- -
- 100%
- +
Прошло несколько тревожных дней. Олег справлялся со всеми заданиями и любой сверхурочной нагрузкой. Давида слегка забавляло искать для него работу посложнее, но новичок выполнял всё. Это уже перестало раздражать и начало приносить удовольствие. В конце концов, именно этого он и ждал от личного помощника. Утром вышел повторный обзор Коленцевой. И это была победа. Никакой критики, всё внимание на достижения и преимущества перед конкурентами. Просмотры уже переваливали за пару сотен тысяч. Ко всему прочему, блогер упомянула об обзоре своих коллег и выставила их в неприглядном свете.
Давид спешил поделиться этим с Олегом. И хоть Лёва предлагал отпраздновать это событие и обрывал телефон, его энтузиазм как обычно остался без внимания.
– Доброе утро! Поспешим! У меня новости. И нам надо ехать на встречу, дорога займёт час с лишним – радостно поприветствовал помощника Давид и уселся в машину.
– Видели обзор? – заинтересованно уточнил Олег.
– Да! Это прекрасно! Не думал, что так скоро решу это проблему. Точнее… вы решите.
– Без проблем!
– Я понял ваш этот подход. Общение с людьми, проницательность. Да, согласен, в наше время люди избегают открытого, так сказать, личного общения. Мы корчим из себя деловых и называем это профессионализмом.
– Вы мне льстите. Не было никакого плана. Импровизация.
– Импровизация – лишь отражение нашего внутреннего мира, нашей личности.
– Чья цитата?
– Моя – гордо отозвался Давид, пристёгиваясь.
– Хорошо сказано! Тогда я принимаю комплимент.
Уже привычным стало ездить вместе. Олег никогда не навязывал своё общение, никогда не спрашивал лишнего. Давид сам тянулся к нему, он видел в нём какую-то благородную мудрость, и это интересовало его.
– Я думал, обзор порадует вас. Но я заметил, что вы всё еще тревожитесь. Так? – вдруг задал вопрос Олег в своём привычном тоне.
Его тон отличался спокойствием, доброжелательностью и уверенностью в собственной уместности. Давид редко встречал таких людей, тем более, давно переступивших рубеж зрелости.
– Есть такое. В воскресенье я встречаюсь со старыми друзьями.
– Разве встреча с друзьями не должна быть радостным событием?
– Не в этом случае.
– Тогда зачем вообще с ними встречаться?
– Не могу отказать одному человеку – будто оправдывался Давид и опустил взгляд.
– Не можете или не хотите?
– Всё сложно. Я не лицемер, если вы об этом.
– И речи не шло! – тактично перебил его Олег, поправляя зеркало заднего вида. – Я заметил, что вы ставите интересы бизнеса выше личных. Мне стало интересно, это и есть та цена, которую вы заплатили за успех? Но даже на выходных, вместо того, чтобы радоваться жизни и пожинать плоды своих трудов, вы отправляетесь на встречу, которая приносит вам дискомфорт. Почему?
– Интересы бизнеса и есть мой единственный личный интерес. Вот в чём смысл и цена.
– И как это? Жить без других интересов? Наверное, ужасно сложно.
– Ужасно тошно – заключил он и отмахнулся.
Беседа была ему интересна, но копаться в себе он никому не позволял вот уже много лет. Давид не стал бы откровенничать с подчинённым, но Олег почему-то казался безопасным.
– Я иду на эту встречу ради человека, который мне дорог. Это принесёт мне боль, но я хочу этого.
– Женщина?! Мне стоило догадаться.
– Вам не понять, вы ведь одиночка, сами говорили. Я совсем этого не понимаю! Прожить всю жизнь одному! И что? Ни одного романа? Ни одной вшивой влюблённости, интрижки?
– Не поверите! Никогда! – отчётливо произнёс Олег и ласково ухмыльнулся.
– Но почему, почему, объясните мне?!
– Почему вас так это заботит? В жизни всегда будут люди, совершенно непохожие на вас.
– Но меня ведь может интересовать природа такого феномена?! – не на шутку завёлся Давид.
– Феномена?! Браво! Тогда я буду откровенен. Вы для меня тоже феномен. Выбирая работу, я наводил справки. Обычные компании, стандартные требования… но вы… вы были кочегаром. Вы выросли в многодетной нищей семье без возможности на образование и развитие. Ваши братья даже школу не окончили! И вот спустя года… сеть успешных барбершопов по всему городу! Мне тоже это совершенно не понятно. И я бы назвал это феноменом!
– Потому вы здесь? Изучать меня? Напишите книгу? Вы блогер?! – внезапно осенило Давида, и он немедленно потерял доверие.
– Бросьте! Какой из меня блогер? Меня тоже интересует человеческая природа. И мне нужна была работа. Никакого двойного дна!
– Я вас проверю! Теперь я наведу справки.
– Да, пожалуйста – легко и совсем без раздражения отвечал Олег.
Пару минут они ехали молча, каждый погружённый в свои размышления. Давид чувствовал себя неловко за излишние эмоции, но страх мешал ему понять это.
– Это такое чувство…– вдруг заговорил Олег – чувство полного равнодушия. Ощущение свободы. Не того равнодушия, что терзает или мучает. Это тихое и гармоничное чувство. Всё на своих местах. Понимаете? Есть любовь, есть привязанность, есть близость, но совершенно нет потребности выражать её как-то физически. С самого детства я мечтал о космосе, планетах, размышлял о Боге. Я не хотел стать пожарным или солдатом, как многие мои ровесники. Я гулял с собакой с утра и до ночи, ставил палатку в горах, читал книги. И мне всегда было этого достаточно. Я не знаю, как ещё это объяснить.
– Мне не понять! Возможно, вы просто никогда не встречали ту самую!
– Какую самую?! О чём вы? Я видел много хороших, красивых, даже потрясающих женщин. Дело не в них! Дело во мне!
– Быть этого не может…– разочарованно произнёс Давид, явно ожидавший другого ответа и другой реакции.
– Вам тяжело принять, что люди могут быть совсем другими. Это не плохо, и не хорошо. Так есть – наконец, занервничал и сам Олег и даже слегка прибавил скорость.
– Но я так не хочу!
– Вы хотите, чтобы люди всегда играли по вашим правилам?
– Хочу. И это нормальное желание.
– Нормальное! Но абсолютно бестолковое!
Давид отвернулся к окну и яростно почесал подбородок.
– Мне нечем гордиться – вдруг заговорил он, опустив голову.
– Что?
– Мой путь… как бы это сказать. Здесь нечем гордиться. Я заработал себе на учёбу, работая моделью в Китае. А на бизнес… а про бизнес я вообще молчу! Я никому не желаю своей дороги. Тачки, квартиры, шмотки – это всё очень и очень круто. Первое время даже крыша едет от возможностей и комфорта. Но я ни на секунду не чувствовал себя… не чувствовал себя хорошо. Только на Кавказе.
Олега тронула его речь, его признания. Он постарался отобразить это лишь на своём лице, но всё же решился высказаться.
– Давид Ярославович, извините меня. Я всего лишь ваш помощник. Вы не обязаны отвечать мне, а я не должен задавать такие личные вопросы. Вы и вправду не объект для изучения. Я просто хотел сказать, что действительно и совершенно искренне восхищаюсь вашими достижениями.
– Всё в порядке. Я просто на взводе от предстоящей встречи.
– Чем я могу помочь?
Давид призадумался и поспешил снять с себя тесный серый пиджак.
– Закажите доставку к восьми вечера в ресторан в воскресенье. Цветы. Адрес пришлю.
– Хорошо. Один букет?
– Два.
– Два?
– Это моим подругам. Хотя нет! А что другу то? Значит, не цветы. Но я не хочу приходить с пустыми руками – объяснялся парень, наклоняя голову вперёд, как бы спрашивая совета.
– А что вы хотите выразить этим подарком?
– Что я рад их видеть. Мы давно не встречались.
– Но вы ведь не рады?
– Не рад. Тогда я хочу показать им свою состоятельность и щедрость. И Олег! Я не стыжусь такого своего желания!
– Я вас понял. Тогда просто оплатите ужин.
– Я хочу, чтобы этот красивый жест был еще и трогательным!
– Есть совместные фотографии? Это ваши студенческие друзья?
– Школьные! Есть совсем чуть-чуть. Предлагаете распечатать?
– А я сделаю для вас трогательные альбомы…
– Вы?
– Ну, хотите, сделайте сами.
– Нет, нет. У меня совершенно нет на это времени. Лучше вы! Мне нужно три альбома.
– Три одинаковых?
– Да, не надо никого выделять!
– Почему? Вы ведь идёте на эту встречу ради одного человека? Почему бы не выделить её?
– Ей не будет это приятно.
Олег задумался и кивнул сам себе.
– Она замужем?
– Кто? Нет!
– Тогда почему ей не будет приятно внимание мужчины?
– Хм… она как вы. Вот почему. Одиночка. Хотя я склонен думать, что однажды ей встретится мужчина, ради которого она бросит работу и станет тривиальной домохозяйкой, погрязшей в соплях и пелёнках.
– Вас это бесит?
– С чего вы взяли?
– Достаточно агрессивный взгляд на домохозяек.
– Моя мама – домохозяйка – выпалил в спешке он и пожалел. Теперь придётся оправдываться.
– И она погрязла… как вы там сказали…
– Да! Я из многодетной семьи, вы это знаете. Я люблю маму, я уважаю маму, я всегда приду ей на помощь.
– Но?
– Но я ни за что не хочу быть на неё похожим. И хватит на сегодня душевных разговоров. Сделайте альбомы к обеду воскресенья и доставьте мне домой.
– Будет сделано. Так вы навязчивый поклонник? А она неприступная крепость?
Давиду стало смешно, но он удивился своей реакции. В любом другом случае он не позволил бы кому-то так высказаться о себе, тем более помощнику. Парень вдруг понял, что снова размыл границы рабочих отношений.
– Я боязливый неудачник, она – звезда школы. Банально? – засмеялся он.
– Всегда трагично.
– Согласен.
– Это похвально – так долго любить одну женщину.
– Смеётесь надо мной?!
– Что вы! Почему вам так сложно принимать комплименты?
– Хах! Не хочу выглядеть слабаком, но да. Я всю жизнь любил только одну женщину.
– Какая она?
– Всё, что я скажу, не может быть объективным. Хотя я хорошо её знаю, мы дружили с самого первого класса.
– Какое первое слово, которое приходит вам на ум, когда вы думаете о ней?
– Фффф! – фыркнул Давид – Что за методы? Начитались попсовой психологии?
– Просто ответьте. Без анализа. Без размышлений.
– Нет у меня слов! Я стараюсь вообще о ней не думать! Боже! – снова воскликнул он – Это больно! Мои чувства задеты!
– Она знает о ваших чувствах?
– Закончим этот разговор? Мне уже не по себе. Нам надо думать о работе.
– Хорошо, извините. Иногда мне кажется, что вы не прочь поговорить откровенно…
– Не сейчас, Олег. Не сейчас.
Он открыл окно и жадно глотал холодный воздух.
Глава 4
Она постарела, но такое изменение ничуть не портило её. Он заметил морщины и то, как теперь изменились изгибы её фигуры. Улыбка прежняя, слегка сдержанная, но искренняя, даже лучезарная. Волосы едва доходили до плеч, глаза были ярко подведены. Лера никогда не была незаметной или обычной.
– Как я рада, как я скучала – ласково проговорила она, обнимая его.
Он почувствовал нежный цитрусовый запах её духов. Как приятно было прикасаться к ней, пусть случайно, но он всё же дотронулся до её талии. Так много раз он мечтал об этом, грезил каждый раз перед сном. Давид отвернулся на секунду, будто это помогло бы отогнать неприятные воспоминания.
– Ты прекрасно выглядишь!
– Спасибо. Ты тоже. Что это на тебе? Армани? И когда ты только стал таким? – она схватилась за его рубашку и засмеялась.
– Я даже не заметил! – оправдывался он, хотя выбирал одежду около получаса.
– Я горжусь тобой. Мне до сих пор не верится!
– Присаживайся. Ты как всегда вовремя. Никогда не опаздывала. Где же наша сладкая парочка?
– В том то и дело, что они больше не пара. Они разводятся. Оля проговорилась случайно.
– Разводятся? Поверить не могу!
– Поэтому, пожалуйста, не заводи эту тему. Не хочу никакой неловкости.
– Постараюсь. Как ты? Я так давно не видел тебя!
– Мне не верится, что мы снова вдвоём, как в старые добрые времена. Как я любила наши посиделки! Как мне не хватало наших разговоров! Что мне тебе рассказать? Я вся в работе. Снимаю квартиру, хожу в спортзал. На выходные стараюсь уехать на природу, на меня давит город.
– Ты ещё танцуешь?
– Ни за что на свете! Я чувствую такую свободу от того, что смогла бросить это!
– Понимаю. Нелегко тебе пришлось. Знаешь, твоя драма… она вдохновляет меня…
– В твоём детстве драмы не меньше.
– Мне кажется, ты справилась лучше.
– У соседа яблоки всегда вкуснее.
– Возможно.
– Как ты? Ты путешествовал? Я в восторге от твоих фотографий!
– Да, мне так хотелось разделить это с тобой. Я будто заново родился. Звучит очень банально, знаю. Но у меня всё внутри перевернулось!
– Охотно верю. Расскажешь поподробнее?
Он приготовился вывалить на неё все свои чувства и воспоминания, даже сделал глубокий вдох. Он ждал этого, он скучал по этому. Она умела слушать так, чтобы хотелось говорить. Но возле столика неожиданно появилась Оля, их одноклассница, пришлось приветствовать её. Разговор плавно перевели на другую тему. Может, это и к лучшему. Чем больше Давид оставался с Лерой наедине, тем больнее ему становилось.
Он смотрел на неё не слишком долго, за годы их дружбы он научился скрывать своё увлечение. Но всё же взгляд то и дело цеплялся за розоватые локоны её волос. В любом другом случае парень счёл бы это инфантильностью, каким-то подростковым бунтом. Но Лера казалось ему стильной и смелой с этими несколькими яркими прядями. Она была и блондинкой, и русой, но её настоящий цвет достаточно тёмный, как сейчас. В рыжий она красилась однажды, но не проходила так больше месяца.
Давид оценил её новые формы. Грудь стала больше, талия объёмнее. Пиджак недорогой, но скрывал все недостатки. Туфли на тонкой шпильке. Он улыбнулся, понимая, что смог бы дать ей больше, чем просто привлекательные шмотки из масс-маркета. Он подумал, что отдал бы ей всё. Прямо сейчас. Все свои деньги, весь свой бизнес. Даже Олега. Давид улыбнулся, подумав об этом. Неужели новый помощник важен для него? Кажется, да.
Позже пришёл Игорь, и беседа стала ещё более неинтересной. Приходилось слушать и кивать, кивать и слушать. Давид, наконец, решился подарить подарки, альбомы с фотографиями, которые весьма понравились ему. Он просмотрел их по дороге сюда и снова оценил вкус Олега. Всё выполнено в точности, альбомы получились трогательными. Одноклассники так всполошились из-за этого, что чуть не пустили слезу. Но по-настоящему его волновала лишь реакция Леры. Она посмотрела на него так, будто всё понимает, всё знает о нём. Едва ли?
В конце вечера они обнялись, проводили до машины ребят, что отчаянно и мучительно играли счастливую супружескую пару. Лера взяла Давида под руку и слегка прижалась, когда те, наконец, уехали.
– Они меня утомили. Весь этот спектакль разыгран для тебя. К чему скрывать такое? Хотя возможно… это очень больно. Как думаешь?
– Развод? – задумался он, планируя подвезти её на своей шикарной тачке. – Больно. Думаю, что очень.
– Мне жаль их. Я думала, скорее небо рухнет нам на головы, чем эта пара расстанется. Они вместе с девятого класса!
– Я тоже представить себе не мог. А в чём причина?
– Оля говорит, он стал скучным и жадным, не хочет развиваться, не хочет заводить детей. Она сказала, что чувствует себя "в болоте". У неё депрессия, а у него, кажется, интрижка.
– Старо как мир! – пренебрежительно высказался он.
.
– У них была такая любовь!
– Я завидовал.
– Я знаю.
Это прозвучало так неожиданно, что Давид растерялся и замолчал. Он забыл, что хотел произвести впечатление своей машиной.
– Ты торопишься? Я бы хотела прокатиться на наше место – вдруг сказала она и посмотрела на него с опаской.
Они не знали о личной жизни друг друга. Было страшно, если он откажет. Но ещё страшнее, если бы он согласился, будучи в отношениях с кем-нибудь. Лера ненавидела измены, её предложение было исключительно дружеским.
– Конечно – встрепенулся он, даже не мечтая о таком продолжении.
– Ты встречаешься с кем-то? – набравшись смелости, спросила она. – Не хочу доставлять хлопот твоей девушке…
– Я один.
Он замялся. Сейчас самое время было спросить про её личную жизнь, но слова, будто комом, застряли у него в горле. Давид даже покраснел немного, так боялся он услышать правду.
Они не спеша подошли к машине. Лера даже не заметила, куда садится, не оценила кожаный салон, престижную марку, она не оставила ни одного комментария. Зря он заехал на мойку перед встречей. Единственное, что парень заметил, что она смотрит на него дольше обычного, будто рассматривает. Он вдруг испугался, что выглядит плохо или тоже постарел. А ведь он давно бросил спортзал, исчезли кубики пресса. Как долго он не задумывался об этом, не сомневался в себе. Всё кругом меркло рядом с ней, и он знал, что это ненормально. Он только залечил свои раны, научился смиряться, даже смог ощутить немного долгожданного счастья.
Их местом была смотровая в старом парке. Мерцали городские огни, всё как на ладони. Только раньше там было безлюдно, теперь же от голосов и песен звенело в ушах. Давид упоительно рассказывал о Кавказе. Лера умела восхищённо слушать. Они проводили так время всю свою юность, но теперь разговоры стали другими.
– Я мечтала об этом. Ты и я. Наше место. Чувствую себя снова молодой – успела проговорить Лера перед тем, как села в его автомобиль снова.
Пора было возвращаться домой. Давид не хотел этого, но теперь она торопилась. Хотела ли она уходить? Смутило ли её что-то? Он боялся этого, но слишком хорошо её знал. Она действительно скучала, жаль только, не так как он, совсем не так.
– Спасибо, что выслушала – вцепившись в руль, осмелился сказать он. – Я очень рад нашей встрече. Я выделю время, может, сходим куда-нибудь опять? Если, конечно, у тебя никого нет. Я такой дурак! Заговорился и ничего не узнал о тебе.
– Знаешь… – задумалась она.
За секунду ожиданий он успел проклясть всё на свете. Лучше бы он не спрашивал, он совершенно не готов к ответу.
– Я кажется… готова к этому.
– Ты… что?!
– Я думаю, что готова к отношениям.
– У тебя так никого и не было?
Она молча опустила голову и смутилась. Она всё еще смущалась своих особенностей. Лера неловко пристегнула ремень.
– Ты знаешь меня. Я всегда хотела быть одна. Но сейчас… я готова. Наверное.
Что означал этот выразительный взгляд, долгий и неожиданно храбрый? Под этим взглядом состоявшийся и грозный Давид становился неуверенным, неказистым подростком.
– Как ты это поняла?
– Не знаю. Я ходила по своей квартире и впервые почувствовала себя одинокой. Впервые!
– Может, ты, наконец, насладилась своим одиночеством до предела? Твоё детство, Лер… мы так много обсуждали это. Ты исцелилась. Нет, нет! Не то чтобы ты была больна, но…
– Я поняла тебя, не напрягайся. Всё может быть – улыбнулась она и сменила тон на более шуточный и оптимистичный. – Знаешь, я впервые почувствовала, что хочу кого-то любить, заботиться о ком-то. Мне по-прежнему хорошо с самой собой, но теперь мне хорошо как-то иначе.
– Я рад за тебя. И я рядом. Тебе достаточно только сказать, если что-то понадобится.
– Это взаимно, Давид. Это взаимно…
Глава 5
Олег сразу заметил, что с начальником что-то не так. Давида выдавали печальные выразительные глаза и совсем необычный мягкий голос. Будто это уже и не взрослый целеустремленный мужчина, поглощённый работой, а кто-то другой, более приземлённый и неопытный. Большую часть дня помощнику совсем не хотелось тревожить его, Олег молча выполнял поручения, размеренно вёл автомобиль. Иногда бывает такая растерянность и грусть, в которую даже не хочется погружаться. Не из страха, скорее из уважения. И это был тот самый случай.
Но в конце рабочего дня случилось неожиданное. Старый партнёр позвонил Давиду и предложил рассмотреть помещение под новый барбершоп за городом. Дорога заняла бы часа три, не меньше. Он привык решать задачи сразу, не откладывая, потому и спешил выехать немедленно. Лёва пытался увязаться с ним, ведь раньше они всегда вместе рассматривали новые предложения. Но Давид уже привычно потянул за собой Олега.
Только спустя полчаса дороги, когда Олег остановился на заправке, Давид, наконец, оторвался от ноутбука и посмотрел по сторонам. Тяжёлый запах бензина вызывал рвотный позыв, но он старался игнорировать сигналы тела. Ему, в самом деле, казалось, что всё это необходимо подавлять, если собираешься чего-то добиться. Олег вернулся с пакетом в руках. Теперь запахло чем-то вкусным и сытным.
– Это вам – протянул он пакет, а за ним и пластиковый стаканчик с кофе.
– Мне? Я ничего не просил.
– Я заметил, что вы ничего не ели с утра.
И действительно, Давид вдруг понял, от чего его так тошнило. Он не позавтракал, не пообедал, не купил даже сладкий батончик, как делал это обычно в течение дня.
– Спасибо. А ведь, правда, я не ел. Но вы не обязаны это делать, Олег. Вы мне не нянька. Я сам в состоянии позаботиться о себе.
– Понимаю. Тогда я съем это сам.
– Что? Нет! Теперь я вряд ли откажусь. Пахнет вкусно!
Он погрузился в свои ощущения. Как иногда важно бывает просто поесть.
– Спасибо вам – Давид вытирал пальцы салфеткой и тщательно прожёвывал последний кусок.
– Не за что. Я вынес для себя еще один новый урок. Чтобы быть как вы, нужно мало есть и мало спать.
– Быть как я?
– Успешным и богатым.
– А! Вы всё еще проводите исследование!
– И мне всё ещё очень интересно.
– Хотите, расскажу, чем я ещё пожертвовал?
– Ну…
– Отпуском… отношениями… простым общением. А и самое главное! Я жертвую покоем. Вы знаете, что такое покой, Олег?! Хах! Когда у тебя каждый день в голове пляшут цифры, которые ты заработал или нет, о покое приходится забыть!
– Цена не оказалась слишком велика?
– Окажется сносной, когда я окончательно добьюсь своей цели.
– Какой?
– Какой, какой! Какой?
– Какой цели? – засмеялся по-доброму Олег, заставляя себя быть более сдержанным.
Его веселила беседа, но он не планировал перегибать палку.
– Барбершоп – это не мой потолок. Что это такое за бизнес вообще для мужчины? Мне нужно развиваться еще в какой-то области. Открыть магазины, салоны, обучающие студии. Мне нужно выйти на другой рынок…
– Ладно, ладно, я вас понял.
– Поймите, лёгких путей не бывает.
– А какие бывают?
– Какие?! Блин, Олег! Вы заноза в заднице. Какие пути? Тяжелые и утомительные! Если тебе легко, значит ты не в том месте!
– Я считаю, что как раз наоборот. И каков итог? Вам хорошо?
– А вы?! Хотите сказать, что вам хорошо? Какой в этом толк, вы ведь ничего в этой жизни не добились! Вам 50, 60 лет? Кто вы? Что у вас есть?!
– Какая разница, что у меня есть, если мне хорошо? Я выбрал такую жизнь, и мне прекрасно в ней.
– Но пришли работать ко мне, чтобы научиться целеустремленности!
– Не совсем.
Олег выразительно приподнял брови.
– Извините меня. Я резок, да. Я обидел вас?
– Нет. Вы правы. У меня нет достижений. Что здесь обидного?
– Я бы обиделся.
На лице Олега заметно было лишь добродушие, и Давид почему-то верил в это. Казалось, этот человек не умел обижаться.
– Я будто бомж, которого отмыли, приодели и посадили за стол переговоров – вдруг снова разоткровенничался парень, в надежде быть хоть кем-то понятым.
Здесь не получилось сдержать себя. Олег заливисто рассмеялся, а Давид, хоть и хотел сделать тоже самое, лишь слегка ухмыльнулся.
– Гениально! Я представил себе эту картинку! Простите Давид Ярославович! Простите старика! Вот умора!
– Глупый бомж будет пытаться умничать, умный – молчать и слушать. Но знаете, что не изменится никогда?! Он бомж! ОН, С..А, БОМЖ!
– Откуда такой образ?!
– Это моё детство. Не в прямом смысле, конечно! Дом у меня был, но…
– Расскажите о вашем детстве!
– А вы готовы к этому?
– Я похож на человека, который готов?
– Мне кажется, вы готовы даже к тому, что сейчас небо рухнет нам на голову.
Недавние слова Леры запали ему в душу. Он всегда повторял за ней всё: выражения, фразы, занятные сравнения.
– Я кажусь вам самоуверенным?
– Даже слишком!
– Поверьте, я не такой. Более того, я убеждён, что почти ничего не могу. Разница лишь в том, что я смирился с этим!
– Ничего не можете? Вы выполняете все мои задачи! Примите комплимент, почему это так сложно? – иронизировал Давид, припоминая их прежние дорожные разговоры.
Олег снова рассмеялся.
– А вы хорош…
– Давай уже на ты! Так надоело "выкать"!
– Как прошла ваша… твоя встреча?
– Я в замешательстве! – поморщился Давид и ощутил тоже чувство, что испытывал в разговоре с Лерой. Он завёлся, было легко и хотелось помощи. – Кстати, спасибо за альбомы. Это был беспроигрышный вариант! Она оценила!