Троя История первая

1. Предыстория

Да, жили некогда великие герои, светловолосые, голубоглазые богатыри, что в лихие годы не спасовали перед бедами Девкалионова потопа и последовавшим за тем страхом голода – презрев опасности, эти сильные духом люди отправились на поиски новых земель – их усилия увенчались успехом.

Наградой стал благодатный край, где цветущую равнину окружали холмы и горы, а полноводные реки замыкали ее со стороны континента, превращая обретенную землю в желанный рай для скитальцев, вынужденных покинуть родные места. Они решили остаться здесь и остались, построив город. Но местные народы враждебно отнеслись к чужакам, и героям пришлось сражаться. Они разгромили беспокойных соседей, но потеряли своего предводителя – того, кто привел их в эти места. Полные печали, они назвали одну из рек, огибавших этот Эдем, Скамандром, а место погибшего отца, как водится, занял сын Тевкр – отныне переселенцы стали называть себя тевкрами.

Примерно в то же самое время другие герои покинули Аркадию, и обрели новую родину на острове Самофракия. (будущий Тенедос)

Но остров был слишком мал, а печаль по погибшим братьям настолько велика, что один из героев – Дардан отправился в одиночку через море на плоту, моля богов о легкой смерти. Но другой жребий уготовила ему судьба. Благополучно завершилось плавание Дардана, и плот пристал невредимым к городу Тевкра – Сминфию.

Радушно принял Тевкр Дардана. Дал пришельцу в жены свою дочь - царевну Батию и часть царства в придачу. Но тесно было двум героям в Сминфии. Новый город решил основать Дардан. Холм Ата, что возвышался над живописной долиной, как будто подходил для этой цели. Но оракул Аполлона был неумолим – проклятие лежит на холме Ата – возвестил он ошарашенному Дардану. Несчастья одно за другим будут сыпаться на жителей будущего города – звучало зловещее предсказание. Но Дардана не так-то просто было напугать.

– И что нам, как прежде толкаться на одной кухне? Нельзя в этом месте – найдем другое.

И на нижних склонах горы Иды появился новый город – Дардания.

***

После смерти Тевкра Дардан круто взялся за дело. Весь цветущий край теперь принадлежал ему. Тогда и всплыла вся правда об этом Дардане, некогда нищим скитальцем явившимся сюда. Всплыть-то она всплыла, да было поздно. Напрасно царевна Батия кусала себе локти. Не успели тело Тевкра предать земле, как в Дардании один за другим появились сыновья Дардана от предыдущих браков – Эрихтоний, Ил и Идей.

Идей приволок с собой огромное количество священных изваяний, и взялся обучать народ всяким мистериям и заморским культам – словом, вплотную занялся духовной жизнью жителей Дардании.

Правда, на светскую власть он не претендовал. По существу этот Идей был жрецом, и должность главного духовного отца народа его вполне устраивала.

Как ни стонала бездетная царевна Батия, сколько ни причитала, а наследовал Дардану старший сын Эрихтоний, а Эрихтонию – Трос. Этот Трос более всего известен тем, что при нем край стал называться Троадой, а также тем, что его младший сын Ганимед служит виночерпием на Олимпе.

В качестве компенсации за исчезнувшего сына, между прочим, самого красивого юноши, когда-либо жившего на земле, Тросу досталась золотая лоза работы Гефеста и пара крылатых коней, а также голословные уверения в том, что Ганимед обретет бессмертие.

История, прямо скажем, довольно темная – и мы сильно сомневаемся, что Зевс до сих пор сам обслуживал себя за столом, и на Олимпе некому мыть тарелки. Скорее всего, Зевсом двигала похоть – с этой целью он и похитил мальчика. Но Гера живо охладила пыл драгоценного супруга. В конце концов, Ганимед оказался в созвездии Водолея.

***

А что делал всё это время младший из братьев – Ил? А он, оказывается, даром времени не терял. Понятно, что как самому младшему, ему не на что было рассчитывать. И он, не долго думая, отправился искать счастья во Фригию, что находилась по соседству.

Боги не обидели Ила. Это был крепко сбитый молодой человек с хорошо развитой мускулатурой и дерзким выражением лица. Поэтому, когда во фригийской Эвлейе он вступил в начавшиеся игры и стал победителем в борьбе, никто особенно не удивился.

Получив награду – пятьдесят юношей и столько же девушек, Ил хотел было зажить спокойно, но фригийский царь, поразмыслив, расспросил пришельца кто он и откуда, почел за благо отправить его восвояси – и желательно подальше.

С таинственным видом практикующего заклинателя змей царь выделил Илу пятнистую корову и посоветовал основать город там, где животное первый раз ляжет на землю. При этом хитрый царь распорядился изловить овода и незаметно выпустить его под хвост той самой корове, что виртуозно и проделали слуги фригийского царя, когда выводили ее из стада – корова понеслась как хорошая скаковая лошадь – Ил и его спутники едва поспевали за ней.

Территория Фригии осталась далеко позади, а корова всё неслась и неслась, не зная покоя. Таким образом Ил неожиданно для себя галопом вернулся в Дарданию или Троаду – это уж как угодно. Обессиленная корова свалилась замертво у холма Ата.

Озадаченный Ил обратился к Зевсу с вопросом – как быть? Ведь на холме Ата лежало известное проклятие однажды уже озвученное оракулом – Ил хорошо знал об этом.

– Не волнуйся – ответил Зевс – Строй свой город. Богиня, упавшая с небес, будет беречь его от всевозможных бед. Сохрани ее – и ты сохранишь всё, чего достигнешь.

Полночи ломал себе голову Ил, что это за божественная галиматья, и как всё это понимать. Он мерил шагами ограниченное пространство своего шатра, без конца прикладывался к чаше с вином – но ситуация от этого яснее не становилась.

Наконец, под утро сон всё же сморил его – потому громкие крики, что раздавались с улицы, не сразу разбудили Ила. Едва злая опухшая физиономия появилась в складках шатра, служивших дверью, как все сто человек (те самые пятьдесят юношей и пятьдесят девушек, что должны были стать и стали первыми жителями нового города) загалдели еще сильнее, перебивая друг друга.

– Господин, посмотрите

– Вчера ее здесь не было

– Это упало с неба

– Какая-то фигура. Вроде деревянная

– Да тихо вы. Дайте посмотреть, что это

Народ расступился, и перед Илом оказался деревянный предмет в три локтя высотой.

Фигурка богини держала копье в правой руке, а прялку с веретеном – в левой. Сообразительный Ил понял – это знак, тот самый знак, что послал ему Зевс. Вот она, богиня, упавшая с небес. Теперь ничто не помешает ему возвести здесь новый город. Ил ощутил, что находится в преддверии сбывшейся мечты – заветной мечты его жизни, а потому его лицо едва не светилось от счастья – он смотрел на свой народ взглядом полководца только что одержавшего победу в самом грандиозном сражении.

Спутники Ила молчали, переминаясь с ноги на ногу, явно не понимая всей торжественности момента.

– Друзья мои. Это – Палладий. Вы хотя бы представляете себе, что это значит для нас? Это знак расположения богов. Воздадим же им должные почести. Построим для них великие храмы и сохраним свою веру. Процветание, богатство и счастливую жизнь обещают нам боги. Отныне они станут хранить наш будущий город, отводя от него любую беду. А наша задача – быть благодарными им, не скупиться возле алтарей, возносить молитвы, свято беречь эту скромную фигурку богини. Пока она с нами – наш будущий город в полной безопасности.

На этой мажорной ноте началось возведение нового города на холме Ата. Ил был немало удивлен и обрадован, когда со всей округи к нему потянулись люди, предлагавшие свои услуги, и долго раздумывать не стал – рабочих рук не хватало, каменщики и плотники нужны позарез.

Из искателя приключений он как-то вдруг превратился в толкового архитектора, составил план будущих построек, пообещал всем золотые горы, не слишком утруждая себя мыслями, как сдержать обещания, но неожиданное событие помогло ему. Ил, и правда, был везунчик в прямом смысле этого слова.

***

Первым зданием, что возвел Ил на холме Ата, как не трудно догадаться, был храм, в котором теперь хранился Палладий. У подножья холма еще стояли шатры, а ужин для усталых строителей готовился прямо на костре, среди разметок и каменных блоков. Вечерние сумерки окутали землю, зажглись первые звезды, от реки тянуло прохладой. Народ собирался спать, но плеск воды заставил всех забыть об усталости – к их кострам по полноводной реке приближалось судно, настоящее морское судно, доверху груженое товаром. Два купца сошли на землю, едва судно с большим трудом пристало к берегу. Торговцы поднимались в гору, удивленно осматриваясь по сторонам.

– Здесь смотри-ка, только храм.

– А рынок у вас где? – спросили они растерявшихся строителей.

– Будет рынок, можете не сомневаться. – к ним навстречу вышел Ил, предупрежденный своими людьми.

– Мы еще только строимся.

Купцы помолчали, переглянулись между собой. Старший из них, с курчавой бородой и усталыми глазами, смерил Ила внимательным взглядом.

– Кто бы ты ни был, а своего не упустишь. Сразу видно.

– Это почему? – вежливо поинтересовался Ил.

– Ты еще город не построил, а его уже видно издалека. Этот храм мы заметили еще в море. Сами удивились – раньше побережье выглядело пустынным – остановиться негде. А теперь… И место удобное. Здесь река достаточно глубока, чтобы пропустить корабль, а порт соорудишь со временем… И вход в Геллеспонт самый узкий. Много выгод сулит это место тому, кто сумеет распорядиться здесь с умом.

Утром судно покидало новый город, увозя восторженные впечатления от гостеприимства под открытым небом.

Ил в раздумье прогуливался по берегу Скамандра. То, что сообщили купцы меняло всё. Становилось очевидным, что город, задуманный как один из многих, станет первым среди прочих поселений Троады. Поэтому взволнованно ходит сейчас Ил по высокому берегу Скамандра, поэтому не находит он себе места.

– Значит, со всех сторон моря видно только мой будущий город. Конечно – все остальные в низинах, Дарданию прикрывает Ида, Абидос далеко, а Сминфий – южнее. Вот это да. Я и подумать не смел, что так выйдет. Ай, да боги, ай, да Зевс. Все суда станут останавливаться здесь, куда бы они не держали путь, а река свяжет нас с южными соседями. Это сулит невиданные барыши. Мой город станет самым богатым, таким, что никому и не снилось.

С того памятного дня Ил с удвоенной энергией взялся за строительство и вскоре первые постройки уже красовались на всю округу, а спустя несколько месяцев Илион (а именно так, в свою честь назвал новый город его создатель, явно не страдавший от ложной скромности) затмил собой все города Троады.

Боги сдержали свои обещания – уже при жизни Ила город разбогател, и никто не мог помешать такому стремительному взлету. Именно взлету – ибо Илион находился на возвышенности, и его не прикрывала гора, как Дарданию, поэтому с моря город был виден отлично, к тому же глубокие воды Скамандра позволяли кораблям подходить максимально близко, что делало удобной переправку грузов и значительно облегчало торговлю как внутри континента, так и на море. Вскоре Илион контролировал вход в пролив Геллеспонт, а вместе с ним всю торговлю востока с западом.

Жители других городов Троады завистливо вздыхали при виде головокружительных успехов нового поселения. Но, сознавая кровное родство и общность культуры, нападать не решались – к тому же история с Палладием, дополненная молвой, произвела впечатление на всех без исключения.

И всё же очень хотелось красивой жизни. Слухи о роскоши Илиона и его несметных богатствах тревожили воображение остального населения Троады. Всем и каждому хотелось так или иначе, пусть ненадолго, но своими глазами увидеть это чудо, а если повезет, то остаться жить здесь. Постепенно желающих принять участие в строительстве и получить право жить в Илионе стало так много, что новый город не справлялся с людским потоком. Кроме того, постепенно отстраиваясь и богатея, власть стала задумываться, а нужны ли ей вообще эти толпы оборванцев, что стекаются со всей Троады в Илион?

Тем, кто первыми пришел на эту грандиозную стройку повезло – они стали равноправными гражданами нового города, остальным предстояло доказывать свою полезность.