- -
- 100%
- +
Глава 1
Мирэя
Я не всегда боялась воды, но этот страх не подкрался… Стечение обстоятельств и, конечно же, травма детства. Банально, шаблонно. Хотя я не столь воды страшилась, сколь глубины и неизведанности – того момента, когда нет опоры под руками и ногами. То самое жуткое ощущение безысходности, бессилия, когда ты барахтаешься и захлёбываешься отчаяньем…
Да, именно так! Паника накрывала меня снова и снова, только я представляла себя в воде. Я не труслива, не забита и не робка. Выросла в богатой семье, хоть и живущей на разные города и страны. Варилась в кругу друзей и в море знакомых. И конечно, шаг за шагом пыталась преодолеть жуткую фобию, но пока, увы, она довлела надо мной.
И вот я в очередной раз сбежала, так и не войдя в воду плавательного бассейна, где со мной работали инструктор и психолог. Пусть труслива, но для меня даже тот факт, что я была как все остальные посетители, и прогулялась по периметру бассейна, глядя на купающийся народ – уже довольно большой шаг! Шажище…
Ладно, лукавлю, я же не псих, бояться капель, брызг, криков, визгов, плеска… Тем паче живя на побережье Лос-Анджелеса, это было бы до невообразимости смешно. Огромный дом моей семьи стоял на самом берегу. Я спокойно тусовалась с друзьями близ океана. Посещала любые вечеринки: пенные, плавательные, яхтные и катерные, но самой нырять в воду – увольте! Да, у меня у самой есть бассейн, но делая попытки окунуться в личный резервуар, психолог и тренер пришли к выводу, что в коллективе, когда рядом масса показывала пример, как можно и нужно, мне будет проще!
Если бы…
Я сомневалась изначально. Что и доказала, сбежав.
По этому поводу с подругами забрела в кафе, где меня и застал звонок моего парня, Стэфана Радмински, сына богатейшего человека нашего города, владеющего судоходной корпорацией и большей частью акций главного порта.
– Здоров, Рэй, – буркнул в трубку приятель.
– Привет, – мягко улыбнулась, смакуя крохотную победу сегодняшнего дня.
Мы обменялись незначительными любезностями, а потом он огорошил:
– Сегодня вечеринка намечается у Дэвида.
– Это же чёрт знает где, – пробурчала, растратив настроение улыбаться.
– Детка, – протянул Стэф, – зато у него пусто! Родители на неделю улетели на горнолыжный курорт. Весь остров в нашем распоряжении.
– Да, но до него на яхте пилить несколько часов к ряду, – напомнила с неудовольствием.
– Рэй, вода спокойная. Прогноз глянь, если не веришь. Тем более, – понизил голос, – я готов стать спасителем, если вдруг тебя накроет паническая атака или морская болезнь.
– Тебе лишь бы меня помучить, – ворчала больше для виду. На деле, подобные вечеринки не редкость, да и… я не впервой поплыву на яхте. Главное спрятаться в каюту и не любоваться водой, даже несмотря на всеобщее веселье и попойку.
– А если погода изменится? – робко забросила удочку, но это так… чтобы услышать стандартную фразу:
– Тогда я тебя в жилет одену… и стану твоим спасательным кругом!
Да-а-а-а! Я сразу в улыбке растеклась:
– Обещаешь?
– Не забывай, – ворковал Стэф, – я лучший пловец в универе!
И об этом я тоже знала. Даже была несколько раз на его соревнованиях. Восхищалась, болела, поздравляла… гордилась. Это мой парень! МОЙ ЖЕНИХ!
Радмински как раз и стал тем единственным, кто смог меня убедить в необходимости работы с психологом и тренером. Он всё подрывался сам обучить, но поспорив с упрямой мной, согласился – человек извне будет лучше.
Конечно, а кто ещё?! Не отец ведь, а будущий муж!
Будущий!
Да, наше будущее уже решено было несколько лет назад. Ещё, с нами была мать, и тогда родители обоих семейств заключили соглашение, что дети их династий, влиятельных фамилий, обязаны пожениться!
Мне было двенадцать, кода я увидела Стэфана вживую, чуть не умерла от счастья, восторга и бури чувств. Стояла, открыв рот, и не верила чуду. Парень был ошеломительно хорош собой. Стройный, модельный, ухоженный, изысканный – красавец! Известный тусовщик и уже тогда звезда престижного университета. Недаром по нему умирало всё побережье девчонок… впрочем, не только наше. Радмински-младший личность известная, и если учесть, что завидный холостяк только набирал обороты и популярность в высших кругах, мне показалось настоящей сказкой породниться с таким человеком. Не просто породниться, а стать его женой!
А вот я… не произвела на него подобного впечатления.
Ещё бы – невысокая, полненькая, серой внешности. Нет, я вполне миленькая, но до уровня Стэфана мне было далеко, как, впрочем, и до всего нашего с ним окружения. Девчонки и парни следили за лоском, модой. Без причёски даже из дому не выходили.
Я в этом была чуть проще, хоть и следила за собой, но больше придавала значение учёбе и дружбе. Бойкая, весёлая, общительная хорошистка. Светло-русая, курносый нос, жуткие губы – большие и вечно обветренные… Только глаза у меня ничего такие – цвета летнего, спокойного неба. Сапфиры… так называл их папа, с нежностью оглаживая абрис лица и глядя на меня с любовью, которую ощущала с щемящей тоской. Глаза – самое красивое и яркое, что есть во мне, единственное, что унаследовала от матери – знаменитой модели и талантливой ведущей популярного развлекательного шоу. Такой великолепной, успешной и, увы, холодно бесчувственной, просто не умеющей любить. Это я знала с младенчества, хоть и до последнего надеялась, что сердце родительницы когда-нибудь пробудится и мама наконец проявит то самое материнское тепло и любовь, о которых столько пишут и говорят. Но этого не случилось, ни в детстве, ни в отрочестве, ни когда мне исполнилось семнадцать. Я была её самым главным разочарованием и, пожалуй, единственной неудачно в жизни, ведь в остальном, кроме глаз, пошла в отца – невысокая, склонная к полноте, невзрачная. Она не стеснялась своего неудовольствия по этому поводу, и я не раз слышала: «Бедной девочке с ЭТИМ жить. Жаль, мои гены не смогли победить твои, благо у нас есть деньги, и чуть позже, Мира сможет подправить все неудавшиеся части тела. Главное, она разумна и не комплексует, а так бы я была совсем удручена».
Обижалась ли я? Ещё как… в начале…
Комплексовать? Где-то глубоко внутри, конечно я комплексовала – ещё бы, при такой матери и модельном окружении, но быстро смекнула, что ничего хорошего от собственных тараканов не будет, поэтому научились жить с тем, что имела. В конце концов, внешность и худоба – не самое важное. Я умна. Умею дружить… Не пропаду!
Поэтому трезво себя оценивала и не тешила надеждами на невероятное: не мечтала, что Радмински-младший опешит от счастья. И он не опешил! Но была рада, когда Стэфан не скривился, меня увидев, хоть и был предельно сух:
– Как скажешь, отец, – кивком дал согласие.
С тех пор прошло много лет.
Он не делал широких жестов до последнего времени, а последний год, как активизировался. Оно и понятно, что взрослому парню было взять с малолетки? А теперь, вроде я менялась, уже стала старшеклассницей. Да и стоило нам узнавать друг друга лучше. Поэтому не отказывалась от встреч, если он звал меня погулять, потусить или просто поболтать.
Если не красотой его покорять, так умом, юмором. Да и вообще стать своей в доску. Почему бы и нет? Всё же нам предстоял брак, и, если нас будут связывать не узы любви, так пусть хотя бы дружбы и взаимопонимания.
По крайней мере, я была к этому готова и даже больше – делала на это ставку. Тем паче, Стэф уже заикнулся раз, что как только мне исполнится восемнадцать, мы сразу поженимся.
В его взгляде я всё чаще читала смех, на его губах часто играла улыбка. Да и вообще он был позитивным парнем, не натягивающим на себя маску мрачности и уныния. Мне всё больше казалось, что я ему нравлюсь. По-настоящему. Старательно выкидывала бредни о любви из головы, но Радмински-младший упорно их вколачивал обратно: галантностью, обходительностью, игривым настроением, шуточками. С ним было легко и весело. Как, впрочем, и со всей его компанией.
Только Анита меня раздражала. Она часто висла на Стэфане, да и не слепая я, видела, она от него без ума. Становилось не по себе, когда думала, что они часто и без меня встречались. Один университет! Одна компания! И конечно я как бы невзначай услышала разговор её подруг, из которого чётко поняла, что Анита и Стэф встречались до недавнего времени.
А с тех пор, как Радмински объявил, что я его невеста, расстались. И ко мне все так и относились. Не заискивали, но насмешек глупых или упрёков, что малолетка делала среди них – не слышалось.
Разве что неприязненные взгляды от той же Аниты.
Но я отмахивалась от этого и думала о светлом будущем.
Меня потряхивало только от мысли, что я вскоре стану женой Стэфана. Страшно представить, что испытаю в тот день!
А пока была рада, что он искал точки нашего соприкосновения и интересов с не меньшим пылом, чем я. Пытался найти общий язык, и приобщить к своей компании, тусовкам, жизни.
На этой мысли мне стало стыдно – опять вела себя, как избалованная девочка. Радмински ведь старался, а я выискивала причину для отказа от поездки на остров!
– Ну если обещаешь беречь меня и спасать, – выдавила, всё ещё не будучи неуверенной, что поступала правильно.
– Клятвенно! – взбодрился Стэфан.
– Пойдёт? – на заднем плане прозвучал женский голос.
– Ты не один? – уточнила с упавшим сердцем.
– Нет, – не лгал. – Мы тут компанией сидим, – жевал слова Стэф. – Обсуждаем, что будем пить, есть, и кого бы хотели видеть на этом празднике жизни.
– А-а-а, – кивнула понятливо. – Мне главное не наливай, – напомнила тихо.
– Помню, – хмыкнул Радмински-младший. – Для тебя диет-кола!
– Лучше минералка…
– Это вода…
Я замялась, пытаясь сообразить, к чему это он. Потом осенило:
– Стэф, – с возмущением протянула, но секундой погоды посмеялась, оценив странность шутки парня: – я в ней не купаться буду, а пить!
– Ок, Рей, я за тобой заскочу к обеду. К вечеру мы должны быть на острове!
– А мой отец? – успела кинуть вдогонку.
– С твоим папой улажу вопрос сам! – заверил по-мужски Стэфан, за что его уважала сильно. Мне казалось, что это очень красиво и властно, когда мужчина за тебя решал такие щекотливые вопросы.
***
Дома успела только переодеться, собрать несколько необходимых вещей в сумку – всё же не на один день, да и вечера могли быть прохладными. Народ богатый, любил пыль в глаза пускать. У меня не особо гардероб для показалова, но выискать пару занятных и ярких вещиц умудрилась. Купальники, топы, шорты, юбки, футболки, платье… и плед.
Я не идеальная красотка, но это не повод в скафандр облачаться.
Упаковывала пляжную сумку. Очки на нос, кепку на темечко.
Уф, успела всё. И вовремя – мобильный зазвонил:
– Привет, – только пальцем по сенсору мазнула.
– Здоров, – довольный голос Стэфана. – Готова?
– Да, только отцу не позвонила ещё.
– Я уже с ним всё обсудил, – вновь заверил жених. И я тотчас идиотски заулыбалась своему отражению в зеркале.
– Привыкай, я – твой мужчина. И скоро я буду тебе позволять или запрещать!
– Ок, – выдавила счастливая донельзя, с приятным осадком в душе. – Уже спускаюсь, – сбросила вызов и поспешила прочь из комнаты. – Пап, – всё же набрала отца, – меня Стэфан пригласил…
– Да, милая, я в курсе, – сухо оборвал разговор отец. – Он уже звонил, и я дал добро. Приятно провести время, малышка, – тон по обычаю отстранённый, словно папа давал распоряжение по стандартному вопросу. Я имела удивительную способность звонить, когда папа был очень занят, и не мог со мной разговаривать, а если учесть, что работал он по двадцать четыре часа в сутки. В общем, я была как всегда не вовремя…
– Хорошо, спасибо, – дежурно поблагодарила. Правда не обиделась, ведь у меня намечалась своя взрослая жизнь! И Стэфан на все выходные!..
***
Радмински-младший ожидал меня на улице.
Господи, какой же он красавец. Как всегда, на миг сбилась с шага, да и сердце моё ненормально стучало: то в кишках, то в груди, то в голове. Я как идиотка млела от вида будущего мужа.
Во всем светлом, и волосы светлые… Не верила до сих пор, что этот парень станет моим мужем!
Едва шла, потому что слепла от бесподобности будущего супруга.
И машина у него – шик. Кабриолет двухместный.
Правда уже подойдя, замялась, не зная, как лучше приветствовать такого парня, такой мне.
Стэфан чуть губы в улыбке растянул:
– Детка, ты что? – привлёк к себе и нежно поцеловал. Воздушным касанием без пошлости и вульгарности. Он давал время привыкнуть к себе, и даже не принуждал к интиму, о чём меня подруги расспрашивали с особым пристрастием.
Ещё бы! У нас возраст как раз говорить только об ЭТОМ! А я, имея в женихах самого завидного представителя, до сих пор не потеряла девственности! Солгу, если скажу, что меня понимали и поддерживали. Ни одна знакомая не понимала «как» и «почему»???
По их убеждению, я была обязана с ним переспать, как только узнала, что мы поженимся! Никак иначе! Поэтому часто слышала осуждение и насмешки, что он на стороне отгуливает последние дни, и мне нужно быть аккуратней. Неровен час – и воспитывать буду его первых отпрысков от других подруг.
Я отмахивалась, но в душе укреплялась мысль, что в чём-то подруги правы. В наше время в семнадцать – редкая девчонка оставалась девственницей, а тем более из нашего круга…
– Садись, – галантно усадил в авто. Как всегда, был вежлив, учтив, внимателен, мил. Он покорял меня каждым жестом, взглядом, улыбкой.
Я в плену!
И это мой будущий муж!
***
Народ возле пирса уже толпился. Пока собирались, девчонки и парни принимали алкоголь и курили травку. Стэфан мне не позволял, заверяя, что ещё не время и не место. Я под его опекой, а стало быть… ответственность за мою гулянку нести ему, а памятуя, как была неадекватна всего с одного стакана пива, уже не хотел проверять, какого мне будет, загуляй я наравне с его компанией. «Да и мелкая пока…» – не приободрили его слова. «Тебе лучше трезвой одолеть путь до острова!» А вот в этом он был прав. Не стоило дурить голову, тем более мне – очень восприимчивой.
Водные прогулки не любила. Но это скорее от того, что вокруг мегатонны воды, а мысль: «Не дай бог случится непогода…», – тут воображение разыгрывалось не на шутку, и я видела в красках кораблекрушение, водовороты, волны… и как я, разнесчастная, иду ко дну. Бултыхаюсь в отчаянье, а потом… замираю в бессилии и пустым взглядом смотрю на удаляющуюся поверхность. Меня тягуче поглощает вода…
И МЕГАЛОДОН воду прорезает, направляясь ко мне! Чёрные бусины глаз, в которых застыла жажда сожрать пухлую меня! Распахивает пасть, где несчётное количество острых, огромных зубов!!! И это последнее, что вижу…
Но ничего жуткого не случилось.
Белоснежная четырёхуровневая яхта, с пятью каютами, небольшим бассейном и прочими зонами отдыха для пассажиров оказалась весьма устойчивой, плавучей и безопасной. Компания шумная. Без малого двенадцать человек. Но Стэфан заверил, что отдельная каюта будет меня ждать, только пожелаю… Я решила не слишком выбиваться из толпы и поэтому, вооружившись жилетом, сидела наверху со всеми. Друзья Радмински уже были в курсе моего страха – поэтому шуток на этот счёт не полетело.
Было круто, весело и пьяно. Девчонки и парни танцевали, купались, пили… Музыка орала, а я, с тихой улыбкой, посматривала на гулянку и пила газировку.
До острова было ходу несколько часов, но они не пролетели, как заверял Стэфан. Я всё чаще поглядывала на синюю пучину океана, и вздрагивала, если в грустные мысли вклинивались звуки вечеринки или голос жениха.
Мне казалось, что вот-вот что-то случится. Разверзнутся небеса, грянет гром и молния, яхта разломится, и мы все пойдём ко дну! Возможно истеричка. Может, слишком мнительная, а скорее, трезвая, а сражаться с фобией в трезвом уме – очень трудная задача. Поэтому расслабилась лишь, когда сошла на берег, где вечеринка совсем скатилась до банальной пьянки и укурки.
Толпа была всё более неадекватной. И тогда я тоже выпила пива.
– Стэф, мне очень нужно! – заверила кивком. – Я вне вашего смеха и веселья. Клянусь, пару глотков, и буду держать себя в руках… – улыбкой подтвердила слова и похлопала ресничками.
Жених уже был в той кондиции, когда ему было всё равно, как я и что со мной. Нет, меня это не задело. Вроде нормально, если человек гуляет, и позволяет себе оторваться, а не псом ручным возле ног невесты сидит, не смея позволить себе развлечение. Это было бы эгоистично с моей стороны, поэтому не требовала подобного, но и сама хотела поучавствовать в пьяном веселье.
***
– Детка, – разулыбался Стэфан, – только никакого стриптиза при толпе и групповушек. Если надумаешь, я рядом, – это добавил шёпотом и посмеиваясь мне в шею. Мне стало дурашливо хорошо. У меня ведь, по сути, не было другого парня, да и Стэф был первым, с кем поцеловалась. Так что не представляла другого ПЕРВОГО, с кем бы могла потерять девственность. Да и не двенадцать мне уже. Семнадцать! Нормальный возраст!
Остров, веселье, алкоголь – почему бы и нет?..
Место удачное, момент.
И я сделала тот глоток! И понеслась карусель смеха и глупостей.
А когда косяк к губам приложила, втягивая едкую дрянь, поступки других перестали казаться идиотскими – было круто, легко, весело!
Игры, смех, купание – правда последнее без меня, – Стэфан мне улыбался, подмигивал, обнимал чаще обычного. А потом мы танцевали под открытым ночным небом. Это фантастически красиво. Тёмная густая масса с мириадами алмазных россыпей. Меня нежно обнимал будущий муж, который с каждым мгновением казался всё больше на принца похожим…
Тяжко стало чуть позже… мутить начало! А началось всё с мерзкого голоса Аниты:
– Стэф, можно тебя на секунду? – капризно надула губы мулатка.
– Я быстро, – заверил мой парень и поспешил к бывшей.
А у меня случился провал в сознании. Больше последовательности веселья не видела – обрывки, урывки… спонтанные выбросы смеха и тошноты. И я рыскала по огромному коттеджу в поисках Радмински. Не находила, бродила по комнатам, открывала двери, нет-нет, да и натыкаясь на страстные парочки уже во всю занимающиеся сексом…
Без смущения открывала и закрывала двери, продолжала искать своего парня, пока не наткнулась… На Стэфа с Анитой…
– Я люблю тебя, – проникновенный шёпот темноволосой стервы. Он почти под кожу мне ядом проникал, отрезвляя на ослепительные секунды.
– Да, малышка, – с хрипловатыми стонами вколачивался в любовницу МОЙ жених.
– Скажи, что не любишь её! – требовала дрянь.
Смутно помню, что да как, но выбежала на улицу… Слёзы жгли глаза, а я в отчаянье размышляла, что теперь делать?
Меня продолжало штормить и бултыхать…
В следующую вспышку сознания я брела по берегу…
Голос Стэфана упорно нагонял… тогда и я побежала… Запиналась, падала… ревела…
Но он нагнал. Потому учудила драку, а получив пощёчину, опешила.
– Успокойся, – навис надо мной жених, повалив на песок, – ты же понимаешь, я не могу вечно воздерживаться от необходимого. Мне нужен секс! – темнота ночи, звёздное небо и нездоровый блеск в глазах Радмински. – Но обещаю, только поженимся, любовниц не будет…
Он что-то ещё бормотал, а меня тошнило… Долго и много рвало… И спать дико хотелось…
Глава 2
Мирэя
Проснулась с жуткой головной болью и стойким ощущением, что натворила нечто, за что мне должно быть глубоко стыдно. И мне было… аж щеки горели.
Увы, вспомнить, что же такое натворила, тем более, чем отличились другие, не могла, как бы ни силилась, но осадок на душе укреплялся, да голова ещё сильнее болела. Зато Стэф был на удивление смирный и внимательный. Высиживал рядом, чем усиливал мою мнительность на мой же счёт. Видимо, я была очень плохой девочкой, вот он и не отходил ни на шаг. Всё время спрашивал, как себя чувствую и чем бы он мог быть полезен? Мне от этого становилось хуже. Я заверила, что всё отлично. Попросила дать побыть одной – отлежаться, а ему посоветовала не обращать на меня внимания. Он вообще помрачнел, но я поспешила с другим заверением, что не желаю быть склочной подругой, из-за которой обламывается веселье. Для вида попросила волшебную таблетку от похмелья, пару часов сна и наставительно посоветовала идти к друзьям, пообещав, скоро присоединиться.
Он выполнил с неохотой и бледным лицом.
Я себя уже ненавидела и презирала за это. А ещё больше накручивала – не хватало, чтобы Стэфан во мне разочаровался: пожалел, что взял с собой или, что хуже, его друзья ему о том сказали и он…
Жесть! Меня аж передёрнуло от мысли, к чему приведут такие разговоры. Это заставило очнуться от хвори. Я не имела на неё права! Чуть не выла, вытряхивая себя с постели. Ноги не слушались, башка раскалывалась, даже не смотря на принятую пилюлю, но я мужественно присоединилась к всеобщему гулянью.
Вечеринка продолжилась… я с натянутой улыбкой составляла Стэфу компанию, упорно отрицая, что чудовищно болела. И даже не заметила, как вырубилась. Ночью спала как убитая… Наутро наглоталась таблеток и была в коматозе всё время, пока собирались в обратный путь.
Настроение убивало то, что погода разительно изменилась, и вместо ласкового солнца с небес на нас обрушивался дождь, причём усиливающийся. Поэтому я уже у воды, у самой кромки, застопорила. Яхта жутко покачивала у дальней пристани.
– А это разве не предвестник шторма? – поумничала я, во мне говорил страх, и причём весьма подкреплённый веским аргументом – сильными волнами и мерзкой погодой!
– Детка, – развёл руками Радмински, – если мы не уберёмся отсюда немедля, нам реально придётся здесь пережидать шторм. А это может затянуться на пару дней, если не больше. Остров небольшой, не дай бог реально цунами случится…
Тоже веско прозвучало. Я несколько секунд соображала, что хуже, пережить несколько часов пути в шторм на борту катера, или не пойми что на острове.
– Стэфан!!! – мои тягучие мысли нарушил окрик Давида с яхты, где уже толкались остальные. Толпа гудела, музыка гремела фоном. – Нам двигаться нужно! – подытожил общее неудовольствие парень красноречивым жестом.
– Дайте секунду, – отмахнулся Стэфан и мило улыбнулся мне: – Детка, это смешно! Нас толпа. Мы хотим домой. И сейчас, пока есть шанс спокойно добрать до берега, нужно срочно отчаливать. Я клятвенно заверяю, что всё будет отлично!
Я нехотя покосилась на судно. Душа бултыхалась на качелях паники и разумности, как и яхта на волнах. И тут Радмински решил мою дилемму просто: подхватил на руки. Моя мечта, щекоча дыханием макушку и согревая объятиями, понёс меня на яхту. И губы его близко… Пьянили, улыбались искусительно.
И я растерялась. Это было так горячо и брутально, что я тотчас расплавилась, как масло на сковороде. Обвила за шею своего жениха-мечту, и поняла, что мне никогда так хорошо не было. Я просто не заслуживала такого чудесного человека. Не смела его в грязь лицом окунать! Не имела права позорить перед друзьями!
Сердце стучало оглушительно громко. Стэфан идеален настолько, что я забыла обо всём: отказе, сопротивлении. И вынырнула из омута фантазий уже на яхте.
– Вот видишь, – подмигнул жених, кончик носа поддев пальцем: – ничего страшного. Хоп, и мы уже здесь!
Только поставил на ноги, мне тотчас стало не по себе. Мы ещё не были в открытом океане, но корыто лихо покачивало. И меня… тоже… А если учесть моё самочувствие, то конечно… меня замутило.
Радмински младший был любезен и отвёл в каюту, где я легла – лучше проспать путь до дома. Пусть без меня океан волнуется, яхту бултыхает…
– Я постараюсь не доставлять хлопот, – заверила тихо, выпив пилюлю от укачивания. – Отсижусь тут, хорошо?
– Конечно, – кивнул Стэфан. – Если хочешь, я побуду с тобой…
– Нет! – категорично отрезала, опять чувствуя вину за то, что испортила настоящее веселье парню. – Я всё равно буду спать, так что… – мотнула головой, – спящей мне присмотр не нужен!
– Уверена? – уже ногой на пороге из каюты всё же уточнил жених. И взгляд такой виноваты-виноватый, жалостливый-жалостливый. Совсем гадко стало. Это ж как я парню испортила уикенд?! Если скажу: «Сиди со мной!» – уверена, останется, но ему будет скучно и дискомфортно. Что делать возле спящей малолетки, когда друзья гуляют и веселятся? Чёрт! Наверное, больше меня не пригласит… Лучше отпустить, как бы не страшилась оставаться в такую погоду одна. Пусть со своими гуляет, а я крепко посплю. Просунусь – уже берег. И дом недалеко!