Стальные Волки. Право на существование

Небольшое летнее кафе обнаружилось в метрах двухстах, слегка в стороне от дорожки, по которой прогуливался Нечаев. Недолго думая, он направился к обнаруженному заведению. Подойдя к входу, контр-адмирал прошел сквозь символическую арку, хотя просто символичной ее назвать нельзя. На самом деле это устройство сканирует данные биометрии посетителей и сверяет полученный результат с базой данных, тем самым определяя, кто посетитель. А далее начинается перекрестный поиск в различных источниках Всемирной сети для определения предпочтений конкретного человека. Что вы любите на завтрак, а что едите по выходным, какой размер порции предпочитаете. После система предоставляет персоналу заведения список блюд, имеющихся в меню, которые посетитель закажет с наибольшей вероятностью.

Внутри Нечаев увидел, что в кафе есть небольшая веранда с видом на Москву-реку, туда он и направился. Несмотря на огромное количество народу, прогуливающегося по парку, кафе оказалось незаполненным посетителями, поэтому контр-адмирал легко нашел на веранде свободный столик. Как только он уселся на удобный стульчик, рядом как из-под земли вырос официант, молодой парень лет восемнадцати. Несмотря на повсеместную автоматизацию всего и вся, люди все же больше предпочитали живой персонал.

– Чего желаете, Владимир Сергеевич? У нас есть отличный омлет и обжаренный цельный картофель с хрустящей корочкой.

Нечаев мысленно облизнулся и сглотнул слюну. Он бы с удовольствием съел предложенное, но взял себя в руки и попросил:

– Спасибо, но я бы хотел чашку кофе, как я люблю.

Официант уткнулся в свой планшет:

– Молотый, с молоком и корицей?

– Все верно.

Парень оторвался от своего планшета и улыбнулся:

– Сейчас сделаем, минут пять.

Официант удалился, а Нечаев принялся наблюдать за проплывающими кораблями, погрузившись в воспоминания.

Уже год прошел с тех пор, как незваные гости атаковали Землю. И за это время многое изменилось. Помимо провозглашения Земной Федерации, начались бесконечные заседания, как же все-таки будет устроена эта Федерация. С вооруженными силами справились быстро, военные не привыкли к демагогии и просто подчинились приказам сверху. А вот политиканы долго и упорно срывали голоса, доказывая, какая страна должна получить больше мест в составе Совета. В итоге все прекратилось, когда главы государств США, России, Китая и Индии провели четырехстороннюю встречу. После чего выступили с совместным заявлением, в котором предлагалось ввести в состав Совета глав государств, страны которых имеют свой собственный доступ в космос. А также создать парламент, в который войдут представители всех остальных стран, подписавших вхождение в Земную Федерацию, а были и такие, которые отказались. После этого дискуссия долго не продлилась – данное предложение было принято единогласно.

Столицу Земной Федерации, решили построить с нуля. Для этой грандиозной стройки выбрали африканский континент. Справедливо рассудив, что любое государство захочет, чтобы столица размещалась на его территории. И поэтому было принято нейтральное решение, и выбор пал на наименее развитый регион. Тем самым люди планировали вдохнуть новую жизнь в этот континент и дать толчок его развитию. А пока не построена столица, все заседания проводятся в Нью-Йорке, в здании, где раньше размещались структуры ООН.

Нечаев был согласен со всеми этими административными изменениями. Всем и так было понятно, что значимую нагрузку по содержанию нового образования возьмут на себя наиболее экономически и технологически развитые страны. Что касается столицы, тоже верное решение: африканский континент так и не смог выбраться из нищеты и постоянных конфликтов, что еще более усугубляло ситуацию, а вот человеческим ресурсом этот регион обладал значительным. Поэтому такое решение со временем позволит вовлечь в экономику планеты огромное количество людей.

Восстанавливать разрушенные бомбардировкой города не было никакой возможности – нечего восстанавливать, одни руины. Адмирал помотал головой из стороны в сторону – эти чернеющие пятна на месте уничтоженных городов, которые видно даже из космоса, еще долго будут памятником беспечности человечества. И вот теперь непонятно, хорошо то, что произошло, или нет. Да, это нападение забрало очень много жизней, но сколько человечество потеряло жизней в кровопролитных войнах? Если бы пришельцы не напали, эти войны продолжались бы и продолжались, а требовался лишь огромный пинок из дальнего космоса, чтобы люди наконец сплотились.

За размышлениями Нечаев не заметил, как ему принесли заказанный кофе. Когда официант поставил чашку на стол, адмирал втянул аромат полной грудью и даже слегка зажмурился от удовольствия. Парень, принесший кофе, просиял улыбкой.

– Наслаждайтесь, Владимир Сергеевич, – проговорил он и удалился.

Нечаев сделал глоток и снова посмотрел на реку. Как раз в этот момент по ней мчался пассажирский корабль на подводных крыльях. Он проследил за ним и перевел взгляд на городские постройки.

Во второй половине двадцать первого века Москва задыхалась от перенаселения и количества автомобилей, впрочем, как и другие города во всем мире. И даже не помог запрет на въезд и пользование автомобилями с двигателем внутреннего сгорания. Количество электромобилей росло с огромной скоростью, дорожные службы не поспевали вводить в эксплуатацию новые многоярусные дороги, и людей прибывало огромное количество. Тогда в Москве было принято решение ограничить высоту зданий и запретить личный транспорт в переделах города. Исторические постройки оставили, а все остальные строения снесли и построили небольшие домики на несколько семей, экологичные и полностью автономные. Конечно, произошло это не мгновенно, Москва за десять лет расширилась втрое. Благодаря такому решению, население распределилось более-менее равномерно по большой площади, а за людьми потянулись бизнес, офисы и предприятия. В дальнейшем автоматизированная система городского транспорта стерла расстояние между противоположными частями города, и стало не важно, где человек живет, а где работает, – Москва расцвела и зазеленела. Запрет на высоту здания не сняли до сих пор, и это порождало поистине причудливые решения в архитектуре.

Нечаев наблюдал, как между домами снуют воздушные дроны-доставщики, словно пчелы на опылении цветов. Эти дроны использовали вертолетный тип передвижения, но периодически пролетали дроны дальнего сообщения, которые уже двигались как самолеты. На дорогах мчались беспилотные автомобили системы городского транспорта. Назвать эти средства передвижения автомобилями в привычном понимании нельзя – они ближе к капсулам на четырех колесах. Все это взаимодействовало друг с другом, повинуясь единой системе контроля городского движения. Технологии, природа и гармония. Контр-адмирал вздохнул и сделал еще глоток.

Пискнул сигнал коммуникатора, оповещая о получении сообщения. Нечаев еще несколько секунд продолжал наблюдать за городом, а затем потянулся за устройством. Прочитав сообщение, он вскочил и быстрым шагом направился на выход, на ходу вызывая транспорт.

Официант проводил его взглядом и пожал плечами:

– Кофе, что ли, не понравился?

– Здравия желаю, господин контр-адмирал! – Нечаев отдал честь поприветствовавшему его офицеру и чуть ли не бегом продолжил свой путь по коридорам здания.

Сообщение о немедленном сборе пришло всему высшему командному составу Земной Федерации, включая военных. Конкретно Нечаеву предписывалось явиться в представительство штаба ВКС в Москве. Ему пришлось срочно навестить служебную квартиру, чтобы переодеться с прогулки, а после вызывать служебный транспорт – хоть городская транспортная сеть и быстрая, но ведомственный автомобиль еще быстрее. Поездка к месту назначению много времени не отняла, и вскоре контр-адмирал входил через парадные двери в здание штаба ВКС.

После реорганизации вооруженных сил сменилась и военная форма, поэтому на контр-адмирале красовался новенький мундир ВКС Земной Федерации, к которому тот еще не привык. Он периодически пожимал плечами и всячески поправлял его, хотя на самом деле мундир сидел отлично, о чем его не раз заверяли в близком окружении. Еще контр-адмирала сильно раздражало то, что ему присвоили флотское звание, это случилось после того, как операция по захвату корабля пришельцев оказалась успешной. Тем не менее он терпеть не мог флотских еще с учебки, и хотя сейчас на нем был мундир космического флота, а не морского, неприязнь осталась.

Торопясь на совещание, Нечаев наблюдал царящую вокруг суету, по коридору сновали служащие и офицеры, а контр-адмиралу раз за разом приходилось прикладываться рукой к козырьку фуражки. «Видимо, случилось, что-то экстраординарное», – подумал Нечаев и зашагал еще быстрее.

– Контр-адмирал, прошу вас. – Молодой офицер из службы охраны открыл перед Нечаевым дверь и жестом пригласил его внутрь.

Тот кивнул и переступил порог.

Он оказался в типичном зале с эффектом присутствия. Кресла и столы располагались в секторе круга, обращенные в одну сторону. Спереди и по бокам были установлены проекционные экраны, которые транслировали происходящее на других площадках. Когда вся система включалась, то создавался эффект Колизея, с трибуной в центре. Таким образом можно было подключить любое количество народу.

Когда Нечаев осматривался в поисках свободного места, он увидел, что ему машет рукой бывший министр обороны Российской Федерации, а нынче представитель Генерального штаба Вооруженных сил Земной Федерации генерал Грачёв. Долго контр-адмирал не раздумывал и направился прямиком к генералу. Приблизившись, Нечаев попытался вытянуться перед ним, но тот жестом пресек его попытку и указал на соседнее кресло, которое было свободно.

– Садись, контр-адмирал, мне нужно с тобой поговорить.

Устроившись в кресле, Нечаев приготовился слушать. Тем временем проекционные экраны засветились, и в зале стало многолюдно, а в центре появился человек в форме службы безопасности ЗФ. Над ним развернулась объемная карта Солнечной системы с обозначением орбит и местоположением искусственных объектов.

Безопасник не стал расшаркиваться и сразу начал доклад:

– Полгода назад к объекту 2073 MS27 был отправлен сорок четвертый транспортно-энергетический модуль.

На карте прорисовалась слегка изогнутая кривая траектории, которая начиналась от орбиты Земли и уходила куда-то за пределы орбиты Плутона.

Нечаев сразу вспомнил, что объект 2073 MS27 – это тот самый планетоид, рядом с которым впервые появились гости. А на экране стали мелькать кадры обнаруженных с орбиты обломков. Безопасник продолжил что-то рассказывать о ходе миссии, но в этот момент генерал Грачёв выудил откуда-то папку и достал из нее лист приказа, после чего, не отрываясь от происходящего на экране, протянул его контр-адмиралу. Слегка наклонившись к Нечаеву, генерал произнес шепотом:

– Вот, ознакомься. – Он кивком указал в центр зала. – Пока там ничего интересного нет, все стоящее внимания будет в конце.

Тем временем из центра зала донеслось:

– Сейчас вам будет продемонстрирована запись, сделанная три дня назад на поверхности исследуемого тела. – Безопасник принялся комментировать происходящее.

Нечаев взял прозрачный пластиковый листок, сверху которого была изображена еще не привычная ему эмблема Земной Федерации: перевернутая трапеция, правый край которой был разрезан так, что образовывал две буквы английского языка – “Е” и “F”, заглавные буквы слов “Earth Federation”. Контр-адмирал еще некоторое время переводил взгляд с листка на изображение в центре зала, затем вытащил свой планшет и положил листок на его экран. На планшете появилась надпись: «Пройдите идентификацию личности». Нечаев сразу же приложил большой палец правой руки в специальное углубление, в тот же миг несколько микроигл вонзились под кожу пальца, беря образцы ткани. Надпись с экрана пропала, а планшет принялся считывать контрольную информацию с листа. Это заняло несколько секунд, после чего экран планшета начал излучать свет на той длине волны, которая указана в контрольной информации. На листке стали проявляться буквы, и контр-адмирал впился взглядом в строчки приказа.

Через минуту Нечаев оторвался от чтения и, повернув голову к генералу, спросил:

– Луна?!

Тот кивнул:

– Все верно. Советом Безопасности ЗФ принято решение о развертывании орбитальных верфей на Луне. Для этого необходимы производственные и добывающие комплексы, которые позволят построить, а потом и снабжать верфи и строящиеся на них корабли. Ну и сопутствующую инфраструктуру тоже нужно возводить. Предусмотрено увеличение численности лунной колонии до двухсот тысяч человек.

У Нечаева брови поползли вверх.

– Более детальную информацию получишь после завершения этого доклада, курьерская служба Генерального штаба доставит все необходимые документы.

– Господин генерал, разрешите вопрос?

– Я знаю, что ты хочешь спросить, контр-адмирал. Понимаю, что никто и никогда этим не занимался и тебе придется быть первопроходцем, но не волнуйся, ты будешь не один, в твоем подчинении будет армия гражданских специалистов, которые руки потирают от желания наконец-то воплотить проекты внеземных колоний, разрабатываемые столетиями, но так и не воплощенные в жизнь. Ты будешь представлять военную администрацию на Луне, и твоя задача – держать эту вольную братию в узде, а то они там понастроят.

Генерал отвлекся от созерцания объемного изображения довольно целого обломка корабля пришельцев и повернул голову к Нечаеву. При этом его лицо выглядело довольно строгим.

– Ты меня понял, контр-адмирал?

Нечаев попытался принять стойку смирно в сидячем положении.

– Так точно, господин генерал!

Грачев еще несколько секунд буравил взглядом Нечаева, а затем его лицо расслабилось.

– А теперь смотри, – он снова повернулся к центру зала, – сейчас будет то, ради чего мы тут собрались.

На проекционном экране в центре зала транслировалось, как один из термитов медленно подбирается к проходу и пытается заглянуть за угол. Сказать, что открывшаяся картина поразила Нечаева, – это ничего не сказать. В центре помещения, куда заглянул термит, стоял огромный цилиндр, и в некоторых местах через прозрачный материал виднелась некая субстанция, по внешнему виду – биологического происхождения. Все валявшиеся кабели были подключены к гнездам внизу цилиндра, а вдоль стен лежали тела, видимо, всего экипажа корабля. Все они были в скафандрах, и как выглядят – непонятно, хотя по внешним признакам точно гуманоиды. Их расположение говорило о том, что они умерли здесь не внезапно, а сознательно пришли, выполнили свою работу и расселись вокруг умирать.

Контр-адмирал задался вопросом: «Что же там в этом цилиндре, раз экипаж боролся не за свою жизнь, а за сохранение содержимого цилиндра?»

В зале воцарилась гробовая тишина, и в этот момент безопасник начал комментировать происходящее.

– Да, вы всё правильно поняли, это, – он жестом указал на изображение, – представители живой инопланетной расы. Далее я покажу, как они выглядят, но забегая вперед, сразу скажу, что они очень похожи на наших земноводных, хотя, как меня заверил научный персонал, это сходство только в некоторых аспектах.

Запись продолжилась, и Нечаев смог наблюдать, как термиты вскрывают скафандр, демонстрируя облик пришельцев. И действительно, внешне очень похоже на наших ящериц, даже можно сказать, что они высшая форма развития тех же динозавров. Правда, и отличия значительные: голова по сравнению земными представителями более круглая; нет выдающихся вперед челюстей; прямоходящие, с хорошо развитым скелетом. Отсутствие ушей и растительности на теле, а от хвоста остался только рудимент.

– Дальнейшим изучением физиологии этих существ займутся наши биологи, – продолжил безопасник. – А вот этот устройство мы не решились вскрывать.

Один из термитов приблизился к цилиндру и заглянул через имеющиеся окна, продемонстрировав всем присутствующим, что именно находится внутри, а там, аккуратно уложенные, показались яйца, множество яиц. Транслируемая картинка остановилась, и на экране выделилось одно яйцо, затем появились выноски с указанием размеров, состава, температуры и прочего. Слева от изображения возникли строчки с перечислением применяемых методов сканирования, а затем внешняя оболочка потускнела, и внутри проявился силуэт эмбриона. Снова запустилось воспроизведение, и стало заметно, как эмбрион шевелится внутри яйца.

– Они живы, и все аналитики сходятся во мнении, что экипаж боролся именно за сохранение этой кладки. Они отключили оставшиеся в рабочем состоянии системы и перенаправили всю энергию реактора на поддержание работоспособности этого… ммм… инкубатора, но к сожалению, реактор корабля пришельцев поврежден, и неизвестно, сколько еще протянет.

Выступающий перевел дух, ожидая, пока все переварят увиденную информацию.

– Советом Безопасности Земной Федерации принято решение спасти яйцекладку внеземной расы. Сейчас специалисты разрабатывают план по выполнению данной задачи.

Гражданские, присутствующие на демонстрации, тут же начали переговариваться между собой, и в мнимом Колизее поднялся шум. Безопаснику даже пришлось несколько раз попросить о тишине. Когда зал угомонился, он продолжил:

– Вся информация, касающаяся тактико-технических характеристик корабля пришельцев, будет доступна на специально выделенном для этого ресурсе. Она будет пополняться в режиме реального времени, по мере анализа поступающих данных. Все, имеющие соответствующий доступ, смогут с ней ознакомиться. Но главное, мы сейчас с уверенностью можем сказать, что эта раса не имеет ничего общего с теми, кто на нас напал. То есть нашу Солнечную систему, посетили представители двух разных инопланетных цивилизаций.

– Ну вот, хоть что-то стоящее, – услышал Нечаев от генерала Грачева, – а то подняли шумиху из-за каких-то яиц. Как по мне, то главное – знать, насколько они опасны и как с ними бороться в случае чего.

Контр-адмирал посмотрел на генерала, но ничего не сказал. В его голове вертелась какая-то мысль вокруг этого инкубатора, и он никак не мог ее поймать. Его не покидало ощущение, что этот инкубатор важнее, чем десяток кораблей пришельцев.