Сириус: пришествие. Том 1
- -
- 100%
- +
—Не видели, — буркнул один. — Наверное, уже на завтраке.
Но в столовой их тоже не оказалось. Лёгкая тревога, холодным червячком, скользнула у Юли внутри. Она отпросилась у дежурного воспитателя и быстрым шагом направилась в их комнату.
Дверь была приоткрыта. Юля заглянула внутрь. На кроватях под одеялами четко угадывались две спящие фигуры.
—Ах вы, сони! Подъём же был полчаса назад! — с облегчением выдохнула она и строго вошла в комнату.
Но чем ближе она подходила, тем явственнее становилось, что, что-то не так. Одеяла лежали как-то неестественно, угловато. Юля дотронулась до плеча «Андрея» и отшатнулась. Под тканью угадывалась мягкая, бесформенная масса. Она резко дёрнула одеяло.
Вместо брата и лучшего друга на кроватях лежали две аккуратно уложенные подушки, укутанные в их же пижамы и накрытые одеялами для правдоподобия.
— Вот засранцы… — прошептала она, и её глаза вспыхнули от обиды и гнева. — Куда это вы свалили? И главное — без меня!
Время шло, а их всё не было. Тревога начала перерастать в панику. На построении перед завтраком их отсутствие заметили уже все. Воспитатели перешёптывались, сверяясь со списками. Юля, не выдержав, подбежала к Семёну Викторовичу, который с каменным лицом наблюдал за суетой.
— Семён Викторович, а где Андрей и Артём? — спросила она, стараясь, что бы голос не дрожал.
Тот медленно перевёл на неё тяжёлый, непроницаемый взгляд. На его лице на мгновение промелькнула тень чего-то невысказанного, но тут же исчезла.
— Помогают мне в хозяйственном корпусе, — ровным, ничего не выражающим голосом солгал он. — Вчера хорошо так провинились. Теперь отрабатывают косяки.
— Понятно, — кивнула Юля, чувствуя, как камень лёг на дно желудка. — Вот балбесы… Чего вам не спалось?
Но её мозг лихорадочно соображал. Эта ложь была грубой и топорной. Семён Викторович был какой-то странный. Совсем на себя не похож. Если ребята натворили делов, то получили бы не только они, ну и все дети. Весь коллектив, был бы наказан.
Позже, после завтрака, прозвучала команда на общее построение. Воспитатели снова прошлись по списку, на этот раз выделяя отдельные фамилии. В итоге вперед вышли несколько человек, включая Юлю.
— Вам собрать свои вещи в сумки. Только самое необходимое, — сухо объявила одна из воспитателей. — За вами скоро приедут.
По строю детей пронёсся вздох — смесь надежды и страха. «Заберут»? Значит, нашлись семьи? Но почему так внезапно и почему только их?
Юля, ошеломлённая, подняла руку.
—А Артём и Андрей? Они тоже соберутся?
Семён Викторович, стоявший в стороне, ответил, не глядя на неё:
—Да. Но чуть позже. У них своя очередь.
Его голос был ледяным. Это прозвучало как приговор. Юлю отвели в спальню собираться. Она на автомате начала складывать свои небогатые пожитки, а сама прислушивалась к каждому звуку за дверью. Её сердце бешено колотилось.
Вскоре она услышала тяжёлые, удаляющиеся шаги Семёна Викторовича. Выглянув в коридор, она увидела, как его массивная фигура скрывается в дальнем конце, у лестницы, ведущей в подвал. Он огляделся по сторонам, достал из кармана ключ, отпер массивную замкнутую дверь и скрылся за ней.
Не думая, на одном лишь адреналине, Юля на цыпочках рванула вслед за ним, прижавшись к стене. Дверь в подвал была приоткрыта. Из темноты снизу доносились приглушённые голоса. И вдруг она услышала это... Тихий, сдавленный стон. Знакомый стон.
Сердце её упало в пятки. Не помня себя, она сделала ещё несколько шагов вниз по скрипучей деревянной лестнице, спрятавшись за поворотом.
В тусклом свете единственной лампочки подвал был заставлен старыми банками с соленьями и хламом. И прямо на голом бетонном полу, в самом центре, лежали двое. Их лица были бледными, испачканными грязью и запёкшейся кровью. У одного глаза были закрыты, у другого — едва приоткрыты, но в них не было ни капли осознанности. Это были Андрей и Артём. Стоящий над ними Семён Викторович что-то бормотал, развязывая им руки от толстого шланга.
Юля зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Вся правда, ужасная и невероятная, обрушилась на неё в тот же миг. Это было не спасение. Это было начало чего-то страшного.
Сверху, из-за двери подвала, донеслись радостные, возбуждённые крики. Ребята, которых «забирали», уже строились в холле, их голоса звенели надеждой и предвкушением новой жизни. Они смеялись, толкались, делились планами. Этот звук был таким ярким и живым, таким контрастным по отношению к ледяному ужасу, сковавшему Юлю.
Но она не могла радоваться. Каждый смех, каждый восторженный возглас отдавался в ней острой болью. Её мир сузился до тускло освещённого подвала, до двух избитых фигур на холодном полу и до массивной спины Семёна Викторовича, заслонявшей их.
Семён Викторович с отвращением посмотрел на бесчувственные тела мальчишек. Он резко развернулся, зачерпнул воду из стоявшего в углу ведра с тряпками и с силой выплеснул её на лица Артёму и Андрею.
Ледяная вода подействовала мгновенно. Они вздрогнули, закашлялись, с трудом приходя в себя. Их глаза, распухшие от побоев, с трудом фокусировались на огромной фигуре надзирателя.
— Слушайте и запомните раз и навсегда, — его голос был низким, шипящим, полным нечеловеческой злобы. — Вам ещë дико повезло, Если бы не сегодняшняя отправка. Я бы здесь вас и похоронил. Если хоть слово, одно слово проболтаетесь о том, что видели — вам будет не просто плохо. Вы будете молить о смерти, но её не получите. Поняли?
Они молча, испуганно закивали, с трудом двигая головами.
— Сейчас приведёте себя в порядок. Умыться, переодеться, соберёте вещи. Про синяки и ссадины скажите, что подрались друг с другом. Вас скоро заберут. Вести себя тихо и делать то, что говорят. — Он наклонился ближе, и его дыхание пахло мятой и чем-то металлическим. — Я буду следить за вами! Без глупостей! Особенно за тобой говнюк! - Семëн перевëл взгляд на Артëма.
В страхе, почти не чувствуя боли, мальчишки заковыляли к раковине в углу подвала, стараясь смыть с себя кровь и грязь.
Юля в ужасе быстро вылетела из подвала, чувствуя, как тело всë дрожит от страха. И вдруг она услышала что остальных ребят позвали спуститься в главный зал для «показа» гостям. Они выстроились в ряд, поставив свои скромные сумки. Напряжение витало в воздухе, смешиваясь с наигранной улыбкой воспитательницы.
— Ну, ребята, улыбочки! Гости уже подъезжают! — весело сказала она, но её глаза бегали по залу.
И тут из боковой двери, ведущей из административной части, вышли они. Бледные, со свежими, плохо скрытыми синяками под глазами и в уголках губ, но уже в переодетой одежде - Андрей и Артём. За ними, тенью, следовал Семён Викторович. Его взгляд, тяжёлый и предупреждающий, буравил спины мальчишек.
Они молча встали в конец строя, опустив глаза.
— Ребята! — не выдержала Юля, выскочив из строя. — Что с вами? Что случилось?
Андрей и Артём вздрогнули и одновременно посмотрели на Семёна Викторовича. Тот едва заметно покачал головой, и его взгляд стал ещё суровее.
— Да так… немного с Андрюхой не поделили — сиплым, чужим голосом проговорил Артём, уставившись в пол.
— Из-за игры в приставку ночью, — механически, как заученный урок, добавил Андрей. — Отрабатывали уборкой. Всё нормально.
Юля смотрела на них, и её охватывал леденящий ужас. Она видела неправду в каждом вздрагивании их рук, в каждом отказе встретиться с ней взглядом. Она знала. Она всё понимала, переводя взгляд на Семёна Викторовича.
И в этот момент тяжёлая входная дверь с громким скрежетом отворилась.
Вместо ожидаемых «новых родителей» или соцработников в зал вошли они: Человек в идеально сидящем строгом чёрном костюме, с бесстрастным, холодным лицом. А за ним - шесть военных в форме, в технической экипировке, с тёмными броне пластинами и шлемами с затемнёнными визорами и оружием. И на плече каждого — та самая, зловещая эмблема, которую Артём и Андрей видели на ящиках в сарае.
Тишина в зале стала абсолютной, давящей. Даже самые восторженные дети замерли, инстинктивно чувствуя исходящую от гостей угрозу.
Тот главный в костюме, с цифровым планшетом в руках, прошёл вдоль строя, сверяясь со списком. Его взгляд скользнул по синякам Артёма и Андрея, но не выразил ни удивления, ни интереса. Он просто кивнул Семёну Викторовичу.
— Контингент готов к отправке, — громко, чётко, как отчёт, произнёс Семён Викторович, вытянувшись по струнке.
Человек в костюме обвёл взглядом испуганных детей, особенно тех двоих, Артёма и Андрея. Его губы растянулись в тонкой, безжизненной улыбке, которая не дошла до глаз.
— Отлично. Несмотря на возникшие проблемы, вы хорошо справились Семëн, - пожал руку Семëну, глава этой организации. – Дети, проследуйте за нами. Ваша новая жизнь начинается. Сейчас.
Глава 2: Добро пожаловать, в Рейм-Берест!
— Не бойтесь дети — начал разговор мужчина в чёрном костюме, это был глава группы, он представился советником «Радара», со странным позывным «Рой» его фальшивый голос резал слух, как мел по доске. — Мы представители организации «Радар». Мы заберëм вас, в лучшее место! Вас ждет прекрасная жизнь: уход, питание, свобода передвижения. Вы будете жить в Рейм-Бересте, не мечта, а сказка! - но звучало это как заученная, бездушная речь, каждая нота которой отдавала ложью.
- «Какая нахрен сказка!? Не об этом я мечтал!» — пронеслось в голове у Артема. Внешний вид этих людей и их наигранные улыбки вызывали животный ужас. Он бы лучше сбежал с Андреем и Юлей, лишь бы не ехать с ними в неизвестность: «Особенно когда тебя дубасили и скинули в мокрый подвал. Вот это я понимаю — сказка!» — с горьким сарказмом думал Артём, смотря с ненавистью на Семёна Викторовича и на его рану на ноге от вчерашнего побоища. Он вспоминал эти обрывки, как страшный сон.
***
Свет фонаря ударил в лицо, ослепляя Артëма и Андрея. Артём инстинктивно прикрылся рукой, сердце колотилось где-то в горле.
— Вы как сюда попали?! — яростный, хриплый крик Семёна Викторовича разорвал тишину сарая, показавшуюся после этого оглушительной. Он стоял в проёме, как стена, перекрывая путь к отступлению.
— Мы… — растерянно промямлил Артём.
— Просто посмотреть… — тут же выдавил из себя Андрей.
Они переглянулись, застигнутые врасплох, как мышата в мышеловке. Страх сковал горло.
— Вам не следовало заходить сюда! — Семён Викторович сделал шаг вперёд, и его лицо, искажённое бешенством, выплыло из темноты. — Но вы пожалеете, что проникли в сарай!
Он сделал резкий шаг вперёд. Инстинктивно ребята рванулись к выходу, но путь им преградила его мощная фигура. Могучая рука с силой откинула Артёма и Андрея назад, Артëм ударился спиной о ящик, а Андрей свалился у прохода, и тут же тяжёлые кулаки обрушились на них. Первый удар по лицу оглушил Артёма, губа тут же распухла и наполнилась теплым, солёным вкусом крови. Рядом уже хрипел Андрей, пытаясь прикрыться от сыплющихся на него ударов.
«Надо что-то делать!» — мелькнуло в панике. Взгляд Артёма упал на ящик со шприцами. Не думая, не рассчитывая, только движимый слепым ужасом, он выхватил его, и с криком, собрав все силы, всадил Семёну в бедро.
Тот замер на секунду, смотря на торчащий из ноги шприц с невыразимым изумлением. Но ожидаемого падения не случилось. Напротив, его глаза загорелись холодной, безумной яростью.
— Сукин сын! — прошипел он и, выдернув шприц, швырнул его в сторону. Его пальцы впились в горло Артёма, сжимая его. При подняв к стене. Воздух перекрыло. В глазах потемнело.
— Отстань от него! — закричал Андрей. Он схватил старый деревянный стул и что есть силы врезал им Семёну по спине. Стул с треском разлетелся на щепки. Семён Викторович лишь вздрогнул, будто его огрели газетой. Он медленно, не отпуская Артёма, повернул голову к Андрею.
— Дураки… — только и выдохнул он.
Больше у них не было ни шансов, ни сил. Ярость взрослого мужика была слепа, жестока и беспощадна. Он швырнул Артёма на пол и обрушился на обоих, методично, безжалостно избивая до тех пор, пока темнота не стала затягивать их, густая и безразличная. Сознание уплывало обрывками: тяжёлое дыхание, тусклый свет лампочки под потолком, холодный бетонный пол под щекой…
Очнулись они уже в сыром подвале, со связанными за спиной руками. Сквозь туман в голове Артём услышал обрывки разговора у двери. Семён Викторович говорил по телефону, его голос был спокоен и деловит.
— …Да, нашëл их в сарае. Пытались оказать сопротивление… Оставить в живых?... Понял. В подвале на замке... Да, хорошо. Жду.. До завтра.
Артём через силу повернул голову к Андрею. Тот был в синяках, глаза слегка заплыли, но он дышал. В тусклом свете, пробивавшемся из-под двери, они молча переглянулись. Это был взгляд, в котором не было надежды — лишь пустота и обречённость.
Дверь с грохотом захлопнулась, щель под ней поглотила последний лучик света. Ключ дважды повернулся в замке, и наступила полная, давящая тишина.
***
После небольшой беседы с главой группы, началась неожиданно «проверка».
Один из людей в маске проходил вдоль строя детей, сканируя каждого каким-то странным устройством, похожим на гибрид планшета и медицинского датчика. Когда очередь дошла до Артема, прибор вдруг завизжал пронзительно и громко. Сердце Артема упало в пятки. Андрей и Юля тоже насторожились.
«Что такое!? Почему он пищит!?» - занервничал Артëм.
— Командир, смотрите, у этого пацана с телом что-то не так, — бросил военный своему начальнику.
— Не может быть! Они все проходили предварительное тестирование! Проверь еще раз! - голос начальника стал резким, как кинжал.
Второй раз прибор молчал. Третий — тоже.
—Ладно, глюк. Все в порядке, - отмахнулся глава группы. но его холодный взгляд еще несколько секунд буравил Артема, прежде чем перевестись на следующего.
Артем едва перевел дух, чувствуя, как подкашиваются ноги. По спине выступил ледяной пот.
- Держись Артëм, мы с тобой - тихо, но твердо поддержал его Андрей, стоявший рядом с ним.
Вдруг выяснилось, что детей на одного больше — нужно лишь десять. Один из парней, чья очередь была после проверки, был тут же отведëн в сторону и отпущен. Он пошёл с воспитателем, но уже не в свою комнату, а в другой корпус, скорее всего на те самые процедуры, чтобы он не помнил ничего. Артем и Андрей то-ли с горькой завистью, или с сочувствием смотрели ему вслед.
«Не знаю повезло ли ему, или нет, но это уже не важно…» - в мыслях промолвил Артëм.
— Вам больше нельзя подниматься на вверх, время у вас было достаточно, чтобы попрощаться с друзьями и собрать свои необходимые вещи. Обратно дорога закрыта. Сейчас вы идëте с нами! — Приказал глава, внимательно наблюдая за детьми, и смотря на своего подчинённого, проверяющий металодетектором их сумки.
- Всë чисто - заявил он, досматривая последнюю сумку.
- Отлично, теперь можно идти. - указал глава на выход.
Через минуту, они уже стояли на крыльце приюта. Большие железные ворота закрылись за их спинами с глухим лязгом, окончательно отрезав путь к прошлому. Семëн Викторович сурово продолжал смотреть у выхода на Артёма и Андрея, не произнося и слова, по взгляду и так было понятно о чëм он думал. В сорока метрах их ждал мрачный грузовой автобус с затемненными окнами, сопровождаемый двумя бронированными внедорожниками, на крышах которых свисали турели с пулеметами.
— Складывайте вещи в багажник. Вам выдадут их по прибытии, — скомандовал один из конвоиров.
Глава группы, проходя мимо, тихо, так, что услышал только Артем, прошипел:
- ..они больше вам не понадобятся.
Ледяная струя пробежала по спине Артема. Он хотел что-то сказать Андрею, но тот лишь сжал его локоть, предупреждая молчанием: «Тише. Ничего не говори, они слышат».
Двери автобуса отъехали с тихим шипением, обнажая темный, лишенный окон салон с двумя рядами жестких, парных кресел.
— По местам! Быстро! — прогремел голос начальника.
Один парень, Саша, с широко распахнутыми от ужаса глазами, отпрянул.
—Я никуда не поеду! Отстаньте от меня! Я останусь здесь!
Он развернулся, чтобы бежать, но не успел сделать и шага. Охранник двинулся с обманчивой легкостью. Раздался короткий, сухой хлопок, и тело Саши содрогнулось, сраженное шокером. Он рухнул на землю, беспомощно подергиваясь. Двое других солдатов молча, с отлаженными движениями, подхватили его и, не говоря ни слова, отнесли к одному из броневиков, и швырнули в багажный отсек. Дверь захлопнулась. Больше его никто не видел.
В наступившей гробовой тишине был слышен лишь сдавленный всхлип Юли. Больше никто не сопротивлялся. Они, как стадо, покорно зашли в холодное чрево машины. Двери закрылись, погрузив все в кромешную тьму. Лишь тусклые красные лампочки аварийного освещения с вверху рисовали на испуганных лицах зловещие тени.
Двигатель заурчал, и автобус тронулся. Артем сидел, вжавшись в холодную стену, чувствуя, как каждый мускул скован животным страхом. Он попытался разглядеть что-то в щель между дверями, но видел лишь мелькание фонарей и очертания Броневиков-военных
— Что с нами будет? — прошептала Юля, вжимаясь в Андрея, ее плечи мелко дрожали.
— Не знаю, Юль... — так же тихо, но уже без прежней суровости, ответил Андрей, прижимая ее к себе. Его рука, обнимающая Юлю предательски дрожала, выдавая весь ужас, который он пытался скрыть.
Автобус, подпрыгивая на кочках и неровностях, увозил их в неизвестность. Артём и Андрей молчали, каждый пытался осмыслить цепь прошедших событий и понять, что же делать дальше. Мысли путались, перескакивая с отчаяния на злость и обратно. Прошлое было отрезано навсегда, а будущее виделось черной, бездонной ямой.
Тишину в трясущемся, полутемном салоне нарушила Юля. Она прижалась к Андрею, словно ища защиты, и тихо, чтобы не слышали конвоиры в начале салона, спросила:
— Ребята... Что произошло? Это Семён Викторович, вас так? Я видела вас в подвале без сознания. Что случилось?
Андрей мрачно взглянул на Артёма, у которого щека была украшена фиолетовым фингалом, а костяшки на руках содраны в кровь.
— Не сейчас, Юль, — сквозь зубы прошептал он. — Позже расскажем. Не перед...
Его слова оборвал далекий, приглушенный звук. Не громкий, но тяжелый — глухой взрыв, донесшийся откуда-то со стороны леса. Автобус резко затормозил, заставив всех пассажиров податься вперед. Снаружи послышался визг тормозов сопровождающих машин.
Двигатель заглох. В наступившей тишине было слышно только частое дыхание и сдавленный вздох кого-то из детей. Красные аварийные лампочки бросали на стены и лица кровавые отсветы.
— Что это? — в панике прошептала Юля.
Двери автобуса с шипением разъехались. Солдаты «Радара», до этого неподвижно сидевшие в начале салона, мгновенно вскочили и, не говоря ни слова, выпрыгнули наружу. А глава группы - Рой, уверенно, как будто ничего не произошло, спокойной походкой прошёлся по салону автобуса, и задержался на секунду. Проходя мимо Артёма, он встретился с ним взглядом, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на предупреждение. Артём почувствовал ледяной холод, веющий от него. Затем Рой, сделал неловкое движение, и с его руки со звоном упал небольшой ключ, прямо к ногам парня. Рой быстро наклонился, будто чтобы поднять его, но лишь толкнул его ботинком под сиденье Артёма, едва слышно прошипел:
«Я знаю что вы проникли в сарай ночью. И я в курсе про ваш план побега»
Артём, от испуга заглотнул ком в горле.
«Даю вам второй шанс. Не зевай. Времени мало» — и, криво улыбнувшись, исчез в темноте, направившись к одному из бронетранспортеров.
- Что это было? - сердце Артёма заколотилось чаще. Он, не привлекая внимания, нагнулся и подобрал ледяной как лëд ключ. Ключ был, на кольце, с эмблемой «радара» и треугольным жалом на конце.
— О чëм он говорил? И что дал тебе? — прошептал Андрей, смотря вместе с Юлей на Артёма. Он аккуратно показал находку им.
- Он сказал, даю вам шанс и вот этот ключ. Для чего он?
- Что!? Он что помогает!?
- Не знаю... Но у нас нет времени разъяснять, надо найти от чего ключ.
Андрей, прищурившись, осмотрел ключ, потом его взгляд скользнул по стенам автобуса и остановился на небольшой металлической панели в конце салона, почти не заметной из-за освещения. На ней была едва видимая надпись: «Аварийный выход. Огнетушитель и инструмент».
— Панель — коротко бросил Андрей, и в глазах у Артëма вспыхнула искра понимания. — Ключ, от этой панели.
Внезапно из динамиков броневика всхлипнула рация, и голос, искаженный помехами и напряжением, разнесся по сторонам.
—...Третья группа! Нас атаковали! Силы неизвестны... прорываются! Требуется срочное подкрепление! Координаты...
Голос оборвался в треске и шипении. По спине Артёма пробежали мурашки. Солдаты «Радара» снаружи засуетились, послышались резкие команды, затворы автоматов взвелись с сухими щелчками.
- «Не знаю что это было. Откуда этот взрыв? И кто этот тип, что дал мне ключ?. Но возможно это наш шанс, сбежать по настоящему!» - сжимая в руке ключ готовился Артëм, к их побегу.
***
На другой стороне леса бушевал ад. База «Радара», еще недавно представлявшая собой оплот порядка, теперь пылала в нескольких местах. На нее обрушилась яростная атака отряда сопротивления — не простых боевиков, а сверхлюдей, чьи тела и воля были оружием массового уничтожения.
Лидер группы Молния, окутанная разряженными частицами искрящейся энергии, парировала очередь из автомата, обращая пули в дождь раскаленных брызг. Ее голос, громоподобный от напряжения, прорезал грохот боя:
—Всё, пора сматываться! Основное дело сделано, а сейчас сюда нагрянет вся их ярость! Мия ты всë!?
Мия, присевшая в тени разрушенного цеха, не отрывала взгляда от невидимой другим карты местности, проецируемой в ее сознании. Ее зрачки хаотично двигались, считывая информацию.
- Да, уже всë! Данные извлечены!
- Супер! Мы сделали всё, что смогли, — ответила Молния, выпуская разряд в группу солдат, заставляя их замереть в конвульсиях.
В этот момент к ним, спрыгнув с крыши, подбежала Пламя. Поджигая на еë пути солдата. Оставляя горящий след, за еë телом. Ее руки пылали алым огнем, а в глазах полыхала тревога.
— Ребят, никто не видел этих двоих идиотов? — выкрикнула она, опасливо оглядываясь.
—Сапфир и Флай? Они же только что тут были! - Молния резко обернулась, и ее лицо исказила гримаса ярости.—Опять?! Мия, найди их! Немедленно!
Мия на мгновение закрыла глаза, и ее «внутренний взор» ринулся сквозь стены и дым. Через секунду она снова смотрела на них, и в ее взгляде читалась дурная весть.
—Они... прорвались дальше, к центру. Идут на сближение с тяжелыми силами.
— Придурки! — выругалась Молния, с силой сжимая кулаки, так что между пальцами запрыгали синие молнии. — Я же говорила им держаться рядом! Никогда не слушают! Идем за ними, пока что-то плохое не случилось.
Но было уже поздно.
Над самой базой, с оглушительным ревом, от которого содрогнулась земля, зависли два массивных транспортных вертолета с опознавательными знаками «Радара». Борт одного из них распахнулся, и по спущенным тросам, словно стальные дождинки, на землю стремительно высадился отряд элитной охраны в угловатых, усиленных экзоскелетах. Их возглавлял - «Капкан». Его массивная фигура была закована в полированную броню, и на руках и на спине свисали многосуставные манипуляторы-клешни, в виде капканов. Которые сжимались и разжимались, с угрожающим шипением пневматики. Его шлем с черной прорезью для глаз медленно поворачивался, сканируя поле боя с холодной, нечеловеческой эффективностью.
Рядом с ним, словно его тень, возник его напарник Лезвие. Худой, с взъерошенными бардовыми волосами и вызывающими татуировками на лице, он походил на панка, забредшего не на тот концерт. И по его жесту из ладони с тихим шелезом выдвинулся короткий, искрящийся багровой стальной клинок, сделанный будто из запекшейся крови.
—О, а тут весело, — протянул он, подбрасывая вверх клинок и хватая его в полëте двумя пальцами.
— Сосредоточься, — металлический, лишенный эмоций голос Капкана прозвучал как удар хлыста. — Приказ — взять живьем. Никаких самодеятельностей. Пока я не дам добро.
Лезвие усмехнулся, и в его глазах вспыхнул озорной, опасный огонек.
—Ну, я ничего не обещаю. Как пойдет.. Посмотри на них, так и просятся, чтобы с ними... поиграли.
— Тогда будешь лично начальнику объяснять, почему от нарушителей остался только фарш, — Капкан повернул к нему шлем. — Уяснил?
— Да ладно тебе, скупердяй, — Лезвие вздохнул, но клинок у него в руке стал длиннее и острее.
— Не ладно, — поставил точку Капкан и вышел в эфир. — Альфа, заходи справа. Дельта — слева. Очищаем периметр. Мы с Лезвием идем в лоб. Концы в воду.
Их продвижение было не атакой, а методичным, неумолимым зачищающим ураганом. Солдаты «Радара», воодушевленные появлением подкрепления, сомкнули ряды. Силы сопротивления — Молния, Пламя и Мия — оказались зажаты в кольцо, их оттеснили к полуразрушенному ангару.