Теория инклюзии. Социально-философские основания

§ 1. Экзистенциальный и феноменологический подходы к инклюзии

Экзистенциализм и феноменология в современной науке представляются философскими истоками развития гуманистической психологии, гуманистической педагогики и как следствие педагогических технологий инклюзивного образования. Какова же сущность и специфика экзистенциального и феноменологического подходов к инклюзии?

Экзистенциальная философия как философия бытия человека погружает нас в осмысление индивидуального и социального бытия, выдвигая центральную идею – экзистенцию. Экзистенция, во-первых, понимается как центральное ядро человеческого «Я», благодаря которому каждый человек выступает как единственная в своем роде, неповторимая и свободная личность, «выбирающая» и «строящая» себя сама, свою жизнь, ответственная за свои действия по отношению к себе и к окружающему миру. Во-вторых, экзистенция как понятие, обозначает способ существования личности, посредством которого человек обретает неповторимую уникальность и индивидуальность, проявляющуюся в специфических эмоциональных состояниях и переживаниях. В-третьих, сущность человека понимается как экзистенция, как особого вида бытие – «здесь-бытие» или «для себя-бытие». В-пятых, человеческое бытие открыто и неопределенно, постоянно выходит за свои пределы, или «трансцендирует». В-шестых, экзистенция является становящимся бытием, единым целым, недоступным рационалистическому мышлению, исходящему из противоположности субъекта объекту. С позиции М. Хайдеггера человеческое бытие «неуловимо» логическими понятиями поскольку является цельным «вот» – бытием, о котором нельзя сказать, что оно «состоит из…», а— «может». Возможности богаче наличного или сущего бытия, поэтому только через человека осуществляется полнота бытия. Захваченные бытием, мы открываем себя. С позиции Ж.-П. Сартра человек изначально лишен определенной заданной природы, определяющей его личное бытие, он ничем не детерминирован, не обусловлен причинами и следствиями, «он есть ни что иное, как проект самого себя». Отсюда задача человека рассматривается как движение к подлинному человеку посредством вопрошания о смысле своего бытия и эмоционального переживания своей связи с миром.

Таким образом, экзистенциализм акцентирует внимание на уникальности бытия личности. Но в отличие от таких родственных направлений как философской антропологии и персонализма, в которых рассматривается идея раскрытия человека и его сущности, в экзистенциализме акцент ставится на идее преодоления человеком своей сущности и глубину его эмоциональной природы. Познать специфику существования невозможно, ее можно только пережить, а для этого нужно жить и существовать как индивидуальность, как личность. Благодаря экзистенциализму можно рассмотреть проблему эмоционального измерения жизни и деятельности современного человека, психологическую ситуацию в которой он живет, и проблемы, с которыми он сталкивается. Особое внимание в этом аспекте можно уделить особой категории субъектов с особыми потребностями, жизненный мир которых изначально наполнен экзистенциальными переживаниями, чувством страха, смерти, тревоги, отчаяния и отчужденности от общества и даже самого себя. Меняется ли ощущение жизни и времени бытия субъекта с ограниченными возможностями здоровья и особыми потребностями в изменяющемся обществе, формирующем принципы инклюзии, т. е. «включения» в традиционное общество? Что можно понимать под «включающим» обществом в контексте экзистенциализма? Что значит «время бытия» человека и как оно влияет на ощущение и переживание времени, т. е. внутренней и внешней темпоральности? Что значит свобода личности от общества и выбор человека, альтернативность путей развития?

Подчеркнем, что именно в контексте экзистенциализма рассматривается человек в сущностном единстве объекта и субъекта, которое воплощается в «экзистенции» как некой трансцендентальной реальности (выходящей за пределы ее понимания). Осознать себя как «экзистенцию», а не как безличное существование человеку помогает пограничная и противоречивая ситуация, которая ставит личность перед определенным выбором, например, между жизнью и смертью. Именно в пограничных ситуациях (ситуациях смерти, болезни, вины, катастрофы) сознание обнаруживает себя как чувствующее, смертное, сострадающее и даже как свободное сознание в отличие от опыта повседневной жизни, зависимого от вещей или сущего.

В экзистенциализме человек воспринимается, с одной стороны, в постоянном процессе переживания кризиса и конфликта, а с другой стороны, как строящий себя «проект». Человек, способен осознавать свое бытие, постигая свою сущность в течение времени жизни, он несет ответственность за каждое совершенное им действие и принятое решение. Осмысление значимости обдуманных поступков и принятых решений важно для принятия каждым человеком идеи и принципов инклюзии, независимо от ограничений его возможностей. Экзистенция, существование человека включает в себя понятие ответственности, как за самого себя, так и за окружающих людей, что особенно актуально для формирования инклюзивного «включающего» общества. Как подчеркивал Ж-П. Сартр, «первым делом экзистенциализм отдает каждому человеку во владение его бытие и возлагает на него полную ответственность за существование»[5].

Таким образом, в контексте экзистенциализма поднимается еще одна сквозная проблема – взаимоотношения личности и общества. Общество рассматривается экзистенциалистами как внешняя, безличная и даже «сминающая» индивидуальность отдельного человека сила. Человек не выбирает историю, он «заброшен» в нее, поэтому любые социальные события нужно принимать лишь как обстоятельства, а не как целеуказания. Нет смысла искать предназначение и оправдание в истории, «жизненный мир» всегда будет первичным по отношению к исторической действительности. С позиции А. Камю единственно возможный тип взаимодействия между личностью и социальным целым – это абсурд. Ж.-П. Сартр отрицает существование априорно заданной системы ценностей и норм общества, так как считает, что «человек сам определяет для себя ценности, раскрывает их смысл и значение, определяет значимость своих чувств, то есть выбор всегда индивидуален, даже если он касается всего человечества»[6].

Значит, человек раскрывается в экзистенциализме как «бытие-для-себя», а неизбежным следствием возможности и индивидуальности выбора, а также ответственности за свой выбор является конфликт с Другим «бытием-для-себя». Возникает конфликт между свободой и выбором, между личностью и обществом личностей с разными особенностями, потребностями и возможностями. С позиции экзистенциалистов человек как творец ценностей «осужден» на свободу, понимаемую как абсолютная внутренняя свобода выбора, что ведет к противопоставлению личности и общества.

Эти глубокие философские экзистенциальные представления поднимают целый пласт современных проблем взаимоотношения личности и общества, особенно актуальные в период кризисного и трансформирующегося современного общества, полного рисков, конфликтов, плюрализма мнений. Вопрос, является ли это общество «включающим» или «исключающим» рассматривается сегодня в научных дискурсах.

Исследование экзистенциальных оснований жизнедеятельности и существования человека во «включающем» обществе оценивается на своеобразной шкале времени, где выбирается момент «настоящего», с которым и коррелирует бытие человека «здесь и теперь». В этот момент происходит переживание «бытия в мире» существующим и познающим субъектом. То есть, субъект исходно существует в социуме, переживает, чувствует, мыслит, что предоставляет возможности определения своего бытия в реальности, то есть происходит переход к выявлению и осмыслению своей сущности.

Экзистенциальность человеческой сущности проявляется в процессе определения человеком самого себя, при этом сущность не является ментальным или идеальным образом базисных антропологических характеристик людей. Человек в процессе «переживания» социальной реальности, осуществляет выбор вектора своей жизнедеятельности, реализует свою собственную цель. Синтез субъективных и объективных аспектов относительно экзистенциального бытия проявляется в постулировании «бытия-сознания», в рамках которого субъект, например, с особыми потребностями находится в ситуации отчуждения своего существования от «наличного бытия» в современном социуме, а также оценивает свою сущность во «включающем» обществе.

Человек с особыми потребностями живет в своем внутреннем мире или «включается» в «жизненный мир» определенной социальной инклюзивной группы, принимающей его как члена коллектива. Именно в такой группе субъект «переживает» и оценивает жизненные ориентиры, реализуя, таким образом, и свое бытие индивидуальности. При этом сфера духовности и субъективности выступает основой «жизненного мира» субъекта с ограниченными возможностями и особыми потребностями во «включающем» обществе, который в случае принятия себя в обществе и общества в себе, может трансформироваться в мир повседневности. В противоположном случае может происходить противопоставление индивидуального и социального бытия, причем сам субъект не определяется ни собственной сущностью, ни тем более социальностью. Значимо только его индивидуальное существование, которое не может выходить в сферу «сверхиндивидуального бытия». Подобная ситуация связана с тем, что формирование специальных (инклюзивных) социальных групп во «включающем» обществе во многом определяется узкоутилитарными задачами перехода человека из реального близкого микросоциума в «принимающее» общество с последующей трансформацией во «включающее».

Экзистенциалистское понимание человеческого существования предполагает, что индивидуальное бытие – это противоречивое и драматичное бытие. Для субъекта с ограниченными возможностями и особыми потребностями – это обычно проявляется в сложном и долгом «вхождении» как в специальную социальную группу, так и в общество в целом. Свобода человеческого сознания определяет его выбор в альтернативах и противоречиях подобного «вхождения», причем выбор во многом определяет особенности индивидуального бытия каждого субъекта. Конечно, вести дискурс о наличной абсолютной свободе невозможно, так как само существование субъекта с ограниченными возможностями и особыми потребностями изначально связано и зависит от «совместного бытия» и отношения в обществе.

Особое место в экзистенциалистском представлении человеческого существования занимают «пограничные ситуации», среди которых на приоритетных позициях находятся смерть и страх. С позиции экзистенциальной философии индивидуальное бытие человека является временным и конечным бытием. Смерть выступает в качестве абсолютной границы жизнедеятельности людей. Человек, осознавая конечность своего существования, должен адекватно оценивать свои перспективы в социуме. Может ли адекватно оценить свои перспективы человек с ограниченными возможностями здоровья и особыми потребностями? Субъекты с особыми потребностями предрасположены к постоянному «переживанию» конечности своего существования, так как их ограниченные возможности или здоровье инициируют размышления о смерти. Такая «пограничная ситуация» фактически констатирует интенциональность ментальных образов на сценарии конечности индивидуального бытия. Эти ситуации достаточно драматичные, но они, к сожалению, реальны для ряда специальных социальных групп. Особенно остро драматичность проявляется тогда, когда «пограничные ситуации» лежат в основе «коллективного сознания» социальной группы и субъектов с особыми потребностями. В таких случаях необходима помощь со стороны социума в целом.

С «пограничной ситуацией» смерти непосредственно коррелирует понятие страха. Для экзистенциализма такая корреляция связана с представлением о том, что человеческое существование как существование в страхе является особым способом жизнедеятельности, в котором отражается сущность самого человека в процессе «вхождения» во «включающее» общество. Субъект с особыми потребностями естественно ощущает страх перед неопределенностью, перед тем, насколько «удобно» будет его существование внутри общества нормотипичных граждан.

Чувство страха сопровождается возникновением другой «пограничной ситуации» – чувства одиночества, особенно когда субъект с особыми потребностями находится на этапе «принимающего» общества. Он понимает, что жизнь в современном ему социуме «дискомфортна», а иногда просто затруднительна, но «покидать» такой социум страшно, так как «вовлечение» в иное общество несет в себе определенные риски. Находясь в ситуации страха, человек старается отойти от реалий и противоречий социума. В рамках саморефлексии он начинает понимать собственное индивидуальное бытие с позиции своего одиночества и элиминации внешней реальности. Акцент делается на «переживании» страха как способа бытия, дающего возможность комплексно понять специфику жизнедеятельности субъекта с особыми потребностями.

Экзистенциальная философия не только противопоставляет страх рациональности мышления, но и явно преувеличивает роль страха в жизни людей. В этой связи отметим, что экзистенциальное истолкование человеческого существования несет идею о том, что в страхе человек может проявить свою индивидуальность. Страх может стать как движущим фактором деятельности субъекта, так и дезорганизующим его жизнь и свою самоидентификацию в мире нормотипичных граждан.