Евангелие от Радиомира

© Радиомир Уткин, 2019

ISBN 978-5-0050-0607-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЕВАНГЕЛИЕ ОТ РАДИОМИРА. XXI век.

Во дни Ирода, царя Иудейского, был священник из Авиевой чреды Захария. Он был уверен, что жена его Елисавета неплодна. Однажды, когда Захария в порядке своей чреды служил пред Богом, по жребию, как обыкновенно было у священников, досталось ему войти в храм для каждения, а все множество народа молилось вне, явился ему через потайной ход приставник и сказал: «Не гневись, господин, за горькую весть. Жена твоя опять с рабом Иоанном втайне уединились». Захария, узнав о страшном грехе Елисаветы, смутился, и страх напал на него: «Господи!» – взмолился Захария. – «Моисей в законе заповедовал нам побивать таких камнями. Сейчас я должен огласить о ее грехе народу».

Между тем народ ожидал Захарию и дивился, что он медлит в храме. Он же, выйдя, не мог говорить к ним; и они поняли, что ему было видение в храме; и он объяснялся с ними знаками и оставался нем. А когда кончились дни службы его, возвратился в дом свой. Захария не хотел видеть жены и велел раба Иоанна бить плетями так, чтобы избежать смерти его и ответственности за это перед судом. Когда по субботам и другим праздничным дням все рабы по закону освобождались от работы, Иоанна закрывали в его помещении. Угощения с трапез, на которые приглашались рабы к хозяину, приносил Иоанну приставник.

Елисавета, напуганная произошедшими событиями и зловещим молчанием мужа, направила служащую ей рабыню в город галилейский Назарет к своей родственнице Марии, двенадцати лет. Она, как это было принято у иудеев, была обручена с мужем по имени Иосиф, из дома Давидова. Рабыня передала Марии просьбу своей госпожи погостить несколько месяцев и рассказала о произошедших событиях. Мария сообщила Иосифу, что ей необходимо срочно навестить свою родственницу, поспешно пошла в нагорную страну, в город Иудин, и вошла в дом Захарии.

В течение трех месяцев она старалась, как могла, скрасить горе Елисаветы и укротить гнев Захарии. Мария не обделила милостию своей и наказанного раба Иоанна. Часто навещала его, принося еду со стола господина. Она излила свои благочестивые чувства на всех обитателей дома Захарии, и воцарилось в нем согласие и благополучие. Марии было очень хорошо в ее комнате, расположенной вверху, под самой кровлей. Отсюда во внутренний двор вела особенная лестница к помещениям, в которых жили рабы. Для Марии быстро закончилось время пребывания в гостях, и она вернулась в Назарет.

Настало время Елисавете родить, и она родила сына. Соседи и родственники радовались вместе с нею. На восьмой день пришли обрезать младенца и назвать его, по имени отца его, Захариею. Но мать его сказала: «Нет. Я назову сына Иоанном». Ей возразили: «Никого нет в родстве твоем, кто назывался бы этим именем». Захария был мрачен и хранил молчание. У него стали спрашивать знаками, как бы он хотел назвать его. Он взял дощечку и написал: «Иоанн имя ему». И неожиданно для всех стал говорить: «Что спасет нас от врагов наших, от ненавидящих нас, от обманывающих нас и помянет Святой Завет, поруганный нами». Произнес он еще много странных слов, которых не могли понять. И охватил страх всех, живущих вокруг них, и пошел слух об этом по всей нагорной стране Иудейской.

Младенец возрастал, а Захария не проявлял к нему отцовской ласки. Еще подростком Иоанн начал убегать в пустыню, где приобрел друзей-отшельников. Юность он провел в пустыне, окончательно покинув отчий дом. Одежду носил из грубой верблюжьей шерсти с поясом из сыромятной кожи. Пищей для него служили саранча и мед диких пчел. В тридцать лет Иоанн начал проповедовать в пустыне Иудейской. Он был неграмотен, а проповедь его была немногословной, но убедительной. Сила ее была так велика, что вся Иудея и окрестности Иудейские выходили и крестились от него в Иордане, исповедуя грехи свои. Иоанн проповедовал, что крещение водою, совершаемое им, есть только приготовление к принятию Мессии, который должен вскоре явиться. Приходившим креститься он говорил: «Творите плоды покаяния. Деревья, не приносящие плодов, срубают, и они сгорают в огне. Делитесь всем необходимым». Мытарям, собирающим подати, он говорил: «Не берите более определенного вам». От воинов он требовал: «Не обижать, не клеветать, довольствоваться своим жалованием».

По возвращении Марии в Назарет пришло время ее сочетаться с Иосифом, но оказалось, что она имеет во чреве. Иосиф же, муж праведный, не желал огласить ее, хотел тайно отпустить. Но когда подумал о гневе своих родственников, решил сочетаться с Марией и, дабы скрыть время рождения младенца, ушел с женою в небольшой поселок Вифлеем. Его вместе с беременной женой приютили пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего. За проживание в овечьем стойле, молоко и хлеб Иосиф помогал пасти овец.

Наступило время родить Марии, и родила она своего первенца. Спеленала его и положила в ясли. Слух о младенце, родившемся в овечьем стойле, распространился в окрестностях Вифлеема. Иосиф и Мария, обеспокоенные вниманием, которое стали проявлять местные жители, поспешили покинуть окрестности Вифлеема и направились в Иерусалим, чтобы успеть, как надлежит по прошествии восьми дней, обрезать младенца и дать ему имя. Совершая обряд, дали имя новорожденному Иисус.

В сороковой день по рождению, повинуясь закону, принесли родители младенца в храм, чтобы представить перед Господом и принести узаконенную жертву – двух птенцов голубиных. Подошел к младенцу человек по имени Симеон. Народ, посещающий храм, хорошо знал этого праведного и благочестивого мужа, который был убежден, что не увидит смерти, доколе не возьмет в руки младенца Христа Господня. Он был одержим этой мыслью и подходил к каждому младенцу, которого в храме представляли Господу. Симеон взял Иисуса на руки, благословил Бога и сказал: «Владыко! Перед очами моими – спасение Твое, которое уготовил Ты для всех народов. Я вижу свет к просвещению язычников и славу народа Израиля». Иосиф и Мария дивились сказанному.

Совершив все по закону Господню, они возвратились в Назарет.

Младенец возрастал и укреплялся духом, не по годам быстро исполнялся премудрости. Рано научился читать и писать. Иосиф пытался обучить его мастерству плотника, но отрок не проявлял ни старания, ни интереса. Когда появился у Иисуса брат Иаков, а затем Иосия, Симон и Иуда, он все больше стал ощущать неприязнь отца. Иосиф, обремененный заботами о пропитании растущего семейства, ожидал помощи от старшего сына, но Иисус, подрастая, все больше времени проводил в синагоге среди книжников, поражая их своей памятью о событиях, описываемых в священном писании. Обработка дерева, к которому пытался приучить отец, вызывала у него отвращение. Сыновние чувства проявлялись у него не к отцу, а к Богу. Подрастали братья и в меру сил помогали Иосифу.

Старший сын все реже приходил домой. Часто уходил из Назарета, присоединяясь к паломникам в Иерусалим, где все время проводил в храме. Здесь, во дворе народа и дворе язычников, появилось много друзей и почитателей его способностей. Во дворе язычников он знакомился с продавцами животных и меновщиками церковной монеты на гражданскую. Иисус легко сближался с пришельцами и удивительно быстро понимал их язык.

Нередко вблизи от храма останавливались большие караваны. Верблюды величественно опускались на колени, и, испытывая страдания во время навьючивания, испускали крики гнева, но терпеливо ждали приказа подняться на ноги. Любуясь терпеливыми и грациозными животными, Иисус познакомился с владельцем больших караванов Раджи. Он был из страны, о которой в детстве и юношестве мечтал Иисус. Там были, по Священному Писанию, райские реки Геонь и Фисань. Из этой земли в войсках Евпатора находилось тридцать два слона, обученных к войне, ими управляли наемники из этой страны. В эти края отправлялись корабли Соломона и откуда вывозили золото, красное дерево, драгоценные камни, слоновую кость, обезьян, павлинов. Из красного дерева делались перила в храме и доме царском. Раджи водил свои караваны до Египта. Он знал языки нескольких народов и полюбил Иисуса, с которым было легко и интересно общаться.

Иисус с благодарностью принял приглашение Раджи к путешествию в Египет. Юный Иисус с большим вдохновением изучал этот загадочный край, где прославился Иосиф – прародитель нации, возвысившийся от раба до первого сановника пре дворе Фараона. Здесь по велению Божьего промысла переселенцы во главе с престарелым отцом Иосифа Иаковом из всего 75 душ расплодились почти до двух миллионов в течение 400 лет. После второго путешествия Иисус возвращался разочарованным. Бросив прощальный взгляд на громады пирамид, он сказал: «Нет будущего там, где торжествует вечная смерть. Бог не есть Бог мертвых, но живых. Отец послал меня в этот мир дать людям вечную жизнь в Царствии Его, и я исполню даже ценой своей жизни этот завет».

Проблемы собственной семьи были для Иисуса несоизмеримы с великой миссией, предназначенной для него Всевышним.

Он больше не возвращался в отчий дом и с караваном Раджи направился в Индию. Здесь под покровительством своего друга он провел много лет, пытаясь проникнуть в завораживающие обычаи, таинства, которыми обладали местные жрецы. Однако Иисус постоянно ощущал непреодолимую стену между тем духовным зарядом, который был заложен в него Провидением, и этим прекрасным, но чуждым для него миром. Искусство совершенствовать телесное состояние для управления душой вызывало интерес, но противоречило убеждению в первородности Божественного замысла. Тревожная мысль все настойчивее воспламеняла его сознание: «Пора идти в народ творить дела во имя Отца моего. Указать им путь для жизни вечной в Царствии Небесном. Они должны услышать голос мой, и они пойдут за мною. Я приведу их к подножью трона Всевышнего».

Иисус неподвижно стоял на земле галилейской под палящими лучами полуденного солнца и провожал взглядом удаляющийся на запад караван. Это был не одержимый сомнениями и поисками смысла жизни юноша, а непоколебимо уверенный в своем предназначении муж.

Он стоял вблизи предместья Назарета. Ему было уже тридцать лет. За время его странствий глава семейства Иосиф умер. Появление старшего брата с восторгом встретили младшие. Хорошо помнили Иисуса только Иаков и Иосия, Симон и Иуда его почти не знали. Все с изумлением рассматривали непривычные для здешних мест одеяния, в которых вернулся странник. Мать не сводила глаз со старшего сына, втайне надеясь, что он останется в семье.

В эти счастливые для всех дни Иисус жадно слушал рассказы братьев о событиях, произошедших на родине и в ближайших землях. Мать Мария в соседней комнате тревожно прислушивалась и непрерывно ткала одежду для своего сына. Она чувствовала, что он ненадолго задержится в своем родном доме. Она быстро изготовила внутреннюю одежду из куска полотна льняного и ткала хитон, не пропуская в мыслях ни одного слова из беседы сыновей.

Слышно было, как младшие сообщали долго отсутствовавшему брату: «Прокуратор Пилат распорядился взять часть ценностей из Иерусалимского храма для строительства акведука. Первосвященники не посмели ему отказать. Только многие жители Галилеи восстали против римлян, надругавшихся над святынею. За их непокорность Пилат повелел казнить захваченных участников восстания, и кровь казненных смешать с кровью животных, приносимых в жертву в храме».

На основных торговых путях за время его отсутствия возникли эллинские поселения, которые окружают поселения иудеев, и там часто происходят кровавые столкновения. Стало трудно совершать паломничество из Галилеи в Иерусалим. Самаритяне проходящих через их территорию могут ограбить или убить.

Саддукеи выбирают только из своих близких священников и первосвященника. Священники назначают служителями в храмах и, прежде всего, книжниками своих родственников, их теперь почти десять тысяч в одном Иерусалиме. Они боятся потерять свое богатство и власть и все больше подчиняют народ римлянам.

Среди простых людей проповедуют фарисеи. Они гордятся тем, что начали свое служение еще во времена долговременного плена иудеев в Вавилоне.

В отличие от саддукеев, которые утверждают, что нет воскресения, ангелов и души, фарисеи признают эти Божественные предопределения. Фарисеи презирают саддукеев, все время проводят в молитвах и выдерживают строжайшие посты, ждут Страшного Суда, верят, что скоро придет Мессия и освободит от гнета саддукеев и римского ига. Ревнители веры называют себя кананитами и постоянно призывают народ к возмущениям и мятежам. Галилеяне, которые поддались призывам восстать против римлян, подверглись жестокой расправе.

Старшая дочь Мария помогала матери и, слушая братьев, часто испуганно вздрагивала и даже украдкой вытирала слезы. Две младшие сестры откровенно подслушивали беседу братьев и даже пытались приоткрыть дверь в комнату, где возлежали братья. Но мать разгневалась и выгнала девочек во двор. Женщинам не положено пытаться познавать замыслы мужчин, и они твердо должны знать свое место в доме; доля женщины не познавать, не поучать, а молчать и подчиняться главе семейства.

Иаков с восторгом рассказывал об Иоанне Крестителе, о его отшельничестве, скромном питании и проповедях в пустыне Иудейской о близости Царства Небесного. Иоанн всем говорит: «Мой голос в пустыне открывает путь к Господу. На него откликнется и придет тот, кто должен быть идущим за мною, но сильнее меня Святым Духом. Мое крещение в воде и покаянии он заменит крещением Духом Святым и огнем. Он очистит гумно свое и соберет пшеницу свою, а солому сожжет огнем».

Иисус об Иоанне особенно внимательно слушал и почему-то загадочно улыбался.

Иаков всегда хотел быть подобным Иоанну Крестителю: он не пил вина, не ел мяса, никогда не стриг волос, не купался при людях, не натирался благовониями. Пока старший брат странствовал, на него легла основная ответственность за благосостояние семьи. Еще при жизни Иосифа он был основным его помощником и рано стал известен не только как искусный мастер, но и как ревностный защитник веры. По закону подчинения старшим он не решался осудить брата за его склонность к путешествиям и непочитание семейных устоев. Иаков надеялся, что Иисус после многолетнего отсутствия одумается и, как старший брат, возглавит осиротевший отчий дом. Но ожидания семьи не оправдались. Едва примерив новые одеяния, ночью, не попрощавшись, Иисус исчез.

Из Галилеи Иисус направился на Иордан. Сандалии, сделанные из куска кожи с шеи верблюда еще Иосифом для себя, надежно защищали подошву, но ремни между пальцами и вокруг пятки совсем не защищали от песка, грязи и пыли. Однако опытный путник, привыкший к изнурительным походам, не замечал этого. По его лицу иногда скатывалась слеза, когда он вспоминал брошенную семью. Но непреодолимое сладостное чувство осознаваемого только им долга перед заблудшими в вере людьми направляло к осуществлению заветной цели. Покинув родной дом, Иисус словно сбросил оковы, которые стягивали духовную свободу. Не в родной семье, а здесь, под звездным куполом, в завораживающем лунном свете, под палящими лучами солнца, он ощущал себя сыном Всевышнего и отцом для ищущих истинного смысла в вере.

Уверенность в своем предназначении укреплялась тем сильнее, чем дальше он удалялся от своего отечества. Эта вера в себя магически передавалась окружающим. Его взгляд, улыбка, движение руки были значительны и проникновенны. Случайный попутчик, увлеченный его речью, обликом и заботливым отношением, неохотно расставался, когда их пути расходились. Он легко проходил эллинские поселения и места проживания самаритян; встречая его в облике иудея, провожали уже как своего земляка, хорошо знающего язык и обычаи. В его устах даже грубые звуки латыни преображались, и спесивые римские легионеры, загипнотизированные его речью, словно статуи застывали на своих постах и задумчиво провожали взглядами странного путника.

Чем ближе подходил Иисус к Иордану, тем чаще встречались жаждущие принять крещение. Те, кто уже осуществил святой обряд, рассказывали, какое просветление в их душе произошло. Мрачные и оскорбленные лица фарисеев и саддукеев подтверждали, что Иоанн отвергает их от исповедания грехов и крещения и говорит им: «Порождения ехидны! Кто внушил вам бежать от будущего гнева? Уже секира занесена над вами, как над деревом, не приносящим доброго плода». В Енононе было много жаждущих крещения, все соблюдали строгий пост. Очищая свое тело от скверны постом и молитвой, они подходили к Салиму, где было достаточно воды и крестил Иоанн. Иисус не спешил явить себя Иоанну, как стремились все желающие креститься. Он несколько дней задумчиво ходил в окрестностях, где осуществлял свое святое деяние Креститель.

Иоанн вскоре обратил внимание на необычного свидетеля его таинства. Иисус выбрал время, когда Иоанн остался один со своими учениками на берегу Иордана, неторопливо подошел и с улыбкой произнес: «Я пришел на глас вопиющего в пустыне, в котором услышал: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему; всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, неровные пути сделаются гладкими; и явится слава Господня».

«Кто ты?» – побледнев, произнес Иоанн. Он не умел читать и писать, но его память была удивительно цепкой, и он мгновенно вспомнил эти слова пророка Исаии.

«Я тот», – продолжил Иисус, – «кого Господь призвал от чрева, от утробы матери моей назвал имя мое и сделал уста мои как острый меч; тенью руки своей покрывал меня и сделал меня стрелою изощренной и сказал: „В тебе я прославлюсь. Мое право у Господа, и награда моя у Бога моего“. Господь держит меня за руку и хранит меня, он поставил меня в завет для народа, во свет для язычников». Иоанн, пораженный этими словами, тихо произнес: «И ты пришел ко мне креститься? Мне надобно креститься от тебя!» Иисус сказал ему в ответ: «Делай как предначертано. Нам надлежит исполнить правду святого завета».

Приняв обряд крещения, Иисус вышел из воды и молча, не оборачиваясь, быстрым шагом стал удаляться от ошеломленного Иоанна и его учеников. Когда Иисус при крещении троекратно погружался в воду, он не почувствовал, что умирает для жизни плотской и возрождается в жизнь духовную. Небывалая физическая активность охватила его организм. Чтобы погасить эту энергию он много дней бродил по пустыни, размышляя о своем предназначении. «Мое слово от Господа, мое право и награда от Бога моего. Мое крещение освещает крещение Иоанново и проложит путь к отцу моему для всех народов.

Его путь пролегал у берега Геннисаретского озера, называемого морем, по направлению к приморскому Капернауму. Жажда выполнить свое божественное предназначение обостряла его внимание к каждому встречному и попутчику. Происхождение, род занятий, степень грехопадения столь существенные для всех иудейских сект и особенно саддукеев и фарисеев для него не имели значения. Останавливаясь на отдых у поселений, где обычно римляне устраивали специальные дома для сбора пошлин, он наблюдал, как мытари обирали торговцев, собирая с них непомерные пошлины. Главные сборщики, купив или получив за свои, часто подлые, заслуги перед прокуратором, право на сбор пошлин, сами не участвовали в этом греховном ремесле, а нанимали недобросовестных исполнителей.

У этих домов, у ворот, что на дорогах, на площадях предлагали себя блудницы. Если в старые времена они довольствовались козленком, то с появлением эллинов и особенно римлян их услуги стали изощренными, а оплата несоизмеримо возросла.

Иисус доброжелательно и с вниманием относился ко всем. Не сторонился он и прозелитов, которые отказавшись от язычества, соглашались в некоторых отношениях с иудейской религией, и поэтому могли входить в храм только до его притвора. За эту форму неравенства он гневно осуждал спесивых священников. Проходя ночью по пыльным дорогам, он не пугался животного воя бесноватых, который часто доносился из гробов оборудованных в естественных пещерах и искусственных гротах богатыми Иудеями. Эти последние пристанища использовали как убежища люди, отвергнутые своим народом.

Почти в каждой семье иудеев были прокаженные. Лечить проказу пытались по предписанию Моисея – больным запрещали употреблять в пищу жир и кровь. Обостренное внимание Иисуса определило, что иудеи под проказой подразумевают любые изменения, происходящие на коже. В Индии лекари и жрецы хорошо распознавали проказу от других кожных заболеваний и изолировали прокаженных. Еще только находясь в поисках своей паствы, он заходил по приглашению в дома прокаженных, своим вниманием и внушением многих избавил от этой язвы посылаемой за грехи от Господа.

Проходя по области Десятиградия, где жили в основном иноверцы, Иисус легко общался с эллинами, даже с теми, кто пас стада свиней. Держать свиней было запрещено иудейским законодательством. В людных местах, у домов по сбору пошлин, у притворов храмов было много просящих подаяния и жаждущих исцеления. Ослепленные, хромые, с иссохшими руками, прокаженные пытались вымолить у Бога прощение за грехи их собственные или прегрешения предков, за которые они несут наказание. Приносили сюда и расслабленных, члены которых утратили полностью или частично свою подвижность. Большинство этих людей не могли позволить себе лечиться у врачей, да и богатые не получали должного лечения.

Иисус хорошо знал, что местные врачи далеки от тех медицинских знаний, которыми обладали лекари Египта и Индии. В Египте каждый врач занимался лечением какой-то одной болезни. Они же, уже совместно, подводили итог жизни пациента, который заканчивался бальзамированием тела.

Так Иосиф приказал своим врачам бальзамировать умершего отца Иакова и сам был бальзамирован и положен в ковчег в Египте. Размышляя о судьбе человека предначертанной Божественным промыслом Иисус пришел к твердому убеждению, что оздоровление телесных недугов должно быть в пределах того, что дано свыше. Болезнь дается за грехи, если мне как сыну человеческому определенно прощать грехи, то значит дозволенно исцелять там, где это позволяет Бог.

Начал свое служение Иисус вблизи города Капернаума. В самом городе и его окрестностях уже хорошо знали этого пришельца из Назарета, наделенного способностью убеждать как найти правильный путь в вере и обладающего чудодейственной силой исцеления. Когда Иисус зашел в Синагогу, очень скоро он привлек общее внимание. Его обращение в молитве к Богу было похожим на беседу сына с отцом «Отец мой!» – звучал его проникновенный голос. – «Ты устами пророка Исаии провозгласил: Дух Господа Бога на мне, ибо Господь помазал меня благовествовать нищим, послал меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным к освобождению. Как утешает кого-либо мать, так утешу я вас. И должен я собрать все народы и языки, и они придут и увидят славу мою. Ибо, как новое небо и новая земля, которые я сотворю, всегда будут перед лицом моим. Кто благословит себя на земле, будет благословлен Богом истины. И Бог рабов своих назовет иным именем».

Иисус замолк, и в храме установилась напряженная тишина. Взгляды присутствовавших были устремлены на него. Бесноватый который до прихода Иисуса безумно вращая глазами бродил по Синагоге, и все присутствовавшие опасливо сторонились его, внезапно закричал: «Ты пришел погубить нас!». Он упал и забился посреди синагоги. Иисус подошел к нему, положил руки на голову и стал шептать что-то похожее на молитву. Бесноватый затих и смирно оставался на своем месте.

Успокоив бесноватого, Иисус продолжил свое обращение к Богу: «Я отрок твой, которого ты держишь за руку, избранный твой. Я тот, кто положит тело и дух свой за тебя и возвестит народам о Суде Твоем, зажжет свет для язычников, откроет глаза слепым, узников выведу из заключения, сидящих во тьме из темницы».

Продолжая говорить, Иисус начал удаляться из храма – «Я возвещаю! Предсказанное прежде сбылось, и новое я возвещу, прежде нежили, оно произойдет».

Захваченные его речью прихожане покидали храм и следовали за ним. Начальник Синагоги, который мог подвергнуть бичеванию нарушителей закона, в растерянности стоял среди служителей. Право на изгнание из синагоги, которым он обладал, было самым страшным для иудеев. Совершающие службу, стали свидетелями, как молящиеся сами словно завороженные покинули храм и последовали за пришельцем. Иисус неторопливо шествовал по центральной улице Капернаума к выходу из города, его уже многие узнавали.

Слух о даре исцелять силой веры в Бога быстро распространялся.

От его обостренного внимания не ускользало не одно происходящее событие. Вот из дома сотника, командира римских легионеров, вынесли к воротам носилки с расслабленным и положили для моления. Иисус подошел, коснулся в разных местах обездвиженных конечностей, ободряюще улыбнулся и произнес: «Молись, только на пути к богу будет твое исцеление». Он научился за долгие годы проживания в Индии, определять по чувствительным точкам насколько прочно душа сохраняет связь с органами тела. Страстная молитва и сила веры, упрочняет эту связь, и многим дает исцеление. Исцеление тех, кто хромотой или неподвижностью руки от рождения поражен этим недугом за грехи родителей, можно предвидеть при погружение в Божественный сон. Если в этом сне подвижность органов восстанавливается, значит, душа силой молитвы может восстановить свою власть в пораженном гневом Господнем организме. Нет безнадежно больных, был уверен Иисус, есть безнадежно не верящие в свое избавление от болезни.