Чингисхан. Верховный властитель Великой степи
- -
- 100%
- +
Завет отца («сильную дружину собрать… единое создать степное ханство»), который первым напомнил ему старик Чараха, как говорится, запал в душу юного Тэмужина, указал главную, заветную цель жизни: стать преемником отца и продолжить дело объединения всех монгольских племен в единое монгольское государство.
Поддержка верных соратников отца дала Тэмужину силы преодолеть все невзгоды и страдания, которые поджидали его в будущем…
А начались они с того, что те, кто «был заодно и в союзе и друзьями с Есухэй-батором» при жизни, в частности, тайчуды, не пожелали признавать более верховенство рода хиад-боржигин после смерти предводителя улуса; произошел раскол среди родов и племен, входивших в состав улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы), и возглавлявшей их знати.
Иначе говоря, тайчуды и другие «многочисленные племена, собравшиеся воедино во время его отца Есухэй-батора и ставшие послушными ему», после его смерти не только проигнорировали, очевидно, существовавшее (пусть даже устное) завещание Есухэй-батора возвести на ханский престол его старшего сына, но и, «когда увидели Чингисхана ребенком, отпали от него… Таргудай хирилтуг, сын Адал-хана (и) внук Хабул-хана, и Курил-батор, его двоюродный брат, которые были оба государями и правителями племен тайчуд, вследствие зависти, которую они затаили в себе со времени Есухэй-батора, вступили на путь непокорности и упорства. Благодаря тому, что тайчуды были главнейшей из ветвей (родственных племен), (дело) постепенно дошло до того, что другие родичи и войска, оказавшие Есухэй-батору повиновение, отпали от его детей и склонились к тайчудам. Они сплотились вокруг них, благодаря чему у этих племен появилась полная сила и могущество»[182].
Действия тайчудов, последовавшие после смерти Есухэй-батора, как нельзя точно характеризуют сущность улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) как протогосударственной формы. Улус – это «не территория с населением, организованная какой-либо формой власти, а люди, собравшиеся вокруг вождя… Улус жил пока были люди, придерживавшиеся определенного руководителя, и улус исчезал, когда люди уходили из него или терялся вождь»[183].
Вслед за тайчудами ушло большинство не только дальних, но и близких сородичей Есухэй-батора, которые, по образному выражению Рашид ад-дина, оказались «скорпионами», которые «по причине злобы и ненависти, порожденных и внедренных в (самой) их природе, завидовали (Есухэй-батору), а так как они не имели достаточной силы и мощи для сопротивления, то до конца его жизни сеяли в сердце (своем) семена мести и вражды»[184].
Даже при таком отношении к предводителю улуса тайчуды и другие соплеменники были вынуждены повиноваться ему; без его, прежде всего, таланта воина, непоколебимой воли и стремления к объединению всех монгольских родов и племен им ни за что бы не удалось сдержать натиск ворогов-татар и цзиньцев. Но после его смерти они не признали наследственное право Огэлун и ее старшего сына Тэмужина стать преемниками его великого дела и просто-напросто бросили их на произвол судьбы.
С тем, что предводительство в улусе и ратные подвиги – это не женское дело, и тем более не под силу неопытному юнцу, – еще можно было согласиться или понять[185]. Но их демонстративный исход[186] был постыдным предательством, которое, как свидетельствуют наши источники, ни Огэлун, ни воспитанный ею Тэмужин всем им никогда не простили.
Следует отметить, что не все роды и племена, входившие в улус «Хамаг Монгол» (Все Монголы), последовали за тайчудами. Как считает монгольский ученый Г. Мягмарсамбуу, родовая монгольская знать вместе со своими подданными-сородичами, а также недавние подданные отца Тэмужина, примкнули к предводителю племени жадаран Жамухе сэцэну[187], тем самым в тот момент отдавая ему предпочтение среди прочих возможных претендентов на ханский престол предводителя улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы): «Большинство населения улуса не последовали за тайчудами. Потомственная знать, в частности, Алтан, Хучар, Даридай отчигин[188] во главе своих подданных-сородичей примкнули к Жамухе из племени жадаран.
По мнению монгольского историка Ч. Далая, это свидетельствовало о том, что после кончины Есухэй-батора все коренные монгольские племена, за исключением тайчудов, хотя и не имели единого предводителя, по-прежнему стремились к объединению, взаимной поддержке и воссозданию улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы).
В результате прихода этих племен под водительство Жамухи улус «Хамаг Монгол» (Все Монголы), в том числе и подданные-сородичи Тэмужина, сына Есухэй-батора, оказался во власти вождя племени жадаран. Таким образом, Жамуху сэцэна, так же как ранее Есухэй-батора, в то время можно было считать некоронованным ханом улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы)[189].
Однако снова вернемся к Мунлигу, душеприказчику Есухэй-батора. Он выполнил завещание Есухэй-батора, привез домой его старшего сына, Тэмужина, и какое-то время вместе со своим отцом, стариком Чараха, пытался сохранить собранный Есухэй-батором улус, но им это сделать не удалось. Старику Чараха эта борьба стоила жизни, а Мунлиг на какое-то время пропал из поля зрения летописцев.
Причина, по которой Мунлиг, возможно, на какое-то время покинул семью Есухэй-батора, скорее всего, была в его взаимоотношениях с Огэлун. Очевидно, Мунлиг согласно предсмертному завету Есухэй-батора хотел занять его место не только в семье, но и во главе всего рода. Однако отверженная супруга бывшего предводителя улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы) Огэлун считала, что именно ее старший сын Тэмужин по праву должен стать преемником отца и возглавить хиад-боржигинов.
Трудно переоценить роль Огэлун на начальном этапе формирования характера и мировоззрения ее старшего сына Тэмужина. «…Она продолжала воспитывать своих сыновей, прививая им воззрения степной аристократии, внушая им, что они по праву принадлежат к этому классу и потому должны прилагать все старания, чтобы подняться и выйти из создавшегося тяжелого положения»[190].
Именно тогда, в детстве, мать при случае не уставала повторять Тэмужину его легендарную родословную, основывающуюся на верованиях древних монголов – тэнгрианстве, и главное, то, что он является потомком Бодончара, «сына Небесного Владыки». «Тогда же Тэмужин мог слышать рассказы и о более близких временах, временах тоже славных для его родичей и предков, о Хабул-хане, Амбагай-хане, замученном цзинцами в Китае (в чжурчжэньской империи Цзинь. – А. М.), и о знаменитом богатыре Хутуле-хане. Огэлун была мудрой женщиной и хорошо знала “древние слова”[191].
«Огэлун была весьма способной и умной женщиной, она по возможности охраняла и присматривала за ним (за Тэмужином. – А. М.), за домочадцами и имуществом, подчиненными, войском и сторонниками, оставшимися после Есухэй-батора»[192]. Таким образом, отверженной супруге бывшего предводителя улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы), считавшей, что ее старший сын Тэмужин по праву должен стать преемником отца и возглавить род хиад-боржигинов, удалось не только поднять на ноги своих малолетних детей, но и укрепить их дух, веру в неотвратимость возмездия и восстановления их в правах законных наследников престола улуса «Хамаг Монгол» (Все Монголы). Именно об этом писал автор «Сокровенного сказания монголов», не скупясь на восхваления в адрес вдовы Есухэй-батора, Огэлун:
«От рожденья премудрая, мать ОгэлунДэл свой поясом повязала,По теченью Онона то вверх, то внизВсе бродила она, кочевала.Что в степи съедобного было,Тем детей она и кормила.Дни в пути, в трудах проводила.От рожденья упорная мать ОгэлунШла не знающим устали шагомС суковатой дубовою палкой в рукахПо ложбинам да по оврагам,Вверх и вниз… Набравшись терпенья,Все искала, копала коренья.Было трудно ей, горько было,Но достойных сынов вскормила.От рожденья прекрасная мать ОгэлунБерегами речными бродила,Собирала по осени дикий лучок,Даже рыбу удою удила.Не жалела рук, не жалела ногИ сынов державных взрастила.Был характер тверд, был порядок строг —Вот что в жизни детей укрепило.Ясноликая ханша-мать,Ты сумела детей поднять,От щедрот питая степных.Сыновей научила матьЗванье, долг свой осознавать,Гордость ты заронила в них…Строгих правил держится мать —Сыновьям державными стать»[193].Что же касается нашего Героя, то привитые ему с детства традиции его рода, воззрения степной аристократии и вера в свою судьбу начали формировать его жизненные принципы.
Прежде всего, принцип верноподданничества, согласно которому подданный должен верно служить, подчиняться своему господину, также и вассал должен безропотно следовать за своим сюзереном. Впоследствии этого принципа Чингисхан неукоснительно придерживался сам, следования ему всегда требовал от других; проявления верноподданничества он высоко ценил даже среди врагов, был бесжалостен ко всем, кто этот принцип нарушал.
Другой важнейший жизненный принцип Чингисхана «отмщением отмстить» свидетельствовал о принятой нашим Героем на себя обязанности непременно наказать виновных за понесенные им и его родом утраты и за нанесенные ему и его роду оскорбления.
* * *Следует заметить, что лютая ненависть к предавшим и унизившим их семью соплеменникам сделала юного Тэмужина крайне нетерпимым к любым проявлениям несправедливости в отношении себя и близких ему людей. Кроме того, в те годы (а Тэмужину было тогда лет 12) «проявилась у него уже та черта характера, которая потом развилась вполне, – властность. Не терпел он также, чтобы лишали его чего-нибудь, что он считал принадлежащим ему по праву. Вот эти-то стороны его натуры и толкнули его на братоубийство…»[194]
Заурядные, на первый взгляд, раздоры между ним и сводными братьями Бэгтэром и Бэлгудэем, которые отнимали у него и Хасара добычу, поставили Тэмужина перед неминуемым выбором: “Вчерашний день пичугу подстрелили мы, так Бэгтэр с Бэлгутэем пичугу отобрали. И нынче тоже отняли улов. Коли они такие, как нам вместе жить?!”
И подкрались Тэмужин и Хасар к Бэггэру, когда тот на пригорке пас девять соловых коней. Узрев, что братья приложили стрелы к тетиве и уж готовы выстрелить в него, он возопил:
“Покамест мы разора у тайчудов ждем, пока отмщением отмстить им не сумели, за что вы, братья, погубить меня решили; ресницею глазной навек падучей, блевотиной, ртом извергающейся вон, зачем меня хотите обратить? Пока у нас нет друга, кроме нашей тени, как нет и плети, кроме конского хвоста, почто меня вы вознамерились убить? Прошу, не разоряйте мой очаг, не погубите брата Бэлгудэя!”
С этими словами Бэгтэр сел, скрестив ноги, и смиренно ждал, что будет. И тогда Тэмужин и Хасар пустили в него свои стрелы, один спереди, другой сзади, и убили его.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Абу-т-Тайиба аль-Мутанабби (915–965) – прославленный арабский поэт X в. Цитируется по книге: Джувейни А. М. «История завоевателя мира». М., ООО «Издательский дом МАГИСТР-ПРЕСС», 2004. С. 5.
2
Рашид ад-дин. «Сборник летописей», Т. 1, кн. 1. М., НИЦ «Ладомир», 2002. С. 65.
3
Владимирцов Б. Я. «Чингисхан» // «Владимирцов Б. Я. Работы по истории и этнографии монгольских народов». М., ИФ «Восточная литература» РАН, 2002. С. 205.
4
Трубецкой Н. С. «Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока» // «Наследие Чингисхана». М., 1999. – режим доступа: http://www.odinblago.ru/filosofiya/trubeckoy/trubeckoy_ns_vzglyad_na_/chast_I/.
5
Там же.
6
Бира Ш. «Тэнгэризм». М., журнал «Век глобализации», № 1 2009. С. 152–154.
7
Дэвис Н. «История Европы». М., издательство «АСТ», Транзиткнига, 2004. С. 4.
8
«Юань ши» // Храпачевский Р. П. «Военная держава Чингисхана». М., ООО «Издательство АСТ»: ОАО «ВЗОИ», 2004. С. 477.
9
Гумилев Л. Н. «В поисках вымышленного царства». СПб., «Абрис», 1994. С. 17–21.
10
Видный политический деятель монгольского государства иль-ханов, ставший крупнейшим персидским историком XIII–XIV веков, Рашид ад-дин (1247–1318) – автор фундаментального летописного свода «Сборника летописей» по истории монголов и основанных ими государств, а также по всемирной истории – истории мусульманских и немусульманских государств. Рашид ад-дин «…жил в эпоху процветания монгольского владычества, весьма близкую ко времени вступления монголов на историческую арену…; имел возможность заимствовать свои повествования чуть ли не из первых рук… Даже китайские летописи, столь богатые сведениями о народах и событиях Средней Азии, уступают первенство Рашид ад-дину…» («Сборник летописей. История монголов: сочинение Рашид ад-дина». СПб., 1868 // «Чингисиана. Свод свидетельств современников». М., «Эксмо», 2009. С. 500).
11
Рашид ад-дин. «Сборник летописей», Т. 1, кн. 1. М., НИЦ «Ладомир», 2002. С. 49.
12
Цитируется по книге: Гусляров Е., Карпухин О. «Лермонтов в жизни». Калининград, издательство «Янтарный сказ», 1998. С. 9.
13
Цитируется по книге «История монголов». М., АСТ, Транзиткнига, 2005. С. 6.
14
«Сокровенное сказание монголов» (1240 г.) является одним из столпов мировой культуры и словесности, единственный имеющийся в нашем распоряжении художественно-исторический памятник монголов первой половины XIII века. Временные рамки, в которые заключены события, отраженные в этом памятнике, составляют 500 лет: от середины VIII до середины XIII века. «Сокровенное сказание монголов» повествует о роде, из которого вышел Чингисхан… представляет собой цепь эпических сказаний, переработанных с заданием – целью сделаться заветным преданием дома Чингисхана, его «историей» (Владимирцов Б. Я. «Общественный строй монголов. Монгольский кочевой феодализм» // Владимирцов Б. Я. «Работы по истории и этнографии монгольских народов». М., ИФ «Восточная литература» РАН, 2002. С. 306).
15
«Монголын нууц товчоо» («Сокровенное сказание монголов») (на монг. яз.). У.—Б., 2004.
16
Гумилев Л. Н. «В поисках вымышленного царства». СПб., «Абрис», 1994. С. 12.
17
Рашид ад-дин. «Сборник летописей», Т. 1, кн. 1. М., НИЦ «Ладомир», 2002. С. 65, 68.
18
Бира Ш. «Тэнгэризм». М., журнал «Век глобализации», № 1, 2009. С. 152–154.
19
Трубецкой Н. С. «Взгляд на русскую историю не с Запада, а с Востока» // «Наследие Чингисхана». М., 1999. – режим доступа: http://www.odinblago.ru/filosofiya/trubeckoy/trubeckoy_ns_vzglyad_na_/chast_I/.
20
«Памятники литературы Древней Руси. XIII век». М., издательство «Художественная литература», 1981. С. 149.
21
Эпиграфом первой главы нашего документального жизнеописания Чингисхана является цитата из сочинения пятого далай-ламы Агван Лубсан Джамцо (1617–1682 г. г.) «Пир молодежи».
22
«Памятники литературы Древней Руси. XIII век». М., издательство «Художественная литература», 1981. С. 149.
23
Грумм-Гржимайло Г. Е. «Западная Монголия и Урянхайский край», Т. 2. Л., 1926. С. 379.
24
При жизни Н. Я. Бичуриным было опубликовано 14 книг и огромное количество статей и научных заметок, посвященных различным проблемам истории, географии и культуры народов Восточной и Центральной Азии, Южной Сибири и Дальнего Востока. Особенно значителен его вклад в изучение Китая и Монголии (Бичурин Н. Я. «Записки о Монголии». Самара, издательский дом «Агни», 2010. С. 5).
25
Бичурин Н. Я. «Записки о Монголии». Самара, издательский дом «Агни», 2010. С. 182.
26
Упоминания о раннефеодальных государствах кочевых монголоязычных народов, существовавших на территории Монголии, содержатся в «Исторических записках» («Ши Цзи») Сыма Цяня, а также в «Вэй шу» («История царства Вэй» (охватывает события 386–535 гг.), раздел «История Шивэй»), «Цзю Тан шу» («История Старого Танского царства» (составлена в 945 году), раздел «Жизнеописание северных Ди»), «Сан Гочжи» («Исторические заметки о Трехцарствии», раздел «История Ухуань и Сяньби»), «Синь Тан шу» («История нового царства Тан» (составлена в 1045–1060 гг.)), других китайских династийных хрониках, а также в надписях на каменных стелах, которые входят в погребальные комплексы тюркских ханов и их высокородных соратников: «Надпись в честь Тоньюкука» – режим доступа: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Mongol/Tonjukuk/frametext1.htm; «Малая надпись в честь Кюль-Тегина» – режим доступа: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Mongol/Kul_tegin/kleine_aufschrift.phtml?id=8098. Информацию по этому вопросу также можно почерпнуть из следующих изданий: «Материалы по истории древних кочевых народов группы дунху». М., Наука, 1984. – режим доступа: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/IV/38400/Vejsu/frametext11.htm; Бичурин Н. Я. «Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена». М.—Л., АН СССР, Институт этнографии им. Миклухо-Маклая, Ч. 1, 1950. – режим доступа: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/Bicurin/Sobr_sved_o_narodach/Tom_I/frametext72.htm; «История Железной империи» (История династии Ляо). – режим доступа: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/China/X/Liao_si_II/frametext1.htm.
27
Государственными образованиями, существовавшими на территории Монголии до эпохи Чингисхана, были улусы – Хунну (209 г. до н. э. – 93 г. н. э.), Сяньби (156–235 гг. н. э.), Муюн (285–410 гг. н. э.), Тоба (313–581 гг. н. э.), Жужан (Монгол-Нирунское государство) (330–555 гг.), Первый и Второй тюркские каганаты (552–745 гг.), Уйгурский каганат (745–840 гг.), Киргизское ханство (818 – около 900 гг.) и, наконец, киданьская империя Ляо (916–1125 гг.).
28
Бичурин Н. Я. «Записки о Монголии». Самара, издательский дом «Агни», 2010. С. 136, 181–182. Свидетельством того, что монголы, в частности, Чингисхан считали себя потомками хунну (гунов), развивавшими их государственно-правовые традиции, являются слова из письма (1219 г.) Чингисхана даосскому монаху Чань Чуню: «Такого царства (как Великий Монгольский Улус. – А. М.) еще не было с давних времен наших шаньюев (со времен наших предков, императоров империи Хунну, которые назывались шаньюй, то есть, “сын Небесного владыки”. – А. М.)» («Арабески истории», кн. 2. (Мир Льва Гумилева). Пустыня Тартары. М., издательство «Ди-Дик», 1995). Из выводов Н. Я. Бичурина также следует, что потомки хунну (гуннов), которые вплоть до VI века упоминаются в китайских династийных хрониках под различными именами господствовавших домов – Сяньби (156–235 гг. н. э.), Муюн (285–410 гг. н. э.), Тоба (313–581 гг. н. э.), Жужан (Нирун) (330–555 гг.), также являются древними предками монголов.
29
Барфилд Т. «Монгольская модель кочевой империи» // «Монгольская империя и кочевой мир». Улан-Удэ, Издательство БНЦ СО РАН, 2004. С. 258–259.
30
Теорию «спиралеобразной» эволюции монгольского кочевого общества разработал американский ученый О. Латтимор. Современные ученые Л. Крадер, А. Хазанов, Т. Барфильд, Н. Космо и многие другие в основном придерживаются этой теории и развивают ее (Бира Ш. «Некоторые проблемы истории и идеологии Великого Монгольского Улуса» (на монг. яз.). У.—Б., 2006. С. 5, 105).
31
Бира Ш. «Некоторые проблемы истории и идеологии Великого Монгольского Улуса» (на монг. яз.). У.—Б., 2006. С. 5–6.
32
Викторова Л. Л. «Монголы. Происхождение народа и истоки культуры». М., издательство «Наука», 1980. С. 104, 106.
33
Чебоксаров Н. Н. «Хозяйственно-культурные типы народов Восточной Азии». – «Народы Восточной Азии». «Серия народы мира». М., 1965 // Викторова Л. Л. «Монголы. Происхождение народа и истоки культуры». М., издательство «Наука», 1980. С. 104.
34
Переняв государственно-правовые традиции монголоязычных народов (хунну, сяньби, нирун), они передали эти традиции, как эстафету, прародителям Чингисхана (Болдбаатар Ж, Лундээжанцан Д. «Государственные и правовые исторические традиции Монголии» (на монг. яз). У.—Б., 2011. С. 16–56; Дашням И. «История монгольского государства и права» (на монг. яз.). У.—Б., 2005. С. 56; 68; 83,108–118; 130).
35
До сих пор нет однозначного ответа на вопрос, где находится эта местность. Так российские ученые О. М. Ковалевский и П. Кафаров считали, что эта местность находится на реке Аргунь, Дорж Банзаров – на территории нынешней Внутренней Монголии (Китай). Монгольский ученый Х. Пэрлээ предполагал, что эту местность надо искать в верховьях реки Хайлар в Большом Хянгане. Еще одна версия была выдвинута монгольским ученым Ч. Далаем, который утверждал, что Эргунэ-кун располагается в Саянах.
36
Сухбаатар Г. «Монгол-Нирунское государство» (на монг. яз.). У.—Б., 1992.
37
Впервые этноним «монгол» упоминается в китайской династийной хронике «Бэй шу» («История государства Бэй» (Тоба Вэй. – А. М.), которая повествует о событиях IV–VI вв. н. э.); иероглиф, которым обозначался этот этноним, читался как «му-гу-лю». Такое прозвание получил плененный (в период между 304 и 318 гг.) тобавэйцами подросток из племени мэгэ. Впоследствии этноним «монгол» фиксировался и в других китайских династийных хрониках, в частности, в летописях династии Тан, другими китайскими иероглифами, которые произносятся как «мэнъу», «мэнва». Так в «Цзю Тан шу» (945 г. н. э.) есть сведения о народности мэнъу (монгол), которая в составе Улуса Их Шивэй кочевала в районе верхнего течения реки Аргунь. Именно там, где предположительно находится легендарная местность Эргунэ-кун. Как отмечал монгольский историк Ч. Далай, иероглифы, которыми в Танских хрониках передавался этноним «монгол», имели пренебрежительно-оскорбительный смысл: «глупый», «невежественный» (Далай Ч. «Улус Хамаг Монгол» (Все Монголы) (1106–1206) (на монг. яз.). У.—Б., 1996. С. 30). Это однозначно характеризовало негативное отношение оседлых китайцев к «диким кочевникам». В «Сокровенном сказании монголов» (XIII век) никаких пояснений по поводу названия народа, а затем и государства, нет. А вот персидский историк Рашид ад-дин по поводу этнонима «монгол» писал: «Слово же монгол сперва звучало (букв. было) мунгол, то-есть, “бессильный” и “простосердечный”» (Рашид ад-дин «Сборник летописей», Т. 1, кн. 1. М., НИЦ «Ладомир», 2002. С. 77).
38
Это известие засвидетельствовало наличие других, помимо кочевого скотоводства, форм производящей экономики. Плавить и обрабатывать железо, постепенно вытеснявшее бронзовые изделия, предки монголов научились еще во второй половине I тысячелетия до н. э. (Викторова Л. Л. «Монголы. Происхождение народа и истоки культуры». М., издательство «Наука», 1980. С. 119).
39
Харвар – перс. дословно «ноша осла» – мера веса, равняется 25–30 пудам.
40
Рашид ад-дин. «Сборник летописей», Т. 1, кн. 1. С. 153–154; Т. 1, кн. 2, С. 9. М., НИЦ «Ладомир», 2002.
41
Имеется ввиду «Легенда о Бортэ чоно, рожденном по благоволению Всевышнего Тэнгри», использованная автором «Сокровенного сказания монголов».