- -
- 100%
- +
Тоннель проплывал мерным стуком колес в окнах старого вагона. «Ежик» неумолимо клонил в сон, одурманивая пассажиров запахом старинной кожи и многочисленными запахами, которые вдыхали его вагоны на протяжении десятилетий.
В это время, в практически пустом вагоне «Ежика», ехал в полудреме один паренек и дермантиновой куртке, обычных джинсах и обычных кроссовках а-ля «как у всех» и с рюкзаком на левом плече. Студент, такой же, как я. Звали его Мишка Кузнецов. Я знал его до того момента, как вышел на Октябрьской, а он поехал на «воробья», как он всегда называл смотровую над «лужей». Почему знал? Да потому что больше ни я, никто либо другой его никогда после того дня не видел. Одно я только знал – он знал, что произойдет…
Так или иначе, однажды, идя из универа по Никольской в метро, я вынужден был остановиться у самого вестибюля. Прямо передо мной возник как из ниоткуда старик. Хотя я четко понимал, что люди пока еще не умеют материализовываться из воздуха, один его вид заставил меня насторожиться.
Если закрыть один глаз, отойти метров на 10 и прищуриться, можно было бы сказать, что перед вами стоял бы тогда типичный стиляга 80-х. Но все-таки, это был не стиляга, хотя бы потому что стиль одежды старичка значительно отличался от понимания панковых ребят эпохи гласности.
Постараюсь описать его, как запомнил.
Небесно-синий пиджак с узкими лацканами. Чуть более темный жилет на белой рубашке интересного кроя с фигуристыми отложными воротниками, отделанными вышитыми оливковыми ветками изумрудного цвета. Брюки были в цвет пиджака, а туфли! Их не было. Было некое подобие туфель, состоящее из подошвы и передника. Боковой стороны и задника у них не было, во всяком случае, на первый взгляд. Образ довершала круглая седая, но небольшая борода топориком и такой же неординарный зачес на сторону, крашенный в цвет чуть темнее бороды, ближе к шатену. Вся эта фантазия сумасшедшего модника была скрыта сзади и по бокам классическим городским плащом-пальто цвета хаки.
Этот старикашка сначала бегло осмотрелся по сторонам и позади себя, а когда взгляд его остановился на мне, я как будто наткнулся на невидимую стену. Взгляд этот показался мне, почему-то, очень знакомым. Он медленно подходил ко мне. В руках у него было что-то в свертке, на что, однако, я не мог заставить себя посмотреть на его руки. Как будто, гипнотическая сила глаз старика сковала меня и повелевала разумом.
Он протянул мне правую руку и я автоматически протянул свою для рукопожатия. Но вместо этого пальцы почувствовали шершавую и хрустящую плотную бумагу. Сам же старик, не отрывая взгляда, несколько растяжно произнес:
– Дэн… Вот и встретились. Возьми и прочти. Ты все поймешь, здесь все написано как надо, как Иван Викторович учил. И не ищи меня, прошу, все равно не найдешь до поры до времени.
С последней фразой я потерял сознание и упал на камни тротуара.
Через некоторое время я открыл глаза и увидел белый халат рядом с моей головой. Смутно ощущалась игла шприца, всосавшаяся в левое предплечье. Люди, столпившись, шумели как весенний ручей, на разные голоса. Осмотревшись по сторонам, я увидел толпу людей. Все они были обеспокоены и озадачены одновременно. Справа от меня сидела на корточках девушка, державшая в руках мой сверток.
– Вы в порядке? – спросила он.
– Д-да, спасибо, – бросил я и медленно, с помощью врача встал на ноги. Никакого недомогания больше не было. Приняв от девушки сверток, я постарался побыстрее вернуться в общагу.
Вернувшись в общагу и заютившись в уголок, максимально удаленный от постоянных мест студенческого обитания, я положил книгу старика перед собой и стал ее рассматривать, прежде чем открыть. Это был ежедневник, но весьма разбухший от множества вставных листков, так что, надо быть осторожнее с ним.
Открыв книгу с форзаца, я обнаружил, что тетрадных и пергаментных листков, старых фотографий и странных электронных устройств, напоминающих пленку, там больше, чем самого ежедневника. Аккуратно подвинув в сторону содержимое, я увидел надпись, оставившую меня в глубоком молчании. На форзаце моей рукой и рукой Миши было записано: «22 июля. Мы торжественно обещаем, что будем следовать во всем вместе, разделяя взгляды, убеждения, поступая одинаково в похожих ситуациях, как следует поступать джентльмену».
От этих слов и далее за меня расскажет о случившемся мой друг, Миша. Что он пережил, вы и не поверите, пока сами не переживете подобное мысленно, вместе с ним.
Глава 2. Ежик. 3 октября 2020 года
Тяжела жизнь и неподъемны мысли, когда встаешь в понедельник утром после знатной тусы в общаге. Но зато как легко думается в поезде метро по возвращении с последней, шестой субботней пары. Впереди – воскресение… Время, которое можно использовать с пользой. В смысле, поспать.
Да, «Ежик» неумолимо клонил в сон, одурманивая пассажиров обманчивым запахом старинной кожи и многочисленными воспоминаниями и мыслями, которые вдыхали его вагоны на протяжении десятилетий. Сколько людей, сколько судеб, сколько волнений, сколько эмоций, сколько увидели эти кресла? Не счесть. А сколько обручальных колец, сколько девчоночьих пальчиков и грубых мужских рук увидели его поручни? Что думали эти люди, чем жили, к кому они ехали, куда опаздывали? А может, ехали просто ради забавы, ради того чтобы отдохнуть от удушливого горячего летнего воздуха раскаленной летней Москвы? Может, именно на том самом сиденье, где сидит пожилая женщина в черепаховых очках, сидели когда-то парень с девушкой в диких «варенках» и болтали невесть о чем. Может, они просто молчали. Но этой женщине это самое кресло и эти самые воспоминания дороже любых денег, любых слов, всего, что может прийти в голову. Для нее нет ничего лучше, как вспомнить свою молодость и давно ушедшее тепло…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.