Когнейровир 2. Дед из Кибергорода

Пролог

Киберпространство, общий открытый сервер, 2081 год

Совершенно незаметный для всех, Треш терпеливо ждал, когда сойдутся Ред Стар и Тинтан. Правда, противоборствующие стороны еще даже и не появились в его поле зрения. Но битва неизбежна; крупные силы азиатов ранним утром уже высадились на побережье и перегруппировывались, когда наблюдатель покинул прибрежную зону.

Он устроился в расселине среди нагромождения серых замшелых камней, куда изредка залетали порывы легкого ветерка. Древние развалины Валор Касла были местом, где редко что происходило. Зато дальше в долине располагалась стратегически важнейшая цитадель Каэр Мар, за владение которой рубились самые мощные альянсы. Обширная территория на архипелагах, которой сейчас безраздельно владели славяне, позволяла подобраться к цитадели с трех направлений, в том числе и через руины, где спрятался и ждал Треш, предвосхищая, что именно здесь произойдет что-то интересное.

Мелкий и незначительный клан, в котором он состоял, не соперничал и не собирался конкурировать с крупными объединениями. И не владел не то что замком, у них даже не было резиденций в каком-либо городе. Таких кланов были сотни – а может и тысячи. Десяток оборванцев бродяжничал по Фэнту и Техно, тихонько пробирался в средние и высшие локации, не вступая в бесконечные сражения населяющих виртуальную реальность. Гнаться за рейтингом, лучшей экипировкой или бесконечным развитием им было не нужно.

Они наблюдали.

Треш увидел первыми стройные ряды воинов Тинтан. Они пробирались по широкой дороге, пролегающей через развалины. Разведчики шастали вокруг основных сил, бдительно осматривая путь армии, но скрытого среди камней соглядатая не замечали; укрытие и маскировка Треша успешно позволяли ему оставаться незаметным для любопытных глаз. Азиаты не спешили, но шли уверенно и им не было числа.

Со стороны цитадели к ним уже поспешно выдвигались заградительные отряды Рэд Стар. Их было значительно меньше. Треш с сомнением склонил голову набок – при любом раскладе им будет невероятно трудно отбросить многочисленное войско Тинтан. Проще было обороняться в долине.

Битва началась, Валор Касл огласили крики. Орда ринулась в бой, заметив защитников, в воздухе и на земле завертелись огненные вихри и частые вспышки молний. Рэд Стар сделали ставку на чародеев, выкашивающих азиатов сотнями. Со стороны казалось, что преимущество стремительно ускользало от Тинтан.

Треш даже усмехнулся, увидев, что задумали азиатские лидеры. Пока боевые маги Рэд Стар косили «зерг», большое количество разведчиков, оказавшихся убийцами, просочились через первые линии обороны и нанесли удар. Внезапная диверсионная атака свела на нет слаженные действия волшебников, они сбились в группы по несколько игроков и принялись обороняться.

Началась свалка и неразбериха, количество убитых росло в геометрической прогрессии. К Тинтан подошло подкрепление и в воздух взвилась бескрайняя туча стрел. Треш оценил действия азиатских предводителей: у Рэд Стар было мало шансов увернуться от дальнобойного оружия, а убийцы вовсю пользовались прокачанной ловкостью и уворачивались от стального дождя.

Впрочем, уже скоро стало ясно, что славянские силы отступать и не собирались. Наспех выставленные защитные заклинания прогибались под каскадом стрел, пока чародеи заряжали последние, самые мощные заклинания. Большая часть Рэд Стар под прикрытием остатков первых линий обороны бросила разрушительную мощь на основные силы Тинтан, игнорируя диверсантов. Волна прокатилась по всей дороге, сминая наступавшее пушечное мясо и дальнобойные отряды. На поле боя остались редкие группы сражающихся.

Избежавшие гибели убийцы метались среди оставшихся волшебников, но те уже приспособились уничтожать их, не подпуская к себе. Маги Рэд Стар победили и добивали остатки уже отчаявшихся и замерших диверсантов мощными, бьющими по площади заклинаниями, не позволяя скрыться. Треш внимательно следил за всем происходящим. Очередной магический шторм из сполохов огня и молний, накрывший несколько фигур, рассеялся через несколько секунд и там ничего не осталось, кроме трупов в неестественных позах. Которых было меньше на одного.

Треш оживился – вот это уже было интересно. Ничто в Когнейровире не исчезает бесследно.

Панель ограниченного административного доступа открылась, явив множество сохраненных логов. Он ввел серию команд и очистил ненужное, отследив цепочку алгоритмов в архиве локации. Последовательно отсеивая информацию, Треш многозначительно хмыкнул, найдя нужное и для уверенности проверив еще раз.

Поверх панели по его приказу открылась расширенная база. Вбив в поиск нужную информацию, он вернулся в игру и быстро ушел от поля боя. Нужная строка подсвечивалась сияющим изумрудным цветом.

«Статус персонажа Р1Ван: онлайн. Здоровье 100%. Локация: Архипелаги, Каэр Мар, восточное крыло, арсенал три».

– Обнаружено применение нелегального программного обеспечения, расследование проведено агентом 1658. Дополнительная информация и логи слежения высланы сопутствующим файлом, – Треш отправил голосовое сообщение, выслал данные и вернулся к управлению игрой.

В окрестностях Каэр Мара было еще много работы.

Часть 1: Дезориентация

Глава 1

Реальность, Гонконг, 2081 год.

Руслан не шевелился, боясь, что дикая боль вернется. Липкий страх все еще не отпускал оцепеневший разум, заставляя его инстинктивно сжаться в микроскопический комок, пока страшная опасность не уйдет. Ни единой мысли не было, он весь превратился в крошечный напуганный сгусток, зарывшийся максимально поглубже. Как мультяшный страус, спрятавший голову в песок.

Удивительно, что может страх сделать с человеком. Экзистенциальный ужас перед смертью ломает об колено все разумные паттерны поведения, цунами паники накрывает гигантской волной, заставляя хаотически метаться в поисках спасения, которого не видно. Всего лишь несколько минут назад он резвился на просторах когнитивной нейронной виртуальности, а сейчас замер в мягком кресле, откинув голову на подголовник. Да нет, оказывается, не минут, а несколько часов назад. В главном меню когнейровира показывалось не только уведомление: «Соединение было разорвано, подключение перенастроено, игровая система готова к работе», но и таймер, на котором было пять часов утра.

Что произошло?

Он провалялся без сознания всю ночь?

И какой еще удобный подголовник, если в его крошечной квартирке у кресла была жесткая и неудобная спинка?

Вопросы, сплошные вопросы.

Руслан чувствовал себя паршиво, руки и ноги были как будто не свои, ватные и неуправляемые. Даже головой было трудно пошевелить. А затылок ныл от тупой и непрекращающейся боли. Пора было заканчивать притворяться овощем и что-то делать. Не особо соображая, он отдал приказ восстановить соединение с виртуальностью. Меняющая форму иконка ожидания весело завертелась перед взором. Бесцельно сосредоточившись на ее выкрутасах, Руслан приходил в себя.

Последнее, что он помнил, это как тренировался с очень сильным противником, прокачивая навыки в городе мастеров. Потом его накрыло волной боли, от которой сейчас не осталось и следа. Говорил же доктор – не волноваться, но нет же, влез по уши в игру и, походу, сердце начало шалить, подав недвусмысленный тревожный сигнал.

Хорошо, хоть не помер.

Сфокусировав зрение, он нахмурился. Иконка загрузки продолжала бестолково плясать перед ним. Слишком долго. Старик раздраженно инициировал переподключение и свернул когнейровир. Досада, от того, что все идет наперекосяк, только усиливалась от безнаказанно тормозившей техники. Вот только новую достать было не…

Удивленно вытаращившись на стоявший перед ним новенький голографический экран, он просто потерял дар речи.

На изящной подставке, к которой крепилась рамка голографического проектора, выделялся ярким пятнышком логотип очень известной фирмы, производящей аппаратуру высшего ценового класса. Голография была изумительного качества, он впервые видел ее так близко. Подвижное изображение в виде крепко сложенного и ловкого воина, застывшего в движении среди огненных всполохов, явно не имело ничего общего с его простым рабочим столом, на котором обосновалась статичная картинка с уютным пейзажем альпийских лугов. Очень сомнительно, что пока Руслан пропадал в глубине когнейровира, кто-то вломился к нему и поменял допотопный монитор на это явно недешевое современное чудо техники.

На столе за экраном виднелся куб непонятного назначения, по краям стола как будто видели в воздухе небольшие цилиндры. Такое он видел и ранее – аудиосистема, элементы которой прикреплялись к полу и потолку. Наверняка позади него были еще колонки. А на стене перед ним расцветали огромные золотые лотосы. Невероятно красиво, но любоваться ими старик и не подумал.

С трудом опустив взгляд ниже, он не увидел своей простенькой клавиатуры, только чистую темную поверхность стола. Освещение было мизерным, но он четко разглядел древесную структуру. И это явно был не повсеместно использовавшийся дешевый и привычный биопластик, а настоящее дерево, к которому так и тянуло прикоснуться. Или это была очень добротно сделанная репликация. Трогать столешницу он не стал.

«Этого не может быть» – про себя произнес он, не решившись разорвать тишину словами.

Возникло ощущение нереальности происходящего, как будто окунулся в воду с головой и резко вынырнул, да так, что в глазах потемнело. Дыхание сбилось, и он разлепил пересохшие губы, жадно хватая ртом воздух. Приступ паники был близко и, зажмурившись, старик глубоко вдохнул и отогнал подкрадывающуюся истерику. Если бы это был сон, он бы тут же проснулся, привычно вынырнув из кошмарного сновидения.

Вздрогнув, он попытался подняться, но тело слушалось плохо и ничего не получилось. Руслан сел прямо на краю кресла и застыл в ожидании. Ничего страшного не произошло. Медленно повернув голову, он огляделся.

Комната была большой, с высоким потолком. В широком окне мерцали слабые огни снизу и виднелось ночное небо с только начинающимся рассветом. У окна стоял стеллаж, на полках лежали мелкие предметы, разглядеть которые не представлялось возможным в сумраке. За высокой спинкой кресла с широким подголовником действительно замерли в воздухе тыловые компоненты аудио системы. На стенах посередине золотые гербарии прорезала светлая панель с непонятной темной штукой в центре, больше всего напоминавшей какую-то чудовищную рожу, которая держала в пасти кольцо.

«Бред какой-то, стремные галлюцинации» – Руслан все еще не решался говорить вслух, подсознательно опасаясь, что начнется еще больший тихий ужас. И так все было слишком странно и непонятно.

Он еще раз постарался все последовательно вспомнить, но прошедшие часы как будто выветрились из памяти, стерлись, как информация с носителя. Кратковременная амнезия ему казалась невозможной; ни разу в жизни его память не терялась бесследно. Ну, кроме нескольких случаев сильного алкогольного опьянения и одного печального опыта с приемом пси.

Тем не менее в этой оглушительной тишине он уже чувствовал себя героем какого-то невероятно реалистичного хоррора, подсознательно ожидая, когда начнется главная пугающая часть. Может, это новая фишка когнитивной нейронной виртуальности? Поместить игрока в состояние многоэтажного липкого сна, заставляя испытать новые эмоции? И как завершить этот слегка затянувшийся квест?

Глаза уже немного привыкли к темноте, кровь насытилась кислородом от глубокого дыхания, и он продолжил вглядываться в свой кошмар. В углу комнаты стояла кровать, чем-то зацепившая его внимание. На вид обычная, застеленная бледным в ночном свете бельем, с высоким изголовьем, на котором тенями выделялся объемный рисунок с то ли иероглифами, то ли просто азиатской абстракцией. Но смутило его не все это, а размеры.

Лежбище было маловатым для взрослого человека.

– И-и… – матерно произнес Руслан и от неожиданности прикусил язык, резко захлопнув челюсть. Вырвавшийся изо рта писк мало чем отличался от мяуканья котенка. Вытаращив глаза, он притих и больше не пытался ничего сказать.

Вытянув руку, он прищурил глаза, когда на столешнице замерцала линиями и символами клавиатура. Коснувшись эмблемы селф-камеры он в недоумении уставился на появившееся внизу экрана изображение. Одновременно включилась мягкая подсветка наверху.

Мальчишка с выпученными карими глазами неподвижно сидел на кресле с высокой спинкой, от которой к шее протянулись тоненькие информационные шнуры. Густая шевелюра темных волос была взлохмачена, вихры непослушно торчали в разные стороны. Белая заляпанная пятнами футболка висела на острых плечах как на вешалке, на шортах лежала смятая упаковка от шоколадного батончика. Тонкие костлявые ноги болтались в воздухе, темно-синие носки не доставали до пола.

«Да что за…» – Руслан замер, не успев даже и додумать мысль. Потому что изображение пацана на экране начало двигаться.

А также двигались его собственные руки и голова.

Селф-камера отключилась, развернулось подключение, которое как раз установилось. Меню создания персонажа весело мигало подсказками, выбором пола и пока затемненными параметрами тела.

– Что случилось? – услышал Руслан высокий детский голос. – Где мой перс?

«Это когнейровир» – с облегчением подумал старик.

– Как это? Я еще в игре? – недоуменно спросил мальчик и добавил недоверчивым тоном: – Но я же дома.

Руслан оцепенел, продолжая чувствовать, как двигается его и одновременно не его тело. Невероятная реалистичность происходящего пугала до помутнения рассудка. Если это новые возможности когнитивной нейронной виртуальности – то просто десять из десяти. Но больше всего ему сейчас хотелось придушить разработчиков.

Где тут долбанная кнопка выхода?

Или же стоит принять правила игры и побыстрее с этим всем покончить. Руслан постарался сформулировать внятную мысль и продумал ее так, как будто говорил вслух.

«Чтобы играть дальше, необходимо выпрыгнуть в окно, и тогда когнитивная нейронная виртуальность вернется к работе в обычном режиме».

– С восьмидесятого этажа? – в голосе мальчика послышался страх.

«А как ты еще собираешься пройти этот ужасный квест?»

– Кто вы? Админ? У меня защищенное подключение с элитной страховкой.

«Конечно, админ» – поспешно согласился Руслан, слегка озадаченный очень человеческим поведением пацана: – «Кто же еще будет с тобой здесь разговаривать. А теперь встал и вышел в окно».

В ответ мальчишка фальцетом выкрикнул что-то непонятное и явно нецензурное. Руслан ничего не понял – пацан прокричал фразу на китайском.

«Вот мелкий засранец»!

– Русский? Так и знал!

Руслан запоздало понял, что подумал слишком громко и на родном языке.

Ситуация явно вышла из-под контроля и начала стремительно накаляться.

Пока он обдумывал дальнейшие действия, мальчик отключил соединение с когнейровиром и, протянув руку назад, вытащил коннекторы. Щелкнула крышка в спинке кресла, шейный ободок убрался в нишу и снова раздался щелчок. Руслан понял, что он встал и куда-то идет. Зажегся свет, озарив комнату и позволяя рассмотреть все в деталях, но старику было не до этого.

Двигался и действовал пацан, а Руслан чувствовал, что идет по мягкому настилу пола он сам!

«Куда ты поперся?»

Мальчик замер. Медленно повернул голову и со страхом уставился на свое отражение в зеркале возле двери. Подняв руки к голове, коснулся висков и, вытаращив глаза, заорал:

– Убирайся из моей головы!

Глава 2

Реальность, Гонконг, 2081 год.

Рэми никогда не испытывал подобного страха.

Голос, засевший у него в голове, замолк. И от этого становилось еще более не по себе – а вдруг вернется?

Когда-то он боялся темноты. Лет в шесть, он несколько месяцев не мог толком уснуть, практически выключаясь под утро с первыми лучами восходящего Солнца. До сих пор он не мог ложиться рано и иногда оставлял свет включенным. В десять лет он побаивался сверстников, объединившихся против него с целью насмешек. В тринадцать…

Рэми даже не хотел вспоминать.

Сейчас его беспокоила проблема посерьезнее. Может быть даже стоило поискать в Сети признаки сумасшествия, потому что другого объяснения он пока не видел.

Голос, мерзкий и скрипучий, как могвай, затаился. Наверняка задумал какую-то коварную пакость, делая вид, что исчез. Его фантазия так и представляла отвратительное морщинистое существо, с маленькими злыми глазками и огромной непропорциональной пастью, щерившийся в ухмылке. От этого было только хуже. Рэми был мальчиком, но не дураком – знал, что проблемы не решаются сами собой. Его удачей в жизни была мама и получение подарка от Искадавра. И, как показала практика, за все наступает расплата.

Но сейчас ему было просто страшно. Уже сам факт постороннего присутствия пугал так, что поджилки тряслись. А к чему это может привести, воображение мальчика уже на славу постаралось вообразить. Рэми не любил смотреть ужасы, но пару раз видел сюжеты, как нечто сверхъестественное порабощает людей, заставляя их следовать злой воле похитителя. Со стороны это кажется глупо и даже нелепо, пока сам не попадешь в подобный переплет.

А он попал на полную катушку.

Немного успокоившись и вернувшись к игровой системе, Рэми подключился и запустил когнейровир. Чтобы понять, что произошло, нужно вернуться к исходному состоянию. Или даже запросить помощь от техподдержки.

Мальчик издал негодующее восклицание. Рэмис был недоступен. Он очень долго пробовал все способы подключения, даже неоднократно попытался зайти по старинке без использования нейроинтерфейса – все оказалось бесполезно. Расширенная информация об ошибке подключения выдавало безапелляционное: «Соединение с биоритмическим аккаунтом невозможно, нарушение прав безопасности и конфиденциальности». И еще кучу бесполезной технической информации, которой он не понимал.

Другие игроки заходили в когнейровир беспрепятственно, даже использующие нейроинтерфейс. Сеть бурлила возмущениями по поводу кратковременного отключения, на лаконичные разъяснения и ответы технических служб реагировали как всегда негативно. Известные медийные личности подливали масла в огонь выдвигая логичные или же совсем безумные теории.

Безуспешные старания так ни к чему не привели. Рэми провозился с игрой все утро и большую часть дня, наскоро перекусив шоколадным батончиком, которой сцапал с прикроватной тумбочки после похода в туалет.

На гудевший вызовами три раза смартком он не обращал ни малейшего внимания – не до того было.

Вернувшись к тому, с чего начал, он бесцельно осматривал меню создания персонажа, старательно избегая призывно мерцавшей кнопки «начать». Потеря Рэмиса казалось нереальной, вызывала неверие, а потом и удушливую ярость, от которой мальчика даже немного затошнило.

Он в который раз уже перечитал полученный полчаса назад ответ техподдержки.

«Уважаемый пользователь, здравствуйте. Пожалуйста, проверьте работоспособность вашего нейронного интерфейса, так как судя по информации административных серверов, только ваши биоритмические показатели не совпадают с привязанными ранее, все остальное в полном порядке. Сбросить биоритмическую привязку не представляется возможным. Благодарим вас за обращение в Службу Поддержки когнитивной нейронной виртуальности. С уважением, команда Когнейровира.

– С увязением, – вслух передразнил, скривив лицо, Рэми. Текст ответа он уже знал наизусть. Дальнейший диалог с техподдержкой ни к чему не привел, а угрожать мальчик не решился. Как минимум, это было бы бесполезно в любом случае – он даже не знал, отвечает ему человек или робот.

У него слегка болела голова и начинало клонить в сон. Мальчик нашел на столике у двери остывший зеленый чай, оставленный прислугой еще днем, и выпил половину чашки. Он бы сейчас не отказался от газировки, но уходить в ее поисках от игровой системы не хотел. Отчаяние неразрешимой проблемы и ранний подъем давали о себе знать навалившейся усталостью.

А еще невозможность вернуться в привычный игровой мир.

«И что мы будем делать?»

Рэми вздрогнул от неожиданности и замер на минуту. Вернувшийся голос совсем тихо прозвучал у него в голове, но отчетливо и до ужаса пугающе.

Руки сами потянулись к услужливо вспыхнувшей на столешнице клавиатуре и открыли поисковик, забив фразу: «голоса в голове».

– Ты кто? – прошептал Рэми, глазами пробегая список появившихся на экране строчек с указанием сайтов и ссылками на статьи.

«Дед из Кибергорода».

Ответ был таким нелепым, что в любой другой момент просто рассмешил бы мальчика. Но не сейчас.

Молчание затягивалось. Рэми бесцельно скроллил список по запросу. Часто попадающиеся словосочетания вроде слуховых галлюцинаций или ярко выраженной шизофрении удручали. Взгляд зацепился за что-то знакомое. Нейроинтерфейс и побочные эффекты от использования.

«Ты очень громко, но рандомно думаешь и зачастую на английском. Знаешь, малой, я рад бы свалить куда подальше, но кажется, мы с тобой влипли. Поговорим?»

– Нет, – твердо вслух произнес Рэми, стараясь изо всех сил держаться уверенно. – Уходи.

«Не тупи, малой. Я же прямо сказал – не могу. Ты уверен, что это не когнейровир? Мне кажется, ты живой человек, а не виртуальный неигровой персонаж».

Рэми не ответил, сменив поисковый запрос на «как послать русского подальше». Выбрав одну из фраз, отчетливо произнес.

– Zdrisni po horoshemu, mood duck!

«Очень смешно». Мальчику даже показалось, что незваный собеседник тяжело вздохнул. «Как тебя зовут? Раз уж я вляпался, давай выходить на контакт и стараться разрешить ситуацию».

– Никаких переговоров с террористами, – безапелляционно заявил Рэми услышанной от взрослых фразой и продолжил более высоким от волнения тоном. – Здесь есть только я, и я у себя дома. Ты должен уйти, исчезнуть. Прошу тебя, как человека.

«Ну и… с тобой».

Голос посередине произнес что-то неразборчивое, вероятно снова на русском. Рэми отключился от нейроинтерфейса и встал, быстро зашагав по комнате из угла в угол. К двери и к окну. И обратно.

Наступал вечер, темнело и в видневшемся за стеклом Кибергороде зажигались миллионы огней. Здесь, в элитном районе Гонконга, была прекрасная видимость. Точки гелиодронов, мерцая габаритными огнями, медленно двигались в наступающем сумраке. Вдали вертикально спускались четыре возвратных ступени ракетоносителя, направив яркие выхлопы к поверхности. Синхронно, лишь одна была чуть ниже других на самую чуточку.

Мальчик прислушался. Звукоизоляция была совершенной, ни единого звука снаружи не проникало в тишину помещения. Голос молчал.

– Определенно, я сошел с ума, – тихо проговорил Рэми, задержавшись у окна.

Вот только он не чувствовал себя поехавшим. Скорее напуганным, уставшим и до слез обиженным за свалившийся на него каскад неудач. Он все же вышел из комнаты и прошел по заполненному мягким светом коридору на кухню. Открыв одну дверцу холодильника, обнаружил тонизирующий напиток с улыбающейся мультяшной рожицей. Свинтив крышку, выпил половину прохладного содержимого, нажав кнопку подачи льда. Ледяной кусочек выпал на ладонь, и мальчик прислонил его ко лбу, продержав до того момента, как первая капля упала на нос.

Не полегчало, но жажду он утолил. Быстро и бесшумно вернувшись в комнату, Рэми долго не решался подойти к игровой системе. Взяв в руки смартком, смахнул с экрана уведомления о пропущенных вызовах и задумался, взглянув на услужливо всплывшую иконку связи с экстренной службой помощи.

Нажать на светившийся красным значок он не решился.

Уже не в первый раз он чувствовал себя беспомощным. И очень не хотел снова оказаться в центре внимания, среди суетящихся вокруг него людей. Привычный и понятный мир вокруг него опять рушился и Рэми всеми силами старался не упустить его, как будто вцепившись в утекающий свозь пальцы песок. Как бы он хотел вернуться в безоблачное детство, но это было невозможно.

Теперь у него даже не было последнего пристанища – бескрайних просторов виртуальной реальности. Потому что нейроинтерфейс сломан, а играть новым персонажем, да еще старинными методами управления он отчаянно не хотел.

Надежда на то, что все само собой наладится все же перевесила прагматизм. Он подключился, удобно устроился в кресле и запустил когнейровир. Диагностика аппаратуры показала, что все работает стабильно. Прикрыв глаза, Рэми начал игру и не услышал смены музыкального фона, как при обычном появлении в виртуальности.

Рэмиса больше не было, перед ним снова красовалось меню создания персонажа.

Обида снова захлестнула все его мысли, глаза защипало. Дар Искадавра, его победа в турнире – все было зря. Он уже знал, что комплект защиты и оружие, полученные им, были уникальными, собранными из редчайших материалов со всех потайных уголков игровой вселенной. И не одна неделя ушла на их изготовление и зачарование. Альянсы и даже коалиции только приближались к изготовлению подобной экипировки. А кинжал и вовсе был единственным в когнейровире: получить его можно было только с небольшим шансом после прохождения длинной цепочки квестов с хаотически меняющимися параметрами для одного игрока. Малейшая ошибка в выполнении этой серии заданий вела к провалу. И только Искадавр умудрился все это пройти, просто отдав все Рэми и исчезнув.