- -
- 100%
- +
Введение
К сожалению, в последнее время брачная статистика дает все больше и больше поводов для огорчения. Основные тенденции таковы: растет число пар, не состоящих в официальном браке; увеличивается средний возраст молодых людей, впервые оформляющих брачные отношения; резко уменьшается количество детей в среднестатистической семье… По данным Госкомстата, число браков в нашей стране с 70-х годов сократилось почти в 2 раза. Все больше молодых россиян положительно относится к так называемым "гражданским бракам", не зарегистрированным в загсе. Если во времена СССР сожительство считалось аморальным, то уже в 1994 году гражданский брак одобряло 66 % мужчин и 51 % женщин (по данным ВЦИОМ). Голые цифры статистики показывают, что за последние десятилетия в развитых странах и России начали происходить серьезные изменения в сфере личных взаимоотношения мужчин и женщин. Объясняется это как экономическими причинами, так и изменениями, имеющими место внутри самого социального института семьи и брака.
Но существует и другая статистика: в 2001 году количество браков выросло на 12 % по сравнению с 2000 годом. Информационные выпуски новостей нынешнего лета буквально кишат репортажами о бесконечных очередях в российских загсах и Дворцах бракосочетания. Молодые пары занимают очередь с самого раннего утра, чтобы иметь возможность подать заявление поздним вечером.
На руках пишут порядковые номера, как "в старые добрые советские времена" при покупке дефицитного товара. Может быть, и правда, свадьбы переходят в разряд дефицита?! С другой стороны, "дефицитный" значит "лучший", "обладающий весомыми достоинствами по сравнению с другими вещами". Пусть свадеб будет немного, но все они станут примером для подражания и поводом для здоровой зависти! И потом, раз эта книга у вас в руках, значит, процесс не остановился, значит, продолжают играть веселые свадьбы с многочисленными родственниками и друзьями, с играми и забавами, с песнями и плясками и, главное, с искренней верой в то, что все будет хорошо.
Вы не замечали, что свадьба сродни родам? Новобрачные являются папами и мамами, а остальные участники свадебного торжества – кто акушерами, кто свидетелями появления на свет новой семьи. Как и рождение человека, рождение семьи сопровождается большими надеждами и трепетными ожиданиями. Сами новобрачные убеждены, что именно с сакраментальной фразы "Объявляю вас мужем и женой" наступает лучший период в их жизни. А раз так, то начать его надо красиво. Наверняка, вы слышали о понятии "родовая травма"? Уверена, что к вашей свадьбе оно не имеет ни малейшего отношения, так как она будет самой-самой: самой интересной, самой веселой, самой щедрой, самой… А каков почин, таково и продолжение!
Глава 1
Откуда пошла русская свадьба
Испокон веков свадьба на Руси была одним из самых сложных и интересных явлений обыденной, праздничной и ритуальной жизни народа. Нигде так не проявлялся древний быт и народные верования русского народа, как в свадьбе. Являясь одновременно церковным, языческим и светским праздником, русская свадьба выступала поворотным пунктом в жизни новобрачных и становилась незабываемым событием для остальных участников сообщества. Свадьба объединяла; свадьба опьяняла; свадьба дарила редкое ощущение полноты бытия; свадьба делала людей щедрее, веселее и добрее. Именно поэтому даже в современной свадьбе до сих пор сохранились отголоски старого русского свадебного ритуала, несмотря на то, что смысл подавляющего большинства обрядов безвозвратно утерян.
Свадебные обряды древних славян
О свадьбах языческой Руси известно крайне мало. По мнению русского историка Н.М. Карамзина, древние славяне обычно покупали себе жен и как такового свадебного обряда не знали. От невесты требовалось лишь доказательство ее девственной непорочности. Статус жены приравнивался к статусу рабыни: на нее было возложены все заботы по хозяйству и воспитанию детей. При этом женщина не могла ни жаловаться на мужа, ни противоречить ему высказывая полную покорность и послушание. После смерти мужа славянка обычно сжигала себя на костре вместе с его трупом. Живая вдова бесчестила все семейство.
Летописец Нестор оставил свидетельства того, что нравы и обычаи древних славян разнились от племени к племени. Так, поляне отличались кротким и тихим нравом, уважали священные узы брака, который считали святой обязанностью между супругами. В семьях полян господствовали мир и целомудрие. Напротив, радимичи, вятичи, северяне и особенно древляне обладали диким нравом, жестокостью и необузданностью страстями. Они не знали браков, основанных на взаимном согласии родителей и супругов. Древляне просто уводили или похищали приглянувшихся девиц. У радимичей, вятичей и северян вместо свадеб существовали "игры межи селы" ("игры между полей"), во время которых мужчины выбирали себе невест и безо всяких обрядов начинали с ними жить. Кроме всего прочего, среди древних славян было широко распространено многоженство.
Со временем обрядовая жизнь языческих славян усложнилась, обросла многочисленными верованиями и ритуалами, вокруг которых строился их каждодневный быт. Пантеон славянских богов постоянно расширялся, включая все новые и новые самобытные и заимствованные божества. Особым уважением среди молодых людей пользовался бог веселья, любви, согласия и всякого благополучия – Ладо (Лада). Во время игрищ и плясок у воды, посвященных этому божеству, было распространено умыкание невест, которое, как правило, происходило по предварительному сговору. Новобрачные приносили жертвенные дары богу любви. Помимо добровольного умыкания невест, у славян периода разложения первобытнообщинного строя появились такие брачные обряды, как плескание водой, вождение вокруг дуба, покупка жен и др.
Свадебные обычаи христианской Руси
В конце 9 века христианство было провозглашено официальной религией Киевской Руси. С распространением новой веры началось формирование традиционного русского свадебного обряда, окончательно завершившееся только к 16 веку. К моменту христианизации Руси все свадебные обряды были тесно связаны с языческими верованиями древних славян. Основным нововведением христианства стало обязательное церковное освящение брака. С самого начала и на протяжении многих и многих веков христианская церковь боролась с отголосками язычества, но последнее не собиралось сдавать своих позиций и все глубже и глубже проникало в быт русских крестьян. В результате сложился сложный симбиоз христианства с языческими верованиями славян.
В 16 веке окончательно сложился полный свадебный ритуал с четко определенными этапами, номенклатурой свадебных чинов (участников свадебного действа), свадебной атрибутикой, одеждой и пищей. Сложился и особый свадебный фольклор. В разных регионах России свадебные обряды справлялись по-разному. Нельзя было сыскать и двух деревушек, где свадебный обряд выполнялся одинаково, так как испокон веков свадьба представляла собой игровое действо, организованное по принципу "кто во что горазд". Несмотря на эти различия, существовал некий костяк свадьбы – обряды, повторяющиеся от деревни к деревне, от города к городу.
Начальный этап традиционного свадебного ритуала состоял из сватовства, осмотра хозяйства жениха, смотрин невесты, сговора, богомолья (обручения) и запоя. Далее следовало венчание, которому предшествовали девичник и молодечник. Венчание традиционно завершалось многочисленными свадебными пирами (столами). Основные составляющие свадебного ритуала в разных местах имели свои названия и по-разному сочетались между собой. Все обряды соблюдались в том случае, если хотя бы для одного из молодоженов брак был первым. Если женились вдовцы или выходили замуж вдовы, то свадебный ритуал максимально упрощался, а то и вовсе не исполнялся. Второй брак уже не был окутан той аурой святости, которая сопровождала первый. Содержание свадебных обрядов было одинаковым и для тех, кто женился в первый раз, и для вдовцов. Третий брак, большая редкость на Руси, не одобрялся Церковью и поэтому проходил без венчания. Четвертый брак вообще запрещался Православной Церковью. Тем не менее, дети, рожденные в четвертом браке, в отношении наследства пользовались правами законных наследников.
Большинство свадебных обрядов являлось наследием языческой Руси; другие появились с возникновением христианства. Значительная часть обрядов и атрибутов русской свадьбы была заимствована у других народов. Так, в античных бракосочетаниях существовали и обручальные кольца, и невестины покрывала, и свечи, и свадебные дары, и венки, и соединение рук… Обычай осыпать новобрачных хмелем, зерном и деньгами также возник в Античности. Русский каравай, как символ бракосочетания, был заимствован у древних римлян: в Риме новобрачные должны были отведать пирог, приготовленный из муки, замешанной на соленой воде, и меда.
Почти все предметы свадебного ритуала имели скрытое магическое значение, выступали осязаемыми символами абстрактных понятий и отношений. Внешне бесполезные и мало функциональные, в представлении русских людей они обладали большой магической силой. Все свадебные обряды сопровождались различного рода предосторожностями от лихого глаза. Существовал даже особый свадебный чин – ясельничий (конюший), задачей которого было охранять новобрачных от всякого колдовства. Сами свадьбы считались самым подходящим случаем для подобных колдовских лиходейств.
Примером неизменного свадебного атрибута являются куньи или собольи меха. За свадебным столом молодые сидели на особом месте, накрытом мехом; вокруг брачного ложа вбивали колья с соболиными шкурами…
Количество мехов зависело от достатка семей новобрачных, но даже в самом бедном доме меха были необходимым элементом. В подавляющем большинстве свадебных обрядов мех символизировал богатство. В южных регионах России невеста уподоблялась "черной кунице", а жених – "черному соболю". Сравнение новобрачных с соболем или куницей, по сути, являлось оценкой их достоинства. Особое отношение к меху берет свое начало в языческой Руси, когда металлические деньги еще не существовали, – и мех был одним из многочисленных денежных средств славян.
Как правило, на Руси свадьбы играли в периоды, когда прекращались сельскохозяйственные работы: осенью, начиная с Покрова дня (1 октября по старому стилю), и зимой от Крещения до Масленицы. Хорошей приметой было приурочить дату венчания или срок знакомства к Покрову дню, так как Покров, наряду с Пятницей Параскевой, считался покровителем брачных союзов. Во время праздника Покрова невесты молились: "Батюшка Покров, мою голову покрой!". В весенне-летний период, во время страды, совершались только браки "по нужде": например, чтобы скрыть добрачную беременность невесты или если не хватало рабочих рук. В любом случае старались избежать свадьбы в мае, чтобы не "маяться всю жизнь".
Кроме аграрного календаря, на выбор даты свадьбы большое влияние оказывал календарь церковный. Православная Церковь запрещала венчание во время постов (Великого, Петрова, Успенского и Рождественского), накануне воскресных, двунадесятых, храмовых и великих праздников, от Рождества до Богоявления, во время Масленицы (сырой седмицы) и пасхальной седмицы. Не приветствовались свадьбы накануне среды и пятницы на протяжении всего года. Таким образом, для свадеб оставалось не так уж много дней в году.
В 13–16 и даже 17 веках в России женились очень рано – в 12–13 лет. Готовить детей к женитьбе (замужеству) начинали чуть ли не с колыбели, так как в деревне семья играла исключительно важное экономическое значение. Кроме того, нравственные представления крестьянского люда были тесно связаны с семьей. К возрасту вступления в брак девушка должна была знать весь свадебный обряд и уметь правильно голосить (плакать с причитаниями). Девушку на выданье одевали лучше ее младших сестер, давали ей большую свободу и распространяли о ней хорошую молву ("славили"). Менялось и само поведение девушки, и отношение к ней со стороны крестьянской общины. Если в семье было несколько дочерей, то соблюдалась очередность по старшинству: первой должна была выйти замуж самая старшая дочь.
Засидевшихся в невестах девушек (в возрасте более 20 лет) величали не иначе как "вековухами" или "перестарками". Люди на таких девушек поглядывали косо, не стремились предлагать им своих сыновей, так как считали, что они – с пороком. Молодого человека, не женившегося в положенный срок, называли "бобылем". Бобыль, как и вековуха, вызывал публичное осуждение.
Брачному обряду предшествовали общественные смотры невест, которые приурочивались к престольным праздникам (Крещению, Святкам, Пасхе, Троице) или устраивались в период весенне-летних гуляний. На смотры съезжались не только односельчане, но и парни с родителями из соседних деревень.
Среди девушек большой популярность пользовались всевозможные виды предсвадебных гаданий, во время которых каждая незамужняя девица старалась узнать, каким будет ее суженный и выйдет ли она замуж в текущем году. Самым благоприятным периодом для гадания считались Святки, а также Покров день и день Параскевы Пятницы, покровителей брачных союзов.
Женитьба находилась целиком в руках родителей или заменяющих их людей (в случае сиротства). В подавляющем большинстве случаев жених и невеста не знали друг друга до брака. Чаще всего инициатором свадьбы выступали родители жениха, иногда – родители невесты. Нередко браки начинались по повелению высших лиц. Господа совершали браки между своими слугами, неспрашивая их согласия. Цари и великие князья сами выбирали невест для своих бояр.
Родители жениха выбирали невесту с согласия всей родни. Мнение сына учитывалось в самую последнюю очередь или не учитывалось вовсе, особенно, если оно шло в разрез с родительской волей. Девушка должна была отвечать, прежде всего, требованиям родителей, так как в ней видели продолжательницу рода. Искали невесту того же сословия и примерно того же уровня достатка. Когда подходящая кандидатура была найдена, родители собирали совет, на котором присутствовали жених и все ближайшие родственники. На совете обсуждалась родословная потенциальной невесты, имущественное положение ее семьи, анализировались личные качества девушки (покорность, доброта характера, уважительность) и ее рабочие навыки, выяснялось, нет ли у невесты хотя бы отдаленного родства с женихом. Особого обсуждения требовал случай, если невеста была круглой сиротой.
Мнение девушки на вступление в брак не учитывалось совсем. Если девушка отказывалась подчиняться родительскому выбору, ее нередко принуждали к замужеству силой и угрозами.
Браки без благословения родителей, которые назвались "тайными", "беглыми" или "самокрутками", совершались крайне редко, так как осуждались крестьянской общиной. Существовал поверье, что заключенные без согласия родителей браки "противозаконны и кончаются для сторон несчастливо". Причин такой свадьбы могло быть несколько:
– мезальянс, или любовь между людьми, неравными по социальному положению или материальному достатку;
– долгое безбрачие девушки;
– беременность незамужней девицы;
– хитрость жениха, желающего заполучить приданое невесты, воспользовавшись ее наивностью;
– родительский отказ в благословении.
Иногда родители сознательно шли на тайную свадьбу, чтобы избежать лишних расходов, связанных с организацией свадебного пира.
Девушка сама принимала активное участие в побеге. По возможности, еще накануне венчания она с надежным человеком переправляла свое приданое к жениху. После тайного венчания новобрачные являлись с повинной в дом родителей невесты и падали пред ними ниц, прося прощения. В некоторых приволжских деревнях отец невесты бил молодых плетью по спине, но прощал их, благословляя иконой и хлебом-солью. В худшем случае отец невесты признавал мужа дочери спустя некоторое время.
Сватовство
После того, как кандидатура невесты была одобрена всеми родственниками, родители жениха выбирали свата или сваху. На этапе сватовства роль свата (свахи) была основной. В обязанности свата входил сбор информации о размере и характере приданого невесты, а также рекламная акция с целью убедить родителей невесты, что предлагаемый жених – как раз тот, кто им нужен. До 15 века именно через сватов жених узнавал подробности о внешности и характере невесты, которую ему самому дозволено было лицезреть лишь в день венчания. Часто сватами и свахами становились крестные родители жениха или кто-нибудь из ближайшей родни (старшие братья и сестры, тетки, дядьки). Иногда в роли сватов выступали сами родители жениха. Но в большинстве случаев сватом приглашали наиболее шустрого на язык односельчанина, который имел репутацию человека, сведущего в вопросах сватовства и умеющего устраивать подобные дела. Сват мог отправиться в дом родителей невесты один или с помощниками (например, с теми же родителями жениха).
В дом невесты засылали свата (сваху), который испрашивал разрешения приехать. Если в качестве сватов выступали родители жениха, то уже в первый приезд они начинали вести переговоры о возможной женитьбе. Если семья девушки была родом из соседнего села, тогда сват или родители жениха приезжали в ту деревню загодя, чтобы иметь время и возможность как можно больше узнать о семье девушки. В подавляющем большинстве случаев жениху ездить на сватовство не полагалось. Однако, если жениху предоставлялась свобода в выборе невесты, то он сам мог явиться перед родителями девушки и попросить у них разрешения на сватовство.
Для сватовства выбирал вторник, четверг или выходные дни. Особо удачными считались 3, 5, 7 и 9-е число каждого месяца. Постных дней (понедельник, среду и пятницу), а также 13-е число избегали. День, время и путь, по которому ехали сваты, держали в тайне, "чтобы не сглазить".
Сам обряд сватовства сопровождался множеством магических действий, способствующих успешному разрешению дела. Сватать отправлялись после захода солнца. Перед выездом из дома жениха опутывали вожжами печную трубу (чтобы удачно "опутать" невесту) или связывали кушаком ножки стола (чтобы свадьба лучше "вязалась"). В спину уходящему свату, одетому по случаю сватовства в праздничный тулуп с дорогой опояской, бросали старый лапоть. В некоторых местностях свата перед отъездом хлестали или забрасывали головными уборами. Летом сват добирался до дома невесты верхом, а зимой в хороших выходных санях, непременно покрытых рогожей. Выезжал сват через задний двор, к дому невесты ехал огородами и задворками, стараясь по дороге не останавливаться и ни с кем не разговаривать.
Подъехав к воротам невестиного дома, сват соскакивал с повозки и бежал стремглав в избу, чтобы родители невесты так же быстро согласились на брак. В других случаях, сват, войдя во двор, отыскивал ступу, в которой девушка толкла лен, и трижды оборачивал ее вокруг себя, имитируя обряд венчания. Подойдя к дому, сват неслышно касался рукой дверного косяка, после чего стучал. В Пермской губернии сват отворял дверь избы в три приема: сначала – немного, после чего снова затворял дверь наглухо; во второй раз – чуть больше, но вновь закрывал ее и только в третий раз окончательно распахивал дверь и входил в избу. При этом, перенося правую ногу через порог, сват пристукивал пяткой о пороговую доску и лишь затем опускал ногу на пол. Женщины-свахи ступали на крыльцо правой ногой, приговаривая: "Как нога моя стоит твердо и крепко, так слово мое будет твердо и крепко: тверже камня, липче клея, острее ножа булатного. Что задумаю, то исполнится".
Войдя в избу, сват крестился на образа и начинал переговоры. Все переговоры велись стоя, как бы на ходу, чтобы невеста как можно быстрее вышла замуж. В некоторых местностях сват садился под главной балкой кровли, под красными окнами (лицом к двери), около двери возле кадки с питьевой водой или на лавку, стоящую вдоль половиц. Уже по тому, куда сел незваный гость, можно было догадать о его намерениях. Приступая к переговорам, сват старался незаметно для окружающих дотронуться до ножки стола.
Переговоры велись с отцом невесты. Если у девушки не было отца, то со сватом беседовали старший брат или мать невесты. Сват мог прямо сказать, что пришел искать невесту, но чаще всего он начинал разговор с посторонней темы (погоды, покоса, посева и т. п.). Дальнейшие переговоры протекали в иносказательной форме. Так, сват мог представиться человеком, разыскивающим потерявшуюся телку: "Ищем телочку. Не заблудилась ли? Может, пристала к вашему дому да желает в наш перебраться?" Или сказать: "У вас – курочка, у нас – петушок. Нельзя ли их загнать в один хлевушок?". Или: "У вас – цветочек, а у нас – садовник. Нельзя ли нам этот цветочек посадить в наш садочек?". Или: "У нас – грядка, у вас – рассадка. Как бы перебраться вашей рассадке на нашу грядку?". Или: "У вас – товар, у нас – купец", "У вас – куличка, у нас – охотник" и т. п. Родители невесты благодари свата за честь, просили его присесть и угощали чаем или вином. Напиток разливала невеста. В это время сват внимательно осматривал ее. После угощения сват приступал к самой ответственной части переговоров, в которой он славил жениха и старался побольше выведать о невесте.
Если жених не устраивал родителей невесты, то они отговаривались молодостью девушки ("у нас – товар непродажный, не поспел еще), неготовностью к свадьбе, недостаточным приданым или просто недосугом. В редких случаях отец невесты мог грубо указать на дверь: "Вот вам Бог, а вот и порог". Разгневанный сват закрывал за собой дверь спиной, чтобы "помешать девушке выйти замуж". Если родители невесты сомневались, то просили свата прийти в другой раз, чтобы иметь время получить больше информации о женихе и его семье. Но даже, если родителей девушки кандидатура жениха во всем устраивала, они не спешили дать свое согласие, так как считалось неприличным в одночасье отдавать дочь в чужую семью. В этом случае родители отговаривались необходимостью посоветоваться со всей родней и назначали день решительного ответа. Кроме того, существовало поверье, что, прослышав о сватовстве, может "клюнуть" жених получше ("худой жених хорошему дорогу покажет"). Поэтому первый визит свата в народе называли "неофициальным сватовством", "запросом" или "разведкой". Покидая дом невесты, некоторые сваты выбирали мох, которым были проконопачены стены избы, и приносили его родителям жениха, чтобы "привлечь сердце невесты".
Если инициатором свадьбы выступали родители невесты, тогда они засылали свата в дом жениха. Как и в первом случае, сват рассыпался в похвалах честному имени рода жениха и невесты, говорил о взаимной любви двух родов и представлял выгоды от предстоящего брака.
На вторые переговоры – "официальное сватовство" – в дом невесты отправлялись другие сваты или сами родители жениха (иногда вместе с самим женихом). На этот раз родители невесты готовили стол и зажигали свечи и лампады.
Если родители невесты давали окончательное согласие на замужество дочери, начиналось составление брачного договора – "рядной записи", которое растягивалось на длительный период. В рядной записи оговаривался довольно широкий круг вопросов, имеющих непосредственное отношение в предстоящему браку:
– срок свадьбы;
– количество гостей с обеих сторон;
– полная величина свадебных расходов;
– размер и состав приданого невесты;
– величина и сроки выплаты "выводных денег" – суммы, которую должны были заплатить родители жениха на покупку нарядов невесты;
– размер денежной помощи молодым от родителей (если новобрачные собирались жить отдельной семьей);
– величина надела земли, которую передавали родители жениха и невесты по дарственной записи;
– при желании: объем работ молодой жены в доме мужа в первый год совместной жизни.
Иногда в брачный договор вносилось условие, запрещающее мужу бить жену. В случае нарушения этого условия родители девушки могли подать в суд на зятя. Особо оговаривался в рядной записи размер неустойки или попятной, которую должна была выплатить сторона, по причине которой расстраивался брак. Размер неустойки был достаточно велик, поэтому разрывали брачную договоренность крайне редко. Писал рядную запись специально приглашенный подьячий.
Приданое невесты всегда было важным условием традиционной русской свадьбы. Оно не входило в общий котел и было личной собственностью молодой жены, дававшей ей имущественную независимость. Богатое приданое обеспечивало хорошее положение в доме мужа. В случае смерти молодой жены ее приданое отходило по наследству детям или, если не было детей, возвращалось родителям.