- -
- 100%
- +
От этих слов по позвоночнику пробежал холодок.
Черт, если это опять очередная игра Брендона, я не стану это терпеть.
– И кстати. Разве ты не живешь в участке последнюю неделю?
Что? Откуда он знает? Я достаточно пьяна для того, чтобы сморозить какую-то чушь, но недостаточно для того, чтобы придумать вескую причину.
– Я пообещала отцу, что вернусь домой. Но, чтобы ты знал…
Я наклонила к нему свою пьяную головешку и на мгновение задумалась над тем, что хотела бы продлить этот вечер. Не только потому, что мне за последнюю неделю впервые стало весело, а потому что вспомнила, как Стэн взбесился, когда мы с Брендоном поцеловались тогда в кабинете. К несчастью, голос рассудка все еще был жив.
– Это не твое собачье дело, где я ночую, Брендон. Поэтому, отвали. - Моя голова вернулась в изначальное положение, и помощник капитана усмехнулся.
– Горячо и обидно, новенькая.
Когда машина затормозила возле моего дома, я так же неуклюже из нее выбралась, как и попала внутрь. На улице была уже минусовая температура, из-за чего лужи покрылись тонкой коркой льда. Поскользнувшись возле порога, у меня с трудом получилось устоять. Господи, я рассмеялась так громко, что напугала саму себя. Причин смеяться не было, и потому эти звуки походили на истерику.
Работа идет к черту. Как и отец. И даже человек, к которому меня тянет, тоже пусть идет к черту!
Я вильнула на прощание рукой Брендону и развернулась к крыльцу, как сзади послышалось щелканье автомобильной двери. Не успела развернуться, как помощник капитана, хоть Брендона, уверена, и сместят с этой должности, идет ко мне.
Каштановые волосы развивались от сильного ветра, щетина на лице стала слишком заметна, а мужчина был серьезен, впервые за этот вечер.
– Забыл спросить, Аллен. Если бы у тебя была возможность с ним поговорить. Что бы ты ему сказала?
Тошнотворный ком встал в горле.
Что бы я ему сказала? Что ненавижу его? Но я его не ненавижу. Люблю?
– Сказала бы, чтобы он катился к черту, - тихо процедила, вкладывая в эти слова столько боли, сколько Брендону и не снилось.
– Я обязательно передам ему это, - произнес мужчина и сделал шаг ко мне. Я не успела издать и звука, как Брендон обхватил мою талию и притянул меня к себе, впиваясь в мои губы своими. Жадно, больно и сосредоточенно, словно это видит целая толпа зрителей. Я хотела оттолкнуть его, но помощник капитана перехватил мою руку и сжал возле своей груди, углубляя поцелуй. Я не чувствовала ничего, кроме боли. Не физической, а душевной. Я хотела другого человека на его месте. Того, кого больше всего не хочу сейчас видеть. И в то же время я перестала сопротивляться. Дала Брендону закончить свою партию в очередной игре, сама упиваясь теми частичками тепла, которые были мне доступны.
Как только Брендон разъединил поцелуй, на его лице проявился новый вид улыбки. Напряженная, как и все туловище.
– До завтра, новенькая. - Брендон развернулся и сел в такси, покидая место.
Ненавижу его игры.
Как и то, что за ними стоит.
Зайдя в дом, меня встретила тишина. Меня не было здесь всего неделю, а такое ощущение, что прошло несколько лет. Папа умолял вернуться почти сразу же, как только осознал, что я ушла и, видимо, от незнания что делать, отдраил весь дом, как старый матрос. Никаких бутылок, никакой грязи. И в то же время его разбросанные по дому вещи не давали проходу.
Я шла до своей комнаты, попутно снимая кроссовки, сбрасывая куртку и все, что мешало мне дышать. Жжение в груди только увеличивалось, а холод доставлял дискомфорт. Добравшись до кровати, я впервые признала, что спать в участке - отвратительная идея. Сбросив с себя все лишние вещи, я рухнула на кровать, словно совершила прыжок со скалы. Волосы расплескались по подушке, а глаза уставились на потолок. Как только я закрою их, то представлю капитана и то, чем мы занимались в больнице.
– Ненавижу, - выругалась, сжимая в руках простыни и пытаясь сделать хоть один нормальный вздох.
Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.
– Мне жаль, новенькая. Потому что, кажется, я без тебя не могу.
Глава 4
Долорес Аллен
Я не успела дернуться, как мужская фигура, внезапно возникшая в углу комнаты, налетела на меня и вдавила мое тело в матрас. Воздух выбило из легких. Крик, который должен был поднять на уши соседей, утонул в ладони, закрывшей мне рот.
Он здесь. В моей комнате. На мне.
– Привет, Лора.
Грудь болезненно сжалась от того, с какой интонацией он произнес мое имя. Голос был тихим, ласковым, непринужденным, словно не я заковала его в наручники неделю назад.
– Томас ведь не скоро объявится дома?
Он думает, я стану ему отвечать? Ни за что.
Я молча прожигала его взглядом, одновременно испытывая к нему почти болезненное восхищение и такую же жгучую ненависть. С первого дня я твердила себе, что Стэн выглядит как проклятый Бог. И если бы у меня был шанс стереть его лицо из памяти, я бы ухватилась за него без колебаний. Потому что эти светлые пряди, небрежно падающие на лоб, и резкие, почти идеальные черты лица каждый раз делали меня опасно неуверенной.
А я должна поймать его.
Стэн следил за моими действиями, которые выражались только в излучении ненависти каждой частичкой моего тела. Медленно убрав руку с моих губ, взгляд мужчины скользнул к моим губам, его зрачки заблестели.
Всего одна попытка вобрать в легкие воздух, и его губы врезаются в мои в жадном, страстном поцелуе. Язык насильно проникает внутрь, рука накрывает мое бедро, не спрашивая разрешения. Он словно голодный волк, набросившийся на жертву. Я сопротивлялась, старалась вырваться, но безуспешно. На тело навалилась волна удовольствия, а он продолжал, углубляя поцелуй, постанывая и прижимая меня к кровати, пока не насытился им.
– Что ты творишь?! - крикнула я, одновременно врезаясь ладонью в его щеку.
Звук от пощечины разлетелся по комнате, но с его лица так и не сползло довольное выражение. Я была пьяна в стельку, придавлена к постели, как какое-то жалкое, беззащитное создание. С другой стороны, это станет отличным оправданием, почему я не выставила его сразу.
– Не смог удержаться, - бросил он, и в его глазах промелькнуло желание продолжить, пока я не отдернула голову в сторону.
Не смог удержаться? Злость полыхнула изнутри. Его не было неделю. Бесполезно врать, что я не ждала и не думала о нем. Все семь дней я сражалась с собой, пытаясь не забывать, что я полицейский. Но Стэн, как гребаный магнит, все равно притягивал меня к себе.
Облизав губы и почувствовав языком его вкус, я болезненно прикрыла веки. В его присутствии любая попытка мыслить трезво разбивалась об это дурацкое притяжение.
– Сегодня что, все решили, что мой рот можно насиловать?
Бывший капитан оскалился, нависая надо мной и время от времени прожигая мои губы взглядом.
– Да. Я видел вас с Брендоном. Жалкое зрелище.
Ха. Серьезно?
Как только я усмехнулась, Стэн вдавил меня в кровать сильнее так, что захрустели кости, а по телу пробежала дрожь.
– Вряд ли наша с ним дружба наладится. Набить ему морду теперь будет проще.
– Конечно. Тебе стоит сделать это немедленно. Хочешь, позовем его сюда? Брендон будет рад тебя увидеть. А я его. На этой кровати полно свободного места.
Не понимаю, что случилось с моим языком. Мне хотелось посмеяться над ним, вывести его из себя. И судя по тому, как в его взгляд становится кровожадным, у меня это получилось.
– Хорошая попытка, - прошептал он, и я почувствовала, как что-то упирается в мой живот. С губ почти сорвался стон, если бы не мои старания подавить его своей невозмутимостью. - Почти забыл о твоем остром язычке, Лора.
Резким движением мои губы снова оказались в его власти. Стэн проник языком внутрь, и, клянусь, одежда – единственное, что еще сдерживало его от того, чтобы захватить меня полностью. Внизу все пульсировало, тело охватывал жар, пока он яростно целовал меня. Я хотела остановить его, но не могла. Мое тело больше не подчинялось мне.
– Черт возьми, Аллен, - простонал он, вжимаясь в меня своим телом. - Я был так зол на тебя.
Слова были отрезвляющей пощечиной.
Зол на меня? Нет, серьезно. Он?
Я не подала вида, что снова владею разумом. Продолжала извиваться в его руках, клянчить стонами еще большую дозу наглых поцелуев. Медленно нащупывая рукой телефон, я поддавалась терзаниям его языка и тайно мечтала о большем. Как только мои пальцы почувствовали металлический корпус телефона, что-то больно накрыло запястье.
Стэн впился пальцами в мою руку, после чего перехватил телефон, и тот отлетел назад. Желваки заиграли на еголице капитана.
– Сначала наручники. Теперь телефон. Ты меня расстраиваешь.
Он разблокировал экран и с видом следователя принялся копаться в телефоне, будто искал доказательства моей неверности.
– Зол?
– Ты даже не дала мне шанса все тебе объяснить в больнице. Позвала Грэма…
– Кстати, как он? - Я нагло ухмыльнулась, хоть причин этому не было. Просто пьяная, беззащитная, наблюдающая, как мой бывший капитан, с которым я трахалась в больнице, по-собственнически изучает содержимое моего телефона.
Стэн промолчал.
Как и всякий раз, стоит нашему разговору коснуться дела.
– Зачем ты здесь? - спросила я. Голова кружилась, в глазах медленно все плыло, и появлялась вероятность, что я восприму сегодняшнюю ночь и капитана за элементарный сон. – Глупо ведь рассчитывать, что ты здесь ради меня.
Оттолкнувшись ладонями о матрас, я слегка приподнялась. Фигура бывшего капитана подсвечивалась смесью лунного и фонарного света. Все остальное было покрыто мраком.
Для того, кто был все это время темной лошадкой, он слишком плохо скрывает свои эмоции.
– Где Алекс, Лора?
Минута тишины повисла в воздухе. Невыносимой, жгучей тишины.
– Так вот зачем ты пришел… - Я наклонила голову вбок, будто меня это не задело. - А говорил, соскучился.
Его глаза неоднозначно зависли на мне. Играя желваками, бывший капитан бросил мой телефон мне в ноги и стал уверенно подходить ближе. Больших затрат стоило не дернуться. Он ведь не собирается меня убить?
Встав возле кровати, Стэн перегородил весь доступный свет, и я подняла голову в попытке найти его глаза в темноте.
Когда его рука нежно коснулась моего подбородка, я вздрогнула. Кожу будто кольнули острой иглой. Удерживая направление моего взгляда, его большой палец лег на нижнюю губу, медленно скользя и оттягивая ее вниз. Тишину нагло вытеснило его тяжелое, сокрушающее все вокруг дыхание.
– Мне стоило огромного труда пустить в свою жизнь тех, кто сейчас рядом, и прости, Лора, но я поклялся их защитить, - напряженно прошептал Стэн, с трудом произнося каждое слово. - Ты… Ты просто снесла всю мою жизнь к херам. - Его палец замер на моей губе, словно еще хоть одно действие, и он сорвется. – Я…
Я боялась пошевелиться и спугнуть его. Только сердце не содействовало мне в молчании.
– Хотел бы иметь другую жизнь, чтобы просто быть с тобой.
Слова были острее ножа. Они увеличивали и без того разделяющую нас бездну.
– “Просто” теперь вряд ли получится, - насмешливо выпалила я, утаивая очередную обиду. - Ты ведь скоро будешь сидеть за решеткой.
Я хотела скинуть его руку со своего подбородка. Правда, хотела.
Мужчина тихо улыбнулся.
– Я хочу тебе все рассказать. Но еще больше хочу, чтобы ты мне поверила. Так что, еще увидимся, Лора.
Стэн стал удаляться, направляясь к выходу из комнаты. Вот так просто. Как будто я не представляю опасности и не вызову копов. Будто закрою глаза на любую его ложь.
– Стэн? - позвала я, и темное массивное тело замерло у выхода, слегка повернув голову в мою сторону. – Разве ты не хочешь узнать, где Алекс? Он - твой смертельный приговор, - добавила с ехидной ухмылкой, - не так ли? Я соврала в полиции. Он не убежал.
Стэн снова тихо улыбнулся.
– Я пришел к тебе не ради того, чтобы узнать, где Алекс. Я пришел сюда узнать, что ты будешь делать с этой информацией дальше. До скорой встречи, Лора.
Я сжала рукой простыню, как только он скрылся из виду. Мне срочно нужно что-то разбить, кинуть в стену, и мне очень жаль, что это не может быть сам капитан.
***
Как только я пересекла порог участка, чувство, что все смотрят на меня, стало реальным. Работа приостановилась, и все зависли в определенных позах, по которым можно понять, чем они занимались за секунду до этого. Глаза же были намечены на меня, будто это я предала всех, а не капитан.
У меня почти получилось преодолеть коридор, как за спиной послышалось:
– Новенькая, распишись.
Обернувшись, я увидела, как Эмма выложила на стойку стопку бумаг, наверняка означающую новые строчки в моем личном деле.
Предчувствие говорило, что мне нужно бежать.
Стараясь скрыть свое нежелание задерживаться на виду у всех, я подошла к секретарше и принялась сгребать все в охапку.
– Прости, новенькая, но ты не можешь приступить к работе, пока не подпишешь их все. Сейчас. В них говорится, что ты была соучастницей в деле “Тени”, но из-за недостатка улик, руководство не имеет права не допускать тебя до работы. А твоя подпись будет означать, что ты согласна с их решением и готова продолжить работу. - Эмма мило улыбнулась, подталкивая в мою сторону ручку. Та медленно покатилась по столешнице, пока я одним хлопком не остановила ее.
– Как мило с твоей стороны, Эмма. Спасибо, - процедила я и, положив перед собой стопку, принялась быстро пробегать глазами в поисках места для подписи.
Все продолжали совершать минимальное количество движений, посматривая в мою сторону и делая вид, что они здесь из-за какого-нибудь важного дела. Если бы здесь был Стэн, они бы не видели ничего, кроме своих потных ботинок.
– Знаешь, новенькая… - снова начала Эмма, прожигая меня глазами.
Я чувствовала, как напряжение разрастается с каждой секундой, будто вот-вот должно произойти что-то плохое. Такое уже было однажды. Перед тем как меня подставил Грэхэм, остальные тоже начали относится ко мне по-другому.
– Моя подруга из шестого участка рассказала очень интересную историю, Аллен. Говорят, ты западаешь почти на каждого своего начальника. Это правда? Она сказала, что капитан Грэхэм отделаться не мог от твоего навязчивого желания оседлать его член.
Тошнота подкатила к горлу. Все стало гораздо хуже, когда на следующей странице я увидела исписанный десятками слов листок.
“ШЛЮХА”
Разные цвета, разные оттенки синего, говорящие о том, что это сделал не один человек. Все ополчились против меня. Как тогда.
Дыхание остановилось, ручка в моей руке зависла над пятью буквами и вдруг стало слишком жарко, что не терпелось сбросить с себя лишнюю одежду и принять ледяной душ.
Голова была забита воспоминаниями, проигрывающимися без остановки. Тело вспомнило всю ту боль, что принесло мое непослушание, мое смирение, готовность все терпеть и идти на поводу у людей. В прошлом участке я боялась, что будут обо мне думать, но людям ведь всегда было плевать на то, что думаю о них я.
Убежать? Проигнорировать? Наброситься на Эмму и содрать с ее лица эту ухмылку?
Поможет ли это?
Однажды папа сказал мне, что мир цикличен. Все плохое повторяется и крутится вокруг тебя до тех пор, пока ты не найдешь способ дать отпор. Так жизнь учит нас быть сильными, и ты - единственный, кто может помочь самому себе.
Я хорошо помню его наставления, но еще лучше помню то, что я проиграла. Эти взгляды, эти слухи, насмешки - распространялись с бешеной скоростью. Мое молчание только подпитывало их, разжигало костер ненависти в мою честь.
Людям, которые окружают меня сейчас, дико не повезло.
Я уже не та Лора, какой была раньше.
Уронив на пол спортивную сумку с формой, я облокотилась на стойку руками и задрала подбородок.
– Довольно забавно слышать это от секретарши. В прошлом отделе шествие возглавляло более значимое лицо.
Эмма самоуверенно улыбнулась, подпитываясь презрением окружающих. Она теперь не одна.
– Ты придумала это, когда Стэн поцеловал меня на виду у всех? – Я всем видом показывала решимость дать отпор. - Я говорила Стэну, что не стоит этого делать, что бедная Эмма не простит такого, потому что секс с капитаном – единственное, что все еще держит ее самооценку на плаву. Она хочет быть нужной… Или ты придумала это в тот день, когда он последний раз трахнул тебя на столе своего кабинета и больше не вспоминал о тебе… эм-м-м… никогда?
– Дрянь… - прошипела Эмма.
– Ох… Это верно подмечено. Он просил тебе кое-что передать, Эмма…
Еще немного и она лопнет от злости. Ее лицо покраснело, словно у нее началась аллергия на какую-нибудь хрень вроде персиков.
– Что? - неуверенно спросила она.
Я пожала плечами.
– Ничего. Я же сказала, он не вспоминал о тебе…
По лицу стервы можно было сказать, что она готова забраться на столешницу, лишь бы побыстрее преодолеть пространство и набросится на меня. Я же ликовала из-за удавшейся попытки отстоять себя. Невинно выставив перед собой руки, я шагнула назад, продолжая смотреть в глаза Эммы, но врезалась в кого-то, кто стоял сзади.
Мимолетно обернувшись, увидела, что за передо мной стоят двое мужчин и одна девушка из отдела, с которыми я редко пересекалась.
Если бы взглядом можно было закидать камнями человека, то на моем месте была бы уже огромная груда булыжников.
– Офицер Аллен, - сказал самый грозный из всех. - Следует контролировать свои слова, если не хочешь проблем.
Тошнота снова подкатила к горлу. Понимание собственной ничтожности возросло кратно людям, окружавшим меня.
– Я не сделала ничего такого, чтобы иметь проблемы, парень. Так что отойди.
Сложно было говорить это серьезным тоном, потому что каждый нерв в моем теле дрожал. Я не заслужила подобного отношения. Ни тогда, ни сейчас.
– Ты типа смелая, да? - сказал второй мужчина, чуть ниже ростом, но упитаннее. - Мы любим смелых… Скажи, капитан научил тебя всяким приемчикам, а? Продемонстрируешь? Тут полно других членов. Или Эмма права, и ты скачешь только по капитанским?
Я сжала кулаки, готовая врезать этому мудаку в любой момент. Эмма в этот момент светилась от счастья.
– Брось. Штуку у тебя в штанах нельзя назвать членом, - процедила я, не отрывая взгляда от ублюдка, вышедшего из общего строя вперед. - Так что иди ты…
Я не успела окончить свое послание, как появившийся Брендон подлетел ко мне со скоростью света и, подняв с пола сумку, всучил ее в мои руки:
– В мой кабинет, живо, - приказал он.
– Смотрите, мистер Нортон объявился. Как вас допустили вообще до работы?
– Заткнись на хрен, Дарсон, пока я не выбил тебе зубы. Иначе твоя малышка Сара узнает, как ты трахал в своей машине ту, что ты сажаешь за решетку каждую неделю, лишь бы она тебе скидку накинула…
Все в миг заткнулись, словно капитан вернулся в участок вместе с порядком.
Не став дожидаться ответа, Брендон толкнул меня в направлении к своему кабинету. И я была очень даже не против.
Покорно следуя впереди него, у меня наконец-то получилось спокойно выдохнуть. Тело все еще пульсировало от желания ввязаться в драку и причинить кому-нибудь боль.
– Что они сделали? – сразу же спросил Брендон, захлопнув дверь своего кабинета и оценив ущерб в виде напряженных кулаков.
– Это неважно, - вспылила я.
Конечно, это важно.
– Лора, что они сделали?
– Неважно, - более агрессивно повторила я, хоть Брендон и не заслуживает этого. - Они всего лишь сделали то, что хотели сделать с человеком, который их предал. Это было логично…
– Ты в порядке?
– Нет, - отрезала я. - То есть - да. Брендон, это ведь я заявила на него в полицию, понимаешь? А теперь меня обвиняют в том, что я на его стороне. Я не стану это терпеть.
Я шагнула к выходу, чтобы высказать им все, что думаю, но Брендон перегородил путь:
– Мы на волоске, новенькая. Любой скандал, любая истерика - причина вышвырнуть тебя из отдела. И они будут добиваться этого любой ценой. Хочешь иметь возможность посадить Стэна за решетку?
Тошнотворный ком в горле встал поперек.
– Да, - ответила я.
– Тогда придется потерпеть и постараться не привлекать к себе внимание. Понятно?!
Я молча продолжила прожигать дверь глазами. Руки чесались и в первую очередь при воспроизведении в голове сучьего взгляда Эммы. Я убью ее и замету следы так, что ни один коп в жизни не раскроет это дело.
– Могу поцеловать тебя, если тебе полегчает. - Помощник капитана наигранно раскинул руки в стороны, тем самым переводя мою агрессию на него.
– Еще раз так сделаешь, и я сожгу твой кабинет.
Мужчина рассмеялся.
– Доходчиво.
Как ни странно, становилось легче. Навязчивые мысли потихоньку начали угасать, и я поймала себя на мысли, что кабинет Брендона отныне служит нейтральной зоной, в которой можно превести дыхание.
– Значит… молча терпеть издевки?
Брендон невесело кивнул.
– Другого выбора пока нет, новенькая. Но если они перегнут палку…
– То я справлюсь сама, - закончила я, обогнув Брендона и открыв дверь. В последний момент мои ноги зависли в проходе. - Тебе оставили кабинет? И должность?
Мужчина со спокойствием обошел стол и положил руку на изголовье кожаного кресла.
– Да.
– Хорошо быть родом из богатой семьи…
– Лора, у твоего отца влияния не меньше. Не я договорился, чтобы тебя перестали допрашивать и позволили выйти на работу.
Что он только что сказал?!
– Ты не знала?
Я знала, что так быстро еще никого не возвращали на службу, но почему-то была уверена, что это заслуга Брендона.
Выйдя из его кабинета и попав снова на вражескую территорию, поняла, что Брендон прав. Игра начнется заново, и я не имею права больше проигрывать.
Глава 5
Долорес Аллен
С каждым новым днем участок все больше менялся до неузнаваемости. Дело даже было не в том, что умирало сердце этого места - старый кофейный автомат. Полицейские месяц назад и полицейские сейчас - совершенно разные люди, которых лучше держаться стороной. Собственно, этим я и занималась всю неделю, отсиживаясь за столом или спускаясь в архив.
В ушах играла «Life Like» - The Rosebuds. Я перекладывала старые папки с полки на полку, чтобы найти нужную. Толстый слой пыли теперь покрывал не только металлические стеллажи, но и мои руки, форму и, кажется, волосы. Я сморщилась, когда вместо корешка влезла в очередную паутину и в тысячный раз распугала всех пауков. Уверена на сто процентов, что это не самое страшное, что можно здесь увидеть и услышать. Например, мыши и их писк, который я пытаюсь скрыть играющей в наушниках музыкой.
На самом же деле мне просто необходим был покой и тишина. Работать за столом, где каждые десять минут кто-то кидает в меня свое презрение, - довольно изводящее занятие. Но все сложилось даже лучше, чем я думала, когда меня снова вернули к бумажной работе. Когда ты часами смотришь в монитор компьютера и концентрируешься на одном давно закрытом деле, у тебя есть шанс либо окончательно забыться, либо лучше подумать обо всех трудностях.
А проблема в том, что я не заслужила и части того, что происходит со мной. Но если несправедливость и существует, то, где ей быть, если не рядом со мной, правда? Еще и в Детройте, где это слово присутствует почти в каждом деле и твои попытки изменить это почти никчемны.
Сейчас же я стараюсь плыть по течению и, как советовал Брендон, не привлекать внимание. Хороший план? Для труса - да.
Отыскав дело Джастина Грейстоуна, я провела рукой по лицевой части папки и смахнула пыль. Быстро пролистав страницы, заметила, что последние пометки были в 1946 году. Если мне приказали отыскать это дело, значит в каком-то участке случилось что-то ужасное, что имеет сходство с Джастином Грейстоуном. Если полицейские поймут, что это случайность, то папку вернут назад и никто снова не вспомнит о нем и его жертвах. Если же кто-то из стражей закона отыскал новые улики, то мне жаль тех самых родственников, которым придется пройти все заново.
Крепко зажав папку в руках, я начала медленно спускаться по стремянке. Ступив на землю, свет в архиве погас, а металл начал поблескивать от того незначительного света, который поступал сквозь узкие окна под потолком.
К сожалению, организм уже выработал должную реакцию. Я устало уперла лоб в стремянку и начала считать до десяти.
В разных полицейских академиях были свои способы сохранять стрессоустойчивость. Например, представлять внутри своей головы, как то, что тебя раздражает, движется вдаль и исчезает. Или другая техника, заключающаяся в том, что нужно создать в голове некое помещение. Каким оно будет - известно только тебе. Возможно, твоя старая комната, школьная библиотека с пустыми полками или музей современного искусства, где вместо экспонатов ты будешь выставлять признаки раздражения, а потом дружно со своим психологическим расстройством закрывать это место на такое количество ключей, какое поможет тебе успокоиться.