Путь без выбора

Потом бросил пакет. Я быстро оделся.

— Почему не разрешают сумку? — спросил я.

— Сумку? Может быть, потому что не разрешают перстень значимости, даже если ты будешь принцем. Перед учителем и перед академией все равны. Понял?

— Да, понял. А те трое?

— А те трое? Те трое в карцере. Они работали втроём. Поэтому отсидят положенное. Ладно, иди. Вот в этом здании на четвёртом этаже есть свободное место.

— Принадлежности? — вспомнил я слово.

— Это всё получишь после того, как заселишься. Спустишься вниз, покажешь разрешение.

Он дал мне небольшую пластиковую бирку.

— Покажешь в том здании, там тебе выдадут пишущие приспособления, конспекты и учебники. Кстати, и планшет. И попроси научить тебя им пользоваться.

— А зачем планшет?

— Бумажных книг не так много, а электронных значительно больше. Поэтому и планшет. Понял?

— Да, понял.

Вышел, поднялся на четвёртый этаж. Комната была на восемь человек. Кажется, нас не сильно и уважают. Нашёл одну свободную койку, возле каждой койки стоял небольшой шкаф и плюс тумбочка. Тумбочку попытался открыть, индикатор загорелся красным. Поднёс палец, короткий укол, на датчик капелька крови, загорелся зелёный — открыл, пусто. Со шкафом то же самое. Но в пакете была ещё одна форма, и я как раз туда её и положил. Заметил, что форма отличается. Та, которую я положил, была без знаков различия. Похоже, это или рабочая, или тренировочная. А потом спустился вниз и вошёл в другое здание. На этот раз никого не было, все ушли учиться. Ну что же, неплохо, не хотелось бы ещё с кем-то воевать. И вот я наконец зашёл в это здание. Вход оказался в подвал. И я спустился на восемь ступенек, толкнул дверь. Дверь открывалась очень тяжело, она была толщиной примерно в ладонь. И, кажется, из чего-то крепкого, если не из настоящей брони. Там я увидел старичка, того самого, который меня и принимал.

— А вы разве не должны быть на проходной? — спросил я, показав на вход.

— Нет, я уже освободился. Так чего тебе?

Я передал ему бирку.

— Артефакторика и алхимия, — прочитал он и дал мне ровно две книги и один конспект.

— И всё? — спросил я.

— Да. Это основные. Историю, правописание, геральдику, географию, космологию будешь изучать в электронном виде. Это общие учебники.

— Научи меня пользоваться планшетом, — попросил я.

— Откуда ты такой тёмный взялся? — удивился он.

Но показал, как планшет включается, как проходит авторизация и как выбирать нужные книги и куда можно вставить заметки, как письменные, так и звуковые. А ещё сказал, что в академии своя собственная сеть и мне будут приходить приказы и распоряжения.

Ну что же, книжки я получил, вернулся назад и увидел, с кем меня заселили. Парни, мужики, кого тут только не было. Увидели меня. Один из самых здоровых подошёл ближе:

— А ты кто такой?

— Да вот, с севера.

И тут же мне прилетело в лицо. Я почувствовал, что как будто его кулак на секунду замедлился, или что-то между ним и мной вдруг проскочило. А потом очнулся на койке в больнице. Интересно было посмотреть на врача.

— Ну что? — спросил он. — Что с тобой случилось?

— Не помню, — сказал я. — Увидел кулак и всё.

— И даже спросить ничего не успел? Или сказать?

— Ну, сказать и спросить я успел, сказал, что с севера. И после этого получил в лицо.

— Хорошо, вставай. Вроде бы в себя мы тебя привели. Можешь возвращаться.

— Сколько я здесь?

— Да, получил ты не так много. Небольшое сотрясение, да плюс повреждение на лице. Это у нас часто случается, поэтому иди-иди, не задерживай. Нам новых принесли.

А я вышел и действительно увидел новых. Повреждение было немножко другое. Лицо разбито, буквально превратили в отбивную. И я подумал, что на академию это слабо похоже, скорее на бойцовский клуб. И вот я возвращаюсь обратно, увидел мужика, того самого, который меня ударил.

— Тварь, — посмотрел он на меня. — Это из-за тебя я новый выговор получил.

И снова пошёл на меня. Я стоял, ждал. На этот раз я точно буду готов. Но потом он вдруг неожиданно протянул руку:

— Извини, я не знал, что ты и сам пострадал. Видишь, у меня… у меня отец погиб там, на границе, с северными баронами. Но я думал, что ты кто-то из барончиков или, может быть, из солдатского, а ты, оказывается, сам сбежал. И надо было сразу бить. Рефлекс у меня, — сказал он.

— Слушай, драться научишь?

— Драться научу. Только, знаешь, учить я не умею.

И тут я снова получил в глаз. Оказывается, он хотел мне просто показать. А я снова оказался в больнице. На этот раз вроде бы получилось так же. Вроде бы тоже заметил небольшое замедление кулака. Или мне показалось. Вернулся обратно, опять тот мужик. На этот раз сидит и угрюмо смотрит на меня.

— Из-за тебя второй выговор получил за один день.

— Ну, так чего ты хотел? Два раза меня так шибанул, что не знаю, как выжил.

— Да я второй раз просто показать тебе хотел. Теперь учить не буду. Ну его, слабый ты какой-то.

Потом все вдруг стали подниматься и куда-то выходить. Мужик посмотрел на меня:

— Ты чё на ужин не идёшь?

— Уже ужин? — удивился я.

— Ну да. Обед ты должен был в больнице получить. Не получил.

И мой желудок подтвердил это ворчанием. Шли мы вместе.

— А ты где такой здоровый получился? — спросил я.

— Не получился, а вырос, — вздохнул он. — Да, пограничники мы. Знаешь, нас такими выращивают: здоровыми да сильными, да быстрыми. А ты хлипкий какой-то, — схватил он меня за плечо.

И я поморщился от боли.

На ужине все расселись по столам. Нас было двадцать, и стол был на двадцать человек. Правда, я видел, что есть второй этаж, и там столы по четыре человека.

— А там? — показал я наверх.

— А там те, кто заплатил, или за кого есть заплатить, — вздохнул он.

Кормили просто, но сытно. Вначале раздали тарелки с салатом, такой я впервые ел. Какие-то зелёные листья. Вкус как у травы. И её я тоже иногда пробовал в лесу. И такое я ел только тогда, когда был сильно голодный. Сосед посмотрел на траву, посмотрел на меня и передал мне тарелку.

— Терпеть не могу эту гадость.

И я съел и его. А потом получил ещё три тарелки. Потом принесли кашу. Сосед посмотрел на кашу, посмотрел на меня, покачал головой:

— Знаешь, хотел свою порцию взять у тебя. Ты ж мою траву съел. А теперь вижу, что не хочу. В следующий раз отдашь.

И действительно, за порцию травы он забрал мой напиток. А кашу я съел сам. На выходе был фонтанчик, там я напился воды. Жаль напиток, но что поделаешь. А потом мне сказали, что остальным напиток я отдам позже. Тем остальным, которые дали мне тот салат. Странно это, довольно странно.

Вернулся в комнату первым, лёг на постель и тут же уснул. Проснулся от звонка. Пришлось быстро одеваться, потом идти в конец коридора и ждать очереди на умывание и на туалет. Две отдельные очереди. Потом на завтрак. А потом я вспомнил, что забыл, куда мне идти дальше. Спустился вниз. Внизу сидел старичок.

— А куда мне идти? — спросил я.

— Да, а куда? На урок, наверное, — улыбнулся он. — А то смотри, время-то уже вышло, урок-то уже начался или начинается. Я плохо слышу, — сказал он.

— А мне куда? На какой урок? Или куда вообще?

— У тебя какой урок должен быть?

— Не знаю. Или не помню.

— А планшет? Где твой планшет?

— Там, в комнате.

— Ну, принеси сюда планшет. Посмотрим вместе.

Я снова поднялся на четвёртый этаж, дошёл до комнаты, с трудом комнату открыл. Выяснилось, что кто-то с перекосом закрыл этот хитрый замок. Взял планшет и вернулся обратно.

— Слушайте, а что с замками не так?

— Что?

— Ну, он как-то плохо открывается.

— А как ты его открывал?

— Ну, я не знаю. Я палец сюда засунул, покрутил, он открылся, но тяжело.

— А тебе ключ никто не давал?

— Нет, не давал. А должны были?

Он потянулся куда-то к шкафу, открыл его, достал ключ.

— Держи. Это ключ от комнаты. Как пользоваться, знаешь?

— Нет.

Тот вздохнул.

— Пойдём, покажу.

Мы подошли к первому этажу.

— Тут живут всякие шалопаи, которые заплатили и поэтому живут на первом этаже.

— Это те, которые в столовой на втором этаже?

— Да, те, которые в столовой на втором этаже. Вот сюда вставляешь ключ, — он взял какой-то ключ, — потом поворачиваешь по часовой стрелке и потом открываешь.

Изнутри раздался писк. Я заглянул. Парень, девушка, оба на кровати. Оба раздетые и занимаются чем-то интересным. Старик резко закрыл дверь.

— Они тоже не на уроке? — спросил я. — И снова посмотреть можно? А то я не всё рассмотрел.

Тот фыркнул.

— Видел, как я открываю?

— Да, видел. Дай тебе ключ, я тоже открою.

— Нет, потом потренируешься на своей комнате. Теперь иди.

— С планшетом?

— Да, с планшетом. На планшет потом будешь заносить домашние задания.

— А как?

— Вот сюда нажимаешь и говоришь.

— И всё?

— И всё.

— Так, а куда мне идти?

Мужчина вздохнул.

— Ладно, пойдём, покажу.

Мы спустились в его сторожку. Я снова открыл планшет — он открывался только по моей белой метке, — и старик показал:

— Видишь? Здесь написано расписание уроков.

— Написано? — удивился я. — А у нас другие буквы, я целых три знаю.

Он вздохнул. Потом подумал, посмотрел куда-то вверх.

— Короче, я объясняю для тех, кто знает целых три буквы: нажимаешь сюда, выскакивает такой список. Там цифры знаешь?

— Цифры знаю.

— Вот видишь, первым уроком — сорок первый кабинет.

— Вижу.

— У нас два корпуса, в которых идёт преподавание: для таких, как ты, и первого года обучения, а также иногда второго и третьего. Есть вон тот вот синий здоровый трёхэтажный корпус. Понял? Под землёй — первый этаж. Третий этаж — сороковые кабинеты. Понял?

— Понял.

— Там идут так: сорок один А, сорок один Б, А с одной стороны, Б с другой стороны. Понял? Вот это А.

— Да, это А.

— Это Б.

— Да, это Б. Хорошо, понял.

— Всё, иди. Вон тот здоровый трёхэтажный.

— Да, здоровый трёхэтажный. А почему первый под землёй?

— Потом узнаешь. Иди уже.

Я пошёл по направлению к корпусу. Вход оказался большой. Там могли пройти не менее пяти человек. Поднялся наверх и понял: первый этаж выше земли находится метрах в двух. Поэтому подземный не совсем подземный. Зашёл внутрь. Дошёл до лестницы, поднялся на третий этаж и начал искать сорок второй кабинет. Но интересно другое: он не сказал, сорок второй А или Б. Быстро нашёл. Там непонятно что, но буковка А. Пошёл направо, пошёл налево. Это вроде пятёрка. Пошёл дальше. Это вроде четвёрка. О, иду в правильном направлении. Вот она двойка. Так, Б. Б — это туда. Зашёл, заглянул и увидел амфитеатр. На меня обернулись все. И даже тот мужчина, который что-то увлечённо рассказывал.

— Ты кто?

Я представился: по имени, фамилии, а также по тому посёлку, в котором жил.

— И что это мне должно было дать знать? — спросил вдруг мужчина.

— А вы кто? — спросил я его.

— Я учитель, а ты, вероятно, ученик. Принеси сюда планшет.

Я передал планшет. Он посмотрел внимательно, осмотрел.

— Вон, видишь, там наверху несколько свободных мест. Выбирай любое. И в следующий раз постарайся не приходить под конец урока.

Я аккуратно поднялся наверх. Да, действительно. Тут было несколько свободных мест. Сел отдельно и вздохнул. Как-то неудачно день начался.

Я сидел и думал. Я вспомнил о Зарине и вспомнил о пропавших вещах. Ну, если у меня дома они вряд ли что найдут, там и все мои деньги, и самые ценные вещи, которые я нашёл в лесу, то вот с теми вещами, которые я бросил в таверне, можно будет попрощаться. Там четыре глаза гоблина, восемь корней дырчика и около трёх килограммов чайной травы. Ещё я нашёл какие-то странные чёрные камушки. Это я хотел выяснить позже. И ещё нашёл какой-то ржавый клинок. Он почти полностью развалился, и я даже не знал, дадут мне за него что-то или нет. К сожалению, все ингредиенты сдохнут. Да, просто пропадут. Их нужно переработать в течение двух-трёх дней. А сколько я здесь уже, я не помню. А ещё вспомнил саму Зарину. Да, она говорила, что она не проститутка, но за каждый визит просила по две серебрушки. А у меня иногда и за неделю одной серебрушки не получалось. Какая же она всё-таки. А потом кто-то меня стукнул по плечу. Я обернулся. Стоял тот мужик.

— О чём ты задумался? — спросил он.

— О девушке, — вздохнул я.

Весь класс засмеялся.

— Видишь на доске, что там нарисовано?

— Там? Не знаю, фигура какая-то.

— А почему ты не рисуешь эту фигуру в планшете?

— А как это делать?

— Ты видишь тут название: «Уроки», «Домашние задания»?

— Я не умею читать. Я знаю всего три буквы.

Мужчина вздохнул.

— После обеда пойди в комнату 104. Там как раз подготавливают таких, как ты. Объясни, что знаешь три буквы. Без знания языка, без знания алфавита и без знания магических рун ты не продвинешься в обучении. Поэтому поясни, что ты довольно слаб как маг. Видишь? Нажимаешь вот сюда, а потом вот в этом поле тщательно-тщательно перерисовывай эту фигуру. Тебе нужно будет полностью изучить её за вечер.

— Но ведь я и так пойду в комнату 104.

— Да, пойдёшь. Но домашнее задание ты тоже должен изучить. Понял?

— Да, понял.

— А куда ты пойдёшь после урока?

Я открыл расписание.

— 208Б.

— Молодец, это ты уже выяснил. Теперь рисуй.

Он обернулся и снова пошёл к кафедре.

Вот же противный мужик, — подумал я и начал рисовать.

У меня получилось так интересно, а потом вдруг неожиданно загорелся небольшой огонёк, который разгорелся всё сильнее и сильнее.

— О, как интересно! — воскликнул я в полной тишине.

Мужчина обернулся.

— Отзывай энергию, — сказал он.

— А как это делается? — улыбнулся я.

Девчонки, что сидели впереди, обернулись.

— Ух ты! — воскликнула одна.

— Ну и дебил! — крикнула вторая.

А потом на нас, на меня, на огонёк и на девушек вылилось ведро воды. Огонёк потух. Девочки взвизгнули. Ну и обвинили, конечно, меня. Причём такими словами, которые я даже в таверне от пьяных мужиков не всегда слышал. Но они были мокрые, и их одежда так красиво их облегала. Они заметили это и применили какое-то заклинание. Одежда тут же высохла. Я этого заклинания не знал.

— А что с планшетом? — вдруг спросил один из парней.

Мужчина махнул рукой.

— Ну, планшеты рассчитаны не на такое. Они серьёзные фаерболы выдерживают. А костёр и ведро воды они выдержат запросто. Ты что, отдавал энергию? — спросил он меня.

— Не знаю, но у меня так красиво получалось. Жёлтеньким.

— Жёлтеньким? — вздохнул он. — Ты рисовал энергией. Отлично. Знаешь, что это за заклинание?

— Нет, — ответил я.

— Это заклинание костра. Просто костёр. Он разгорается где угодно и становится настолько большим, насколько ты дашь туда энергии. Ты истратил примерно половину своего резерва. Резерв у тебя довольно быстро восстанавливается. Это хорошо. Но вот размер твоего резерва слишком маленький.

Все опять засмеялись. Странно, почему они смеются над резервом? Смеялись бы над чем-нибудь другим, я бы обиделся. Потом подумал: а ведь, скорее всего, это другое у них тоже маленькое, поэтому они смеются над моим резервом. И сам засмеялся. Кажется, они поняли, потому что смеяться перестали.

Потом раздался опять противный звонок, и я пошёл на первый этаж. Нашёл 208-ю комнату, зашёл внутрь. Большая часть людей были там же. Одна из девчонок подошла ко мне ближе.

— Ты, тварь, ты выставил нас мокрыми курицами.

Я улыбнулся.

— Выставил или сделал? А может быть, вы и были такими?

Вторая девчонка приложила меня чем-то, и я отлетел к двери. Дверь открылась, и тут же вошёл мужчина, другой, лысый.

— А это что? — спросил он.

Потом нарисовал фигуру и увидел магию, которая шла от девчонки.

— Вот что ребята не поделили, — вздохнул он. — Всё, по местам.

И я заметил, как все быстро разбегаются. И я ещё не вполне пришёл в себя. Того замедления я не заметил. А вот небольшую плёнку увидел. Иначе, наверное, я бы снёс головой дверь. Интересно, как это работает. Я снова поднялся наверх и снова сел за девушками. Они оглянулись, что-то зашипели, но я не стал их слушать. Начался другой урок. Этот урок был интересный. Рассказывалась география. Оказывается, между северными и восточными баронствами стоит огромная стена. Никто не знает, кто и когда её построил. Стена довольно странная, она больше похожа на горы. Но интересно то, что толщина наверху всегда одинаковая. Потом сверху обязательно есть проход, а снизу, несмотря на все предосторожности, очень тяжело и не всегда возможно подойти. Но кое-где стена превращается в горы. Я удивился: ведь получается, я нашёл проход в этой стене. Но я хотел в южные, а попал на юг, в империю. Он ещё рассказывал, что империя — это, по сути дела, один огромный материк, что-то вроде острова в океане, и поэтому его никто не завоёвывает. Достаточно сильных флотов ни у кого нет. А вот баронства, оказывается, есть южные, северные и восточные. И ещё есть одно крупное королевство. Но у него внутренние проблемы, так как у него рядом разлом и из этого разлома лезут всякие странные существа. Некоторые довольно активные, некоторые безопасные, некоторые хотят просто жить, а некоторые хотят есть и есть человечину. Это было удивительно. Ещё рассказал, что есть ещё один маленький материк или архипелаг. Там тоже есть королевство, и там тоже хватает своих проблем. Они воюют с морскими жителями. Эти жители похожи на ящериц. Зелёные, ходят на двух ногах, имеют короткий хвост и постоянно нападают на прибрежные посёлки. В посёлках башни, возле посёлков огромные стены, но ящерицы с острыми когтями иногда всё равно забираются внутрь. И поэтому флота у них нет. Всё равно ящерицы опустят его на дно. Ящериц немного, а в других местах их нету. Ещё говорят, что там тоже есть какой-то разлом и ящерицы берутся оттуда. Но никто так и не проверял. Какой слабый человек залезет куда-то в глубину, чтобы это проверить. Урок кончился неожиданно. Я так увлёкся. Нам не давали задание по этому уроку. Просто нужно было запомнить. Я подошёл к учителю.

— Вы так интересно рассказываете.

— Я видел, как ты смотрел. Кстати, ты записал урок?

— Нет. Я не умею читать и писать.

— Тогда включи звуковой режим.

Он показал, как это делается.

— И завтра я обязательно спрошу то, о чём сегодня рассказывал.

— Да, я, кажется, всё запомнил, — улыбнулся я и пошёл на третий урок.

Я шёл на четвёртый урок и думал, как узнать, что обед. Как узнать, как попасть в подвал. Лестницы я не видел. И узнать, такие же комнаты там, как и здесь, или нет. И вот четвёртый урок оказался по моей специальности, по артефакторике. В основном сидели люди с бедной внешностью. Почему я так определил? Ну, у ухоженного человека хорошо видно: по тому, как он одевается, как прихорашивается и какая у него причёска. То есть по женщинам это, конечно, видно ярче, а по мужчинам тоже иногда. Так что я был похож на них, а они на меня. Ну что же, увидел меня мужчина, когда зашёл в класс.

— У нас новые лица. Представишься?

Я встал и представился: имя, фамилия и село, в котором родился.

— Это где? — спросил он.

— Это… это Северное баронство.

— И как ты сюда попал?

Я развёл руками:

— Не знаю.

— Ну хорошо, садись.

Потом он продолжил урок. Оказывается, этот урок был не первым, а восьмым или девятым. Я понял, что преподавание начинается с того момента, как формируется группа. А я был дополнительным персонажем в этой группе. Впереди опять сидели те же девушки, они записывали. Я вспомнил, что мне говорил учитель на уроке географии, и тоже начал записывать. Там было всё довольно мутно: он нарисовал какие-то знаки, потом рисовал какие-то стрелочки, потом объяснял, что для разных материалов эти стрелочки должны быть разные, а потом говорил, что медь твёрже, а железо ещё твёрже. Но это, мне кажется, даже самый последний идиот знает. Потом я вышел, и выяснилось, что у меня последний урок, а потом обед. Интересно. А ведь здесь всё так хорошо устроено: не нужно самому готовить, не нужно в таверне деньги платить, пошёл и покушал. Но, правда, я уже голодный, а обед только через урок. И кстати, интересно, сколько здесь длится урок? Где узнать? Урок оказался физической подготовкой, и для него, как ни странно, надо было получить ещё одну форму. Но так как формы у меня не было, за ней отправили. Я удивился. Оказывается, я должен был спросить про тренировочную форму, а я не спросил. Вернулся, когда половина урока уже прошла. В первой половине урока они вроде бы бегали, прыгали, растягивали конечности, а вторую половину урока схватили учебное оружие и начали драться. Дрались они как-то странно, но мне понравилось. Я переоделся в новую форму, а ту, которую носил, повесил в шкаф и запечатал также своим биополем, или как это называется, аурой. Мне дали меч, а потом показали, что нужно делать. Я в стороне отрабатывал простые приёмы, к спаррингам меня не допускали. То нужно уколоть, то ударить сверху, то ударить снизу. И так целый урок. Учитель пару раз подходил ко мне, показывал, как нужно делать и где я ошибаюсь, а потом смотрел, как занимаются другие. Мне не понравилось, устал. Потом отправился на обед. Переодевался и выяснил, что девушки переодеваются в другом помещении, и стало как-то грустно. На обеде сел за тот же стол. Моё место уже никак не изменится. На этот раз напиток отдал ещё кому-то и вроде бы должен ещё троим. Салат не брал, съел сам. Было, кроме этого, первое и второе. Хорошо тут кормят, даже кусок мяса. Хлеба бери сколько хочешь. Это не награда. Потом пошёл в подвал. Сначала спросил у одного на входе, потом у другого. Потом выяснилось, что в подвал нужно заходить с торца. Странно это. Но с какого торца, не сказали. Одна дверь была закрыта, и это, оказывается, в нижний подвал. Я постучал-постучал, и никто не открыл. Проходящий мимо мужчина в форме охраны сказал, что я не туда ломлюсь и надо заходить с другого торца. Зашёл с другого торца, спустился вниз и понял, что коридор точно такой же и идти мне примерно в самый конец. Пришлось ускориться. Зашёл вместе с учителем. Увидел меня, спросил, что я здесь потерял. Сказал, что мне нужно изучать буквы. Три я уже знаю, а сколько впереди ещё, не понимаю. Тот усмехнулся.

— Ладно, сейчас разберёмся.

В действительности я, оказывается, знал не те буквы. Имперский алфавит и баронский алфавит отличаются, поэтому всё нужно было начинать сначала. Слева была таблица, и на этой таблице были буквы. Можно было подходить и слушать, нажимать на буквы и слушать звучание. И вот моя задача: стоять и слушать, и повторять, стоять и слушать, и повторять. Вначале было спокойно, я занимался, а потом начали кричать, чтобы я делал это тише. Я вздохнул, какие-то они странные. Вторая таблица была уже с магическим алфавитом, к ней меня не допускали. Я видел, что маленькие окна постепенно темнеют, а потом и свет совсем погас. Нас распустили. Я какое-то время ещё позанимался и пошёл на выход. Когда шёл задумчивый мимо кустов, услышал возглас:

— А вот и ты, тварь!

Обернулся, увидел тех троих. Тех самых, которые меня встретили и дважды били. Я вздохнул: неужели опять?

— Гаси его! — крикнул один.

И тут я увидел волну, которая идёт на меня. Я попытался удержаться. Меня приподняло и кинуло в кусты. Потом я услышал мужской возмущённый крик и женский визг. Потом я увидел, как те трое, которые на меня напали, разлетаются в разные стороны, и в стёклах корпуса вылетают окна. Да, а потом я потерял сознание. Очнулся от того, что наконец услышал звонок побудки. Попытался подняться, но не смог. Оказывается, был привязан. Подошла женщина.

— Ну вот, опять ты, — сказала она. — Ты сюда как будто на расписание приходишь.

Я вздохнул:

— А когда меня отвяжут?

Она нажала на какую-то кнопку, и я поднялся.

— А зачем меня привязали?

— Дёрганый ты какой-то… Всё пытался снять и куда-то убежать.

Она улыбнулась.

— Одевайся и иди.

— А что случилось? — спросил я.

— Да вас шестерых принесли.

— А каких шестерых? — спросил я.

— Да, представляешь, в те кусты, в которые ты залетел. Там парочка миловалась. А тут прилетаешь ты, да ещё и волна воздушного удара. Ну, парень, чтобы защититься самому и защитить свою девушку, резко ответил. А он у нас из пятого курса, так что ответил со всей силы. Так что и те трое нападавших на тебя тоже отлетели и тоже попали сюда с травмами.

— То есть меня убить хотели?

— Типа того. Но не волнуйся, теперь этим дисциплинарный совет будет разбираться. Слишком часто ты сюда попадаешь.

Она улыбнулась.

— Иди уже, иди, а то на завтрак опоздаешь.

— А умыться?

— Умыться в конце коридора. Ты что, забыл?

— Да, я здесь как-то не очень ещё ориентируюсь.