Путь без выбора

— Это пока, — улыбнулась она.

И вот я добрался до своего планшета. Планшет принесли вместе со мной. Вышел, а уроки не изменились. Первый урок снова по артефакторике. Вызвали к доске. Нужно было нарисовать тот самый странный рисунок. Начал рисовать, меня прервали:

— Чем ты рисуешь?

— Пальцем.

— Ты рисуешь энергией, а не пальцем. Давай попробуем.

И вот мы пол-урока пробуем научить меня рисовать не энергией, а пальцем. Наконец у меня получилось.

— А теперь рисуй энергией, — вздохнул он.

Ребята занимались какими-то своими делами, а я тут с учителем пробовал рисовать то энергией, то не энергией. Наконец у меня получилось.

— Всё, теперь вот здесь рисуй вчерашний рисунок.

Я нарисовал. Он весело занялся огнём.

— Теперь попробуй забрать энергию.

Я задумался.

— И как?

— Как ты даёшь, только в обратную сторону.

И я попробовал. С третьего раза у меня получилось. И я был так рад. Ну что же, теперь я могу и отдавать, и забирать. А могу просто рисовать. Под конец он дал новый рисунок. Этот рисунок должен был делать простую очистку — просто пройти воздухом с макушки до пяток, сбросить пыль и лишний мусор. Я нарисовал, тут же попробовал. Пыли на мне было много. Девчонки впереди опять начали возмущаться. Учитель вздохнул:

— Слушай, это не для экспериментов. Потом где-нибудь в парке или на полигоне будешь испытывать, понял?

— Да, понял, — улыбнулся я. — Но работает хорошо.

На географии меня спросили. Я посмотрел на карту и точно сказал, где что находится. Но по какой-то причине не смог назвать города в империи. Наверное, просто не знал. Наверное, этот урок я пропустил. Мне сказали, что, к сожалению, хорошие оценки мне не видать, и отправили обратно. Да. Он сказал, что города написаны прямо на карте, но алфавит я только начал изучать, поэтому прочитать не смог. Но это ничего, это не страшно.

Потом начался следующий урок. На этот раз был урок истории. Я сидел и слушал, что и как получилось. Оказывается, раньше империи не было. Были два баронства, которых выгнали с южных баронств. Интересно, что когда-то баронств на юге было много, целых двадцать одно. А потом начались бесконечные войны, и они были маленькие и начали объединяться. Но два баронства были на грани уничтожения. Их разведчики нашли материк. Здесь было очень много опасных зверей, и они переселились сюда. Оказывается, опасные звери не так страшны, как опасные люди. Теперь южных баронств только восемь, и говорят, что очень скоро тут начнут появляться уже королевства. Может два, может три, может четыре. Но все южные баронства очень зубастые. Северных баронств тоже раньше было три десятка. Каждый город — одно баронство. Теперь же их осталось двенадцать. Ну что же, очень хорошо, теперь я знаю. Вот восточных баронств как было двенадцать, так двенадцать и осталось. Они больше торгуют, чем воюют. Умудрились проложить караванные тропы и к южникам, и к северянам, и даже как-то умудряются торговать с империей и с архипелагом. Интересные люди. Но главное, говорят, что у них есть какие-то порталы, и с помощью порталов они и торгуют. Я задумался: в империю я как попал? Не так ли?

Потом снова артефакторика. Я посмотрел расписание. Потом попросил девчонок сказать, что будет завтра. Они захихикали, сказали, что я буду зельеваром и буду заниматься алхимией. Не знаю, что тут такого смешного, но завтра узнаю. На артефакторике повторяли прошлые занятия, и я просто нарисовал два новых узора. Один узор должен был что-то замораживать, но он слабенький, совсем слабенький. А второй из воздуха конденсирует воду и тоже слабенький. Я проверил. У меня получилось всего четыре капли. Две капли упали на меня, две на девчонок. Они, кажется, даже не заметили. А может, просто перестали обращать на меня внимание.

Потом снова физическая подготовка. Я спросил у учителя:

— А зачем это нужно? Это же маги.

— А что будет, если магия вдруг откажет? — спросил он.

— А как она может отказать?

— Есть места, где магия не работает. Есть усталость, когда ты не можешь магией пользоваться. Есть истощение внутреннего резерва. У тебя он совсем маленький, — сказал он вдруг. — А есть другие варианты, например наведённая блокировка. Тогда у тебя будет острый клинок. И кстати, маги немножко крепче, чем обычные люди, поэтому с одним-двумя мечниками ты справишься.

— С обычными солдатами?

— Да, с обычными солдатами.

— Но ведь холодное оружие сейчас мало кто использует?

— Используют, не волнуйся, — сказал он с улыбкой. — Ты просто ещё не встречался с настоящими мастерами. Но у нас в основном используют либо старое пороховое — те, у кого немного денег и кто не владеет магией, либо современное энергетическое.

— Да, это так, — улыбнулся он. — Но когда у тебя щит, то энергетическое оружие просто щитом поглощается, а пороховое вязнет. Вот тогда в дело вступает старый добрый клинок.

И он улыбнулся.

— Помнишь, чем ты занимался вчера?

— Да.

— Продолжай. То же самое. Я скажу, когда прекратить.

Потом был обед. Потом я снова спустился в подвал. На этот раз я помнил двенадцать букв и быстро их прошёл. Мне нужно было быстро подтвердить. И теперь алфавит. Когда я подходил, постоянно эти двенадцать загорались ярким светом. Наверное, то, что я их уже изучил. Продолжал другие. Вообще букв было много. Я насчитал сорок восемь. Не знаю, зачем так много. Но когда спросил учителя, он посмотрел на меня как-то странно.

— А почему ты интересуешься?

— Да просто интересно.

— Просто так придумали, — вздохнул он.

И мне снова пришлось заниматься алфавитом. К концу, к вечеру я знал ещё восемь букв. Уже хорошо, почти половина. Возвращался домой, оглядываясь. На этот раз вроде никого не было.

На следующее утро меня вместо первого урока отправили в администрацию. Слушалось дело учеников. Меня спросили, где я видел этих троих. Это были те самые трое, которые с первого дня преследовали меня. Я рассказал все случаи, что вначале хотели украсть мою сумку, потом напали, а потом снова напали. Меня посадили, а потом на этих троих выдвинули огромное количество обвинений. Оказывается, не только я пострадал от них. Потом появились двое старших: мужчина и женщина. Женщина посмотрела на меня как-то странно, а мужчина — неприязненно. Что я им плохого сделал? Неужели это им именно я свидание расстроил? И они начали рассказывать, что сидят они тихо в кустиках, беседуют. Ректор, который вёл это заседание, как-то странно хмыкнул и улыбнулся. Наверное, беседа была непростая. А потом прилетаю я, и их беседа расстроилась. Причём, оказывается, я набил шишки как мужчине, так и женщине, когда падал. Мужчина посчитал это нападением и прямо сквозь куст ударил воздушной волной. В результате пострадали трое учеников второго-третьего курса, а также здание академии. Ну а дальше я слушал, что именно. Мне сказали, что я могу быть свободен, если хочу. Но я не хотел. Я решил послушать, чем закончится. Предводителя этих троих лишили сил. Я видел, как что-то чёрное вошло в него и запечатало его источник. И я подумал, что ничего такого страшного — это чёрное можно и выдернуть. Он как-то дёрнулся, и вдруг я увидел на глазах его слёзы.