- -
- 100%
- +
– Граф Эвран Лайер, – оповестил стражник, и после его слов в зал прошёл мужчина средних лет.
Он явно любил золото: сложные узоры украшали мягкий зелёный плащ и коричневую тунику, а на каждом втором пальце красовалось по одному огромному перстню. Дворянин оказался слегка полон, но это было ничто в сравнении с бегающими туда-сюда крысиными глазами.
Когда граф появился, Ривал и братья Голдберги смерили его презрительным взглядом. Никто из них даже и не подумал встать.
– Добро пожаловать в мой дом, лорд Лайер, – проговорил отец Артуса металлическим голосом.
– Благодарю за гостеприимство, достопочтенный герцог Баглерн, – поклонился гость.
– Перейдём сразу к делу. Зачем вас послала королева? – начал давить Ривал.
Кисло усмехнувшись, граф сперва оглядел всех присутствующих, а после проговорил:
– Её Величество, королева Элиза, отправила меня передать вам послание, герцог.
Дворянин отдал бумагу стражнику, и солдат направился к трону.
– Оно запечатано, – удовлетворённо сказал Ривал, осматривая восковую печать, после чего протянул послание своему другу: – Сделаешь одолжение, Джорон?
– С радостью, – тот в мгновение ока вскрыл отмеченное скрещёнными мечами Асперов послание. Расправив бумагу, граф принялся читать: – Герцоги Ривал Баглерн и Телрат Голдберг, я, Элиза Аспер, и Его Величество король Конрад, первый своего имени, с полными радости сердцами поздравляем ваши дома и благословляем брак Зелваса и Саманты. Смеем надеяться, он будет счастливым и плодовитым.
Все удивлённо переглянулись. После недолгой паузы Джорон продолжил:
– Также мы просим прибыть вас вместе с семьями в Круидон на десятые именины Его Величества Конрада и принять участие в столичном праздновании.
Ривал немного наклонился, но больше не подал виду, что волнуется. Артус же подумал про себя: ‹Это через сорок дней… Надо поторопиться со свадьбой, чтобы успеть›.
По сравнению с тем, что было в конце послания, озвученное ранее оказалось лишь детской игрой. Артус мог видеть, как глаза Джорона округляются, пока тот заканчивал читать:
– Кроме этого, мы с королём просим ещё об одной услуге. Герцог Ривал Баглерн, наши дома уже не раз связывались браком, пусть так будет и сейчас: принцесса Фелисия уже целый год является совершеннолетней – ей нужен добрый и любящий супруг, которого мы рассчитываем найти в лице вашего младшего сына, Артуса. Ждём ответа на именинах короля Конрада. С уважением, королева-мать Элиза Аспер.
Прозвучал женский вскрик, а Артус почувствовал, как земля уходит из-под ног, но Эрик, стоявший сзади, поддержал его.
Стараясь не смотреть в сторону сына, Ривал поднялся со своего места и громко заявил:
– Да будет так! Мы явимся на празднование в Круидон, – пока герцог говорил, Телрат Голдберг кивал в такт его словам.
– Его Величество будет рад. Я отправлюсь в столицу с рассветом, – сказал граф Лайер.
– Вы не останетесь на свадьбу? – Ривал казался удивлённым.
– Прошу меня простить, глубокоуважаемый герцог. Время не ждёт – мне ещё надо сообщить королеве о вашем решении.
– Дайте графу лучших лошадей, – хозяин Стрэнтона выказал гостю ложное расположение.
– Как прикажете! – ударил себя в грудь Эрик, прежде чем удалиться вместе с Эвраном Лайером.
Когда они скрылись за закрытыми дверями, Ривал Баглерн прокричал:
– Пусть все узнают: следующие три недели вино будет литься рекой! Так мы отметим свадьбу моего старшего сына, Зелваса, и Саманты Голдберг.
Раздались аплодисменты. Артус же продолжал обдумывать предложение королевы:
‹Женитьба на Фелисии? Я ведь помню её с шести лет. Как до такого могло дойти?..›
Глава VII
Столица Аспера – Круидон. Королевский дворец.
Эдвард де Грюм
Коридоры с залами оказались пусты, а вокруг царила гнетущая тишина, словно это была резиденция самой смерти. Единственными людьми, что временами попадались на глаза, оказывались печально известные Малидийские Призраки – сейчас их преподносят как лучших воинов Аспера.
‹Но разве лучшими могут быть солдаты, которые уже полвека не принимали участие в сражениях?› – каждый раз один и тот же вопрос приходил в голову Эдварда, но ответ юноше не от кого было получить…
Эдвард – старший сын короля соседнего государства, но отец за все эти пятнадцать лет так ни разу и не попытался вернуть наследника. На самом деле юноше уже давно не нужен был Таллер де Грюм:
‹Я видел его последний раз, когда мне было пять. Даже не могу вспомнить то серое лицо›.
Почти для всех во дворце, кроме троих людей, Эдвард был лишь пешкой – фактором, что предотвращает новую войну. Но и нескольких друзей принцу было вполне достаточно. Самый старший из них – сэр Деанит, королевский гвардеец, который много лет назад привязался к мальчику и стал тому едва ли не вторым отцом. Он являлся сильнейшим из людей правителя и благодаря своему статусу имел возможность в свободное время обучать Эдварда грамоте и фехтованию. Кончено, Деанит делал это не втайне от остальных, а с позволения короля Бассиана, который, как и его сестра, Фелисия, пополнил короткий список друзей неудавшегося наследника.
‹Два года назад я должен был находиться рядом с Бассианом, даже если не спасти, то хотя бы увидеть его последние минуты›, – Эдвард сжал кулаки, вспоминая своего отравленного товарища.
Прошлый король, несмотря на возражения его жены, много раз предлагал пленнику свободу: вернуться в Раовелл, столицу Турии. Но Эдвард всегда отказывался, говоря, что его дом, как и все родственники, находится здесь. Отец – сэр Деанит. Бассиан и Фелисия – брат и сестра. Что ещё нужно для счастья?
Наверное, Эдвард бы так и продолжил жить, день за днём, не зная нового горя, но произошло непоправимое: новость о трагедии с его названым братом упала как снег на голову. Фелисия с тех пор заперлась у себя, лишь изредка посещая библиотеку, а принц Турии потерял и ту немногую свободу, которую имел. Теперь даже покинуть дворец было невозможно – за ним всегда кто-то следил, а ночью стража дежурила не только снаружи, но и внутри покоев.
Новый король, сын Бассиана, Конрад, был жизнерадостным и энергичным мальчиком, но последние три года к нему одна за одной цеплялись разные болезни, и он почти никогда не вставал с кровати, а совсем недавно вовсе начал кашлять кровью. Как его мать, королева-регент Элиза, не пыталась скрыть этот факт, все в Аспере уже знали: Конраду осталось недолго – приезжие целители, которых специально пригласили из соседних стран, сумели только облегчить страдания больного, но не вылечить.
Пока Эдвард размышлял о прошлом, он сам не заметил, как достиг нужного места – королева-регент лично послала за принцем, и отказаться возможности у того не было.
Пройдя в тронный зал, юноша не поклонился и сдержанно произнёс:
– Королева Элиза, вызывали?
– Да, Эдвард. У меня к тебе важное дело, – проговорила симпатичная девушка, восседая на золотом троне. Сам престол был довольно обыденным, примерно такой находился и в Раовелле, разве что этот украшали два перекрещенных меча, формирующие спинку.
Она выглядела лет на пять моложе, чем была на самом деле – королеве уже скоро должно исполниться тридцать, но, одетая в чёрное, украшенное рубиновой пылью платье, она завораживала взгляд. Однако принца Турции её красота почти не заинтересовала – внимание привлекло другое: Элиза никогда не была добра к юноше, часто называла его пленником или наследником узурпатора, но сегодня в тоне её голоса улавливалось что-то необычное.
– Чем я могу быть полезен? – напрямую спросил Эдвард.
– Насколько помню, вы с Фелисией довольно близки? – из-подо лба на принца уставились прищуренные глаза.
– Мы хорошие друзья, – юноша не стал врать.
– Отлично, – королева немного улыбнулась и привстала. – Мне надо, чтобы ты поговорил с ней.
– О чём? – не мог уловить суть Эдвард.
– Скажи, что я даю ей один месяц. За это время она должна прийти в себя и набрать веса – вон как исхудала, одни лишь кости. Если не сможет – своих книг больше не увидит.
– Я могу узнать причину? – лицо юноши заметно побагровело.
– Конечно… Если всё пойдёт по плану, то она выйдет замуж за Артуса Баглерна – в детстве они часто играли вместе. Надеюсь, эти воспоминания ещё сильны, – Элиза отмахнулась от Эдварда: – Ступай. Если уговоришь её – разрешу встретиться с сэром Деанитом.
Это было для Эдварда главным желанием. Юноша не видел лысого гвардейца уже почти два года, и внезапная возможность встретиться с ним заставила сердце пленника забиться чаще. Именно из-за этого, боясь потерять даже призрачный шанс, Эдвард не стал торговаться, а, собравшись с мыслями, слегка поклонился своему тюремщику и быстрым шагом направился к принцессе.
В покоях той не оказалась, поэтому пришлось посетить библиотеку, в самом центре которой с книгой истории Малидийской Империи в руках обнаружилась невероятно красивая, но слишком худая светловолосая девушка. Её коса спадала волнами на спину, а в карих глазах читался невиданный ум, но в то же время и невыразимая печаль.
– Привет, Фелисия, – начал разговор принц.
Отложив книгу в сторону, девушка неловко улыбнулась и спросила, словно не веря своим глазам:
– Эдвард?
Если Деанита Эдварду вообще не давали видеть, то с Фелисией дела обстояли несколько иначе: друзья пересекались раз в несколько месяцев, и всё же таких «частых» встреч тоже было мало – потому Эдвард решил не тратить полученный шанс лишь на сухое обсуждение слов королевы:
– Мы давно не виделись… Ты всё так же прекрасна, – сказал он.
– Я рада нашей встрече. Но… Как тебе удалось уговорить Элизу?
Поняв, что просто побеседовать не получиться, юноша нервно огляделся и ответил:
– На самом деле это она меня послала. Пообещала, что позволит увидеть Деанита…
– Вот оно как, – печальные нотки проступили в голосе девушки. – И чего хочет королева?
– Она желает выдать тебя замуж и требует, чтобы ты начала нормально питаться, – Эдвард понимал, что выглядит лицемером, но возможность начать разговор, как старые друзья, была уже упущена.
Почувствовав настрой Эдварда, Фелисия встала и, подойдя сзади, обняла проклинавшего себя принца.
– Я понимаю твои чувства: ты разрываешься между нашей дружбой и любовью к отцу. Поэтому не осуждаю, что согласился помочь Элизе.
Слёзы потекли из глаз юноши:
– Прости… Мне не давали видеть его со смерти Бассиана…
– Я ведь уже сказала, что не виню тебя, – девушка отпустила Эдварда и развернула того в свою сторону: – Кто должен стать моим мужем?
– Артус… Артус Баглерн, – проговорил юноша, убирая влагу с лица.
Фелисия прямо расцвела, услышав имя: её улыбка едва ли не достигла ушей.
– Кузен… Мы много времени проводили вместе, когда герцог посещал столицу со своей семьёй – он даже пытался научить меня держать меч, – в первый раз после смерти брата, девушка искренне засмеялась. – Я не могла и мечтать о таком супруге. Когда ты передал слова королевы, моей первой мыслью было, что избранником окажется какой-нибудь пожилой лорд.
– Я не знал, что вы так хорошо ладили, – недоумение проступило на лице Эдварда.
– Неудивительно, мы никогда о нём не говорили. А тебе и вовсе запрещали общаться с семьями герцогов.
– Как иначе? Я ведь сын вражеского короля, – теперь уже наступила очередь Эдварда смеяться. Он хотел было продолжить разговор, но, заметив задумчивое лицо подруги, решил её не отвлекать.
– Ну, я пойду… Сообщу королеве, что ты не против, – сказал принц, после чего двинулся в сторону выхода.
На секунду вернувшись в реальность, девушка прокричала вслед удаляющейся фигуре:
– Если будет возможность – я всегда рада твоей компании, Эд.
Обернувшись на нежный голос, принц коротко кивнул, а затем уверенным шагом направился к тронному залу.
Глава VIII
Артус Баглерн
Подготовка шла полным ходом: были разосланы приглашения вассалам обоих герцогств и другим знатным лордам, а товары свозили со всего королевства. Церемонию же назначили на пятнадцатый день, чтобы дворяне успели прибыть ко двору.
И вот спустя две недели наступил сам день свадьбы. Во дворце собралось такое количество народу, что у Артуса не получалось пройти и десяти метров без остановки: многочисленные вассалы отца то и дело появлялись перед носом, и юноше приходилось каждые несколько шагов отвечать на их поклоны. По этой причине, едва стало слишком тесно, сын герцога направился к покоям сестры, желая покинуть резиденцию на пару часов и вернуться только когда всё будет готово для церемонии.
Пусть попытка и выглядела изначально провальной, на деле всё было не так однозначно. Другие девушки, возможно, и предпочли бы шум большого празднества короткой прогулке, но Артус знал, что его сестра-близнец к таковым не относилась.
– Сестра, это я. Ты не занята? – постучав в дверь, громко спросил юноша.
– Входи, – донёсся ответ изнутри.
В помещении оказалось немного душно, Ансиель же нигде не было видно. Открыв окно, Артус огляделся внимательнее и кое-что заметил: на кровати определённо кто-то лежал, скрывшись под слоями одеял. Подойдя туда, юноша скинул их, между делом приговаривая:
– Пора вставать, сестра. Уже скоро наряжаться.
Вскрикнув от неожиданности, сын герцога отвернулся, попутно закрывая глаза рукой:
– Ты бы могла хоть одеться! – возмутился он.
– Я разрешила тебе войти, а не будить меня, – проговорила Ансиель сонным и одновременно хитрым голосом.
– Кто вообще спит голым?! – Артус не мог остановиться.
– Да-да, как-нибудь сама разберусь, – Ансиель встала и начала одеваться.
Закончив, она подошла к брату и прошептала:
– Можешь уже повернуться и убрать руку, – когда близнец так и поступил, извращенка добавила: – С чего вдруг ты решил меня навестить?
– Я просто хотел предложить погулять перед официальной частью. Немного пройтись по городу…
– А это звучит интересно, – Ансиель направила указательный палец себе в щёку, изображая задумчивость. – Тогда тебе придётся подождать минут тридцать, пока я соберусь.
– Хорошо, я буду за дверью, – развернувшись, юноша направился к выходу.
– Если хочешь, можешь остаться, – добавила девушка в спину уходящему брату.
– Ни за что! – через секунду Артус уже стоял в коридоре.
Ждать полчаса не пришлось – Ансиель вышла спустя двадцать минут, при этом от заспанного взъерошенного чудища не осталось и следа. Напротив, перед юношей предстала красавица, коронованная напоминавшим цветки сирени обручем. Одета она была в зеленоватое платье, а на хрупких плечах красовалась голубая накидка с гербом Баглернов.
– Хорошо выглядишь, сестра, – похвалил Артус девушку. – По крайней мере для того, кто два дня не выходил на люди.
– Ты тоже ничего, брат. Если не брать в счёт произошедшее в моих покоях, – Ансиель презрительно скривилась.
– Так куда мы направимся? – проигнорировал её замечание Артус.
– Ты же хотел пройтись? – сестра не стала продолжать последнюю тему. – Скорее всего, в центре города будут кланяться чаще, а приветствовать нас громче, чем во дворце, но я бы посмотрела на товары странствующих торговцев.
– В таком случае тебе стоило одеться попроще, – задумчиво произнёс юноша. – Но уже поздно переживать из-за этого – осталось чуть больше часа.
– Тогда пошли! – сестра радостно хлопнула в ладоши, и парочка направились к лестнице.
Близнецы почти добрались до выхода из дворца, но у самых дверей их неожиданно окликнул Эрик – глаза капитана рыцарей мгновенно округлились, едва тот узнал подробности прогулки. Следуя правилам, он наотрез отказался отпускать детей герцога без сопровождения – в результате дворец покинули трое человек вместо запланированных двоих.
Город оказался крайне богат на приезжих купцов и мелких дельцов, которые раз за разом кланялись, а то и падали в ноги, предлагая многочисленные подарки и представляясь в надежде, что хоть кто-то из дворян запомнит их имена. Само собой, в большинстве случаев это было абсолютно бессмысленно…
В отличие от многих знатных людей, Артус не относился презрительно к тем, кто был ниже по статусу, и всецело поддерживал реформы пятого короля страны – Кателла Аспера по прозвищу «Добрый». Он правил всего четыре года, но за это время было отменено рабство, и наёмный труд стал основополагающим в королевстве. Пусть даже сейчас, спустя более сотни лет после его смерти, это правило временами и нарушалось – законы, изданные Кателлом, открыли дорогу к более светлому будущему.
Как ни странно, город не ограничился одними лишь купцами: на каждом углу можно было заметить фокусников, жонглёров и всевозможных шутов. В самом центре же, окружённый тысячной толпой, проповедовал настоятель местного храма Витуса – бога жизни и смерти – эта вера была главной не только в Аспере, но и во всех трёх королевствах бывшей Малидийской Империи. Именно архиепископ церкви Витуса являлся ключевым звеном, защищавшим Аспер от Турии и Юсландии – оба королевства ненавидели богатого соседа, и, представься им такая возможность, они с радостью бы изничтожили правящий род запада.
Центральная площадь занимала львиную долю всей торговой зоны: внутри неё возвышался помост, к которому вела длинная лестница из досок, вокруг постройки же на пятьдесят метров в стороны не было ни единой палатки – здесь и осуществляли всевозможные заявления, а также приводили в исполнение приговоры преступников. Торговцы, из тех, что побогаче, расположились на са́мой границе площади; более мелкие, наоборот, могли находиться и в десяти минутах ходьбы отсюда.
Только компания отошла от самых зажиточных купцов, как из жилого квартала донёсся крик.
– Давай же, пока никто не видит! Снимай свою одежду, – грозно давил мужчина.
– Господин, прошу вас, мне всего шестнадцать, – второй голос тонул в слезах.
– Разве ты не хочешь почувствовать настоящего дворянина? А, простолюдинка? – раздался шлепок, и девица вскрикнула.
Троица повернула в сторону шума, и перед ними предстала картина: мужчина, одетый чуть богаче местных жителей, держал за горло юную девушку – хоть та и сказала, что ей шестнадцать, выглядела она ещё моложе. Платье последней было скинуло с правого плеча, и её оголённая грудь проглядывалась между пальцев этого мелкого землевладельца.
В остальном Аспере никто и бровью бы не повёл, видя такую картину, но герцогство Баглерн отличалось: около сотни лет назад предками Артуса был издан закон, согласно которому дворяне и крестьяне уравнивались в правах относительно половых связей без согласия партнёра. Наказанием же за проступок служила кастрация.
– Эй, ты! А ну-ка отпусти её! – сразу же прокричал юноша.
– Очередной простолюдин? – пролаял мужчина, начав поворачиваться с мечом в руке. – Будешь знать, как мешать барону!
Артус лишь успел дотронуться до Последнего Шипа, как всё уже было кончено: Эрик в мгновение ока появился перед неудавшимся насильником, и рука дворянина, что держала меч, лишилась трёх пальцев.
Мужчина завопил во всё горло, второй пятернёй пытаясь остановить кровотечение. Когда он смог немого сфокусироваться на происходящем, то прокричал:
– Я барон Мизер! Как вы смеете, ничтожества! Вас всех казнят!
– Вы стоите перед леди Ансиель и лордом Артусом Баглернами – детьми правителя этих земель, барон, – стальным голосом проговорил Эрик.
Поняв, что происходит, преступник упал на колени, уткнувшись лбом в землю, и начал молить о пощаде:
– Прошу, простите этому слизняку его поступок. Хмель затуманил мой разум…
На крики наконец-то прибежала стража. Воины сперва растерялись, но, узнав в троице своих повелителей, быстро отдали честь и выпрямились.
– Каковы будут ваши приказы, почтеннейшие лорды и миледи? – спросил командующий солдатами.
– Закуйте этого человека в кандалы и бросьте в темницу, – Артус с Ансиель ответили одновременно.
В очередной раз ударив себя кулаком по груди, стражники подняли барона под мышки и увели прочь, пока тот вопил и плакал, умоляя о помиловании…
– С вами всё в порядке? – Артус приблизился к девушке, которая до сих пор стояла в том же положении, в котором её держал насильник.
Придя в себя, она, всё ещё оставаясь с оголённой грудью, по примеру барона упала на колени.
– Спа… спасибо, милорд. Я недостойна и капли вашего внимания, – ответила девушка.
Артусу на мгновение показалось, что она вот-вот пробьёт дорогу своим лбом – так сильно тот вжался в землю.
– Всё хорошо, – нежно проговорил юноша, поднимая девушку на ноги и поправляя платье.
У простолюдинки отвисла челюсть, и она ничего не смогла на это ответить.
– Как вас зовут? – продолжил Артус, пытаясь вывести человека из ступора.
– Ада, милорд, – с трудом произнесла пострадавшая.
– От имени моего отца, герцога Баглерна, прошу у вас прощения. Действия его вассала не поддаются никакому оправданию, – Артус склонил голову.
– О чём вы говорите, милорд? Я сама виновата во всём и готова принять наказание! – на только что высохших глазах девушки вновь проступили слёзы.
Сын герцога лишь покачал головой, после чего ответил:
– Ада… В качестве извинения Баглерны предлагают вам стать служанкой во дворце. Что вы на это скажете?
Девушка в очередной раз коснулась коленями земли.
– Это величайшая честь для меня, милорд, – всхлипывая, ответила она.
– Тогда решено. Я сообщу страже – будем ждать вас в резиденции герцога, Ада, – Артус приподнял уголки рта, улыбаясь. – Пока можете собирать вещи. Теперь ваш дом – дворец.
– Поняла! Буду очень стараться! – сказав это, девушка поднялась и быстрым шагом удалилась.
– А ты дамский угодник, брат, – усмехнулась Ансиель.
– Просто стараюсь соответствовать нашему дому, – пожал плечами юноша. – Ну что же, пора возвращаться. Думаю, нас уже заждались.
– Благослови нас, Витус, – с облегчением выдохнул Эрик, и троица вернулась на центральную площадь.
По итогам этого дня Ада стала новой служанкой Баглернов. Что же касается барона Мизера – палачу пришлось ждать больше недели, чтобы не ломать дух празднества. В конце концов, на глазах нескольких тысяч граждан преступника оскопили за попытку изнасилования, а после отрубили руку, которой тот держал направленный на детей герцога меч…
Глава IX
Вернувшись в резиденцию, Эрик поклонился и отправился искать герцога Ривала, близнецы же, желая переодеться в подходящие случаю наряды, поднялись в свои покои.
Для Артуса подготовили бордовый камзол с вышитыми на нём небольшими цветами, кюлоты аналогичного цвета, тёмно-синий кафтан, белые чулки и блестящие чёрные туфли – юноша оставил ножны с Последним Шипом в комнате и в совершенно новом образе дождался Ансиель. Сказать, что сестра выглядела хорошо – это не сказать ничего: она была прекрасна. Синее платье с пышным подолом, украшенное такими же маленькими цветочками, как и одежда брата, подчёркивало стройную фигуру, вместо накидки на плечах красовалась прозрачная шаль, а по краям всего наряда проходил золотистый орнамент. Причёска тоже претерпела изменения – длинные локоны Ансиель упали на плечи тонкими змейками, и на голове вместо обруча разместилась серебряная диадема с драгоценными камнями.
– Собираешься затмить невесту? – сорвалось с губ юноши.
– Мне ведь тоже пора замуж, – издевательская улыбка проступила на лице сестры.
– Быть может, лорд Малик? – подмигнул в ответ Артус. – Вы довольно мило беседовали в гостиной.
– Он выглядел таким одиноким, что мне самой стало грустно, – Ансиель испустила глубокий вздох. – Сын герцога Голдберга крайне застенчив и не уверен в себе, поэтому я не думаю о нём как о возможном супруге.
– А о ком думаешь? – Артусу было искренне интересно – он чувствовал ответственность за сестру-близнеца и почему-то хотел сперва сам познакомиться с её избранником.
Театрально изобразив головную боль, приставляя тыльную часть левой кисти ко лбу, та ответила:
– Мой брат не отвечает взаимностью, поэтому придётся использовать более тонкие намёки.
– Не думаю, что Зелвас мог бы ответить при всём желании. Он ведь почти женат, – сделав задумчивое лицо, проговорил Артус.
– Ты почти такой же хитрый, как и я, – смеясь, ткнула его пальцем Ансиель.
– А мне вот ничуть не смешно… Отец даже не высказал нам своё мнение относительно предложения королевы, – парень развёл руками: – И что же думать об этом?
– Ну, скоро мы сыграем и твою свадьбу, – сестра засмеялась ещё сильнее.
– Я не собираюсь жениться на девушке, если та не будет мне приятна.
– Ты видел её последний раз ребёнком, да и играли мы все вместе довольно-таки дружно, – Ансиель пожала плечами.
– Но она могла измениться…
– Пока не посетим столицу, ты этого не узнаешь. А сейчас расслабься. Кроме того, отец может молчать, придумывая план, способный помешать такому исходу.