Эксперимент. Книга 1. Затерянный мир

В сердцах пнул торчащую из костра ветку, подняв очередной сноп искр, и тут же пожалел об этом. Ногу свело судорогой, и прострелило такой болью, что я зажмурил глаза и натурально завыл. Следующие пять минут я раскачивался взад-вперед, баюкая очаг боли, а когда, наконец, открыл глаза, то с трудом удержался, чтобы не заорать и не сорваться с места.

По другую сторону неподвижно сидело существо, и в его глазах-бусинках отражались языки пламени, но я не сомневался, что оно смотрит прямо на меня. Внешний вид моего гостя вызывал двоякое чувство: с одной стороны, мне незнаком такой зверек и чего от него ждать – непонятно, а с другой – я никогда еще не видел существа милее этого.

Весь зверек был покрыт пухом, другой ассоциации с его шерсткой я не подобрал. И даже при таком свете этот пух был белоснежным. Очень короткое тельце, сантиметров десять, из которого торчали такие же короткие четыре лапки. Хвоста, скорее всего, нет, или он очень короткий и прячется под шерсткой. Но большее изумление вызывала голова.

Наверное, у этого зверька была длинная шея, так как глаза находились на высоте сантиметров тридцати. И не видно было ни ушей, ни рта, только два глаза и такой же круглый кончик носа, окруженные длинной, равномерно торчащей во все стороны шерстью. Причем этот пушистый шарик был в несколько раз больше остальной части зверька – такой себе одуванчик на коротких ножках.

Мы играли в гляделки минуты две-три. Зверек больше был похож на плюшевую игрушку и казался безобидным, а еще невольно вызывал улыбку. Почему-то я был уверен, что на ощупь он такой же плюшевый, как и на вид, и мне так захотелось к нему прикоснуться, что я даже забыл о своей ломке.

– Пушок, – позвал я своего гостя, – хочешь есть? – И протянул ему кусочек сухпая.

Но пушок не спешил принимать лакомство от кого попало, наоборот, он, видимо, воспринял мой жест как опасность, и по краям его пушистой головы начали бегать электрические разряды. Я, конечно, знал, что на Земле были животные, которые использовали электричество как оружие для самозащиты, но это в воде, а чтобы вот так, на открытом воздухе, да еще и с визуальным сопровождением, – не припомню.

Я отдернул руку и, немного поразмыслив, демонстративно откусил кусочек сухпая и снова протянул его зверьку.

– Видишь, это съедобно, – вновь предложил я лакомство, но Пушок не реагировал. – Ну как хочешь, – пожал я плечами и положил кусочек сухпая на землю.

Отвернувшись в сторону, я обнял свои колени и, положив на них голову, прикрыл глаза. Через минуту я услышал тихое чавканье и под мерное урчание быстро погрузился в сон. Последнее, о чем я подумал, прежде чем окончательно отключиться, что обязательно выберусь с этой планеты, но однозначно захочу вернуться сюда еще раз.

Я был за столом в столовой своего училища на Луне, а напротив сидел Юра, техник с буксира. Волосы на его бороде и голове стояли ровными спицами в разные стороны, и он, как мороженое, облизывал брикет сухпая. И делал он это с таким удовольствием, что я почувствовал, как у меня заурчал живот. Юра вдруг прервался и пристально на меня посмотрел.

– Пора, Дима, пора, – сказал он и снова лизнул брикет, после чего отставил его на вытянутой руке и рассмотрел со всех сторон. – Мало, принеси еще, – добавил техник и лопнул словно мыльный пузырь.

Я резко сел и спросонья стал озираться по сторонам, не понимая, где я, а когда вспомнил вчерашний день, то почувствовал, как холодок пробежал по спине. Как я ни старался, но все же уснул на потеху хищникам. Я машинально ощупал себя и с выдохом облегчения сказал:

– Цел!

Ломка прошла, но я не торопился подниматься с земли, так как вокруг стоял легкий туман и роса на траве добавляла ощущение сырости. Костер погас, и только небольшой дымок, идущий от еще теплых углей, говорил, что это произошло пару часов назад. Поэтому мне было зябко и выбираться из-под согревающего одеяла не хотелось.

Я бросил взгляд туда, где вчера оставил кусочек сухпая, и не обнаружил его, а на этом месте оказалась примятая трава, выдавая, что здесь кто-то лежал. Видимо, Пушок ночевал у костра вместе со мной, а как рассвело, убежал по своим пушистым делам.

– Не за что, – бросил я в пустоту и стал подниматься.

На других планетах вне Солнечной системы я не был, да и, признаться честно, нигде больше не был, кроме Земли и Луны, но в училище нам демонстрировали условия, например, на планете наших союзников – харгов. И хотя их планета кислородная, но дышать там затруднительно из-за меньшего количества того самого кислорода, да и еще примесей других химических элементов больше. И так на каждой планете, где есть жизнь, а здесь просто идеальное совпадение с земными условиями, и это вызывало удивление.

Пока размышлял над этим, обошел капсулу по радиусу метров пятьдесят – вдруг еще чего полезного найдется? Но, кроме частей обшивки и парочки оторвавшихся закрылок, ничего не было. Тем не менее я практически все собрал и снес к своему импровизированному лагерю, отсортировав и разложив по степени полезности. Все-таки капсула состояла из высокотехнологичных материалов, которых, я уверен, здесь не найти.

Я собирался оставаться на месте, так как посадку капсулы видно даже с орбиты и уходить далеко не разумно, так как прибывшая спасательная команда в первую очередь будет искать именно тут. Поэтому нужно соорудить какое-никакое убежище из подручных средств или найти естественное укрытие неподалеку. Еще меня тревожил вопрос еды – сухпай пока есть, но и он закончится, но хуже дело обстояло с водой – ее запас в аварийном кофре, был всего на три дня.

Закончив с обломками, я включил радиостанцию из аварийного набора и несколько минут слушал шум. Иногда проскакивали какие-то щелчки и постукивания, которые могли быть вызваны атмосферой, но ничего похожего на другой передатчик, а уж тем более речь, не было. Выключив радио ради экономии батареи, я подхватил бутылку из-под воды, которую успел выпить, и, взяв оружие, направился на шум ручья, по пути наслаждаясь пейзажами.

Через пару минут я вышел на просеку, по центру которой бежал ручей. Как я и предполагал, он оказался в ста пятидесяти метрах от места приземления. Хотя его можно назвать уже небольшой речушкой, так как ширина русла, на взгляд, метров пять. Вдоль ручья с обеих сторон на ширину трех метров отсутствовала растительность, это были будто бы две грунтовые дороги. Но я не придал этому значение и подошел к воде.

Окинув взглядом берега, я закрыл глаза и сделал глубокий вдох. От давно забытых запахов у меня слегка закружилась голова, и я секунд тридцать стоял, наслаждаясь моментом. Только на Земле было нечто подобное, даже оранжереи на Луне не давали таких ощущений. Но нужно сделать то, за чем пришел, и, открыв глаза, я присел у самой кромки воды.

Сунув анализатор из аварийного набора в приятно прохладный ручей, стал ждать. Через минуту индикаторы на анализаторе загорелись зеленым.

– Отлично! – буркнул я, зачерпнул ладонью живительную влагу и поднес к губам.

Вода оказалась очень вкусной, не припомню, чтобы я за всю свою жизнь такую пробовал. Настроение поднялось до небес, и я с большим энтузиазмом погрузил бутылку в воду. Пока она с бульканьем наполнялась, я разглядывал стайку мелких рыб. По крайней мере, они были на них похожи – сто лет не ел рыбу. Как помню из училища, вся обезоруженная жизнь за пределами Земли имеет схожую белковую структуру, что и у нас, а значит, и эти рыбки могут быть съедобными.

От предвкушения запеченной рыбы у меня даже потекли слюни. С мыслью, что нужно попробовать поймать парочку, я закрутил бутылку и уже хотел подняться, когда посмотрел на противоположный берег и застыл в изумлении. С той стороны на меня смотрели два человека, и это не было моей галлюцинацией, так как один из них сказал:

– Кто еси ты и отколь пришел? Вижу, не есть ты железодей, но наряд твой чудной. Разумник ли ты али иный мастер какого дела?

Его речь еще больше сбила меня с толку – это точно был русский, но какой-то странный. Значения большинства слов я понял, хотя от изумления не мог уловить смысла сказанного. И, открыв рот, продолжал разглядывать эту парочку.

Оба мужчины, крепкого телосложения, средне человеческого роста, кожа светлая, и у обоих русые волосы – в общем, обычные люди. Но мое внимание привлекло то, во что они одеты. Основная одежда была сделана из кожи, но вот поверх нее были надеты странные элементы брони, я бы даже сказал, доспеха. Плечи, грудь, наручи, наколенники закрывались пластинами, на поверхности которых голубоватым светом светились линии, объединявшиеся в геометрический рисунок.

Голова тоже была защищена шлемом, на котором крепилась еще пластина, закрывающая один глаз, и на которой таким же голубым цветом светился круг. Почему-то мне в голову пришла ассоциация с оптической системой шлемов десанта. И всю эту композицию завершали странные копья, которые они держали в руках направленными острием в мою сторону.

Я не ожидал здесь никого увидеть, кроме тех, кто мог спастись после крушения, как я. Ну на крайний случай представителей иной цивилизации, но никак не людей. Поэтому, не веря своим глазам и ушам, я потянулся к пистолету.

– Руки явны держи, – сказал тот же, что и в первый раз.

Но я снова упустил смысл сказанного и продолжил тянуться к оружию на бедре. Последнее, что я увидел, – веер электрических разрядов на кончике копья и последовавшая за ними вспышка.

Листья деревьев качались от малейшего дуновения ветерка, какой-то мелкий зверек перескочил с ветки на ветку, а тучи, которые просматривались сквозь кроны деревьев, мерно плыли по своим делам.

Я резко сел и встряхнул головой, что немного привело в чувство. Почему-то мне захотелось посчитать, сколько раз с момента гибели «Галилея» я отключался. Складывалось впечатление, что я больше времени без сознания, чем бодрствую.

Неожиданно взгляд зацепился за красное пятно на груди, и я машинально к нему притронулся. Резко отдернул руку, когда почувствовал боль, и внимательнее осмотрел ожог. Прямо в центре груди было пятно диаметром сантиметра три, вокруг которого ветвилась паутина покраснений.

– И что это было? – произнес я в пустоту, после чего замер, так как сообразил, что смотрю на свою голую грудь. Взгляд скользнул ниже, и я не выдержал: – Да ладно! Ну так не может везти!

Я сидел на лесной подстилке абсолютно голый и только сейчас понял, что замерз. Вскочив на ноги, стал озираться по сторонам. Похоже, эти двое особо не утруждались и отволокли меня недалеко от места встречи. Быстро сориентировавшись, я взял направление и помчался в сторону капсулы. Получить то, что было при мне, у меня надежд не возникало, но я надеялся, что эти уроды поленились дойти до моего лагеря.

Примчавшись на место с небольшой отдышкой, я попытался отыскать глазами кофр, но, видимо, мое «везенье» еще не закончилось, так как два этих циклопа забрали все, что имело для меня ценность. Остались только кучки хлама, которые я стаскивал. Но труднее всего было осознать, что Батона тоже нет, и я как был, так и рухнул на колени и тихо захихикал.

Оказалось, что это место не так безопасно, как я думал раньше. В памяти всплыло поврежденное сооружение на орбите, и почему-то раньше я об этом не задумывался, но, похоже, мы наткнулись на довольно развитую цивилизацию, способную засунуть целую планету в гипер, да еще так хитро спрятать. У меня волосы встали дыбом, когда я представил, какая для этого нужна энергия. Но это никак не вязалось с грунтовыми дорогами, которые я видел вдоль ручья, и архаичным убранством встреченных мной аборигенов. Чего только стоит их сделанная из кожи одежда, броня на манер средневековья и оружие. Хотя, признаться, последнее довольно эффективное. На этой мысли я снова посмотрел на свой ожог.

Вполне вероятно, что в прошлом здесь что-то произошло, что привело к технологической деградации, но я упорно отказывался верить, что это люди, да еще и русские, – ну откуда им тут взяться? Немного поразмыслив, все же принял версию о технологической деградации, а насчет людей решил еще понаблюдать, чтобы убедиться, что мне показалось. Тем более у меня будет такая возможность, так как те же хорошо утоптанные дороги говорили о большом потоке грузов и людей, снующих туда-сюда, – пара человек такое не сделают. А это значит, что на противоположных концах дорог должны быть крупные населенные пункты.

И самое главное: как эта информация поможет мне вернуться домой и смогут ли в этом помочь местные? В голове образовалась логическая цепочка моего вероятного спасения. Для этого земному кораблю нужно каким-то чудом отыскать в гипере скрытый карман, уничтожить или обойти орбитальную оборону, найти миниатюрную капсулу на огромной планете, еще и избегая столкновения с аборигенами, неизвестно какие еще технологии у них сохранились от былого величия.

И с чего я вообще взял, что нас кто-то ищет? Прошло мало времени с момента крушения, и вполне вероятно, что никто еще даже не задумался о пропаже научного судна. А если и спохватятся, то у Федерации сейчас хватает хлопот и поважнее, чтобы еще и отправлять на поиски корабли. Я посмотрел в небо, и у меня засосало под ложечкой, так как мое предчувствие подсказывало, что я здесь надолго.

– Хрен вам, я здесь не сдохну! – крикнул я вверх и погрозил кулаком кому-то в небе.

В течение оставшегося светового дня из остатков изоляции, гофрированных пластиковых труб и прочего мусора смог сделать себе нечто, напоминающее одежду. Конечно, называть это «одежда» довольно смело, но, по крайней мере, прикрыл свою наготу ниже пояса. Еще удалось выломать ровную палку, которую заточил о металлические части капсулы. Хотя такое импровизированное оружие вряд ли поможет, но так спокойнее.

Огонь тоже удалось развести, так как под кучкой пепла все еще тлели небольшие угольки. Правда, пришлось перенести его за небольшой холмик, чтобы не было видно со стороны ручья. И, когда начало темнеть, я, как настоящий первобытный человек, сел перед костром и начал думать, что мне пожрать. К этому времени желудок уже исполнял мелодичные трели, отвлекая от размышлений.

В лесу я ничего не увидел, что может послужить пищей, и единственный вариант – это ручей, где я сегодня наблюдал за рыбами. Вот к ручью и пойду завтра. Я посмотрел на свое копье, набираясь уверенности с помощью него добыть рыбу, и решил, что голод лучше всего переждать во сне. И уже хотел укладываться, как из темноты проступил знакомый силуэт.

– Пушок? – удивился я.

Зверек приблизился, пересекая световое пятно от костра, и я увидел у него во рту продолговатый предмет, похожий на огурец. Он аккуратно положил его на землю, а сам отошел назад.

– Это мне? – спросил я и протянул руку.

Пушок не реагировал и только продолжал смотреть на меня своими глазами-бусинками. Подобрав этот огурец, я его тщательно обнюхал, и по запаху он напомнил мне о киви, а по внешнему виду огурец – даже пупырки имеются. Поднеся этот киви-огурец к лицу, я еще раз осмотрел его со всех сторон. Затем взглянул на Пушка и снова на огурец.

– А чего я теряю? – буркнул я и укусил.

Вкус не был похож ни на киви, ни на огурец, а, скорее всего, на сырую картошку, и крахмал хорошо ощущался на языке. Этот вкус напомнил мне о тех временах, когда я с родителями ходил в лес и запекал картошку на костре, желудок тут же выразил свое согласие, что было времечко, выдав протяжное бурчание. Было ощущение, что съем слона, но, сдерживаясь, я отыскал под ногами тонкую палку, нанизал на нее этот уже, пожалуй, овощ и сунул в пламя.

Через десять минут я не выдержал и, схватив горячую картошку, стал перекидывать ее из руки в руку, при этом пытаясь охладить, напрягая легкие. Запах стоял отменный, даже Пушок подошел ближе принюхиваясь. Доведя свой ужин до приемлемой температуры, я со звериной жаждой впился в него зубами и тут же прикрыл глаза от удовольствия. Это было именно то, что мне сейчас нужно, так я хотя бы на минуту забыл обо всех невзгодах.

Облизав пальцы, я посмотрел на Пушка и спросил:

– А есть еще?

Зверек несколько секунд стоял неподвижно, а затем развернулся и медленно зашагал прочь, но на самой границе света обернулся.

– Понял! – бросил я и, подхватив копье, шагнул вместе с Пушком в темноту леса.

Глава 3

Жизнь в лесу оказалась нелегкой и довольно пугающей. Чем дольше я наблюдал за природой, тем больше ловил себя на мысли, что сплю, а все вокруг мне снится. Я, конечно, не ботаник и не биолог, но растения и животные в этом лесу проявляли свойства, которых не должно быть в естественных условиях. Ну не может насекомое летать без крыльев, а оно летает! Куст не может вырасти до метрового размера за сутки, а дерево за то же время изменить форму кроны, но именно это происходит у меня на глазах. Это шло вразрез всяким знаниям, которые я получил на Земле и Луне, и ощущение нереальности преследовало меня постоянно.

Иногда я замечал проносящийся огонь в метрах ста от моего лагеря, не меньше того, что разжигал сам, но из-за зарослей не мог разглядеть, что это. Да и чего только стоил Пушок, внешне милое существо без смертоносных клыков и когтей, присущих любому хищнику, но он с легкостью охотился на мелкую живность, поражая ее электрическим разрядом, причем с расстояния около трех метров. Когда он впервые это продемонстрировал, я понял, что реши он и меня взбодрить подобным образом, я скрючился, упал бы кверху лапками, как и те зверьки, которых он с удовольствием поедал.

Но, как это ни удивительно, именно благодаря ему я все еще не помер с голоду. В ту ночь Пушок привел меня к одному из деревьев, ствол которого оплетало растение-паразит. На его стеблях и произрастал тот самый овощ, которым он меня угостил, днем я уже сам обнаружил таких же паразитов на других деревьях и нужды в печеной картошке уже не испытывал. А учитывая, что рыбак с копьем из меня так себе, картошка стала моим единственным рационом.

Днем ходил к реке за водой и проводил там по несколько часов, просиживая в зарослях, наблюдая за проходящими мимо людьми. Да, моя галлюцинация подтвердилась, и это были именно люди. Те двое, что ограбили меня, видимо, из местных вояк, так как остальные, кого я видел, оказались одеты по гражданскому, если можно так выразиться, – разного цвета тканевые штаны, куртки, какие-то накидки и кожаная обувь, иногда головные уборы на разный фасон. Мне, как тому, кто годами видел вокруг себя людей в однообразных комбинезонах, одежда местных казалась просто откровением в мире моды, да и качество, на мой взгляд, было отменным.

Лесная чаща позволяла подобраться к дороге довольно близко, и я хорошо слышал диалоги путников. Все же мне не показалось, и язык, на котором они говорили, был русский. Правда, какой-то исковерканный, я бы даже сказал, близкий к церковному, каким я его помню по посещению храмов еще на Земле. И хотя значение многих слов от меня ускользало, но общий смысл бесед мне все же удавалось уловить. Все они говорили о насущных проблемах любого человека, живущего в обществе, – деньги, приобретения, женщины, дети.

В своих наблюдениях мне не хотелось верить своим глазам и ушам – за сотни световых лет, в гипере, существовало еще одно человечество и, судя по наблюдению, очень неплохо себя чувствовало. И от этого в голове вертелась куча вопросов, на которые я не мог найти ответы.

Так я провел четыре ночи и три дня, собирая картошку и просиживая часами у ручья, при этом не забывая поглядывать на небо, так как во мне все еще теплилась надежда увидеть инверсионный след спускающегося аппарата. На четвертый день я, как обычно перекусив печеной картошкой, направился к ручью погреть уши. Когда почти добрался до своего излюбленного места, услышал приглушенную речь и тут же рухнул на землю, надеясь, что меня не заметили.

Спустя минуту подполз ближе к дороге и обнаружил, что на противоположной стороне ручья в таких же зарослях копошится десяток людей. Они были облачены во что-то вроде накидок из лоскутков ткани, что отлично маскировало их среди обильной растительности, но периодически один из них высовывал голову в попытке разглядеть кого-то на дороге. Сомнений, что это засада, у меня не было, но вот вопрос, кто эти люди – грабители или представители власти, – оставался открытым. Поэтому я продолжил тихо лежать в ожидании, что скоро все узнаю.

Вскоре в поле моего зрения, на моей стороне ручья, показалась телега с погонщиком, запряженная двумя лошадьми. Я уже наблюдал этих животных здесь, на дороге, и это еще одна загадка, такая же, как и присутствие людей в этом мире. Меня так и подмывало выйти к этим аборигенам и спросить, как они сюда попали, но, боюсь, никто не оценит мой внешний вид и еще примет за какого зверя.

С боков телеги шли по два воина, на манер тех, что я видел тогда у ручья, видимо охрана. А позади этой процессии, восседая на крупном жеребце, неспешно передвигался пожилой мужчина в накидке с капюшоном. Его седая борода свисала чуть ли не до пояса. Этот старик показался мне необычным, по сравнению со всеми теми людьми, которых я уже тут видел. Накидка прикрывала его убранство, но кожаные сапоги с тиснеными узорами выдавали в нем не простого человека.

Но больше всего привлекли внимание его наручи, на которых геометрический узор, виденный мной ранее на воинах, находился на небольшом расстоянии от поверхности наручей, создавая эффект голограмм, висящих в воздухе. И снова я не мог уложить в голове все, что вижу: телегу, лошадей и вот эти наручи, которые, скорее всего, высокотехнологичные устройства. Будь у меня мастерская, как в училище на Луне, я бы смог изготовить нечто подобное, применив проекционные экраны, но какой в этом смысл, кроме эффектного внешнего вида?

Да, похоже, здесь действительно имеет место деградация, а местные продолжают использовать артефакты от былого величия. Тем временем люди в засаде притихли, и если бы я не знал, что они там, то наверняка прошел мимо, никого не заметив. А судя по расслабленной походке, их не замечали и охранники обоза, чего не скажешь о жеребце старика, который начал фыркать и топтаться из стороны в сторону.

Старик тут же подобрался и слегка привстал на стременах. Воины и погонщик словно получили приказ и синхронно стали сбавлять шаг. Следующее действие охраны обоза повергло меня в инженерный и технологический шок, так как эти четверо выставили левые руки, согнутые в локтях, а через секунду перед ними прямо в воздухе начали формироваться выпуклые тонкие щиты, состоящие из таких же геометрических узоров.

– Да быть такого не может. – прошептал я одними губами.

В это время обоз полностью остановился, не дойдя до места засады метров десять, и воины встали в круговую оборону, выставив наружу щиты и короткие копья, а узоры на их броне начали ярко светиться. Погонщик тоже времени не терял: отложил поводья, спрыгнул на дорогу и вытащил из-под тента телеги двуручный молот с такими же светящимися узорами. Но больше всего удивил старик, так как из ножен на бедре в его руке появился продолговатый предмет, похожий на толстую, но короткую палку, а через мгновение на торце этой палки сформировалось длинное плоское лезвие, также состоящее из геометрических узоров.

Но на этом день сюрпризов не закончился, так как старик отстегнул с пояса штуковину, похожую на небольшую трубку, и поднес ее к правому глазу. Ему потребовалась пара секунд, чтобы осмотреть дорогу впереди, после чего случилось то, чего я никак не ожидал, – все пятеро синхронно повернулись четко в мою сторону. В этот момент я понял, что потерей сознания не отделаюсь.

⁂

Базовые знания по тактике ведения боя, полученные в училище, подсказывали, что в случае непредвиденных обстоятельств нужно сохранять холодной голову и организованно отступить на перегруппировку. Но мне хватило секунды внимания со стороны этой пятерки, чтобы в моей голове сформировалась одна-единственная мысль, – бежать, бежать что есть силы и не оглядываться километра два. И я уже хотел воплотить свой план в действие, когда появились новые действующие лица.

Послышался гул, словно рядом запустилась турбина самолета, и из того места, где была засада, вверх взмыло пять фигур. Совершив затяжной прыжок, они приземлились за телегой, отсекая деда от охраны. Еще четверка ринулась из кустов, пересекла противоположную дорогу и, даже не подпрыгнув, рывком по воздуху преодолела ручей, оказавшись уже на этой стороне. Я только рот успел открыть, когда пространство наполнилось криками и руганью, а события пустились вскачь.