Тени

Глава 5. Заговорщики

Лидии минуло шестнадцать. Она стала прехорошенькой девушкой и больше не хотела носиться по саду с остальными. Теперь она всерьез училась игре на рояле, который ей подарил Джек на день рождения. Затем рисовала, вышивала и даже осваивала поварское ремесло.

Тео уговорил Диего учить его фехтованию, что у него хорошо получалось. Затем он начал заниматься силовыми тренировками, постепенно привлекая и Филлипа с Виктором. Николь и Анна так же начали присоединяться к занятиям Лидии.

Соперничество поутихло: теперь они встречались лишь в учебном классе при взрослых. Накал соревнования поутих, но холодность осталась.

Вскоре Каршала предложила Лидии уехать учиться в пансион. И девушка всерьез об этом задумалась. Но Диего ее отговорил: Лидия уже знала и умела на порядок больше, чем благородные девицы в своем пансионе. Каршала устроила ему настоящий разнос: девушка должна быть не только хорошо образованной, но и уметь вести себя в свете, танцевать, музицировать, поддерживать светскую беседу, знать еще хотя бы два иностранных языка и бегло говорить без акцента. Диего не уступал: Лидия не светская дама, к тому, же 16 лет уже поздновато для того, чтобы поступать в пансион на начальные курсы для освоения языков. Тогда то, исчерпав все свои доводы, Каршала и выложила то, что ее беспокоит: дети выросли и вскоре они могут начать испытывать друг к другу романтический интерес. Диего быстро понял, что так беспокоит Каршалу, и поспешил заверить ее, что дети вместе росли, а к брату и сестре сложно испытывать какие-либо чувства, кроме родственных. Миссис Агаполис промолчала.

Но Диего этот разговор принял очень серьезно и опасения Каршалы понимал, как никто другой. Они оба потеряли своих детей. Множество раз неправых и прощенных, очень сильных и очень сильно любивших.

Поэтому Диего предложил Тео отправиться с ним по делам за Великий Пролив на «Луне». Мальчишка пришел в полный восторг! В путешествие, на корабле, по делам с Диего! Лучшего он и вообразить не мог, даже не смел мечтать!

Остальные дети подняли бунт. Больше всех обиделся Филлип: он был старше Тео, но отец никогда не звал его с собой. Виктор и Анна, несмотря на малый возраст, тоже возмущались. Николь скорее огорчило, что ей не предложили что-то, что предложили кузену.

Лидия, помня жизнь своей матери, вся всполошилась: ведь она тоже могла бы путешествовать на корабле и творить большие дела! Конечно, не пиратствовать, но не зря же все говорят ей о том, как она похожа на Лилит! Значит, и это ей под силу. Жаль, что ее не допустили к силовым занятиям или занятиям фехтованием, как этого несносного мальчишку. Но теперь Диего хочет взять его с собой по делам, за это она злится на Тео больше всего. Как и Филлип. Они росли вместе с Филом с самого его рождения и были очень дружны, поэтому и горести, и обиды друг друга знали.

***

«Луна» была прекрасна, она поразила его воображение, такая статная, такая изящная, такая огромная! А уж когда они вышли в открытое море, у него захватило дух! Вокруг, куда ни посмотри, было море. Такое могучее, такое живое, оно вселяло и радость, и страх. Тео влюбился. Диего сразу заметил это, он это понял, почувствовал: его внук заболел морем. Но как было иначе? Они семья моряков, они все бредили морем. Так пусть лучше мальчик станет хорошим моряком и торговцем, чем пиратом. Благо, и пиратство уже почти загнулось.

Целыми днями Тео шастал по кораблю, приставая с расспросами к матросам, и те охотно ему рассказывали и объясняли, как и что работает здесь. А за ним тенью крался юнга, грея уши при каждом удобном случае. И вот Тео стало любопытно, кто же это такой нахал, что все время подслушивает чужие разговоры?

И каково же было его удивление, когда он схватил за шкирку… Рыжую. Она испуганно смотрела на него своими кошачьими глазами и шипела. Тео рассмеялся от неожиданности.

– Что ты здесь делаешь, черт тебя побери? – так же тихо прошипел он, боясь, что их услышат.

– Я тоже захотела в море! – заявила девушка. Тео изумленно уставился на нее.

– Как ты вообще сюда попала? Это Джек? – то, что он сразу же заподозрил дядюшку, не удивило ее, но Джек был действительно ни при чем. Она уговаривала его помочь ей или взять с собой, но впервые в жизни, он был непреклонен.

– Нет, я сама добралась до Порта, нашла «Луну» и пробралась на борт. Еще один юнга не удивил здесь никого, особенно учитывая, какой ты надоеда! – Нахально добавила она. Юноша расхохотался, а Лидия тут же на него зашикала: матросы стали оборачиваться на громкий смех.

– Скоро Диего обо всем узнает и сдерет с тебя три шкуры за такое! – На миг он даже испугался, что она его проклянет, так жутко она на него зыркнула.

– Ты не посмеешь на меня настучать! – кричала она шепотом.

– А это и ни к чему, леди Каршала напишет ему о твоем побеге. – Кузина побледнела на глазах и осела на ступени лестницы, возле которой он ее и поймал. – Эй, ты чего? – Девушка молчала. – Лили…

– Я тебе не Лили… – ответила она привычно. – Боже, ты прав.. – Едва не скуля согласилась рыжая.

– Не бойся, Лили, я тебе помогу. – Неожиданно даже для себя предложил юноша. Она встрепенулась и внимательно посмотрела на него.

– Мы не дадим Диего получить это письмо… – Он улыбнулся:

– Именно.

Так, сговорившись, дети начали ждать злосчастное письмо. И через два дня оно пришло.

– Я передам капитану! – Нахально заявил юноша и выхватил письмо из рук старшего матроса, но Стерт промолчал, лишь хмуро глянув на юнгу.

«Спасибо, отец» – мысленно поблагодарил Тео. В последнее время он часто так делал: юноша понял, что окружающие многое ему прощают, ведь он действительно был дотошен и надоедлив, но все эти люди всегда охотно ему помогают и подсказывают, и Тео решил, что это благодаря сходству с отцом, поэтому и благодарил его за такую «помощь».

Они сидели в дальнем углу трюма с лампой в руках, размышляя и споря о том стоит ли открывать письмо. Ведь если они сломают печать, это скрыть не получится. А если Тео скажет, что потерял письмо? Неожиданно корабль ожил. Вокруг поднялась суета. Послышались торопливые шаги, какой-то металлический шум, корабль дернулся. Резкий поворот, поняли дети. Старший матрос и боцман раздавали команды. Во всей этой суете Тео мог бы потерять письмо. Мальчишка выскочил из своего укрытия и помчался наверх в самую сутолоку. Лидия последовала за ним. Письмо упало за борт. Какая оплошность!

Шум поднялся из-за агвайского судна, но недруг прошел мимо, завидев флаг торговой компании Д’Феррас.

А позже, уже после ужина, Тео покаялся перед дедом, что с перепугу потерял письмо из дома. Диего сурово поглядел на внука, но злиться из-за какого-то письма не мог. И снова Тео поблагодарил отца. Позже дети встретились в трюме и поздравили друг друга с успехом их плана, а потом счастливые отправились спать.

За Проливом случилось страшное. Едва они прошли эту границу, как на судно напали. На Востоке свирепствовали пираты, и без власти Черного Роджера они разошлись не на шутку. Лидия знала эту историю: ее мать покорила диких пиратов когда-то, провозгласила эти воды владениями Черного Роджера, и затем еще много лет свирепые восточные пираты платили ему дань. Но сейчас были уже совсем другие времена: не было ни Фурии, ни ее капитана. А увидев флаг богатой компании Д’Феррас разбойники не преминули воспользоваться случаем обогатиться.

На «Луну» хлынуло не менее полусотни кровожадных головорезов. И пусть экипаж под командованием легендарного Сокольего Глаза был не менее легендарным, такой яростный натиск давал пиратам немалое преимущество.

Лидию схватили. Тео заметил это краешком глаза в пылу сражения и поспешил ей на выручку.

«Что она вообще здесь делает? Сумасшедшая! Она ведь совсем не умеет драться!», ему стало очень страшно.

Ведь только он один знал, кто этот маленький паренек на самом деле. Он помог ей скрыться и избежать гнева Диего. И, получается, он подверг ее опасности. Тео рвался следом, но множество противников вставали у него на пути. Он почти отчаялся, как вдруг услышал ее крик:

– Отпусти меня, выродок! – Ее звонкий голос едва не затерялся в грохоте сражения, но Тео ее услышал. Вдруг плечо опалила горячая боль, а затем он ощутил как тепло растекается по руке вниз: кровь.

Нет! Нельзя! Невозможно! Он должен вытащить Лидию и плевать на все раны. Он просто не сможет дальше жить. Как он посмотрит в глаза Диего? Что он скажет Джеку? А леди Каршала? Да он даже в зеркало смотреть не сможет!

Ее тащили вниз трое пиратов. Лидия пыталась вырваться, била их по рукам, плечам, исхитрялась пинать и даже сумела укусить, за что получила оплеуху.

– Стоять! – Взревел Тео. Это было последней каплей. Он вонзил клинок в живот последнего вставшего у него на пути пирата и не соображая ничего бросился вперед. Двое вышли навстречу, а третий все еще удерживал Лидию. Девушка дралась с ним как умела, ее снова ударили по лицу, но попыток освободиться она не оставила. Тео кинулся на врагов, готовый хоть зубами рвать их, но убить. Именно убить. Не остановить, не ранить, не победить даже. В конце концов они хотят того же. Он пропустил еще один удар и ощутил взрыв боли на ребрах справа. Будто ожог. Лидия истошно закричала. И этот крик заставил его позабыть о боли. Не сейчас. Его клинок рассек шею одному корсару, и тот осел на пол, хватаясь за кровоточащее горло. Второй отвлекся на своего товарища. Лишь доля секунды, но этого хватило, чтобы вспороть ему живот. Третий, увидев, что случилось, схватил Лидию за волосы и приставил к ее шее кинжал. Он кричал что-то, явно требуя пропустить их, но языка Тео не знал. А самое скверное, он не знал, что нужно делать в такой ситуации. Попятился от пирата, чтобы тот не убил Лидию. Пират тащил ее к лестнице, что-то бормоча себе под нос. И она резко ударила его затылком в лицо. В тот же миг Тео вцепился в руку корсара, чтобы, не дай бог, он не ранил Рыжую. Девушка отскочила в сторону, а мужчины повалились на лестницу и начали драться. Тео сел на противника сверху и начал бить его со всей силы. Он бил его и бил, пока пират не обмяк. Затем подобрал кинжал и с размаху всадил его по самую рукоять в грудь врага. Хотел подняться на ноги, но в глазах потемнело.

***

Что-то прохладное неприятно коснулось живота. Плеча. Лица. Он попытался отмахнуться, но рука не послушалась. Вся правая сторона туловища заныла. Он попытался открыть глаза, но смог лишь едва приподнять веки. Наконец, услышал голос Диего. Дед ворчал и чертыхался, явно кого-то отчитывая. Лидия! Тео резко сел и увидел ее заплаканное лицо в крови. Ее нос распух, а на перепачканных кровью щеках от слез появились белые дорожки. Выглядела она сейчас жалко, но Тео был рад, что они выпутались из этой передряги, и он не смог сдержать улыбку. Лидия расплакалась еще больше. А Диего витиевато ругнулся себе под нос.

Он проснулся утром. Глаза плохо открывались, а шевелиться он даже не хотел: тело и без того ныло. В ладони он почувствовал что-то. Этим чем-то оказалась чужая ладонь. Тео слегка ее сжал.

– М? – раздалось сбоку. – Ты уже проснулся? – Лидия? Он снова удивился. – Тео, как ты? – сиплым со сна голосом спросила рыжая.

– Я нормально. А ты? —так же сипло спросил он. Девушка улыбнулась, но ее спаситель этого не увидел.

– Спасибо тебе… – Сказала она тихо.

– Что ты там вообще забыла? – Ворчливо поинтересовался юноша.

– Прости меня, Тео.. – Прошептала она совсем разбито, ему стало ее жаль.

– Это ведь я не стал сдавать тебя Диего, как бы я тебя бросил? – так же тихо прошептал он. Теплые губы коснулись его руки. Парень снова удивился.

А позже их ждал невероятный разнос от Диего. Он не стеснялся в выражениях и в красках описывал их дальнейшее пребывание на «Луне». Он нещадно отчитывал Лидию, а когда Тео попытался заступиться за девушку, с небывалым остервенением принялся ругать и внука. Эта воспитательная и очень поучительная с точки зрения языка лекция длилась не менее часа, и прервалась только после того, как в каюту постучали. Это принесли горячую воду для обработки ран. Диего выставил Лидию прочь, отправив под сопровождением Стерта в ее новую каюту.

– Вы хоть понимаете, что натворили? Дома наверняка все уже с ума сошли от переживаний! Но то, что сделал ты… – Тео вздохнул.

– Нечего мне тут вздыхать! Вас обоих могли убить и это еще не худшее, что могло произойти! – Диего готов был придушить юнца, и только богатый отцовский опыт удерживал его от этого.

– Ты ей помог сюда попасть? Отвечай! – Тео хотел промолчать, но Диего так пристально смотрел на него, что сила духа изменила парню.

– Нет. Она сама исхитрилась как-то сюда попасть. – Промямлил юноша.

– А как давно ты узнал, что она здесь? – На этот вопрос ответить ему было проще:

– Да практически сразу. Она везде ходила за мной и подслушивала, что мне объясняли матросы. – Диего громко и уже совершенно не стесняясь проклял все силы небесные за то, что они допустили такое. Тео улыбнулся.

***

Лидию держали взаперти. Ей даже не разрешали подниматься на верхнюю палубу. Тео наведывался к ней при любом удобном случае, как только смог вставать с постели.

В той памятной схватке ей разбили нос и поставили огромный синяк на глазу. Тео не стесняясь потешался над жутким видом рыжей, хоть сам выглядел еще хуже, да и рана на ребрах доставляла кучу хлопот. Даже смеяться над своей горе-помощницей было больно.

– Так научи меня драться! – не выдержала она наконец его колкостей. – Я хотя бы смогу защитить себя! – Тео пристально посмотрел на Рыжую.

– Диего меня убьет, как и леди Каршала. Джек просто сдерет с меня три шкуры за такое. Ты ведь их принцесса. – с ухмылкой добавил он.

– Что толку быть принцессой, когда тебя тащат в трюм? – возмутилась Лидия. Не признать ее правоту он не мог.

– Принцессы в такие ситуации не попадают в принципе, Лили, – с ядовитой усмешкой подразнил он, – они не сбегают в море в тайне ото всех… – Лидия тяжело вздохнула.

– Если бы я не была обязана тебе жизнью, кузен, то непременно убила бы тебя за твои вечные издевки… – Проворчала девушка, Тео лишь улыбнулся:

– Если Диего еще меня не убил, то тебе это тем более не под силу, дорогая кузина… – Лидия рассмеялась: действительно чудо, что дедушка их еще не убил.

И юнцы даже не представляли себе, как близок был к этому Диего. А через неделю пришел «Джинн». Злой как сам черт Джек молча разглядывал любимую племянницу. Конечно, первым желанием было броситься осматривать ее побитое лицо и обрабатывать синяки, чтобы они сошли как можно скорее. Но мужчина подавил это желание. Лидия поступила действительно безрассудно. И ему было по-настоящему страшно. Ещё он ощущал вину: ведь сам же без конца твердил ей, как она похожа на Лил. Лил. Снова боль. Его дорогая Лилит, друга ближе у него не было. И пусть все начиналось весьма печально, позже он рассмотрел и понял эту близость между ним и подругой. То была не романтическая любовь. В начале он увидел лишь красивую девушку, затем с удивлением обнаружил в ней дерзость. А со временем она представала перед ним во все более честном и открытом образе: она могла беситься, могла крепко браниться, могла ревновать до колик, любила громко смеяться и честно, глядя прямо в глаза, говорить то, что думает. И он полюбил в ней не романтическую героиню. Он принял и полюбил в ней ее. И смело открылся. Сколько всего они доверили друг другу? Если не понимали, то и не осуждали никогда. И за это он любил ее больше всего, поэтому они были так близки. И им не нужна была романтическая привязанность, когда между ними выросла открытая, крепкая дружба. Снова тоска сжала сердце. Ему так не хватало этой честности, этой простой открытости. И что бы она сказала сейчас своей безрассудной дочери? Сумела бы она понять все те переживания, что всегда волновали его сердце из-за нее?

«Посмотрела бы на себя со стороны, Лил…»

Джек отвернулся и прочистил горло. Лидия не могла понять дядюшку. Он влетел к ней в каюту злым как черт, потом на его лице отразилось все беспокойство, потом боль, потом печаль… А что сейчас с ним?

– Я всегда говорил, что она твоя копия… – пробормотал Джек в пустоту. Лидия не поняла, к кому он обратился, и ничего толком не расслышала.

– Джек, что ты сказал? – робко спросила девушка. Мужчина повернулся к ней. Те же глаза внимательно следили за ним. Джек погладил ее по опухшей щеке.

– Береги себя, прошу тебя, малышка… – и ей стало по-настоящему стыдно перед ним. Она поняла, сколько боли причинила любящим ее людям своим поступком. И Тео едва не погиб, спасая ее. А что было бы, погибни он? Даже если бы он спас ее, как бы она жила дальше?..

– Прости меня, ради бога… – Прошептала она со слезами на глазах. Джек прижал девочку к себе, уткнувшись в его плечо, она громко заплакала.

Они долго сидели, тихо разговаривая, Лидия не хотела отпускать дядю, он и не возражал, все еще обнимая ее за плечи. Сколько таких вечеров они провели с Лил?..

– Лидия, я всегда говорил тебе, как сильно ты похожа на свою маму.. И это сходство меня очень часто пугает до чертиков. Ты ведь знаешь, как рано мы ее потеряли. Пойми, я уже не так молод и крепок, чтобы снова пережить такую боль…

– Не говори как старик, дядя! – Джек улыбнулся самым краешком рта.

– Она была мне настоящей сестрой, Лили. У меня много братьев и друзей, бог миловал, но никто никогда не был мне так близок по духу, как она. И я до сих пор безумно скучаю по нашим беседам, мы ведь тоже с ней часто так сидели и болтали будто бы ни о чем. А еще чаще о том, что было нам важнее всего на свете… – Лидия внимательно смотрела на дядюшку и неприятные подозрения зрели в ее душе.

– Джек, ты любил ее? – Ей стало до дурноты стыдно за этот вопрос, но она не могла не задать его.

– Вот и она всегда задавала мне самые не удобные вопросы, какие только можно придумать. – Снова улыбнулся мужчина. Повернулся к ней, внимательно глядя в глаза. – Не так, как можно подумать. В ее жизни была лишь одна любовь, но мы с ней были близкими друзьями. С ее-то жестким характером ей было сложно сходиться с людьми, но мы с ней подружились едва ли не сразу. – Камень с души упал, вздохнула девочка. – Я скажу совершенно честно тебе, как всегда был честен и с Лилит, по началу я увидел в ней лишь красоту, и влюбился в нее просто как в красивую девушку, но она была настолько другая, что мои чувства из легкой симпатии постепенно и совершенно незаметно для меня обрели настоящую глубину. – он смолк на минуту, а затем продолжил:

– Я люблю Джейн, Лили, ты это знаешь, и я это знаю, и сама Джейн это знает. Она ведь никогда не ревновала меня к Лил, и Роджер никогда не упрекал нас за нашу дружбу. Поэтому я говорю, что она была мне настоящей сестрой. – Лидия прижалась к нему, глубоко благодарная за его честность.

– Ты сказал, что в ее жизни была лишь одна любовь. Ты ведь говоришь не о моем отце? – Джек снова тяжело вздохнул.

– Так не принято говорить детям, но поверь, Ромео Пуэри не был ее любовью. – Тихо ответил дядюшка.

– Но она ушла от Роджера к нему. – робко возразила девочка, мужчина усмехнулся.

– Дорогая, когда-нибудь ты по-иному посмотришь на все это, а пока не забивай себе голову. Увы, все случилось так, как случилось, и нам этого не исправить. – Лидия снова повернулась к нему, пристально глядя:

– Ты жалеешь, что мой отец появился в ее жизни? – Очередной неудобный вопрос. Он уже и забыл каково это, улыбнулся в мыслях Джек.

– Почему же? Благодаря ему у меня есть ты, солнышко. – Лидия внимательно смотрела на мужчину. Ведь он действительно заменил ей отца, он стал ее первым другом и учителем, и со всеми своими бедами, большими и маленькими, она всегда шла к нему.

– Я так люблю тебя, Джек.. – он молча кивнул, улыбаясь.

– И я тебя люблю, солнышко. – Теперь-то он знал, что о таких вещах молчать нельзя, поэтому пересилил ком в горле.

***

И с Джеком она вернулась домой. Ей придется отвечать за свое безрассудство. Но она это заслужила: после разговора с дядей она многое поняла, будто бы повзрослела, увидев его неприкрытую боль и тоску по ушедшей подруге. За откровенность Лидия была искренне благодарна своему названному отцу. Он не стал прятать свои чувства, и это было лучшее, что он мог сделать в той ситуации. Начни он отчитывать девчонку, ее бунтарский нрав лишь распалился бы еще больше. Но Джек смирил племянницу своей любовью.

Но вот Диего был куда менее милосерден к своему внуку. Тео порой было сложно сдержаться, но он угрюмо сносил бесконечные нравоучения и упреки, осознавая свою вину. А ведь он был еще как виноват! О чем он только думал, покрывая Рыжую? С ума он что ли сошел? А если бы ее убили в том трюме или похитили? Что бы он сказал Диего? И вина намертво вцепилась в него. Он поклялся себе никогда больше не поступать так неосмотрительно и думать о последствиях.

Получается, и методы Диего дали свои плоды.

Поэтому дети расстались без сожалений, крепко обнявшись и пожелав друг другу попутного ветра.

Глава 6. Та женщина

Тео провел с Диего в море четыре месяца. Первый поход и сразу за Пролив! Дед рассказал ему, что это был самый важный поход в жизни его отца. Конечно же, тогда все было иначе, но значение он имел огромное: о Роджере заговорили как о самой могущественной силе на всем Южном море. Правда тогда он был тяжело ранен и едва не умер. Спасся лишь чудом. И все великие дела Черного Роджера за Великим Проливом сделала Лилит.

О чем бы ни начинал рассказывать Диего, везде была эта женщина. И немало же приключений она пережила! Должно быть, и много хлопот от нее было. Лидия едва не погибла, без спросу сунувшись на «Луну», и эту ошибку он запомнит навсегда. А представляя, каково было постоянно заботиться о Лилит, юноша даже начинал сочувствовать отцу.

– Поверь, она не была так беззащитна, как может показаться из рассказов старика. – Улыбнулся Стерт украдкой, случайно став свидетелем беседы Тео и Диего. Мальчишка удивленно вскинул брови. – О, это была настоящая Фурия, а не женщина. – Снова усмехнулся старый моряк.

– Расскажи мне о ней. – Попросил Тео. Долго упрашивать не пришлось, казалось, Стерт сам этого желал.

– Выглядела она точь-в-точь, как Лидия, и лицом и фигурой, такая же невысокая, но прыткая как черт, а какая быстрая! Капитан гонял ее как проклятую, но девчонка была ему под стать, такая же упрямая, и многому у него научилась. Она даже могла его одолеть при желании, а ведь наш капитан дрался как демон. До нее ему не было равных. Ох и гордился ей Роджер. Гордился как никем и ничем в своей жизни. – Ностальгически улыбнулся старший матрос. – Да, с ней было много хлопот, он едва мог ей командовать, постоянно ругались и кричали как безумные, она спорила бесконечно, но экипаж никогда не роптал почему-то. Мы понимали, что то, что позволено Рыжей Бестии капитан не позволит ни одному из нас. Он даже отца и братьев держал в ежовых рукавицах. – Хохотнул мужчина, Тео улыбнулся. – Да, капитан наш был суров, но сердце у него было безграничное. Он любил своих людей, заботился всегда и был неуклонно справедлив.

– А как же поблажки для Бестии? – Стерт удивленно посмотрел на юнца.

– О, не думай, что она позволяла себе ставить собственные интересы выше наших. Она ведь была совсем не глупа и так же справедлива. Не таила обиду на чокнутых пиратов.

– За что ей было обижаться? – Стерт замялся.

– Вот что, молодой человек, если Диего будет пытать тебя, откуда ты узнал то, что я сейчас скажу, не сдавай старого черта. – Тео с готовностью закивал.

– То были совсем другие времена, да и сейчас бабам не сахарно ходить под парусом. Ведь и Лидию пытались похитить. – Тео напрягся. – Пойми, мальчик, девкам на корабле делать нечего, опасно это. Пиратам только дай волю, замучают до смерти. И мы были не лучше, ох как не нравилось нам, что капитан притащил с собой девицу. В море ведь мужчине одиноко, тоскуешь по женщине, а тут каждый божий день под носом шмыгает красотка. Но Роджер нас всех приструнил: едва он взял ее, поднялся настоящий бунт, многие надеялись, что капитан поделится своей красоткой. – Тео замер от отвращения и ужаса. – Не удивляйся так, то были дикие времена, и мы были дикие. Но капитан наш не стал разглагольствовать, по началу предложил, конечно, для порядка по-хорошему разойтись, но кто бы на это повелся? И он многих в ту ночь перерезал, скверный был урок, но зато все раз и навсегда поняли, что к Лилит без дозволения капитана и подойти нельзя. – Мальчик весь съежился от напряжения. – Отважная она была, одно это чего стоило? А ведь капитан хотел ее оставить на суше после того бунта, да только оставишь ее! – Снова Стерт повеселел. – Уж она-то доводила до белого каления, и он всегда шел на уступки. Потому как любил ее безумно. – Эта тема особенно задела юношу. – Он ведь и жить без нее не мог и не хотел, маялся всегда, как пес больной, разве что не выл.