинку в зеркале, ладошками шлёпнула себя по светлой коже щёк. Не мираж… Это я!

Коснулась пальцем небольшого, слегка вздёрнутого носа. Оттянула полную губу, белоснежно улыбнулась. Да ну?! Ни капли косметики! Я натуральная красотка, и даже без пластики и косметологических процедур?! В моём мире за такое душу продать готовы были.

– Это, правда, я? – бормотала я очевидное, до сих пор не веря в реальность отражения.

– Айлинэ! – За спиной вырос Шакир Доев. Его голос был напряжённым. – Нужно торопиться! – Протянул он фату, даже не знаю, откуда её взял. Но это и неважно.

– Да, хорошо, – согласилась я, всё ещё под впечатлением от увиденного и того, что сложно принять. Такого просто не бывает. Если только я, и правда, не оказалась в другом теле… в другом мире.

– Магия? – уронила я безотчётно, глядя на Радиму.

– Открытой магии в нашем мире нет, – откликнулась ведунья. – Но есть тайный орден магистров, который владеет особыми практиками и управляет всеми, кто знает о магии.

– Тогда, как я… вы меня? – запиналась на словах, пытаясь связать её слова с тем, что случилось со мной.

– Я когда-то была в этом ордене, и умею больше простых смертных, – призналась с явной неохотой ведунья. – Но ныне не о том! Вам нужно спешить! Спасите княжество своё… Иначе его поглотят, а вас… вас просто выбросят вон.

– Хорошо, – опять кивнула я, безропотно принимая помощь от ведуньи по водружению на голову фаты и её закреплению, погружаясь в пучину тяжких мыслей. Всё сложней, чем решила в начале. Мне нужно осознать случившееся. Принять! И выживать! Какое-то время.

А я уже хотела к себе! К Андрюхе… В свой мир!

На автомате взяла в руки букет цветов невесты, который услужливо протянул Шакир Доев. И, собравшись силами и мыслями, шагнула на выход.

ГЛАВА 3. Цена спасения – чужая жизнь

– Стойте, – остановилась я уже у двери комнаты. Обернулась к ведунье и Шакир Доеву, который нервно переминался с ноги на ногу, готовясь идти за мной. – Вы сказали свободная душа… Это что значит?

Догадка была. Жуткая. Но очень хотелось услышать другую версию. Хоть какую-нибудь другую.

– То значит, душа, свободная от тела, – угрюмо зыркнув на меня, не увиливала от ответа ведунья. Слова её добавили в думы мои ещё большей тяготы.

– Это значит я… умерла в своём мире? – Даже думать об этом было больно. Сердце предательски затихало в груди, в надежде, что это не так. Затаив дыхание, ждала опровержения, но и в этом старуха меня не щадила.

– Боюсь, это так, девочка, – голос её стал мягче, но правда от этого не становилась менее горькой.

– Глупость, – отрицала я, потому что мне так нужно было. Просто необходимо. – Я не старая. Не болела ничем. Меня не убивали… Я на яхте была. Мы танцевали… – мой голос сходил на нет, как заведённая пластинка, повторяя последние обрывки памяти.

И тут, как наяву, я вспомнила. Ощущение, будто меня толкают. Сильно. В спину. Я лечу в воду. Накатывает жуткая паника. Я барахтаюсь, захлёбываюсь… Огни яхты удаляются. Мне страшно. Жутко страшно. Кто-нибудь! Спасите!

Я-не-умею-плавать!!!

– Чёрт! – Удушливо отшатнулась я, словно получила пощёчину. Сглотнула пересохшим горлом. Как-то неприятно, и даже слегка больно вот так узнать, что я… утонула? Меня утопили?

Задумчиво кивнула, было открыла дверь, и тут меня озарило. Если я – свободная душа, потому что моё тело умерло, то…

– Но тогда и тело Айлинэ оказалось пустым от души, потому что она… – опять не договорила, потому что и без того было очевидно, что девушка умерла. – Просто скажите, что она не пережила счастья или горя, и сама… ну или сердце не выдержало… – растерянно встряхнула головой, но взглядом требовала правды.

Молчание в комнате звучало громче и полнее любого ответа. Он мне уже не был нужен.

– То был яд, – всё же призналась ведунья под осуждающим взглядом Шакир Доева.

– Зачем? – шикнул он, явно недовольный тем, что ведунья раскрывает мне карты.

– Она должна ведать правду да быть настороже! – чеканила строго ведунья, не обращая на него внимания. – Не могу я всякий раз, когда она умирает, искать иную душу для тела Айлинэ! – Тон её доказывал, что она относится к происходящему ответственно и опасается за моё будущее. Что она на моей стороне и хочет помочь. – Коли хотим, чтобы она и дальше жила, она должна ведать, куда да к кому идёт. То не гости милые, а гнездо людишек лживых, алчных до власти да денег. Не выгодно им, чтобы Айлинэ добралась живой до замка! Так что…

– Стойте, стойте, об этом вы ничего не говорили, – перебила я, чувствуя, как адреналин начинает закипать в крови. – И я бы хотела об этом узнать поподробней… Предупреждён – вооружён!

– Но ныне нет на то времени, – отрезал Шакир Доев, снова принимая командный тон. – Я расскажу, что пожелаете, как и обещал, но потом, после потехи, когда договор брачный будет подписан, да клятвы произнесены.

– Когда? Во время брачной ночи? – с издёвкой уточнила я, пытаясь разрядить нарастающее напряжение своим фирменным сарказмом. – Кстати, что насчёт неё? Она же после церемонии? – Меня уже порядком заносило, но это было от нервов и волнения. Хотя вопросы не были лишены смысла. Мне же предстоит играть роль новобрачной.

– Нет, – слегка опешив, словно я сморозила несусветную чушь, мотнул головой казначей. – Потеха бракосочетания проходит здесь – в вашем Замке, а ночь брачная – в родовом замке мужа, куда вы отправитесь сразу же после заключения брака. Я буду вас сопровождать до владений князя, куда ехать почти неделю. Вот тогда мы и побеседуем! Там будет время и возможность.

Я несколько секунд обдумывала услышанное и всё же кивнула. Неделя дороги… Время есть.