Письма архимандрита Фотия (Спасского) и графини Анны Орловой-Чесменской

I

Оленину Алексею[1]

Христолюбивому Алексею, избранному господину по званию, чести, и по вере Христовой посылает Фотий его раб ему благословение со иконою святой, в знамение того, что есть и будет ему благословение от Господа в житии сем и в будущем. Господь с тобою, раб Божий Алексие! Рассмотри и ты обрящешь по имени твоему на иконе святого. Алексий значит пособник, помощник. Чаю, что молитвами святого Алексея и всех святых Господь Ангелом Святым Хранителем сохранит тебя во веки.

Мир тебе.

Господь близ тебя.

Спасися!

1822 года

августа 31 дня

< приписка внизу (вероятно, рукой Оленина либо под его диктовку): известного плута архимандрита Фотия >

II

Марии Портер[2]

На конверте: Христолюбивой Марии Портер.

С миром.

Письмо архимандрита Фотия.

Христолюбивая Мария!

Мир тебе, спасись благодатию Божьею; получил я твои два послания, утешительные, <…> для души моей, что любовь твоя возрастает к Господу: радуюсь и благодарю Господа за всё о тебе: трудись, подвизайся, береги своих рабов, братий о Христе, – храни себя в сии дни; ибо во многих вниде безверие.

Спаси душу твою и спасена будешь; мир тебе.

Спасися! —

Грешный твой слуга

Фотий

1823 года

Янв. 17 дня

P.S. Адрес твой мне прислали.

III

Записка Фхёдору Петровичу> Опочинину (на бумаге 1823 года)

Опочинину, приезжавшему принять благословение – посылаю Божие благословение с домом <его> всем – в день Сретения Господня – чернец Фотий.

IV

Княгине Екатерине Ильиничне Кутузовой-Смоленской, жене М. И. Кутузова, тёще Ф. П. Опочинина

Избранная княгиня!

Боголюбивейшая Екатерина!

Спастись и радоваться о Христе желаю тебе. День святой В.<еликомученицы> Екатерины – премудрой, прекрасной девицы, честнейшей отроковицы, невесты Христовой, рабы истинной Бога выщняго, – чаю, что не есть ли и день твоего ангела, – есть воистину день твоего ангела, то после долговременного моего молчания, – пришло мне на сердце желание ныне тебе писать.

И о Христе Иисусе святое подать тебе с благословением и целование. Какое же то целование о Христе Иисусе? А вот какое. Господь Святый для того благословил тебе быть Екатериною именем – и дню Ангела твоего – в день св. Екатерины, – дабы ты, о! знаменитая княгиня, как имя имеешь святой, премудрой Екатерины, так и житие твое во всем было подобно житию святому и премудрому В. Екатерины: велика твоя живая вера есть! Сие видя в тебе, – я радовался и благодарил Бога! Да будет убо по имени твоему, – и житие твое. Екатерина знаменует надежда истинная. Иначе так сказать: на тебя Бог положил имя сие святое; аки б тако сказал тебе при рождении, когда ты была младенец святой, невинный, яко ангел святый, изшедый из воды св. крещения. Ты младенец, – создание мое, человек, да наречешися Екатерина, т. е. ты моя, аки б рече Бог Господь во св. крещении, – ты моя истинная надежда, я на тебя надеюсь истинно, что ты, яко же и св. Еватерина, пребудеши во святой вере, во святой надежде, во святой любви, во святых заповедях, во святом благочестии, во святой церкви православной; я на тебя истинно надеюсь, или иначе сказать, аки б рече Бог, на тебя налагаю по воле моей имя надежда истинная. И твоя воля почему имени твоему быть и жить. Аз же Господь Бог твой для того и имя внушил нареци, что хочу тому и быть в тебе и делающей тебя по имени твоему – соделовать тебя: ты моя надежда истинная – Екатерина ты, убо отселе и живи, и буди истинно во всем святом, живи по св. преданиям, по житию святых; сего ради а ангел мой святой – с сим именем есть – и да будет с тобою – той тебя да хранит, – да учит, да наблюдает; и помни, еже тебе убогий раб глаголю: о! всечестная Екатерина! Что когда ты что в житии сказала свято, мыслила, делала, – и жила как-либо дни праведно, богоугодно, всё то есть и было – чего <…> и во всем житии твоем единого истинного надеяться довлело. Вот мое тебе о Христе Иисусе целование и благословение в день ангела!

Молю, служу – тебе – и Господа умоляю, да со вступлением в новый для тебя год – будт тебе от Господа еще более о Христе во благость и быть с ним. Да прольет Господь свыше по вере твоей росу благодати своей – да согреет сердце твое еще большею любовию к Себе: да вдохнет тебе еще и благоговение; и даст тебе Бог святый утешитель дух истины, – духа умиления, духа утешения, духа благочестия. Да исполнит тебя Бог, – духом святыни и любви; а с сим – да будут о Христе отселе все твои и слова, и желания, и дела, и намерения: да будешь ты по св. апостолу Царство Бога живого, и Храм духа святого; и не усумнись в достижении сего; с купели св. крещения христиане наименованы были таковы, – а во всю жизнь добры старались быть – т. е. Церкви_Бога живого и Храмы духа святого. Слыши, о! мудрая княгиня! Коликия благодати Бог нас сподобляет, яко тело человеческое целомудренное, Церковь Божия есть: сердце же человеческое чистое и целомудренное, – есть жертвенник и трапеза Духа Святого, ум же человеческий чистый престол Божества. Душа же человеческая чистая и непорочная и целомудренная, – невеста Христова есть, – язык же человеческий – трость книжника- скорописца Духа Святого: члены же и чувства целомудренные человеческие, – рабы суть души, невесты Христовой: и что есть в доме твоем Церковь Божия рукотворенная, – то ты, о! Екатерина! Церковь Божия нерукотворенная, в ней же со <духом истинно > Господу, да не осквернит Церковь Божию – тело свое неподобными делами в теле нашем <…> Сие я помышляя, о! раба Божия, прошу Господа – дабы не положить мне рабу грешному на жертвенник и на трапезы духа святого, – неподобные дела, – дабы на престоле Божием диавола не посадить помышляя <умом моим> неподобная, и скверная, и скаредная, и суетная, и злая помышления. Молю Бога, дабы тростию св. духа – языком моим, – не писать неподобные речи, и душу рабы невесты Христовой, уды и чувства, и всю плоть мою не сотворить рабами диаволу. От чего да спасет нас всех Господь. – Потщися, о! раба Божия Екатерина всечестная, возлюбленная Христова душа, – потщися очистить душу и тело свое.

Аще то выхочешь быть – надежда истинная на тебе совершится, что Бог вселится в тебя и яко в Храме святом пребудет во веки веков.

О! Как ты звана еси от Господа бытии по имени, – быть Храм Божий – сосуд благодати, – нова тварь, – и дщерь Богу возлюбленная.

Молю, да придет на тебя свыше сие благословение Господне: и да узриши ты Церковь Божию. Мир тебе и любовь и благодать от Господа умножится. Спасися.

Так тебя о Христе целует твой раб

убогий Фотий.

22 ноября

1823 года

P.S. Прочесть Екатерине сие письмо: прости и пред Богом поминай меня.

V

Грузинскому протоиерею Николаю Ильинскому

Всечестный отец протоиерей Николай!

Брат мой о Христе!

Спасися в мире и радости.

1-го июля был в обители нашей раб Божий – и сосед дорогой. Я всегда смотрю на дела людей, и тогда рассуждаю об них. В 1821 г. был я в Грузине, и против всех слухов, – св. церковь в Грузине, – и устройство Грузина в сердце меня уверяли о благочестии и усердии ко Господу соседа. Некто мне сказал, что он, стоя во св. церкви, особенно умиление и слезы многие во время время поста и св. причащения являет, – так тронул мое сердце, что я не видавши его, – много любил его. Нынешнее лето великие дела Отечества и св. церкви уже яко феномен, на небесех, – были в россии знамением его и благочестия, и любви к Богу и отечеству, верности к царю и усердия ко св. церкви. А как он был в обители нашей, как во св. церкви усердно, кротко и смиренно стоял, – молился, был любезен, ласков, то я все сие своими очами видя и слыша, признаюсь, до слез радовался: он благочестив и христолюбив по примеру древних великих и святых Божииих.

Благодарение Господу, что и в наши времена есть еще избранные и в звании благородном и духовном и иных.

Сие письмо побудило писать то, что юному и кроткому господину, с ним бывшему[3], но его имени я не помню, а видел его еще и в 1821 году, я обещал в благословение для чтения прислать духовное сокровище, – и вот посылаю через тебя, – вручи ему; чаю, что семя доброе нечаянное на сердце того юного господина и воина, и мног плод сотворит во время свое, и Господь пошлет свыше росу благодати для произрастания семени слова Божия. Отец приводил для благословения ко мне – и это важно и свято. Это есть знак благочестия и в родителе и в чаде. Да благословит их Господь Бог своею благодатью.

Благодарю тебя, отче и брате мой о Христе за любовь твою. Молись о мне. Буди с тобою Господь, чего и мне желай ныне и во веки.

Брат твой о Христе убогий Фотий.

1824 года

1 июля

VI

Аракчееву Алексею Андреевичу (писарская копия)

Боголюбивый и Христолюбивый граф, сын святой православной церкви христовой возлюбленный! С Богом спасися и радуйся о Дусе Святе.

Твоему Боголюбию раб твой последнейший и убогий Фотий просит свыше от Господа благословения, земно кланяется и с благоговением тебя извещает раба Божиего верного с приближающимся праздником Божиим – об освящении святой церкви соборной во имя всемилостивого Спаса, что и будет совершаться 21 дня октября сего месяца во вторник. Твое посещение св. обители и присутствие на освящении св. церкви будет знамение Божиего ко обители благоволения, его же да сподобит Господь тебя ныне и во веки.

Мир тебе от Господа.

Спасися, радуйся; Господь с тобою.

Последний твой раб и богомолец убогий архимандрит Фотий.

16-го Октября

1824 года

Юрьев монастырь

VII

Томилову Алексею Романовичу[4]

Благороднейший господин!

Слава Богу, доселе мы виделись в Новгороде. Божия милость на всем, нет у нас даже и молвы о грядущей скорби. Мы молим Господа, да придет в пределы наши; мы радуемся в дусе Святе, уповая на благости Вышняго. По воле владыки 26 сентября я проезжая, видел тебя в Ижоре; 29 пополудни, в 1 часу я возвратился в Новгород и во св. обитель. Ты просил молитв и благословения от меня. Я возлюбил тебя, о благородная и благодарная душа; и се, тебе с возвращающимся в С.П. бург человеком посылаю образок св. Ангела Хранителя – в знак Божия благословения.

Мир тебе и спасися и радуйся.

Твой богомолец

Благодатного монастыря

Юрьевский арх. Фотий

1830 года

Окт. 1 дня

В день Покрова Богородицы

Новгород, Юрьев монастырь.

VIII–X

Филарету (Дроздову), митрополиту московскому

Владыко святой!

К великому моему удивлению никак не думая получить увольнение быть в Ростове, беспрекословно вдруг получил я увольнение у старца отца и владыки, прошение на прошении по сердцу моему. Сказать не могу, как я рад, что обет мой и тебе данный уже около двух лет я могу свободно исполнить и тебе поклониться как отцу и благодетелю во твоей обители. Сие мое последнее путешествие из обители будет для богомоления. Слабость здравия и краткость времени приблизившегося мне последнего не позволят более быть нигде. Итак ныне с полною любовию надеюсь быть у тебя моего Отца в дому твоем и помолиться Господу и Его святым угодникам, так же и тебе и видеть святыню Московскую, где благословит твоя отеческая любовь, и непременно быть в монастыре песношеском[5], Хотькове[6], Екатерининской пустыни[7] и где нужно быть, но я еще не был.

Твое святое слово любви сбылось к удивлению моему, ибо до последнего часа думал, желал проситься, но сомневался в увольнении при первом слове, а посему со страхом и трепетом приступить просить: при первом же слове отказа я б вторично и уст не растворил молвить что-либо.

Прошу благословения и святых молитв твоих. Вчера лишь от тебя прибыл в дом дщери моея, тут сразу и приглашение от архимандрита ростовского получил к освящению. Слышав сие все от уст дщери, владыко уволил со всею любовию меня сроком на две недели. Целую твою десницу святую, о Господе тебе преданный всенижайший послушник и богомолец юрьевский архимандрит Фотий.

1836 года

Мая 2 дня

P.S. Графиня же по сему располагает отправиться с 20 мая в путь, дабы в орел ехать к тетке своей; и на обратном пути быть в ростове так, чтобы успеть ей к 25 июня быть в С-П. бурге. Буде же до 20 июня не может быть освящение в Ростове, то побыв там, она должна будет ехать дабы поспеть к 25 июня в С.П. бург.

Святейший Владыко! С радостию я ехал к тебе на поклон в место, иде же тебе Бог дал держать престол святительский и с радостию я был в доме твоем, видев, с какою любовию о Господе ты принял меня недостойного ученика, раба твоего. Для меня был путь сей не вотще. По моей немощи и нелюдимости не без труда было ждать освящение, но после мне было столько радостно, что я бы готов был и более ждать. Принял меня отец преподобный наместник Антоний как странника по подобию святых. А ты принял меня как Ангел Господень, и Сам Господь. Я недостоин милостей таких, какие видел я. Опасался наскучить я тебе при многом стечении дел твоих: а мне признаюсь было поболее слышать беседу отцев твоих. Я ищу спасения души, и того ради еще живу на земли. Более же мне ничто не нужно. Странно нечто во мне видиться, но спасение души моей требует, и я то творю. Господа ради прости ежели слово гнило кое изошло из уст моих. Прости Бога ради и в том, что скоро не мог тебя благодарить за милость и божие благословение и любовь. Наскоро я пишу сие, а как с духом соберусь, и с пути отдохну, буду еще писать тебе, и благодарить.

При сем сказать хочу и то, что я напутствован будучи твоим благословением, прибыл уже по вечеру поздно часов около 9-ти в Тверь, и не выходя из экипажа поехал прямо к тверскому святителю. И смотритель почтовый нагнал на пути и воротил, говоря, что Архиерея старого нет дома и я возвратился, и лишь хотел с печалию входить в гостиницу, но [идет] купец Градский, и говорит, что Владыка дома; вот я и сам полетел в путь, и приехал к нему. И что скажу о его любви? Превосходит всякое мое слово и чувство! Он принял меня как родной родного и еще паче. Как Сам Христос принял нас, и напоил и накормил и меня оставил у себя в доме, и подле церкви дал мне пребывание. Я поутру востав, на его конях ездил во обитель св. Арсения[8]. Был и во всех монастырях тверских. Отроду никто меня так просто, прелюбезно не принимал, как он. И благословил меня образом: и паки напоил и накормил, и с Богом отпустил в путь. Владыко Серафим, узнав все сие и прочее от дщери, восхитился от радости, и сказал, что я б мог и более [задержан] быть в путешествии. Так меня уловил Ловец Христов святитель Григорий[9] во мрежи своея любви, что уже не иначе вижу его как Ангела Господня. Я всегда по сердцу о нем думал, но на деле доселе не успел видеть. Графиня удивилась его святости и любви и была поражена Ангелоподобным нравом. Не могу я описать всё удовольствие, кое при богомолении Господь судил иметь. С радостию отменною мое путешествие в Ростов и пребывание и Бога за все благодарю. Благослови мя, святый Владыко, и помолись о душе моей, ищущей спасения и всем желающей спастись. Целую твою десницу о Господе всенижайший послушник, недостойный ученик, – богомолец Ю.А. Фотий.