РДКНД. Большое 'О'

— Если вы не откроете, — громко сказал он, — нам придётся выбить дверь, а этого мы хотели бы избежать!

В ответ — тишина. За дверью будто замерли, задержав дыхание.

В конце коридора прокатился рёв. Лампочки замигали, и тени на стенах дрогнули, будто по бетону прошла волна.

Аня вздрогнула. Данил сразу повернулся к тёмному тоннелю. Рёв повторился — ближе, яростнее. О деликатности можно было забыть: Данил развернулся и ударил каблуком в дверь. Айзек отпрянул в сторону, Лаваль бросился рядом и тоже навалился на створку.

На дальнем конце коридора показалась фигура. Кто-то бежал изо всех сил — спотыкаясь, почти падая, но не сбавляя темпа.

— Лиза? — прошептал Айзек, прищуриваясь.

В приближающейся фигуре проступал знакомый силуэт.

— Лиза! — выкрикнул Айзек, и тут же глаза у него расширились.

Лизу нагоняло нечто. Десятки одержимых слились в единый бесформенный поток, похожий на мифическое морское чудовище.

Их тела перетекали друг в друга, как внутри гигантской резиновой перчатки, и этот живой ком катился по коридору, подминая воздух и свет.

— К чёрту! — выругался Лаваль и, выхватив из-за пояса пистолет, сделал несколько выстрелов в район замка.

Данил едва успел отдёрнуться от рикошета. Металл звякнул, замок хрустнул — дверь открылась.

Первым в комнату управления влетел Лаваль, за ним — Серёжа. Аня на секунду замялась в проёме. Данил схватил её за плечо и втолкнул внутрь. Айзек уже рванул навстречу Лизе.

— Айзек, внутрь! — рявкнул Данил.

Инженер не слушал.

Лиза была уже рядом. Она махала единственной рукой, показывая им укрыться в комнате. Нечто оставалось в нескольких шагах от неё.

Данил схватил Айзека за воротник и швырнул внутрь. Затем в три прыжка добежал до почти обессилевшей Лизы, перехватил её за плечи и одним резким рывком выдернул из-под удара.

Они вместе влетели в комнату управления.

Дверь за их спинами с шумом захлопнулась.

Серёжа и Лаваль упёрлись в дверь всем весом, удерживая створку. Айзек и Аня уже тащили тяжёлый шкаф, чтобы забаррикадировать вход.

— Это что ещё за хреновина?! — заверещал Лаваль, прислушиваясь к булькающим звукам с той стороны.

— Не знаю… — задыхаясь, ответила Лиза. — Оно… оно… появилось, когда… я оказалась… в блоке «З»…

— Елизавета, как ты? Ты не ранена? — Айзек суетился рядом с ней. — Что случилось? Почему ты вдруг здесь?

Он продолжал засыпать её вопросами. Руки у него дрожали.

— Погоди… — Лиза сделала глубокий вдох. — Успокойся, Айзек. Просто успокойся.

Данил тяжело дыша перевёл взгляд на Аню. Она стояла в стороне; плечи всё ещё дрожали, глаза оставались широко раскрытыми, будто коридор с ревущей массой всё ещё был перед ней.

Из-за двери доносилось клокотание; даже с баррикадой, даже под весом Серёжи, створка время от времени вздрагивала.

Он подошёл и протянул флягу.

— Выпей.

Аня кивнула и приняла флягу, но пить не стала. Вместо этого огляделась по сторонам.

Данил тоже наконец рассмотрел помещение. Стены были увешаны десятками дисплеев; на экранах дрожали схемы, строки и кадры с камер. Посреди комнаты стояло кресло. На одном из подлокотников крепилась клавиатура.

Рядом с креслом лежал человек без сознания. По виску у него тянулась тонкая полоска крови, и под головой уже успела собраться маленькая лужица. Аня побледнела и отвернулась.

— Это ты его так? — резко спросил Данил у Лаваля.

Лаваль подошёл к лежащему и небрежно ткнул его кончиком ботинка.

— Да всё с ним в порядке, — бросил он и вытер остатки крови с рукояти пистолета. — Он первый начал. «Кто вы?», «Что вы тут делаете?», «Покиньте помещение»… Зануда.

Лиза выпрямилась. Айзек аккуратно, почти бережно помог ей подняться на ноги; колени у неё всё ещё дрожали после погони.

— Дорогая… моя дорогая… Что случилось? Почему ты оказалась здесь? Ты же могла погибнуть! — голос Айзека сорвался.

— Выбор невелик, знаешь ли, — устало ответила Лиза. — Сидеть в замкнутом пространстве с Иванычем и кучей его подпевал, которые соревнуются, кто лучше поцелует его в задницу, или выбраться в это адское место… По-моему, выбор очевиден.

— Это глупость, — упрекнул её Айзек.

— А ты бы сидел, наверное, ровно, если бы я застряла в компании двух недомерков и старого клоуна посреди неизвестно чего? — Лиза обвела взглядом комнату управления и уставилась на куклу Лаваля. — А это ещё что?

— Серёжа, — ответили почти хором.

— Ну ладно, — Лиза несколько секунд смотрела на Куклу, потом коротко кивнула. — Хорошо. Так какой у нас план?

Данил заметил, как Аня перевела взгляд с Лизы на Серёжу и обратно. На её лице осталось немое недоумение: Лиза приняла происходящее слишком спокойно.

— Сперва пошлём сигнал о помощи, доложим коменданту… — начал перечислять Данил.

— И по домам, — закончил Лаваль. — Я не собираюсь дальше гнить в этой дыре. Мы с Серёжей сваливаем.

— Не смеши. — Лиза щёлкнула ногтем по его наручнику. — С этой штукой ни ты, ни я, никто из нас далеко не уйдёт.

Лаваль прищурился и сплюнул. Данил посмотрел на свой браслет. Возразить было нечем.

Айзек с Данилом оттащили бедолагу, попавшего под удар Лаваля, к стене и устроили его поудобнее: прислонили спиной к бетону. Айзек сел в кресло у пульта и принялся за работу — быстро, уверенно, будто знал систему наизусть.

— Сигнал послан, — отчитался он, когда на одном из экранов загорелся зелёный восклицательный знак. — Посмотрим, что вокруг…

Дисплеи замигали, и на каждом, один за другим, поплыли кадры с камер наблюдения. Айзек листал изображение за изображением, выискивая нужное.

На экранах комплекс выглядел жутко. По коридорам бродили одержимые. Нечто, преследовавшее Лизу, утекло в сторону блока «И», растворившись в темноте переходов.

— Часть камер не работает… — сказал Айзек, не отрываясь от экранов. — Но.. Нужно только время.

Пока Айзек возился с настройкой, Данил опустился рядом с Аней. Она незаметно сползла по стене и сидела, обхватив колени руками, уставившись в пол.

— Как ты? — осторожно спросил Данил.

— Нормально, — ответила Аня, не поднимая глаз.

— Не переживай. Всё будет хорошо. Мы выберемся, и всё станет как раньше.

Аня в ответ промолчала.

— Знаешь, когда я впервые оказался в похожей ситуации… — продолжил Данил. — Когда мы со Степаном сбежали из Петербурга-6. Я тогда подумал, что уже не смогу жить по-старому. Что всё, к чему привык, за один момент превратилось в чужую жизнь.

Он постучал пальцем по маске.

— Но жизнь не остановилась. Просто вместо старых привычек и прежнего понимания мира пришли новые. Стало ли от этого легче? Нет. Счастливее я тоже не стал.

Данил крутил в руках посох, разглядывая его навершие.

— Я уже четыре года не видел брата. А последние три цепляюсь за любую возможность найти его… но иногда кажется, что я бьюсь об стену, и всё, что делаю, вообще не приближает меня к нему.

— Ты поэтому ищешь то убежище… Псков-1, вроде? — спросила Аня.

— Да. Он должен быть там. Ну или хотя бы — там должна быть информация, где он может быть.

Аня подняла голову и посмотрела на железную маску, покрытую тёмной, местами облупившейся краской. Потом опустила взгляд на свои содранные ладони и сжала пальцы.

— А что такого в этом убежище?

— Мне сказали, когда его увозил санитарный конвой, что это «лечение». А потом я узнал от Айзека: когда он там работал, Псков-1 был чем-то вроде фундамента, на котором строились технологии и порядки СЦУ и… ‘О’. Почему и каким образом с этим связан мой брат — я не знаю.

— Прости.

— Да всё нормально. Это ты меня прости, что мы втянули тебя во всё это, — Данил потянулся, чтобы похлопать её по колену, но на полпути остановился и убрал руку.

— Если бы не вы… возможно, я стала бы одной из этих. А может — чего ещё хуже, — Аня осеклась и посмотрела на дверь.

— Друзья! — воскликнул Айзек, резко указывая на один из дисплеев. — Смотрите!

Данил вскочил и встал за спиной Айзека. Аня поднялась следом. Лиза тоже подалась вперёд, пытаясь разглядеть, что нашёл муж. Лаваль, задремавший у стены, дёрнулся, ойкнул, протёр глаза и, причмокивая, уставился на экран.

Айзек лихорадочно застучал по клавишам — изображение увеличилось, развернулось на половину стены.

Сквозь рябь помех и зерно плохой камеры проступали две фигуры: профессор Сейфуллин и его лаборант. Профессор, тяжело переставляя ноги, шагал, опираясь на трость, а лаборант держал его под руку.

— Где это? — спросил Данил.

— Шестой уровень, Блок «Ф», лаборатория семь, — отмахнулся Айзек и тут же резко вытянул руку, ткнув пальцем в экран. — Вот!

Позади профессора появилась ещё одна фигура — помятый дешёвый костюм, зачёсанные назад волосы, лицо, знакомое слишком хорошо.

— Эхо, — выдохнули Лиза и Данил почти одновременно.

Айзек начал переключать камеры, пытаясь поймать их маршрут. Эхо шёл следом, в руке поблёскивал револьвер. Иногда он тыкал им профессору в спину и что-то говорил — будто объяснял, будто уговаривал или диктовал.

— Куда он его ведёт? — спросил Данил, не ожидая ответа.

На следующем кадре троица остановилась у неприметной двери. Эхо что-то говорил. Сейфуллин, по жестам, яростно спорил. Потом Эхо на мгновение задумался — и экран рванул вспышкой. Лаборант, державший профессора, рухнул на пол. Ещё вспышка — трость вылетела из рук Сейфуллина и переломилась пополам.

В комнате никто не шелохнулся. Профессор, похоже, сдался и открыл дверь. Эхо ткнул дулом, приказывая идти первым. Сейфуллин подчинился. Эхо шагнул следом.

— Переключай, переключай! — сорвался Лаваль, и голос у него дрогнул.

— Не понимаю, где они… не понимаю, куда они идут… — Айзек лихорадочно искал нужную камеру, но кадры шли один за другим и не давали зацепки.

— Что происходит? — рядом тихо спросила Аня. — Кто это?

— Дьявол… — выдавил Данил шёпотом.

Изображение снова сменилось. Айзек на секунду перестал нажимать клавиши.

На экране появилась бетонная площадка. В конце стояла кирпичная стена с единственной дверью — такой же, как та, через которую попадали в Большое 'О'.

Кадр поймал профессора Сейфуллина в тот момент, когда он вошёл в эту дверь. На пороге стоял Эхо, разглядывая покосившуюся, покрытую ржавчиной вывеску.

Потом Эхо медленно повернул голову и посмотрел точно в камеру. Он расплылся в улыбке и подмигнул, после чего скрылся во мгле дверного проёма.

Данил попытался что-то сказать, но из горла вышел только сдавленный хрип. Он ткнул пальцем в покосившуюся табличку, не отрывая от неё взгляда.

Аня вслух прочитала ветхую надпись в кадре:

— Псков-1.

***

Какое-то время Данил стоял перед экраном и смотрел на подёргивающееся изображение. Тёмный проход, в котором растворились Эхо и профессор Сейфуллин, мерцал на дисплее, бросая неровные блики на лица. Ржавая табличка с надписью «Псков-1» отражалась в линзах его маски.

— Вы тоже думаете, что это всё его рук дело? — произнесла Лиза. — Инцидент, авария… одержимые?

— Не удивлюсь, если так, — ответил Айзек, снимая очки и потирая глаза. — Слишком уж «удачное» совпадение.

— А Псков-1… здесь? Серьёзно? — Лиза провела ладонью по лицу. — Не сходится.

— Я должен там оказаться, — твёрдо сказал Данил. — Я должен идти за ними.

— Подождите, дорогой друг, — Айзек поднялся с кресла. — Сначала надо понять, что происходит, и только потом действовать. Иначе… даже представить страшно, чем это обернётся.

Данил кивнул. Пальцы на посохе сжались так, что побелели костяшки.

— Ладно, — Лиза начала ходить по комнате, меряя её шагами. — Допустим, Эхо сюда как-то проник. Допустим, сделал что-то, от чего часть сотрудников комплекса посходили с ума, чтобы поднять панику и хаос — это в его стиле. Значит, ему здесь что-то нужно. Он не полез бы сюда просто так… Но Сейфуллин-то ему зачем?

— О-о-о… — протянул Лаваль. До этого он молча скалился, едва на экране показался Эхо. — Этот динозавр полон сюрпризов. Когда я только сюда попал, два года назад, я наивно считал, что он давно сдох, а тут выясняется — живее всех живых. Хех.

Все в комнате повернулись к нему.

— Ещё до всего этого мне довелось поработать с этой рухлядью у нашей директорки. Чёрт, да он уже тогда нормально не ходил и не дышал, — Лаваль сморщил лоб, вытаскивая память, как занозу. — Но важности в нём хватало на десятерых. Он всё время секретничал и ходил с таким видом, будто вокруг детский сад, а он один занят чем-то настоящим — важным и очень секретным.

Данил слушал его и не отрывался от экрана. Ещё недавно Лаваль шутил, Айзек возился с техникой, Лиза держалась с упрямым спокойствием, Аня молча наблюдала за ними из угла.

Всё это держалось на привычном движении: очередная дверь, очередная опасность, очередное решение.

Теперь привычный порядок рассыпался.

Одного появления Эхо хватило, чтобы комната стала тише. Лиза перестала ходить. Айзек снял очки и больше не возвращался к клавиатуре. Лаваль скалился, но улыбка держалась на лице криво и зло. Данил смотрел на пустой проход с табличкой «Псков-1» и чувствовал только одно: за этой дверью мог оказаться ответ, который он искал так долго, и ловушка, из которой никто не выйдет.

— Айзек, — Аня повернулась к инженеру. — Вы же работали в Пскове-1. Почему вы не помогли Данилу раньше? Вы же должны помнить, где это место. И что оно вообще здесь.

— Ох, не всё так просто, моя дорогая, — Айзек ответил не сразу. — Понимаешь…

Лиза заговорила вместо него:

— Само существование убежища ещё не означает, что оно обязано оставаться тем, чем его задумывали. И тем более — тем, где его задумывали.

Аня нахмурилась и перевела взгляд на Айзека.

— Когда я работал там, это было около девяти лет назад, — сказал он после паузы. — Тогда Псков-1 находился очень далеко от Петербурга-N. А теперь, если я всё правильно понимаю, Большое 'О' расположено в пределах Петербурга. И… Псков-1 физически не может быть рядом. Однако…

Он запнулся. Лиза снова взяла объяснение на себя:

— Большое 'О', как мне кажется, само по себе находится вне контекста времени, которое течёт за его пределами. Вполне возможно — и вне контекста физического пространства.

— То есть 'О' — это что-то вроде мира внутри мира? — спросила Аня, чуть подавшись вперёд.

— Примерно так, — кивнул Айзек.

Данил ходил по комнате, то и дело сжимая посох. Он не раз обсуждал это с Айзеком и Лизой — тема была знакомой, но теперь все старые разговоры вдруг получили другой вес.

— Тогда получается, что вход в Большое 'О' — это и есть вход в Псков-1?

— С этой точки зрения… думаю, да, а может и наооборот. — ответил Айзек. — Судя по тому, что мы сегодня увидели, это можно взять хотя бы как гипотезу.

У Данила перед глазами встал ряд плотно закрытых проёмов, тянувшихся вдоль стен каждого блока.

— Тогда брат может быть за любой из дверей? — спросил он. — Он всё это время мог быть рядом?.. Просто надо было постучать?

— Это всего лишь гипотеза, дорогой друг, — Айзек аккуратно похлопал Данила по плечу. — Давай держаться плана. Мы не знаем, что может таиться за каждой из этих дверей.

— У нас больше шансов понять, когда мы доберёмся до «входа» Псков-1, — согласилась Лиза.