А82.1. Цена молчания
- -
- 100%
- +
Глава 1. Дом-работа-дом
Вступление
Какую цену готовы заплатить люди за своё молчание в те моменты, когда стоит кричать о нависшей над ними угрозе? Мы всегда находим оправдания своей трусости: семья, кредит, риск потерять работу. Многое из того, что помогает оправдать наше бездействие, приходит на ум, но не вижу смысла перечислять всё. Причина лишь в том, что мы боимся действовать и брать на себя ответственность. Всегда ждём, что кто-то сделает всё за нас. Но спасательного отряда детдомовцев, не успевших набрать кредитов, всё нет и нет.
За подобное мышление город Плисовск заплатил очень высокую цену. В своём дневнике я попытаюсь описать то, что пришлось пережить городу и его жителям за своё молчание.
Новости из НПЦ по животноводству
По всем городским средствам массовой информации прогремела новость, что в нашем научно-практическом центре началась работа над разработкой вакцины от ранее неизвестного штамма бешенства.
Смущало в этой ситуации то, что сам вирус был обнаружен в Смоленском районе, но разработку вакцины было решено осуществлять в Плисовске, куда и свезли всех заражённых животных. Хотя, как мне кажется, дело скорее в размере гранта, который Москва выделила за данную услугу. А городские чиновники, учуяв размер свалившейся на них котлеты, радостно предложили провести разработку вакцины именно в нашем НПЦ.
Рядовые жители, в свою очередь, высказывали недовольство и обеспокоенность. Но, как это у нас принято, публично это делало не так уж много людей. Большинство негодовали, не покидая пределов собственной кухни.
Вскоре можно было наблюдать привычную для наших мест картину с задержаниями самых громких активистов. Далее следовало увольнение с места работы, статья в трудовой книжке и прочие блага социально ориентированного вектора развития. В такие моменты кухонные борцы за правду чаще всего чувствуют непроизвольное внутреннее облегчение, связанное с тем, что их подобная участь не коснулась.
За пару дней все уличные недовольства удалось подавить. Самые громкие, по закону жанра отправились в местный следственный изолятор, более трусливые предпочли свою гражданскую позицию дальше курилки не выносить.
Первый звонок
Первый тревожный посыл я получил на третий день после начала вышеописанных событий.
В тот день у меня в гостях был сосед по лестничной площадке, работавший в нашем НПЦ. Небольшие застолья посреди рабочей недели для нас не такое уж и редкое явление. Изрядно выпив, он рассказал о том, что по научному центру ходят слухи о сбежавшей собаке, инфицированной тем самым вирусом.
Как-либо подтвердить эту информацию он не мог, поскольку являлся рядовым представителем технического персонала, а не научным сотрудником.
Понятное дело, что в ситуации подобно той, что сложилась у нас в городе, будут рождаться различные слухи и спекуляции на тему новой заразы. Хоть к данной информации я отнёсся не с той серьёзностью, с которой стоило бы, но телескопическую дубинку, хранившуюся у меня без дела, начал брать с собой перед каждым выходом на улицу.
Уже через пару дней размеренной жизни после полученной мною информации, я полностью успокоился, приняв для себя услышанное как обычную сплетню, гуляющую по рабочему коллективу НПЦ. Но, несмотря на это, на всех встречавшихся мне собак я по-прежнему смотрел с настороженностью.
Случай на работе
Работал я санитаром в местной больнице. Работы хватало, учитывая, что на дворе пандемия, вызванная недоваренной летучей мышью. По крайней мере, официальная версия звучит примерно так, а там кто уже разберёт, что они на самом деле произошло.
Ближе к обеду, я случайным образом застал женщину, которая привела своего сына на курс уколов от бешенства. Стандартная процедура после того, как вас укусил бездомный пес, который даже внешних симптомов данной болячки не имел. Так, на всякий случай. По инструкции положено. Я бы и внимания на это не обратил, не будь того застольного разговора с соседом.
Дорабатывая свою смену, я пытался побороть чувство тревожности, охватившее меня после случая с укушенным парнишкой. По дороге домой я решил купить водяной пистолет в ближайшем магазине детских игрушек. Слышал, что больные бешенством боятся воды, следовательно, не будет лишним брызнуть жидкостью в морду лающего на меня пса, который теоретически, может встретиться на улице в любой момент. Слегка странным было думать о подобной вероятности. За всю мою жизнь подобное было всего раз, да и то на пробежке. Рядовая ситуация, когда на бегуна лает собака, находящаяся за забором, ограждающим частную территорию от общественной.
На следующий день я снова увидел вчерашнюю женщину. На этот раз у хирурга, который накладывал швы ей на руку. Судя по количеству крови на кушетке, рана была не маленькой. Также моё внимание привлёк истерический плач особы.
Уже через несколько минут я понял, что далеко не боль являлась причиной столь ярких эмоций. Этажом выше, в стеклянном окне закрытой двери одного из кабинетов инфекциониста, я увидел её сына пристёгнутым к специальной больничной кушетке. Издавая душераздирающие крики, он пытался вырваться из прочно затянутых на его конечностях ремней. Мне было любопытно узнать, что с ним, но время, ограниченное выполнением должностных обязанностей, не позволяло мне этого сделать.
Весь день я провёл в инфекционном отделении с пациентами, больными пневмонией, которая в наше время была чересчур распространённым явлением. Когда моя смена подошла к концу, я, направляясь к выходу из больницы, любопытства ради, решил сделать это через этаж, на котором сегодня увидел того парнишку. Интересно, как он там. Вот только сделать мне этого не удалось.
Дверь на лестничном пролёте, через которую можно было попасть на этаж, охранялась человеком, с виду напоминавшим агента спецслужб. Скорее всего, сотрудник комитета государственной безопасности. На стекле самой двери виднелась жёлтая наклейка со знаком и надписью, гласящими о биологической опасности. Как я узнал от коллег на выходе из больницы, лифт на том этаже также не останавливался. Более того, кнопка лифта с номером данного этажа была заблокирована.
Во дворе больницы было огромное количество сотрудников правоохранительных органов. Медперсонал, собственно, как и рядовые силовики, не совсем понимали, в чем дело. В курсе событий, скорее всего, были руководящие офицеры, которые координировали действия, не сообщая лишней информации. Я же направился домой, где на полпути мне вспомнился разговор о сбежавшей собаке, что заставило меня ускорить шаг, дабы быстрее добраться до своего логова, где я благополучно открыл бутылку стоявшего в тумбе коньяка, дабы хоть немного снять стресс и иметь возможность сегодня уснуть.
Утро в новом мире
Проснулся я достаточно рано. Виной тому были громкие хлопки, раздававшиеся из разных точек города. На минуту мне показалось, что это были звуки выстрелов, искажённые расстоянием, на котором находилось место действия относительно моего дома.
На улице было пять утра. Учитывая летнее время года, за окном было уже светло. Выйдя на балкон с целью посмотреть происходящее на улице, я обнаружил, что не мне одному пришла в голову подобная мысль. Из множества балконов выглядывали зеваки, которых, как и меня, привлекли непривычные звуки. Но на улице по проспекту Мира и находящимся рядом парке, не было ни души. Всё было привычно спокойным для столь раннего времени.
Находясь уже на кухне в процессе варки утреннего кофе, меня посетила мысль о том, что я не увидел на улице ни одного дворника, которые в такое время обычно и населяют городское пространство, наводя порядок. Я снова посмотрел в окно, надеясь увидеть хоть одного человека. Людей на этот раз я увидел, но совсем не тех, что ожидал. Вдоль проспекта проходил патруль вооружённых военных. Причём в их амуниции был весьма интересный элемент, который в обычной форме я никогда не видел. Это было похоже на защиту для рук, которую используют кинологи при дрессировке псов, но меньшей толщины.
Патруль резко остановился и в один миг принял боевую стойку. Глядя на предполагаемую линию огня, я заметил бездомного с виду мужика, походка которого была, на первый взгляд – странной. Для бродяги он передвигался слишком быстро. Лицо его было вытянуто вперёд, будто он что-то вынюхивал. Повернув немного голову, он заметил военных, в сторону которых незамедлительно побежал. Раздались выстрелы. Бедняга упал замертво.
В этот момент мне стало не до кофе. В прихожей зазвонил мобильный телефон. На дисплее высветился номер моего начальника с работы. Подняв трубку, я услышал панический голос, который велел мне сегодня не сунуться не только на работу, но и на улицу. Также была рекомендация включить радио и местный телеканал, по которым в ближайшее время должны были сообщить важную информацию касательно происходящего в городе.
Экстренное включение
Ближе к семи часам утра местная радиостанция и телеканал начали прокручивать на повторе информацию следующего содержания:
«Внимание! Жители и гости города Плисовск. Убедительно просим вас не покидать своих домов. Настоятельно рекомендуем закрыть все двери и окна. Окна, по возможности завесить шторами. Уверяем вас, что ситуация находится под полным контролем властей города и военных. В ближайшее время мы дадим более подробную информацию о ситуации в городе. Не выключайте радио и телевизор».
Нетипичность утренних событий выбила меня из колеи. Впервые я не знал, что делать, куда идти и что думать. Моё недолгое погружение в себя было прервано звуком летящего самолёта. Выглянув в окно, я испытал недоумение, поскольку это был бомбардировщик. Я это знал наверняка, поскольку на прошлой неделе видел такой же в военной телепередаче.
Пролетая предположительно над НПЦ по животноводству, из бомболюка было сброшено несколько объектов, после чего спустя считаные секунды раздались взрывы. Затем самолёт взял курс на больницу, находясь над которой повторил свои действия.
Смекнув, с чем это может быть связано, я отправился к соседу, работавшему в НПЦ. После пятиминутного постукивания в дверь никто не отозвался. Было такое ощущение, что все вымерли. В подъезде ни звука, полная тишина. Я вернулся в квартиру, закрыв за собой дверь на все имеющиеся замки.
Минута на размышление
Я уже понимал, в чём тут, скорее всего, дело. Уж слишком много совпадений. Сбежавшая, по слухам, собака с новым штаммом вируса, покусанный парнишка со странной симптоматикой и слишком коротким для обычного бешенства инкубационным периодом.
Вдобавок ко всему, локации, связанные с вышеперечисленными событиями, были подвержены бомбардировке. А если брать в расчёт и то, как хладнокровно расстреляли того бродягу на улице, невольно задумываешься о том, что вряд ли они занимались эвакуацией людей перед бомбёжкой.
Желание пробраться на улицу и разведать обстановку боролось с инстинктом самосохранения, который заставлял меня сидеть дома и не высовываться. Мои раздумья прервал очередной новостной выпуск, который гласил следующее:
«Ситуация в городе под полным контролем! Ранее на улице орудовали люди, находящиеся под воздействием неизвестного наркотика. Ими были совершены теракты в здании больницы и НПЦ по животноводству. Но больше поводов для паники нет! Военные полностью контролируют город и уже задержали почти всех нарушителей. В течение следующих двух суток, город полностью вернётся к привычной жизни. А пока – оставайтесь дома».
Снова у них наркоманы во всём виноваты. Хотя не первый раз ведь, пора и привыкнуть уже. Теракт, говорите? Ну да, будто я один видел бомбардировщик. Идиотская у вас привычка, товарищи, обосраться на глазах у всех, а после утверждать, что это не вы.
Откинув возмущение, я решил проверить свои запасы провизии. Хранящихся у меня продуктов питания должно было хватить на необходимый период. Надеюсь, они управятся за два дня, как обещали.
Выходной
Второе утро подряд мне не давали выспаться звуки выстрелов за окном. Сегодня они были даже регулярнее и доносились почти из каждой точки города.
Я сразу же потянулся за телефоном в надежде узнать, есть ли новости по ситуации в городе, но меня ждал очередной сюрприз! При наличии интернет-соединения, ни один информационный ресурс не открывался. Ни одно интернет-издание, ни одна социальная сеть, ни один развлекательный портал – ничего не работало. Позже я заметил, что доступ был лишь к сайтам местных государственных учреждений и порталам ведущих государственных СМИ.
По количеству доступного мне контента я понимал, что день будет крайне "весёлым". Благо дежурная бутылка коньяка и привычка скачивать сериалы на ноутбук, а не смотреть онлайн (благодаря чему у меня и накопилась приличная кинотека), давали надежду пережить этот день на более позитивной ноте.
Распивая коньяк во время просмотра сериала, на который у меня, наконец, нашлось время, я и не заметил, как ближе к обеду выстрелы затихли. В дальнейшем я был сосредоточен не на просмотре сериала, а на звуках, доносящихся с улицы. Четыре часа прошли без единого выстрела.
Чутка устав от просмотра, я направился на кухню приготовить себе обед. Пока варились пельмени, я пытался высмотреть на улице признаки жизни. Но, на проспекте не было ни единой души. Посмотрев под окна дома, я заметил бродившего по газону парня, походка которого была в точности как у застреленного бродяги. Стоило мне крикнуть ему, как его взгляд тут же устремился на меня. Глаза бедолаги были налиты кровью, а изо рта обильно вытекала слюна. Я уже понимал в чём дело, что и подвигло меня проверить одну теорию, которая в дальнейшем могла мне помочь. Набрав воды в целлофановый пакет, я запустил им в парня. Стоило воде попасть ему на кожу, как все его тело будто схватили многочисленные судороги, после чего раздался душераздирающий крик. Спустя считаные секунды он бросился наутёк в городской парк, где и пропал из виду. Странным был и тот факт, что после подобного снова наступила тишина. Ни зевак, торчащих из окон в попытках рассмотреть источник шума, ни звуков паники в соседних квартирах. Мёртвая тишина.
Пора на разведку
Собравшись с мыслями, я всё же решился выйти на улицу с целью разведать обстановку. Поразмыслив о снаряжении, которое мне, вероятнее всего, пригодится, я остановился на выборе водяного пистолета и охотничьего ножа, который до этого момента выполнял сугубо декоративную функцию, лёжа на полке.
Нож мне, по сути, на всякий случай нужен был. А водяной пистолет, как оказалось, я тогда купил не зря. Как чувствовал. Бешеные эти от воды шарахаются как чёрт от ладана.
Покинув пределы квартиры, я в первую очередь пробовал стучаться во все попадавшиеся на моём пути двери соседей по подъезду. Никто не открывал. Звуков за дверями также не было слышно. Будто все сбежали в ближайший супермаркет за пятничными скидками. Спустя некоторое время, потраченное на тщетные попытки обнаружить кого-либо из своих соседей, я добрался до заветной двери, за которой начинался старый мир, начинающий жить по новым правилам.
Глава 2. Прогулка по свежему воздуху
Стоило мне выйти из подъезда, как перед моими глазами предстала картина, увидеть которую я никак не ожидал. На лавочке около подъезда, как ни в чём не бывало, покуривал сигарету мой сосед по подъезду Виктор Трофимович. Двор, на удивление был, мало того, что совершенно безлюдным, но и привычного скопления припаркованных автомобилей не наблюдалось. Расспросив соседа о том, что ему известно о происходящем в городе, я узнал много интересного.
Оказывается, вокруг города возвели кордон, препятствующий людям покидать его пределы. Всех, кто приближается ближе, чем на сто метров – расстреливают без суда и следствия. Помимо множества до зубов вооружённых военных и единиц боевой техники, на кордоне по всему периметру активно возводится бетонный забор. Всё настолько серьёзно, что за ночь был выкопан ров, который после заполнили водой и пустили электричество. А для тех, кого ров не прикончил, наложили минных полей.
Удивительно, как может измениться мир за один день. Пока я занимался просмотром сериалов и опустошением запасов алкоголя, на границе города массово расстреливали людей, которые, вопреки рекомендациям властей попытались его покинуть.
Но этим не ограничилось. Пока свезённые со всей страны силовики отстреливали людей на кордоне, солдаты с местной воинской части занимались гражданскими внутри города, причём также без разбора.
Я не особо хотел верить в подобное, но дядя Витя убедил меня в том, что обычная прогулка по городу развеет все мои сомнения. Я возразил: «А как же бешеные, что бродят по городу?». Виктор Трофимович сказал: «Их не так много, чтобы бояться».
В любом случае я собирался прогуляться до ближайшего отделения полиции, которое, к моему счастью, находилось не так далеко. Проспект Мира, на котором я жил, прямо выводил на Сухогрядскую улицу, где и находилось необходимое мне учреждение.
Поскольку выстрелов не было слышно уже достаточно большой промежуток времени, я решил идти по главной улице. Так будет проще своевременно обнаружить бешеного и сориентироваться, в какую сторону бежать. Если брать в расчёт возможного противника с огнестрельным оружием, то вряд ли солдат-срочник сможет попасть в цель более чем с 70-100 метров. Это ведь не траву зубной щёткой в зелёный цвет красить, тут опыт нужен.
Пробираясь вдоль проспекта Мира в сторону улицы Сухогрядской, я часто замечал, как из окон домов выглядывали люди, лица которых излучали чрезмерную степень запуганности. При всём этом на улице было достаточно спокойно и безлюдно. Непривычно было видеть тела убитых людей на родных улицах. Не сказать, что были прямо горы трупов, но одиноко лежащие тела всё же встречались. Проходя возле редакции местной газеты, я заметил даже труп военного на противоположной стороне улицы, через дорогу. Что ещё больше привлекло моё внимание, так это наличие у него оружия, которое по логике вещей, уже должен был спереть какой-нибудь случайный прохожий. Но раз этим прохожим стану я, то так даже лучше.
Только я собрался переходить дорогу, как из здания библиотеки в панике выбежал пожилой мужичок, который бросился в сторону этого же вооружённого мертвяка. Я же решил спрятаться за стоящую машину и наблюдать за происходящим, поскольку до заветного оружия ему было сильно ближе, чем мне. Присмотревшись, я вспомнил его. Он был сотрудником библиотеки, с которым мне приходилось пару раз иметь дело, посещая данное заведение.
Схватив АК-74, он обернулся в сторону входа, откуда в этот момент выбегала женщина, у которой невооружённым глазом прослеживались признаки инфекции: неразборчивые громкие выкрики, агрессивное поведение и обильное выделение слюны, которая буквально стекала изо рта.
Направив дуло автомата на бешеную преследовательницу, он попытался выстрелить, но что-то пошло не по плану. Вероятнее всего, винтовка не была снята с предохранителя. Забавно, но посещая библиотеку, порой можно было слышать, как он хвастался своей службой в рядах КГБ. Рэмбо, сбивавший натовские вертолёты из рогатки, попутно уничтожающий вражеские полки при помощи одной лишь сапёрной лопатки, как оказалось, не знал про предохранитель в огнестрельном оружии. Уже в следующий момент бешеная оказалась достаточно близко, чтобы вцепиться ему в шею. Раздался визг, подобный тому, который вы слышите при срабатывании системы оповещения антивируса «Касперского».
Когда всё нормализуется, я наверняка буду скучать по его угрозам судебных разбирательств из-за просроченных книг, но сейчас мне следовало воспользоваться моментом и двигаться дальше. Начав свой ход, я обратил внимание на окно дома, из которого с ужасом в глазах за происходящим наблюдала пожилая женщина. И я на секунду призадумался, каково им, совершенно беззащитным людям, которые не способны постоять за себя, что сводит их выживаемость в подобных условиях к нулю. Но потом вернулся к мысли, что своя рубаха дороже чужой шкуры, и последовал в сторону отделения полиции.
Проходя вдоль швейной фабрики, я обнаружил, что двери и окна на всех проходных заколочены. В принципе, в сложившейся ситуации хорошо иметь бетонный забор, а единственные места, из которых возможен вход на территорию – заблокировать всеми возможными способами. Но хватит ли внутри ресурсов, чтобы долго держать осадное положение? Это, как-никак швейная фабрика, а не пищеблок. На местном рынке и вовсе было безлюдно. Ворота нараспашку и, если смотреть со стороны, прямоходящих форм жизни там не наблюдалось.
Я приближался к пункту своего назначения. Дорога у отделения полиции была устлана колючей проволокой, и численность трупов вокруг явно превышала то количество, которое я видел по дороге сюда. Пытаясь аккуратно переступать проволоку, я случайно задел штаниной одну колючку. Раздался звон. Оказалось, по краям каждого отрезка проволоки были прикреплены небольшие колокольчики.
В следующее мгновение, из-за забора отделения полиции вылетел непонятный объект. А ещё через несколько секунд я на личном опыте понял, что это была светозвуковая граната. На мои крики о том, что я нормальный, а не заражённый, ответа не последовало. Но от участка я решил отбежать как можно дальше.
Через минуту я заметил, что на звуки гранаты начали стягиваться инфицированные. И не пару штук, а несколько десятков и со всех сторон. Воды в пистолете отпугивать всех не хватит, а размахивая ножом против такого количества противников, долго не протянешь. Что было силы, я побежал в сторону рынка, в надежде забраться на крышу торгового павильона. В этой пробежке не обошлось без столкновений, но заряда водяного пистолета хватило, чтобы отпугнуть желающих укусить меня за все возможные места. Адреналин, в свою очередь, помог быстро забраться на один из торговых киосков. Спустя минуту, весь торговый ряд, на крыше которого я находился, был окружён заражёнными, безрезультатно пытающимися добраться до меня.
Минут через пятнадцать, я от большего успокоился и ко мне вернулся полноценный рассудок, позволяющий адекватно оценить происходящее. Тогда-то я и понял, что менты придумали достаточно интересный способ защиты. Обычный кусака, запутавшись в проволоке, скорее всего, быстро умрёт от кровопотери. А если вдруг человек, пробирающийся через это препятствие, случайно задевает проволоку, прилетает граната, приманивающая своим звуком ближайших больных, которые и ликвидируют цель. Да и по звону легко понять, кто запутался. Если одиночный звон, либо аккуратный и тихий – это наверняка человек. А если колокольчик начинает звенеть как не в себя – значит, запутался бешеный, который и сам скоро помрёт.
Интересно было порассуждать на эту тему, но был вопрос важнее. Как мне выбраться из сложившейся ситуации?
Глава 3. Дождь
Провёл я на крыше около двух или трёх часов, как мне тогда казалось. План спасения в голову никак не приходил. Была надежда на то, что где-нибудь раздастся громкий звук и вся эта орда побежит на него. А побежит ли вообще? Вдруг, если инфицированные знают, что потенциальная жертва прямо перед носом, то не станут отвлекаться на посторонние шумы и прочие факторы. Благо голод меня ещё не мучил. Но до сих пор не давала покоя мысль: «Откуда их столько взялось?». Ведь пройдя по городу около двух километров, я встретил всего одну особь, а тут на звук от гранаты сбежалось сорок семь штук. Да, я успел их пересчитать, находясь на крыше. В тот момент это был единственный способ занять себя чем-либо, дабы хоть немного отвлечься от сложившейся ситуации.
Решение проблемы возникло неожиданно и, само собой. Начался дождь! Неожиданностью он стал потому, что небо хоть и было весь день пасмурным, но эта погода воспринималась в последние дни, как норма, без предпосылок к осадкам.
Бешеные, которых накрыли осадки, мерзко завопив, начали разбегаться по ларькам, под крышами которых им удавалось укрыться от воды. Те, которым места в укрытии не хватало, находясь определённое время под воздействием воды, начинали хвататься за шею, после чего падали на землю, дёргаясь, как казалось со стороны, от возникавших судорог по всему телу, после чего умирали.
Как только внизу стало безопасно, я спустился с крыши павильона на землю, чтобы убраться как можно дальше от этого проклятого места. Инфицированные даже и не думали бежать за своей жертвой. Покинув территорию рынка, моему взору открылась неожиданная картина. На улицах города начала появляться жизнь!
Люди хоть и немного, но начали заполнять улицы, отправляясь на выполнение дел, необходимых для выживания: добыча медикаментов, еды, одежды и иных необходимых предметов быта. Мне сразу в голову пришёл роман Ричарда Мэтисона «Я – легенда». Тоже постапокалиптический мир, в котором одни орудуют ночью, а другие, точнее, другой, днём. Только в нашем случае вместо дня и ночи, фигурирует дождливая и без дождливая погода.