Легенды Солнечной системы: Поколения

Пролог

Пространство орбиты Сатурна, 210 год к.э. (2172 год н.э.)

– Конгломерат ты или космополит, а?

– Рамон, я…

– Молча-ать, говно перед начальством! Вот ты мне русским языком скажи, какого квазара мы не знаем, где эта долбанная во все щели «Корона» болтается?

– Ya po russki tolko na hui mogu posla…

– По-английски, идиот!

Рамон распекал младшего по званию из разведки десять минут, процесс изрядно уже надоел. Разведчик стоял, весь пунцовый, и уже не знал, как бы побыстрее и незаметнее провалиться под грунт Титана.

Последние сутки все были на взводе. Диверсия, настоящий террористический акт, всколыхнул все структуры Конгломерации ЮСа. Главнокомандующий Виррин отправился на Оберон, разгребать все последствия на месте, перед этим дав Рамону недвусмысленный приказ: найти и уничтожить.

– Охватить миллиарды кубокилометров пространства физически невозможно, – разведчик собрался с мыслями и размеренно продолжил. – Особенно если противник оснащен РЭБ-покрытием корпуса. Отследить станцию реально только по сигнатурам импульсов, при условии, что мы знаем, где искать изначально. Но мы всегда на шаг позади.

– А вы не знаете?

Рамон прекрасно понимал, что отследить сравнительно новенькую станцию сложно. Сложно, но реально. Против них играли время и расстояние, разведка сильно полагалась на технику, потому и получала информацию с опозданием.

«Корона», станция наемников с экипажем из самых лютых отморозков Солнечной, появлялась всегда неожиданно. Они брали задания, выполняли их и так же стремительно исчезали в пространстве. Их командир, Тимофей Ларган, стал особенно популярен в последний год, вдохновляя массы людей по всей Солнечной. Излишне романтизированный авантюрист, для Рамона он был сейчас целью номер один.

– А мы не знаем. Аналитики переломали себе головы, пытаясь сопоставить противоречивые данные и найти алгоритм действий наемников, – разведчик развел руками. – Вот только алгоритма не существует.

– Зашлите к ним агента, работайте изнутри.

Когда два года назад началась первая холодная космическая война, о Тиме с его «Короной» просто забыли, отложив на второй план. По обрывочным данным, он улизнул с орбиты Земли после солнечного шторма, устроенного самими землянами. Еще пять экипажей наемников мотались по Солнечной, появляясь то там, то тут. Один был полностью уничтожен силами Альянса Марса. Командиры наемников бросили остатки боевого отряда, от которых в живых осталось несколько человек, взятых в плен. Станции наемников не удалось уйти – ракета, выпущенная с марсианского военного дредноута, уже на излете поразила цель, превратив станцию в атомную пыль.

Враждующие непримиримые фракции, непонятный статус межпланетных корпораций, оголтелые скачки курсов валют и постоянное напряженное ожидание удара извне – такова была реальность в Солнечной. Внутренние планеты – Земля, Венера и Марс держали свои подразделения в постоянной боевой готовности, но открытых столкновений не было. До этих дней.

– Рамон, думаете мы не пытались? Последнего взашей выгнала капитан станции. И мы не представляем, как она его раскусила. Не хуже меня знаете, что нам нужна новая сенсорная техника, а командование нам ничего не дает.

– Теперь у вас больше нет права на ошибку, – жестко произнес Рамон и направился к выходу из штаба разведки.

Технологии. В них упиралось очень многое в Солнечной, особенно на дальних рубежах. Конгломерация ЮСа смотрела в будущее, строила звездолеты. И лишь немногие понимали, насколько хрупка реальность перед внешними угрозами не в виде вселенной, а исходящие от людей.

Титан, самый важный спутник Сатурна, был населен самыми лояльными конгломератами. Именно здесь располагался совсем недавно перестроенный штаб разведки Конгломерации ЮСа – громадное кольцо восьми километров в поперечнике с постоянной гравитацией вращения в две трети земной. Этого хватало, с непривычки после невесомости даже было тяжеловато. Рамон прибыл на Титан через три часа после инцидента, прервав отдых на Тефии.

Наскоро изученные материалы заставляли задуматься. Атакующие высадились прямо на верфь Оберона на шести десантных капсулах, оснащенных спаренными лазерными турелями. Как оказалось, десант без опознавательных знаков провел точечное наведение движущихся на огромной скорости со стороны Солнца сейсмических ракет. Капсулы успели взлететь, одну с поврежденным двигателем унесло в пространство, остальные смылись. Страшные взрывы ракет вызвали тектонические сдвиги, разрушившие верфь до основания. Было повреждено еще два купола, эвакуация людей продолжалась до сих пор.

Под обломками верфи был похоронен корпус почти достроенного второго межзвездного космолета.

Рамон, как и Виррин, не сомневался, что это дело рук наемников. Разумеется, подозрение сразу же пало на самый дерзкий экипаж Солнечной. «Корона» Тима, станция-невидимка, наверняка сейчас улепетывала прочь от Сатурна на всем форсаже двигателей.

– Внимание, сограждане, просьба пройти в ближайший эвакуационный узел!

Рамон, как и многие, тут же повернул, следуя вспыхнувшим на полу и потолке мигающим стрелкам. Динамики голосами диспетчеров повторяли тревожную формулу через каждые пятнадцать секунд. Уже через две минуты Рамон занял удобное кресло в ряду и пристегнулся. На его терминал пришло сообщение.

«Код желтый, вероятный противник в пределах орбиты, возможны боевые действия. Подробная информация будет позднее».

Сообщений оказалось два. Второе прилетело от космофлотских.

«Сторожевик СВ46 «Герман Линг» потерян в вероятном боестолкновении у Марса».

– Твою ж в перехлест через все клюзы…

– Все в порядке, офицер? – поинтересовалась девушка слева в яркой гражданской одежде, с эмблемой научного института Каллисто. Она пыталась вести себя непринужденно, но Рамон сразу заметил ее волнение по дрожащим пальцам и ерзанью в кресле.

– Ничего такого, с чем бы не смогли справиться конгломераты, – он даже улыбнулся и руки девушки перестали дрожать.

На орбите Сатурна рыскали более полусотни станций. Пилоты космических штурмовиков замерли в креслах, слившись с машинами в единое целое и готовые на страшной скорости обрушить весь боезапас на противника. Гарнизоны спутников ощетинились автоматическими скорострельными орудиями и хищными боеголовками противоракет. Чуткие нейтринные сенсоры и фрактальные радары обшаривали каждый кубический сантиметр пространства.

Конгломерация ЮСа хотела мира и поэтому готовилась к войне.

***

Майк сжал зубы и случайно прокусил губу. Солоноватый вкус крови он даже не сразу заметил. Облизнув ранку, подбородком снова вдавил клавишу вызова командования. Отклика не было.

Все пошло наперекосяк под самый конец – а как все хорошо начиналось!

Они высадились в капсулах прямо на головы конгломератам. Расстреливая неуклюже убегающие фигурки персонала верфи, Майк даже скалился, представляя себя в тире. Да это было круче, чем тир! Он, штурмовик-наемник, в свои девятнадцать уже прошедший три боевые операции, атаковал вместе с братьями по оружию одну из самых крупных верфей Солнечной. Громадина строящегося звездолета закрывала звезды, на ее фоне мерцали лишь полупрозрачные тактические данные на щитке шлема.

Он перестал стрелять по убегающим конгломератам и замер, прикрывая наводящего в заранее оговоренном на инструктаже секторе.

«Наемник – это ствол в боевой амуниции. Все прочее – эмоции, чувства, свобода воли и индивидуальность личности – всего лишь обвес, который крепится на этот ствол».

Слова из Кодекса Наемников вдохновляли.

Наводящий сверил последние данные на закрепленном лазерном целеуказателе и хлопнул его по броневому наплечнику. Майк поднял вверх кулак и, разжав его, указал направление на капсулу. Вспышки вверху он заметил слишком поздно. Сразу нырнув под навес в трех метрах от капсулы, раздраженно цокнул языком. Наводящий распластался на плитах верфи, в его спине зияла дыра размером с паек космопрова.

Майк задрал голову и осторожно выглянул из-под навеса. Крупнокалиберного орудия нигде не было видно. Нужно было добраться до капсулы как можно быстрее, или он все равно погибнет, когда кулаки ракет размолотят верфь.

«Наемник – призрак, управляющий куском мяса под напряжением, надетым на кости, сделанные из звездной пыли. Как он может кого-то бояться?»

Слова из Кодекса Наемников ободряли.

Майк рванулся и в три прыжка очутился возле капсулы. Вбил себя в нишу, автоматика тут же закрыла роликовые шторы. На экраны шлема высветились изображения с происходящем вокруг капсулы. Два ярких луча мазнули с краю экрана – это спаренная лазерная установка среагировала на движение и выстрелила, не получив отклика от запроса свой-чужой.

Изображение поехало вниз – капсула взлетала. Майк выдохнул и тут же глаза его раскрылись от неожиданности. Капсулу тряхнуло, один из экранов выключился. По ним стреляли!

Совсем рядом с капсулой пролетела шестидесятиметровая башня ракеты и на страшной скорости проломила плиты верфи. Капсула сменила траекторию направления и экран открыл всю панораму творящегося на верфи. Разгневанный дождь из сотни ракет ломал плиты, строительные леса, корпус звездолета. Пробив грунт на несколько десятков метров вглубь, монстры сдетонировали, и вскоре вся поверхность Оберона вздыбилась, как будто что-то рвалось из-под поверхности спутника.

Он отключился на несколько секунд, когда капсулу закрутило и перегрузка резко выросла до двенадцати G. Автоматика боевого скафандра врубила противоперегрузочные протоколы, но векторная величина была слишком большой.

Очнувшись, Майк скосил глаза в нижний угол. Все три его соседа по капсуле были мертвы. Наводчик остался на верфи, ставшей его могилой, а еще два силуэта горели красным – наемники были мертвы. Штурмовика он знал по имени – тихая девочка Миа. Когда нервничала, вечно мазала по мишеням, уводя оружие вверх.

Майк снова и снова жал подбородком на клавишу вызова, не замечая стекающих по губам каплям крови. Скафандр давно уже впрыснул ему дозу успокоительного, после всплеска адреналина.

«Наемник не должен бояться. Страх – убийца разума, смерть, уничтожение и провал. Наемник встретится лицом к лицу со своим страхом. Наемник позволит ему пройти через себя и сквозь себя. И когда страх покидает тело и разум, наемник обратит внутренний взор на его путь; там, где был страх, не будет ничего. Остается лишь наемник без страха».

Слова из Кодекса Наемников успокаивали.

Ускорение уносило капсулу все дальше в пространство.

***

После пяти импульсов еще сутки двигались на ионном приводе. Сигнал ускользал, и капитан «Ремкорры» дал еще один импульс наперерез.

На третьи сутки сблизились с источником сигнала, уравняв скорость и траекторию. Богдан в шлюзе хлопнул Фиону по шлему и венерианка повернулась к парню, злобно сверкнув взглядом. Богдан поднял большие пальцы, увидев у нее на поясе табельный плазмер. Инструкции, будь они неладны. Вот только она теперь никогда не забудет оружие. Не те времена.

Источником сигнала оказалась капсула нестандартной конфигурации: разбитая и разлохмаченная, с торчащими во все стороны внутренностями систем. Богдан полез в верхнюю часть смотреть «тормоза» – инерционные одноразовые патроны на гидразине, способные погасить скорость летящей в пустоту капсулы. Фиона полезла вдоль нижней части.

Капсула имела форму удлиненного ромба. Первая грань была с пустой нишей, внутри ничего не было, кроме мигающих в аварийном режиме систем. Во второй грани, как и в третьей, было жуткое месиво из кусков скафандров с обледенелыми останками. Судя по рваным краям в третьей нише, очередь из крупнокалиберных вольфрамовых болванок прошила капсулу насквозь.

– Кэп, у меня тут два жмура, – отчиталась Фиона.

– Нехорошо, – проскрипел оставшийся на «Ремкорре» капитан.

Последнюю нишу пришлось вскрывать, Фиона не сразу нашла утопленный в корпусе рычаг аварийного вскрытия. Свернувшяся вверх тонкая штора открыла перед ней сидящего человека в боевом скафандре. Рука рефлекторно потянулась к поясу за плазмером. Человек медленно опускал направленный вверх ствол штурмового оружия. Фиона вскрикнула и выстрелила в упор несколько раз.

– Что ты там орешь? Третий жмур оказался страшнее первых двух? – веселый голос Богдана под конец заглушили помехи. Жмоты на Каллисто уже полгода не хотели ставить новую систему связи на «Ремкорру». Фиона глубоко вдохнула.

– Иди в Вальхаллу, воин, погибший в бою, – пробормотала Фиона слова обряда, – Да! Немного на тебя похож, я и обосралась, что это твой брат и придется еще и его тупорылые шутки терпеть на пути назад!

– Какая же ты иногда сука, Фиона, – засмеялся Богдан.

Сверкнувшие языки гидразина погасли, снизив скорость капсулы, Фиона и Богдан выключили все системы и погасили сигнал. Выкинув трупы, свинтив все ценное и работающее, они установили расплавители и вернулись на борт «Ремкорры». Под огромной температурой оставшаяся скорлупа капсулы сплавилась в небольшой куб, который закрепили на внешнюю обшивку и вскоре «Ремкорра» уже возвращалась домой, на Каллисто.

Глава 1. Наемник судьбы

Пространство между орбитами Венеры и Земли, 209 год к.э. (2171 год н.э.)

Между ритмами и аккордами нового хита Солнечной вкрался посторонний звук. Несмотря на то, что музыка в техническом отсеке орала всего на два деления ниже полной громкости, Тим услышал дребезжание переборок. Подкравшись к двери, он высунул голову и прислушался. К дребезжанию добавилось гнусное хихиканье и подозрительные шорохи.

Тим занырнул обратно в отсек и командным доступом вывел на экраны изображения с камер. Ну конечно, наемники решили развлечься. На этот раз жертвой оказался Рав, самый молодой. Отбить парня у шутников уже не представлялось возможным – Егор и Арми трамбовали спальный мешок в душевую. Еще секунда и Дитер запер дверь, включив подачу воды. Казалось, даже переборки вздрогнули от вопля Рава.

– Бля…

Вырубив музыку, Тим поплелся в командный отсек. Недавно пониженная гравитация вращения в одну десятую земной делала вес тела легким, но оставляло массу. С непривычки Тим вписался плечом на входе и завалился в командный, потирая ушиб.

– Ты выглядишь так, как я себя чувствую, – повернувшись в его сторону, произнесла капитан Фариса. Тим кивнул, ногтем мизинца ковырнув в ухе. – Шайка клоунов Рава утопили.

– Есть чем высокоградусным помянуть? Кстати, проверь давление насосов в трюме, вроде починил.

Фариса отвернулась к пульту, впрочем, не перестав громогласно ворчать.

– Трепло! Кто уверял меня, что у космической десантуры будет железная дисциплина?

– Во время боевой деятельности, – возразил Тим. – А если эта рухлядь будет двигаться еще медленнее, мы тут все от скуки на ушах ходить будем, – Тим запрыгнул в кресло навигатора и скосил взгляд на заниженную часть отсека, где находились биопроцессоры. Теперь их было четыре и кончики ярко-алых волос Ширы выглядывали из-за резервуаров. – Вылезай, мисс мы-не-одни-во-вселенной. Мне нужно поговорить с кем-то, кто не будет мне трахать мозги.

– Давайте вы друг друга аннигилируете, а я наконец-то спокойно буду работать со станцией?

– А не пошли бы вы оба нахрен с командного? – почти беззлобно поинтересовалась Фариса.

Тим и Шира даже не обратили внимания на капитана. Фариса матом не ругалась, а разговаривала – все привыкли. Но когда капитан отдавала распоряжения, все слушались беспрекословно. Даже Тим.

– Биопроцессоры стабильны, гармоники в норме, синхронизация девяносто девять и девять. Могу поспорить, что мы носимся быстрее всех в Солнечной. Установите мне еще десяток биоблоков и можете смело записываться на любые гонки, – похвасталась Шира.

– Призы там скудные, – проворчал Тим. – Хотя в свете последних событий, возможно, придется взяться и за такую чушь.

– Что-то серьезное? – поинтересовалась Фариса.

Тим вздохнул. Капитану все равно следовало сообщить первой плохие новости, которые он получил несколько часов назад.

– «Глобоинф» разорвал с нами контракт на Меркурий.

– Сраные корпомрази! Я тебя предупреждала? – с видом победителя Фариса подпрыгнула чуть ли не до потолка отсека, мягко опустившись обратно на капитанское кресло. Тим пожал плечами.

– Я знал, что так и будет рано или поздно.

Чуть больше года назад они ушли с орбиты Земли после солнечного шторма, устроенного корпорацией «Солартрейд». С тех пор дела пошли в гору. Три рейса на Меркурий и два блестяще выполненных задания на Луне и Марсе. Находиться вблизи внутренних миров – внутри пояса астероидов – было опасно. Но фракциям было не до наемников, шастающих у правительств под носом.

Тим предугадал обострение политических отношений между фракциями и выжимал из разногласий выгодные заказы. А доставки странных контейнеров «Глобоинфа» на Меркурий приносили огромный доход. На вырученную прибыль было куплено еще три биопроцессора и новый десантный бот.

На борт «Короны» вернулся Егор, проведя полгода в лучших реабилитационных клиниках Земли. Тим оплатил все расходы с полученных премий от «Астерлайта». Персонал станции две недели назад пополнился новым членом экипажа: место погибшего Криса заняла Дина, медик с Земли.

Криса, и виновную в его гибели корпорацию «Солартрейд», никто не забыл.

– Теперь остается только воевать, – констатировала Фариса. Шира поежилась.

– Война – единственное развлечение королей, в котором мог участвовать народ. А в нашем случае мы и есть народ, только без повелителей. Лишь бы счета пополнялись вовремя и хорошими суммами.

– А в чем мы храним деньги? – спросила Шира.

– В еде. Видела, сколько провизии загрузили в свободной зоне? – схохмил Тим и продолжил серьезно. – Сейчас не вижу смысла делать накопления в какой-либо валюте Солнечной, лучше вкладывать все в станцию и персонал.

– Тогда уволь нахрен шайку клоунов и найми нормальных ребят, – Фариса ткнула пальцем в экран. – Они Флина топить понесли.

– Рявкни на них по громкой. Пойду прогуляюсь в медотсек, а потом отдыхать. Меня не будить, не кантовать, тягу не врубать.

«Корона» двигалась по дорогам самых вольных комет, огибая пространство действия сенсоров Конклава Венеры. Наверняка засеченные венерианцами сигнатуры активности импульсных двигателей на Меркурии не показывали направления. А если Конклав отправит им на перехват любую станцию, «Корона» с легкостью уйдет, пока космофлот будет вести поиск на вероятных траекториях.

Фракции замерли в холодной космической войне. И пока военный космофлот Солнечной торчал на орбитах планет, бурно развились два вида деятельности: рейдерская и наемная. Медиаконцерны даже начали снимать приключенческие голофильмы о наемниках. Такой публичный интерес льстил Тиму, но одновременно мешал работе, стало очень трудно найти новых рекрутов.

Подрастали близнецы. Их единственная схватка, в которой был ранен Скример, надолго запомнилась Тиму. Но выпускать их в работу он не спешил, постепенно обучая детей жизни в космосе. Впрочем, близнецы и сами знали иногда больше, чем кто-либо на «Короне» – они были из нового поколения коренных обитателей космоса.

Тим, проходя мимо, украдкой заглянул в их каюту. Они использовали одну на двоих и даже спали вместе. И сейчас стандартный спальный мешок был занят их тонкими длинными телами. Близнецы спали, обнимаясь, и в этом не было никакого сексуального подтекста. Они так защищались от внешней агрессивной среды. И начеку они были всегда – Тим заметил на секунду приоткрывшиеся глаза Банши. Возможно, она и не просыпалась, просто оценила ситуацию и тут же снова провалилась в сон.

Спустившись в медицинский отсек, Тим довольно хмыкнул. Здесь становилось уютнее под управлением Дины. Помимо медика, в отсеке находилась Велена – офицер наемников, старшая отряда во время боевых операций. Девушка стояла вполоборота и даже не видела Тима, но он не сомневался, что его уже заметили.

– Как дела, док? – бросил Тим и завалился на медицинское кресло, сменив тон на загробный и сделав умирающий вид. – Страшная инфекция на станции, весь экипаж поражен эпидемией посредственного юмора. Мы все умрем?

– Вам, командир, эпидемия не страшна – вирус юмора в вашем организме не выживет и помрет от голода, – мягко улыбнувшись, проговорила Дина. Велена начала разглядывать медицинские агрегаты на потолке.

Дина. Ее мягкий голос усыплял похлеще любого наркоза и обладал гипнотическим действием анестезии. Старше Флина, родившаяся в двадцатых годах, землянка всю жизнь посвятила медицине, могла работать в лучших клиниках материнской планеты. Но по каким-то причинам она искала работу в глубоком космосе. Тим навел справки – Дина подавала запрос на включение в экипаж звездолета «Нил Деграсс Тайсон», но получила отказ.

У всех на «Короне» были свои маленькие тайны.

Медик вручила Тиму коробочку с темно-синей гравировкой: «произведено корпорацией «Солартрейд» на Земле», и он догнал Велену в коридоре.

– Как дела, офицер?

– Все в порядке, командир, – одними губами улыбнулась девушка. – Всего лишь царапины, которые уже зажили.

Велена не преуменьшала. Лопнувший от удара микроскопического метеорита резервуар на «Клеще» обдал ее плечо струей хладагента, но крепкий скафандр выдержал те несколько секунд, что ей понадобились, чтобы отклониться. Мелкие льдинки посекли кожу, но не больше, как заверила Тима медик.

– Как тебе новый специалист экипажа?

– Новый док не полезет в бой.

Они помнили.

– Велена, вот не надо корчить жопу. Крис умер и этот факт нужно принять.

– Да я понимаю! – чуть выше голосом поспешно сказала Велена. – Я не хандрю, если ты об этом. Просто – помню.

Тим легонько хлопнул ее по здоровому плечу.

– Вот и славно. Нам нужны все в здоровом теле и в прекрасном расположении духа.

– Именно так, – кивнула Велена. – Значит, угостишь меня настоящим кофе при случае?

– Договорились, – Тим поднял вверх большой палец и направился к себе в каюту. Из соседней выносили спальный мешок с храпящим Лиу. Дитер и Арми замерли, застуканные на месте преступления. Егор застыл вполоборота в конце коридора и через секунду юркнул за угол.

– Итак, – Тим откашлялся. – Отряд по доставке спящих на водные процедуры, слушай мою команду – занести пилота на место и через полчаса собраться на камбузе для инструктажа. И Орфея разбудите, только по нормальному, а то он вам все зубы выбьет.

Отчитав подчиненных, Тим направился в трюм. Десять секунд тряски в транспортной капсуле, переместившей его в часть станции без невесомости. Здесь царила тишина, разрываемая лишь шорохом автоматических систем и гулом генераторов. Генераторы на «Короне» были повсюду – уникальная станция использовала энергию для своей защиты. Как это работало, никто не знал, даже Шира впадала в технологический ступор, когда пыталась разобрать в физике работы энергозащитных свойств.

У «Короны» были свои маленькие тайны. И не одна.

Тим пробыл в трюме совсем недолго. Поболтался на тренажерах, размявшись и открыл командирским доступом, надежно запертый ото всех маленький отсек. В нем ничего не было, кроме одной анабиозной камеры, закрепленной посередине. В ней хранилась девушка с необычным разрезом глаз и светлой кожей. Ровно мигал индикатор жизнедеятельности, показывающий, что она жива и просто в искусственном сне. О том, что здесь хранится, знали только он, капитан Фариса и наемник Рав, протащивший этот опасный груз на борт станции.

Пробуждать ее до сих не решились.

Тим вернулся в кольцо, снова ощутив слабую гравитацию, создаваемую вращением. Проскользнул на камбуз, напоровшись на вечно недовольный взгляд Фарисы.

– Ну? – протянула неопределенно капитан, вытаскивая из ящика под потолком стеклянную бутылку с настоящим земным виски.

– Композитные полимеры гну, – в рифму ответил Тим. – Есть соображения, почему «Глобоинф» закрутил гайки?

– Скорее всего нашли вариант дешевле, – пожала плечами капитан. – Или построили свой авизо. В любом случае, пора уходить за пояс, сам же говорил, что на внутренних мирах скоро станет горячо.

Тим бросил Фарисе стандартный герметичный стакан, пальцами показав небольшое расстояние.

– В любом случае, я уже нашел отличный заказ на материнской планете. Выполним его и рванем на Палладу, отлежимся пару месяцев, доведем до ума «Стинг».

«Стинг» – второй десантный бот, атмосферный челнок со старенькой спаренной автопушкой, приобрели недавно. Его еще не использовали в миссиях, поэтому бот торчал во внешнем запертом отсеке, ожидая доработки. Теперь «Корона» могла отстреливаться, ведь у «Стинга» был ограниченный боезапас при индивидуальном движении и неограниченный в пристыкованном состоянии, превращающий бот в стационарную огневую точку. Тиму пришлось изрядно попотеть, пока он нашел шесть тонн боеприпасов к автопушке. Раритет отыскали на Марсе, и переплатить пришлось втрое.