Без волшебства

Пролог

Конечно, мне нравилось отличаться от всех. Мало кто среди моих знакомых мог похвастаться тем, что по хлопку его ресниц красный сигнал светофора становился зелёным, а очередь на кассе в супермаркете или возле кабинета участкового терапевта рассасывалась в мгновение ока. Да что там мало? Никто, конечно, не мог этим похвастаться. Подружки считали меня чуть ли не божеством, знали бы они, что я самое худшее творение моей гениальной мамочки – ректора магической Академии «Фотон». Академия, между прочим, высшего уровня.  Это мне моя драгоценная родительница не уставала повторять изо дня в день.

Меня зовут Алиса. Как мою великолепную мать, только наоборот. Соответственно, мою лучезарную маму зовут Асила. В обычной жизни она, как ни странно, работает уборщицей в заводе. «Ну, я же должна где-то работать, чтобы не вызывать подозрений, верно? А мозги засорять здешними проблемами мне совсем не хочется. Денег, слава Богу, хватает.»

Денег и, правда, хватало, за работу ректора платили превосходно, в любой валюте мира, по выбору.

Академия находилась на острове Кокос. Но, чтобы добраться до неё, искромётной Асиле хватало пары минут, это ещё если она не торопилась. Но моя изумительная мамочка в последние дни была очень дёрганой, а всё из-за того, что мне скоро должно стукнуть восемнадцать, следовательно, я должна поступать в какое-либо учебное заведение, в котором «развивают» магические способности таких людей, как мы. Но дело в том, что у меня, кроме указанных выше, больше никаких способностей не наблюдалась. А, между тем, все в «Фотоне» уже ждали дочку легендарной Асилы, магини первого класса и незаурядных способностей, которыми мало кто обладает даже среди магов высшего уровня. Моя волшебная родительница умела в том числе:

– перемещаться в пространстве мгновенно (но этим обладают многие маги),

– читать мысли своих студентов (тоже не сверхспособность, это даже в моей школе директор умел делать очень ловко, при этом будучи простым смертным человеком),

– доставать из кармана в подарок человеку именно то, что он хотел получить (вот это здорово, все считали, что она помнит про их праздники, а она просто засовывала руку в карман… и … воляяя),

– есть всё, что хочет и не поправляться ( банальная шутка),

– превращать человека в камень (не навсегда, не пугайтесь),

– делать сны явью (вот этого не умели даже маги высшего уровня, моя неповторимая мать считалась единственным специалистом в этой области в настоящий момент).

Теперь вы понимаете, почему моя дражайшая мама так боялась представить меня преподавателям своей Академии. Она считала, что я её недостойна и просто-напросто стану величайшим её позором. Тем более, в магической Академии недоброжелательниц определённо хватало.

В то утро всё пошло не так. Божественная родительница глянула на меня оценивающе, как будто видела впервые:

– Ну, ты хотя бы внешне была бы на меня похожа, так нет, вся в отца!

Отец тоже был магом, но так сказать, средней руки, но ему это и не нужно было, он брал людей обаянием. Хотя, возможно, его обаяние было результатом магии. Моя светлоокая маменька прогнала его, когда мне было десять. Отец уехал из страны, теперь мы общались раз в год в живую, остальное время по скайпу. Отец не обладал магией телепорта, а святая Асила не помогала ему поддерживать контакты с дочерью.

Я и в самом деле похожа на отца: русые вьющиеся волосы, серые большие глаза, невесть откуда взявшиеся веснушки, худая и долговязая.

Я, одетая в широченную пижаму, прошлёпала мимо неё в ванную комнату.

– Остановись, – строго сказала грандиозная женщина.

Я глянула на неё исподлобья, опять выслушивать о том, какая я никчёмная мне с утра вовсе не улыбалось.

– Я всё придумала! Мы отправим тебя в колледж Эпарса.

– Куда? – не поняла я.

– Географию надо учить, идиотка, – фыркнула на меня нежнейшая мамочка. – В колледж «Лукас».

– Это колледж для умственно-отсталых подростков? – поинтересовалась я. – Таких, как я?

Луноликая сузила глаза и улыбнулась:

– Ну, что ты, детка, это колледж для тех, кто не может позволить себе оплатить Академию.

– И ты позволишь твоим коллегам думать, что ты не в состоянии оплатить дочери Академию? – не поверила я.

– Нет, конечно, я скажу, что решила всего в этой жизни добиваться сама, что ты хочешь быть самостоятельной, получать стипендию, подрабатывать, жить в скромном общежитии. В общем, быть, как все… – победоносная мамочка поискала слово и не нашла, так и закончила фразу.

– А ты довольно умна, – сказала я.

Трижды величайшая улыбнулась:

– Конечно, детка, ведь я ректор Академии «Фотон».

– У которой родилась такая непутёвая дочь, – заметила я жалостливо.

– Да! – подтвердила ослепительная. – Именно так, дорогая.

Так я и попала в колледж «Лукас».

Глава 1

– А почему нам запрещено покидать территорию колледжа? – спросила длинноволосая блондинка, сидевшая рядом со мной. – Мы же не в тюрьме!

Мы сидели в душном актовом зале «Лукаса» на собрании. Я меланхолично следила за происходящим, мне вовсе не хотелось обучаться здесь. Я не маг, и с этим ничего нельзя было поделать. Меня вытурнут после первой же сессии. А блондинка, небось, была способной волшебницей и планировала остаться в «Лукасе» на длительное время. Потом поступить в какую-нибудь академию, изобрести новый вид магии и прославиться на весь магический мир своей незаурядностью.

Директор колледжа, высокий черноволосый худощавый мужчина с усталым взором (и это только начало учебного года), нашёл взглядом блондинку и выдал нечто, что напомнило мне мою золотую маменьку:

– Географию надо было учить!

Блондинка, видно, была побойчее меня:

– Ну а всё-таки? Я думаю, здесь не только я одна такая необразованная, – и она почему-то посмотрела на меня, ища поддержки. – Вы ответите на мой вопрос?

– Остров часто посещают учёные. Здесь находится метеорологическая станция. Территория колледжа для них не видима, – снисходительно ответил директор, никак не могла вспомнить его имени, хотя он, конечно, нам представился… вроде бы.

– Понятно, – кивнула блондинка. – Спасибо вам, господин Вачковиц.

Боже! Как я могла забыть такую фамилию!

Блондинка повернулась ко мне:

– Давай знакомиться! Меня Алла зовут.

– Алиса, – нехотя ответила я.

– Ты что-то нерадостная, – засмеялась Алла. – Тебя сюда силком что ли загнали?

Я только что-то неопределённое пробурчала в ответ, всем своим видом показывая, что общаться не настроена категорически. Но блондинку это совсем не смутило:

– Больше он ничего интересно не скажет, – махнула Алла в сторону директора. – Пойдём подышим воздухом.

Мне тоже хотелось покинуть душный зал, и я поплелась за ней.

– Ты какая-то неживая, – констатировала Алла, изучив меня. Мы стояли в саду колледжа. Сад был прекрасен, несмотря на то, что колледж был одним из самых недорогих, магия создания образа преддомовой территории была на высшем уровне. Деревья с лианами, экзотические цветы, бабочки и птички. Интересно, кто автор?

– Это подарок Вачковицу от его покровительницы, так, во всяком случае, говорят.

– Не лезь в мою голову, – нахмурилась я.

– Я просто ответила на твой вопрос. Я не умею читать мысли, чтобы ты знала. А на невысказанные вопросы могу отвечать, вот такая нехитрая способность. Но мысли я планирую научиться читать здесь.

– Понятно, – буркнула я.

– А ты какую способность пришла сюда развивать? Или у тебя их много?

Я неопределённо пожала плечами и, в свою очередь, спросила:

– А ты как сюда попала? Сама?

– Нет, что ты! Я не умею! Но опять же, надеюсь, что научусь. Меня педагоги переместили, как и большинство студентов, я думаю. А ты сама? – блондинка присвистнула.

– Нет, конечно, моя удивительная мама меня сюда доставила, как посылку.

– Класс! В моей семье никто не освоил эту науку, а жаль.

Я снова пожала плечами. В моей семье тоже её никто больше не освоит.

– Надеюсь, ты куришь? – поинтересовалась Алла.

– А здесь разве можно? – удивилась. – Мне казалось, что правила строгие во всех заведениях, а не только у… – я хотела добавить «наисветлейшей мамочки», но вовремя замолчала.

– Я, конечно, имела ввиду магические палочки. Ты разве не умеешь их изготавливать?

Ароматические палочки маги когда-то давно, в незапамятные времена выдумали для себя, как альтернативу сигаретам. Палочки с приятными вкусами и запахами, никакого вреда для здоровья, только наслаждения желанным ароматом. Почти все дети магов умели их делать. Их учили родители, чтоб отбить у детей желание пристраститься к сигаретам, которые курят обычные люди.

Я отрицательно покрутила головой:

– Моя благодатная родительница против таких вещей, вот и не…

– Твоя мама претендует на мага высшей категории? – удивлённо открыла рот Алла.

– Как ты?.. – и тут я замолчала, конечно, тупица.

«Благодатная, удивительная…» – не замучилась ещё хвалебные прилагательные придумывать? – хмыкнула Алла.

Этого мы с ярчайшей не предусмотрели.

– Да, моя, – я запнулась… – мама… претендует… но я не хочу обнародовать это здесь… и … если тебе нетрудно, поправляй меня, чтобы я избавилась от этой привычки.

– Уже вошло в привычку? Значит претендует давненько… – заметила девушка.

– Да… но пока что-то застопорилось… откладывают почему-то… повышение… – пробормотала я, хотя знала, почему откладывают. И величественная тоже знала, но язычок за зубами придержать не умела. Ей отказывали из-за того, что она считала себя даже выше членов комиссии и вовсе не старалась это скрывать.

– А что тогда ты здесь делаешь? У магини почти что высшей категории нет денег, чтобы отправить дочку в заведение попрестижней? – напустилась вдруг на меня Алла. – В «Радость» или в «Фотон», например?

– Дело не в этом, – нахмурилась я.

– А в чём? – продолжала наседать Алла.

Я разозлилась:

– А с чего бы это вдруг мне выдавать тебе наши личные семейные тайны? – резко ответила я.

Алла задумалась:

– Прости, я что и в самом деле разошлась. Просто мы здесь все… так сказать середнячки… а ты оказалась из такой семьи. Это странно, правда, странно. Ты уже, наверняка, превосходишь по умениям некоторых студентов-старшекурсников, а, возможно, и преподавателей, с такой-то «лучезарной» матерью.

Я засмеялась. Искренне. Если бы ты знала, Алла. А, впрочем, скоро это всем станет ясно, что есть люди, которые в принципе не поддаются никакому обучению, хоть палкой их бей. Что и делала в детстве моя благо… мать.

– Давай жить в одной комнате! – предложила Алла.

Я безразлично кивнула, в одной так в одной. Больше всего мне хотелось жить в своей собственной комнате у себя дома, а не в общежитии рядового колледжа «Лукас», директору которого, вероятно, покровительствовала моя зам… мама. Ведь без такой поддержки вряд ли она смогла бы запихнуть меня сюда инкогнито под чужой фамилией. А когда Алла сказала про «покровительницу», в меня заполз этот червячок, и от ощущения его ползания по моей крови я никак не могла отделаться, как ни старалась.

– Отлично! Будем жить вдвоём! – воскликнула девушка, будто мы уже стали лучшими подругами.

– Ага, – подтвердила я. – Вдвоём, если не считать ещё других трёх девиц. Здесь, похоже, в одиночестве не останешься.

– А тебе иногда хочется побыть одной, подумать, поплакать? – спросила вдруг Алла, затянувшись ароматической палочкой, в воздухе запахло бананом.

– Да, бывают такие минуты. И даже часто. И даже не минуты, – созналась я.

– Мамочка – Госпожа Маг Почти Что Высшей Категории – достаёт? – поинтересовалась девушка.

Мне показалось, что Алла сказала это с завистью. Зря я так опрометчиво согласилась жить с ней в одной комнате. И так прокололась глупо с … матерью. Что теперь всего из этого выйдет? Асила, ты меня не убьёшь, когда узнаешь?

– Асила? – взвизгнула Алла и палочка выпала из её рта. – Твоя мать Асила? Я знаю только одного человека с таким именем, и это…

Я просто развернулась и побежала обратно в здание колледжа, мне очень срочно нужно было что-то придумать. Права была …мать, я безнадёжная, ведь знала же, что блондинка слышит невысказанные вопросы, и так опростоволосилась. Если бы у меня был хоть мало-мальский дар, я поставила бы блок-защиту от чтения моих мыслей другими магами, но даже этого я сделать не могла. Я забилась в кабинку туалета и заплакала, пасуя перед обстоятельствами.

Глава 2

Мы с Аллой всё-таки заселились в одну комнату. Девушка вела себя так, будто того памятного разговора между нами вовсе и не было. Она не упоминала мою мать, я тоже помалкивала, в свою очередь. Началась новая, почти счастливая, студенческая жизнь. Другими нашими соседками были Анастасия, Малена и Руфа.

Анастасия была красива. Потрясающе красива, её яркая красота просто бросалась в глаза. Лично я такую красоту считала роковой и не слишком завидовала девушке. Чаще всего почему-то именно такие роковые красотки оказывались несчастными в личной жизни. Это я из книг и фильмов знала. Мой жизненный опыт был довольно скуден к моим восемнадцати годам. Я даже ни разу не целовалась с мальчиком. Я с детства считала себя какой-то ущербной, из-за того, что так сильно разочаровала свою мать отсутствием магических способностей. Но меня всегда любил мой отец, он не давал мне окончательно погрузиться в свой собственный мир, отдалившись ото всех и вся, но моя мать прогнала его, а он почему-то согласился оставить меня с ней. А она почему-то захотела оставить меня при себе, несмотря на почти полное отсутствие магических способностей. Сдаётся мне, что всё-таки любила… Поэтому я и прощала ей многое. За то, что она оставила меня при себе.

Малена была жгучей брюнеткой невысокого роста, рядом с ней я ощущала себя Гулливером, она была смешлива, всегда в хорошем настроении, во всём искала позитивные стороны и чаще всего, как ни странно, находила.

Руфа была… а Руфы почти не было видно, она мало говорила и много занималась, постоянно читая книги по разным магическим практикам, которые брала в местной библиотеке. В аудитории всегда садилась подальше от остальных, чтобы её не отвлекали пустыми разговорами.

Первая неделя занятий была просто замечательной, нам читали лекции, ничего не спрашивая у нас. Только лекции, рассказы, интересные истории. Но больше всего, больше всего нам нравилось посещать практические занятия старшекурсников: мы наблюдали живую магию в действии. Мои соседки восторженно, я, грустно вздыхая. Они, надеясь развить в себе подобные магические способности, я же, понимая, что никогда и ни за что у меня ничего подобного не выйдет, потому что я бездарь.

Больше всего меня поразил один парень с третьего курса, он легонько дунул на ладонь, аудитория засверкала каким-то тёплым светом, мы ощущали тепло, от света исходящее. А потом все мы, включая преподавателей, оказались на вершине какого-то утёса, внизу текла река, смотреть  на неё было страшно, и я понимала, что, если шагнуть вниз, то погибнешь, в самом деле погибнешь, но так же понимала, что этот парень в очках и с рыжими вихрами не даст нам погибнуть, потому что это его магия, его мир, в котором он полновластный хозяин… а затем пошёл дождь, сильный ливень, холодный и пугающий, подул пронизывающий ветер, а он просто щёлкнул пальцами, и дождь, и ветер, слившись воедино, утонули в этой самой реке. Клянусь, я это видела. В аудиторию мы вернулись мокрыми, а парню поставили незачёт за опасность, которой он нас подвергал. Но я-то знала, что никакой опасности не было, я это чувствовала. Парня звали Владимиром… И я влюбилась в него в ту самую минуту, когда мы вернулись в аудиторию. Я стояла, мокрая и дрожащая, среди толпы других студентов, преподаватель отчитывал парня, а он молча смотрел в толпу, но видел только меня, клянусь, так всё и было, я чувствовала это очень ясно и определённо, как один человек чувствует касание другого человека, поэтому я, смутившись, покраснела и… растворилась в воздухе, воплотившись в человеческий привычный образ только в своей комнате. Мама могла бы мной гордиться.

Я удивлённо смотрела на свои руки и ноги, щупала себя, чтобы убедиться, что я состою из плоти и крови. Потом я вспомнила взгляд того парня и снова почувствовала, что покраснела. Это он так на меня повлиял, это из-за его взгляда у меня появилась невесть откуда способность растворяться в воздухе? Я подошла к зеркалу, чтобы посмотреть на себя со стороны и оценить будто бы чужим взором, его взором. Прилипшие к лицу мокрые волосы, большие испуганные глаза Бэмби, нескладная фигура, сутулость. Чем я могла привлечь его внимание? Ничем… Но ведь он смотрел.

Внезапно я похолодела… а вдруг он умеет читать чужие мысли и понял, что я обманщица? Да нет. В «Лукасе» запрет на чтение чужих мыслей. Директор сам говорил, что с началом учебного года он лично ставит блок, потому что рыться в чужой голове некрасиво и снимает блок только для преподавателей на экзамене во избежание обмана со стороны студента, сдающего предмет. Даже Алла с начала учёбы перестала отвечать на наши невысказанные вопросы. Так что блок определённо есть. Но тогда почему он смотрел? Ведь не влюбился же. Я ещё раз глянула на себя в зеркало, выпрямилась. Нет, не влюбился, в таких, как я с первого взгляда не влюбляются. И со второго тоже. Меня надо узнать получше, чтобы полюбить. За книги, которые я читаю, за фильмы, которые я смотрю, за стихи, которые пишу. Но ведь никто никогда не хотел узнать меня получше…

Я вздохнула. Что толку гадать? Я влюблялась и раньше. Не слишком часто, но всегда безответно и всегда «навсегда», но каждое «навсегда» рано или поздно заканчивалось. Я решила, что мне лучше сосредоточить свои мысли на том, чтобы понять, каким образом я растворилась в воздухе. Это нередкая способность среди магов… высшей категории. Даже моя мать такой не обладала. Я попробовала произвести это действие ещё раз. Конечно, у меня ничего не вышло, это и следовало ожидать. Я не знала, что нужно говорить, думать или делать, чтобы это получилось. В тот раз, на зачёте Владимира, это вышло как-то само собой. Я побежала в библиотеку, чтобы заняться тем, чем моя мама палкой заставляла меня в детстве: почитать книгу по магическим практикам.

В библиотеке я застала Руфу, ну, конечно, где же ей ещё быть? Она сидела в читальном зале, уткнувшись носом в толстенную книгу. Рядом лежали ещё несколько таких же. Она все их сегодня надеется прочитать? Я подошла к ней:

– Руфа! Привет!

– Виделись уже, – прошелестела девушка в ответ.

– Да. Конечно, – сказала я. – Я помню. Просто… мне совет твой нужен.

Она резко подняла на меня взгляд, и только тут я заметила, какие у неё потрясающие глаза, синие-синие, словно море в лучах солнца, я смотрела в её глаза, не в силах отвести свои, меня даже начало укачивать.

– Теперь поняла? – тихо спросила Руфа.

– Магия взгляда, – ахнула я. – Поэтому ты всегда смотришь в пол или в сторону и носишь очки!

– Да, – прошептала Руфа. – Поэтому.

– А что ты можешь своим взглядом? – я присела возле неё. Руфа достала очки с толстенными стёклами и напялила их.

– Всё. Я могу всё. Могу заставить человека сделать всё, что я захочу.

– Но…

– Да, мои родители должны были зафиксировать эту способность в центре Контроля. Но не сделали этого.

– Почему? – ахнула я. – Ведь тебя накажут, если кто-то узнает!

Магия взгляда – очень сильная магия. Ей обладают только пять известных миру магов высшей категории, а теперь вот, оказалось, что шесть. Магии взгляда не способен сопротивляться почти никто. Едва наберётся десяток магов, способных оказать стойкое сопротивление. Моя мать в их числе. И все эти маги – члены центра Контроля.

– Меня бы забрали из дома и заставили жить в интернате.

Я кивнула. Да, конечно, это принятая практика.

– Но почему же ты открылась мне? – удивилась я. – Ведь я легко могу «сдать» тебя Контролю.

– Не сможешь, – улыбнулась Руфа. – Пока ты смотрела в мои глаза, я успела внушить тебе, чтобы ты никому даже под страхом смерти не рассказала об этой моей способности. Ты восприимчива к моей магии. Ты, вообще, восприимчива к любой магии, на тебе нет какой-либо защиты. Совсем. Я чувствую твою незащищённость. Поэтому и открылась тебе. Ты отличаешься от здешних. А мне обязательно нужно, чтобы кто-то знал, вдруг когда-то мне понадобиться помощь, чтобы скрыть дар. Мама посоветовала найти кого-то, кому я смогу довериться. Я выбрала тебя.

– Из-за того, что я слабее остальных? – разозлилась я.

– Да нет же! Я не сказала, что ты слабее остальных. Просто ты… как будто не хочешь быть магом. Тебе это просто не надо. Поэтому ты не станешь завидовать чужой способности. Тебе она не нужна.

– И как ты умудрилась так много про меня узнать за столь короткий срок? – съехидничала я. – Как будто мысли мои… Стоп! На тебя не действует блок?

– Почему же? Действует. Но магия взгляда… она… действительно сильная… не зря её опасаются. Я знаю, что ты не способна меня «сдать». А внушение… ну так… лишняя страховка не повредит, верно?

Я молчала, обдумывая ситуацию.

– Тебе нужен был мой совет, – напомнила Руфа.

– Ах, да, – спохватилась я. – Но теперь мне моя… проблема, кажется, ерундовой. Не стоит она внимания, – отмахнулась я. – Я тебя не «сдам», но поклянись, в самом деле поклянись, что не будешь пользоваться здесь магией взгляда и заставлять людей совершать странные поступки.

– Как поклясться? – прошелестела Руфа.

– На крови поклянись, чтобы честно.

– Я не могу на крови, вдруг мне когда-то будет угрожать опасность и спасти меня сможет только магия? Нет. Я так не могу. Но я обещаю, слышишь, обещаю не пользоваться магией во вред.

Я осторожно кивнула и пошла к библиотекарю, лучше у неё спрошу. Не хочу, чтобы Руфа знала обо мне больше, чем ей следует. Хотя она уже и так знала больше. Внезапно подумала: «Руфа опасалась возможности разоблачения, или она имела ввиду что-то другое, когда говорила, что ей может угрожать опасность?»

Глава 3

Руфа вернулась в комнату, когда я уже легла. Я притворилась спящей, радуясь, что в комнате темно, и она меня не видит, хотя с её магией, возможно, она и знала, что я не сплю, но делала вид, что ничего в наших отношениях не изменилось. Хотя, с другой стороны, я рада, что мне не придётся становится её сообщницей. Если она будет делать вид, что ничего не произошло, я стану поступать также, решила я. Вскоре вернулись наши соседки, которые болтались незнамо где по колледжу или саду, ведь больше особо разбежаться тут было некуда. Колледж был трёхэтажным, со множеством коридоров и кабинетов, ничего примечательного в нём не было, это вам не академия «Фотон». Общежитие было двухэтажным. На первом этаже – мальчики, на втором – девочки. Ночью в общежитии оставался только комендант. Комендантом общежития мог быть только маг высшей категории, потому что не дай Бог, студенты расшалятся, проявляя свою магию. Хотя, конечно, на ночь на общежитие ставился блок от воздействия всяких магий. Его не могли преодолеть студенты, но вполне могли преодолеть маги даже третьей категории. Мне от этого стало вдруг неспокойно, хотя всю неделю я дрыхла без задних ног. Но я понимала, почему. Из-за слов Руфы.

Утром в окно нашей комнаты весело заглянуло солнышко, все вчерашние страхи показались мне надуманными. Тем более, в колледже я не планировала задерживаться надолго, всё равно скоро всем должно было стать ясно, что маг я никакой и, следовательно, делать мне здесь нечего. Если моя мама и покровительствует господину Вачковцу, то, возможно, я задержусь здесь чуть дольше, но не настолько, чтобы забивать себе голову всякими глупостями. Как, например…

Я натолкнулась на него в коридоре, пролепетала нелепое:

– Простите!

Покраснела под его кареглазым взором и… снова растворилась в воздухе, чтобы материализоваться уже в кабинке туалета.

Я от досады ударила рукой по двери кабинки. Вот ведь чёрт! Во вчерашней книге я прочитала много чего о способности растворяться в воздухе, но там ни слова не было о том, что ты сможешь это проделывать только при виде парня, в которого ты ухитрилась влюбиться почти что с первого взгляда. Мне нужно было с кем-то об этом поговорить! И очень срочно, меня просто распирало от желания кому-то рассказать. Но кому я могла довериться? Ответ напрашивался сам собой: только Руфа могла меня выслушать и, возможно, даже дать дельный совет. И я побежала искать свою соседку.

Выслушав мой сбивчивый рассказ, Руфа рассмеялась так искренне и задорно, что я даже не смогла на неё обидеться. Просто ждала, когда она успокоится.

– Прости, – смахивая слезу из-под очков, сказала она. – Ты разве сама не понимаешь?