Я вижу: пал борец, противником сраженный;Уж смерть кладет печать на бледное чело,Уж выскользнул из рук кинжал окровавленный.И ноги муками предсмертными свело;Поникнул он своей тяжелой головою,И стонет, тусклый взор к тиранам возводя.И раны кровь бежит багровою струеюИ каплет каплями осеннего дождя;Арена пестрая вокруг него вертится;Он умер – а толпа шумит и веселится…Он слышал крики их, но духом не смутился,Награды не хотел от злобных палачей.Но сердцем к берегам Дунайским уносился,Где бросил он жену и маленьких детей;Где все, что было им так пламенно любимо,Где молодость свою он резвую провел…Теперь, отец семьи, на шумных играх Рима,На мерзостном пиру, зарезан точно вол!Ужели умер он, богами неотмщенный?…Чу! Вандалы идут толпой ожесточенной!..
