Кадриль с выходом, или Проклятущий принц
- -
- 100%
- +
– Это любовь. Не верится, что камень. Мрамор просто дышит чувствами.
Дельфия повернулась. В глазах у неё блестели слёзы, губы дрожали. Юлянке остро захотелось обнять несчастную девушку, прижать к себе, погладить, утешить. Еле сдержалась.
– Темий влюблён, это так, но я не могу ответить, – Дельфия зажмурилась и потрясла головой. – Раньше мне казалось, что я тоже люблю. Даже на отбор согласилась ехать, чтобы чаще видеться с ним.
– Что же случилось на отборе?
– Мне вдруг открылось… прежнее чувство было наивным, теперь я испытала другое: мощное как извержение вулкана! Оно затопило, опалило, потрясло меня до… – Дельфия закрыла лицо, уткнувшись в ладони. – Ты не поймёшь.
– Отчего, – довольно холодно возразила Юлянка, – вполне представляю. Во время беседы с его высочеством со мной творилось то же самое.
– Ты… – Дельфия убрала руки, подалась вперёд, вглядываясь в лицо Юлянке, – любишь Эсмонда?
– Готова была отдаться ему прямо там. Едва не сорвала с себя одежду.
– Ю-у-у! – отшатнулась собеседница, лицо её приняло брезгливое выражение.
– Шучу! – засмеялась Юлянка. – Хотя, если честно, меня тянуло к принцу, хотелось, чтобы он целовал меня, такой я испытывала подъём, каждой клеточкой кожи тянулась к нему. Сравнение с вулканом очень подходит.
– Как-то ты об этом говоришь… потешаешься…
– Про послание хозяйки совершенно забыла. Хорошо, что опомнилась. Вот был бы фокус, если бы не вручила то, ради чего летела сюда.
– Опомнилась? Что ты хочешь сказать? – Дельфия прищурилась и смотрела на Юлянку, закусив губу.
Слова о магическом воздействии Дельфия выслушала недоверчиво. Неужели Эсмонд влюбляет в себя всех участниц? Принимая это, нужно не только обвинить принца в мошенничестве, но и признать собственную глупость. Девушка молчала, слушая рассуждения подруги-соперницы, и посматривала на своего бывшего возлюбленного. Теперь её взгляд не казался виноватым, скорее заинтересованным. Хитрая Лефтина примеряла на себя роль обольстительницы. Она громко восторгалась талантом Темия, игриво закатывала глаза и, подаваясь всем телом вперёд, грудью касалась его локтя. Юноша, занятый обсуждением будущей работы, делал наброски и не замечал усилий заказчицы. Той вполне удалось вызвать ревность Дельфии.
– Хочешь сказать, – обратилась она к Юлянке, не отрывая взгляда от Лефтины, – я поторопилась отказать Темию?
– Прислушайся к себе. Уверена, что через день-другой всё встанет на свои места. Трудно удерживать магическое воздействие, когда объект что-то заподозрил и относится к себе со вниманием.
– Спасибо! – Дельфия не глядя нашла руку Юлянки, пожала её и поспешила в угол, где разворачивалось «представление».
***Покинув мастерскую ваятеля, Юлянка отправилась на поиски распорядительницы отбора. Та обещала развеять печать после первого испытания, пусть выполняет! В центре цветника Юлянка застала настоящий базар. Большинство девушек успели пообщаться с принцем, и если до этого они умудрялись сохранять видимость доброжелательного отношения к соперницам, теперь превратились в настоящих фурий. Едва в волосы друг другу не вцеплялись. Кричали, обзывались, кое-где раздавались площадные ругательства. Можно было предположить, что действует откат после запущенного принцем заклятья. Не могли благовоспитанные девушки вот так запросто стать распущенными скандалистками!
Найти в этом гвалте кого-нибудь способного помочь не представлялось возможным. Юлянка заметила Отая, умудрившегося не растерять невозмутимость, бросилась к нему с вопросом:
– Где распорядительница?
– Во дворце. Думаю, она занята сейчас.
– Чем? Разве Забина не должна проводить испытания?
– Её милость осуществляет общее руководство, – тут Отай позволил себе хмыкнуть. – Вы не знали, что начальство присматривает за тем, как работают другие, ничего при этом не делая?
– Э-э-э… Как её найти?
Камердинер отрицательно покачал головой:
– Прошу прощения, должен сопроводить… – Он оглядел цветник поверх голов ссорящихся девушек и, найдя нужную, закончил фразу: – Белетту. Осталось три участницы.
Ей показалось, или всё-таки ледяной красавчик утомился? Сочувствовать Отаю было некогда, Юлянка поспешила во дворец. У крыльца её встретила Эсма. Пошла рядом. На эту девушку встреча с женихом повлияла противоположным образом, казалось, Эсма заразила остальных участниц каким-то сумасшествием, у неё же наступила ремиссия.
– Он прекрасен, – она говорила тихо, вдумчиво, лишь глаза сияли прежним восторженным блеском.
– Отай?
– Эсмонд. Я влюбилась в него, как только увидела портрет. Боялась разочароваться… – мечтательно улыбнувшись, со вздохом призналась: – Но мои чувства лишь окрепли.
– Поздравляю, – сказала Юлянка и прибавила шаг, собираясь отделаться от навязчивого сопровождения. – Извини, мне надо найти распорядительницу.
– Не сейчас, она у любовника… Ой! – Эсма покраснела и приложила руку к губам. – Я это сказала?
– Что? – Юлянка не хотела смущать девушку. – О картинах?
– Да! – Эсма воодушевилась и стала немного похожа на прежнюю. – Видела парадный портрет принца? – Она взяла Юлянку за руку и потянула в сторону: – Его обязательно надо увидеть!
Пришлось последовать за ней, в надежде как-нибудь деликатно расспросить о том, где искать распорядительницу.
Удивительно, как в прошлый раз, проходя по галерее, Юлянка не заметила главного: Эсмонда в парадной военной форме. Статная поза. Синий с золотом мундир. Эполеты, белая лента через плечо. Лицо… Художник пытался льстить, но только напортил. Принц был красив и так, а вот столь высокомерное выражение ему не свойственно, в общении он был приятным. Хотя… возможно это следствие магического воздействия.
– Эффектно, – ответила Юлянка на молчаливый вопрос подруги. Взглянула на висевший рядом портрет княгини. – Его высочество похож на отца?
– Что ты! – возмутилась Эсма, – ничего общего! Вот, сама посмотри! – Она указала на противоположную стену. Там задвинутый так, чтобы не бросаться в глаза проходящим по галерее, висел напоминавший откормленного хряка его светлость Пит Юджин.
Обе девушки не сговариваясь вернулись к созерцанию прежних портретов. Эсма не могла оторваться от принца, Юлянка разглядывала княгиню.
Риана Юджин выглядела печальной, как будто живописец застал её за чтением грустной сказки. Княгиня сидела, облокотившись на стол, перед ней лежал раскрытый фолиант. Одета она была просто: в светлые брюки свободного покроя, белую блузку с длинными рукавами, верхняя пуговица была расстегнута, и в вырезе можно было увидеть широкое монисто из жемчуга. Оно закрывало ключицы и бо´льшую часть длинной шеи женщины. Светлые волосы Рианы едва достигали плеч, не были ни уложены, ни заколоты, их природная густота и блеск производили приятное впечатление, не смотря на простоту.
– Она не выглядит счастливой, – неожиданно для самой себя, озвучила мысли Юлянка. – Зачем пошла за этого борова? Неужели не было кого-то интереснее!
– Разве ты не слышала историю о башне? – удивилась Эсма.
– Легенду о неприступной принцессе? Слышала, но считала красивым вымыслом.
– Не знаю, как у вас в Луарине рассказывают, – Эсма обняла Юлянку, прижавшись щекой к её плечу, – могу поведать, как всё случилось на самом деле.
– Поведай, – улыбнулась Юлянка, – сделай одолжение.
Лет тридцать назад Риана была взбалмошной и своевольной. Отец – тогда ещё царь – Дол Юджин обожал единственную дочь. Супругом наследницы престола он видел самого достойного из мужчин. Чтобы найти такового, объявил: руку Рианы и царство в придачу получит тот, кто сумеет доскочить на коне до балкона башни и облобызать алые губы стоявшей там царевны.
Охотников испытать счастье нашлось предостаточно, а желанного союза не случилось. Одних претендентов конь подвёл, другим не хватало умения, третьи… Те редкие счастливцы, что умудрились достичь балкона башни, не успевали поцеловать царевну, девушка отворачивалась, пряча уста. Ни один из женихов не сумел растопить её сердце.
Вскоре выяснилась причина упорства девицы. По ночам в одинокую башню наведывался дракон. Он-то и внушил Риане необычайно сильную любовь. Никого другого не хотела она видеть рядом.
Рассерженный правитель повелел изловить соблазнителя. Дело осложнялось тем, что им оказался княжеский сын – наследник правителя Искарии. В Копоте начались гонения на драконов. По древнему договору, заключённому между четырьмя княжествами, искарийцы поклялись не причинять вреда людям, и Дол, действуя под влиянием гнева, чувствовал полную безнаказанность. Тогда и произошло величайшее из чудес: между Копотом и остальными княжествами вырос горный хребет, все уцелевшие драконы улетели на ту сторону. Так царство Копот превратилось в захолустное княжество. Правитель спешно выдал Риану за дальнего родственника и удалился от дел, сожалея об утраченном величии.
– Так получилось, – завершила повествование Эсма, – что имея намерение найти дочери достойнейшего жениха, царь отдал её самому захудалому.
– Печальная и поучительная легенда, – согласилась Юлянка.
Единственное, что она вынесла из разговора: надо поскорее вернуться в пещеру, они с Гошей должны улететь этой же ночью!
Разыскать распорядительницу отбора оказалось непросто. Поскольку Отай всё ещё оставался в цветнике, пришлось обратиться за помощью к Луисе. Мышка порасспросила других слуг и, вернувшись, посоветовала не беспокоить Забину.
– Чем же таким занята распорядительница во время испытания? – недоумевала Юлянка.
Луиса прятала глаза, пожимала плечами, теребила фартук, всем видом показывая, что говорить не намерена.
– Ваше высочество, пообедайте пока, а там, глядишь, её милость освободится.
Юлянка успела основательно подкрепиться, а Забина так и не вернулась в их крыло. Не желая попусту терять время, девушка сама отправилась на поиски. О том, что Забина находится в главном здании дворца, она успела догадаться. Охранники подтвердили это, но не пропустили девушку, ссылаясь на приказ княгини. Ни силой, ни хитростью прорваться не удалась. Досаждавшую охранникам «невесту» чуть не под руки сопроводили вон.
Разгорячённая спорами Юлянка отправилась к воротам. Она готова была ползком выбираться из замка, лишь бы поскорее. Не пройдя и половины пути, почувствовала слабость. Остановилась, огляделась. Совсем недалеко виднелась та самая башня, куда к царской дочери прилетал возлюбленный. Между ветвями растущих вокруг строения лип можно было разглядеть балкон. Представилось, как при свете звёзд, туда опускается драконий княжич. Вот он меняет ипостась и бросается в объятья легкомысленной царевны… Ах! Если бы не тот случай! Не было бы войны между Искарией и Копотом, ничто не угрожало бы сейчас брату! Мысленно укорив незадачливых любовников, Юлянка бросила прощальный взгляд на дворец. Нельзя возвращаться! Только вперёд!
Упорно шла, еле переставляя ноги. Так и упала на подъездной аллее в прямой видимости от поста. Охранники заметили лежавшую на земле девушку, забили тревогу. Неудачно пытавшуюся сбежать «невесту» перенесли во дворец без сознания.
5. Тени прошлого всё ещё живы
Действительность просачивалась в заполнявшую сознание черноту запахом лекарств, поскрипыванием старого табурета и возбуждённым шёпотом служанки. Мышка уговаривала кого-то не беспокоить госпожу. Госпожу! Думала ли письмоносица, что её будут так называть! Она разлепила веки и пыталась собрать расползавшееся изображение в цельную картинку. Фигура Луисы троилась, а в дверях бесформенным пятном колыхалась целая толпа.
– Пора? – удалось-таки сфокусироваться на лице служанки. – Сегодня первое испытание?
Луиса открыла рот, испугавшись чего-то, потом прерывисто вздохнула и выпалила скороговоркой:
– Так прошло испытание, ваше высочество! Запамятовали?
– Прошло? А-а-а… – Юлянка откинулась на подушку и снова закрыла глаза: – Не помню. Что со мной?
– Печать! Зачем ты к воротам потащилась, скажи на милость! – недовольный знакомый голос. А… это толстуха, кажется. Взглянув на говорившую, Юлянка подтвердила свою догадку. Лефтина согнала с табурета служанку, уселась сама и наклонилась, говоря огорчённо: – Попросила распорядительницу развеять, она не смогла.
– Почему?
– Эсмонд возражает. Ты в числе тех, кто допущен к следующему испытанию.
– Я не хочу! – Юлянка приподнялась. – Мне нужно возвращаться домой.
Луиса помогла сесть и подложила подушку. Лефтина дождалась, когда Мышка отойдёт в сторону и недоверчиво прищурилась:
– Домой? Что-то не похоже. Так ловко привлекла внимание его высочества!
– Чем же? – Юлянка дёрнулась и поморщилась от накатившей тошноты.
– Ну как же! Все эти дуры под заклятьем чуть не передрались, а ты решила благородно покинуть отбор! Выделилась.
Облизнув пересохшие губы, Юлянка умоляюще посмотрела на Луису, та, сообразив что хозяйку мучает жажда, налила воды и поднесла стакан:
– Маленьким глоточками пейте, как бы ни замутило.
Спасибо за предупреждение! Юлянка готова была осушить стакан в один миг. Осторожно отпила, подержала воду во рту, проглотила. На языке остался вкус валерианы. Вопросительно посмотрела на Мышку, та виновато поморщилась.
– Не бойся, – хмыкнула Лефтина. – Лекарь успокоительных накапал в графин. Мы все пили. Как видишь, никто не умер.
На пороге по-прежнему маячили соседки. Тревожить больную им не позволили, но любопытство трудно было преодолеть. Юлянка подняла руку в приветственном жесте. Пальцы заметно подрагивали, зубы стучали о край стакана. Мышка набралась смелости и стала выпроваживать непрошеных гостей:
– Будьте добреньки, дайте госпоже отдых!
Умоляющие нотки её голоса возымели действие. Лефтина встала и, криво улыбнувшись на прощание, пошла к выходу. За порогом сказала:
– Сомневаюсь, что она сможет участвовать завтра!
Бурно обсуждая это, девушки покинули спальню, осталась одна Белетта. Когда гвалт стих, она приблизилась к постели, велела Луисе забрать стакан и подать свечу.
– Печать не развею, а сил прибавлю, – ответила ученица ведьмы на недоумённый взгляд больной.
Юлянка обречённо вздохнула и прикрыла веки: да делайте, что хотите! Чиркнула спичка, послышался запах тлеющего фитиля и потрескивание огня. Белетта зашептала заклинание. Вот сейчас превратит соперницу в лягушку, никто и не узнает! Юлянка отогнала глупую мысль: не хотелось верить в предательство Луисы. Хотя…
– Что здесь творится? – строгий, но всё-таки певучий, баритон. Чёткий стук каблуков.
Принц! Надо попросить освободить её от участия в отборе!
Юлянка подалась вперёд, оторвавшись от подушек, спустила ноги на пол и встала, даже не покачнувшись. Белетта, хмуро глянув на неё, отступила в сторону, задула свечу и помахала, развеивая белёсый дымок. Эсмонд подошёл ближе, остановился. Он переводил взгляд с одной девушки на другую, ожидая ответа. Мышка успела выскользнуть из комнаты.
– Ваше высочество, – сипло начала Юлянка. Прочистила горло и более уверенно продолжила: – Прошу исключить меня из числа претенденток. Я не могу остаться.
Эсмонд сдвинул брови, недовольно хмыкнул, потом повернулся к Белетте:
– Ты владеешь лекарской магией?
Она отрицательно покачала головой:
– Юлиана здорова. Обморок случился из-за попытки покинуть замок, печать…
– Мне доложили, – сердито оборвал её принц. – Иди к себе! Готовься к испытанию. У тебя фокусы, насколько я помню?
Белетта шумно вздохнула и направилась к дверям.
– Спасибо! – крикнула ей в спину Юлянка.
Ответа не последовало.
– Итак, – Эсмонд окинул девушку оценивающим взглядом, – желаешь сбежать. К жениху?
Юлянка огляделась, ища чтобы набросить на себя. Она стояла в одной сорочке и мёрзла. Босые ноги холодили плиты пола. К счастью, в спальню забежала Мышка и, спросив разрешения у принца, подала девушке халат и туфельки. Эсмонд, сохраняя недовольное выражение лица, наблюдал за преображением «невесты». Та, пока служанка одевала её, с упорством, достойным лучшего применения, упрашивала избавить от необходимости участвовать в отборе. Исчерпав все возможные аргументы, девушка замолчала и замерла, плотно запахнув полы халата. Повисло молчание. Юлянке подумалось, что примени сейчас Эсмонд очаровывающее заклинание, она не сможет устоять. Так и бросится ему на шею! Даже без волшебного внушения, её тянуло к этому мужчине. Хотелось прильнуть, провести пальцем по сердитой морщинке между бровями, прижаться щекой к плечу… Или всё-таки колдует?
– Пожалуй, отпущу тебя, – принц, в миг изменившись, игриво подмигнул: – Если твой жених явится ко мне сам и попросит.
– Ка-а-ак же? В замок никого не пускают!
– Если любит, прорвётся. А если не сумеет, зачем тебе такой слабак? – Резко развернувшись на каблуках, Эсморд вышел из комнаты.
Юлянка, после воздействия Белетты чувствовала себя лучше, но от огорчения чуть не опустилась на пол. Добрела до кресла и упала туда, застонав:
– Тупой упёртый баран!
Смешок, донёсшийся из-под потолка, заставил посмотреть вверх.
***В углу что-то темнело.
– Летучая мышь? – присмотрелась Юлянка. Она никогда не встречала этих зверьков, но видела на картинах, где их частенько изображали с ведьмами, вампирами и драконами. Девушка покинула кресло, подошла ближе и замерла, задрав голову. Ушастое существо висело, зацепившись коготками за лепнину на потолке. – Как ты сюда попала? – махнула рукой, пугая зверька, но тот вытаращил на неё огромные круглые глаза и раскрыл зубастую пасть, словно от удивления. – Кыш! Улетай, глупая!
– Ты меня видишь? – басовито поинтересовался зверёк.
– А-э-э-а-э… ви-ижу… – Юлянка отступила на шаг, не отводя взгляда. Она готова была решить, что сходит с ума, но предпочла найти другое объяснение: – Кто тебя подослал? Эсмонд? Забина?
– Ты меня слышишь? Это невозможно!
Юлянка скрестила руки на груди и пожала плечами:
– То есть, говорящая мышь – это вполне возможно, а то, что я слышу её болтовню – невозможно.
– Я не мышь, – в низком голосе зверька прозвучала лёгкая обида, – мне так удобнее существовать, вот и всё.
– Кто бы ты ни был, можешь улететь? – Юлянка вернулась в кресло. – Честно говоря, не очень приятно, когда кто-то подсматривает.
Из угла послышалось покряхтывание. Звук приблизился, и девушка вскрикнула, заметив крадущегося к ней призрака.
– Что? – полупрозрачный человек замер около второго кресла. – Так страшнее?
– Не-ет. Просто я не ожидала.
– Можно сесть?
– Да, пожалуйста.
Удивительный гость, отвалился на спинку, устроил руки на подлокотниках, вытянул ноги и мечтательно закатил глаза:
– Приятно хотя бы ненадолго почувствовать себя человеком.
– Почему ненадолго? – полюбопытствовала Юлянка. – Есть ограничения?
– Нужно, чтобы хозяин комнаты позволил. Поскольку меня никто не видит… Приходится принимать другие формы.
– Но я-то вижу! Неужели больше никто?
– Риана. Но в её покоях барьер, как и в покоях принца. Княгиня не желает меня лицезреть, и строго запретила показываться сыну. – Повернувшись к собеседнице, призрачный мужчина состроил вопросительную физиономию: – Как прикажешь выполнять свою миссию, если те, к кому я приставлен, прячутся?
– Что за миссия, и кто вы?
– Тень. Тень дракона, если ты понимаешь, о чём я.
– Не понимаю.
Призрак, назвавшийся тенью, вернулся к расслабленной позе и заговорил.
Райнер Голден Хорст – драконий княжич, тот самый, из-за которого случился конфликт между Искарией и Копотом, любил царевну Риану всем сердцем. Он не просто так прилетал к ней ночами. Влюбленные заключили тайный союз. По законам Искарии они – супруги. Положение осложнялось тем, что Дол Юджин не желал отдавать наследницу дракону, пусть и представителю древней аристократии. Риана как могла тянула время, отвергая претендентов на её руку. Принцесса надеялась, что отец со временем смирится с её выбором. Однако этого не случилось. Прознав о ночных визитах, разгневанный царь объявил войну бывшему союзнику Голдену Хорсту – правителю Искарии. Избраннику царской дочери грозила смерть.
Риана, обещая со временем выторговать у отца благословение на их союз, умоляла супруга покинуть Копот. Райнер уступил просьбам любимой и улетел в Искарию. Не особенно веря в благосклонность Дола Юджина, Райнер подстраховался – оставил в замке свою тень, совершив для этого довольно сложный магический обряд. Тень становилась самостоятельным существом, нуждавшимся лишь в энергетической подпитке. Другими словами, призрачный человек жив до тех пор, пока жив его создатель. Дракон поручил тени наблюдать за любимой супругой и в случае опасности для её жизни, послать весть в Искарию.
Двадцать пять лет, проведённые шпионом в замке, стали чем-то вроде пожизненного заключения в одиночке. Особенно невыносимым стало положение после того как Риана, утомлённая нытьём и жалобами, запретила тени появляться в её покоях.
С тех пор «Тень» довольствовался безмолвным наблюдением за придворными и слугами, перемещаясь по дворцу, парку и башням в облике летучей мыши. Неудивительно, что появление девушки, способной поддерживать беседу и позволившей ему обратиться, весьма его обрадовало.
– В тебе течёт кровь драконов? – поинтересовался рассказчик, закончив излагать свою историю.
– Нет! – возмутилась Юлянка, её стали раздражать эти предположения. – Я родом из Луарина. Там драконов не водилось никогда.
– Не водилось! Говоришь, как о животных, а драконы, между прочим, представители древнейшей из разумных рас!
– Послушай, Тень… Или как тебя называть?
– Айн. – улыбка послышалась в звуке его голоса. – Так называла меня Риана, пока мы не поссорились.
– Хорошо. Айн, скажи, чем ещё можно объяснить странности, происходящие со мной? Если не ящеры в предках, то что?
– Не думаю, что ты замужем за драконом, – усмехнулся Айн, – в таком случае не попала бы на отбор невест. Обряд смешения крови не проводили?
– А в чём он заключается? – Юлянка смутилась. Хотела выяснить: не сыграло ли роли то, что дракон рос в их семье и считался её братом? Однако раскрывать секрет существования Гоши опасалась.
– Я не был свидетелем, – рассуждал Тенёк. – В книгах можно найти, если интересно.
Он что-то ещё собирался сказать, но в комнату, легонько стукнув, проскользнула Луиса. За ней сквозь открытую дверь проник аромат куриного бульона и горячего хлеба. Юлянка напряглась, поглядывая на развалившегося в кресле Айна. Мышка не посмотрела на него, обращаясь к хозяйке:
– Ваше высочество, соблаговолите отужинать. Лекарь прописал укрепляющий бульон и…
– Иду, – торопливо поднялась Юлянка.
– Позволишь присоединиться? – Айн тоже встал и, чтобы успокоить девушку, пояснил, кивнув на служанку: – Она не видит и не слышит меня.
Действительно, Луиса замерла в ожидании. Ни удивления, ни страха не промелькнуло в её глазах. Пройдя в гостиную, Юлянка отпустила Мышку:
– Сама справлюсь.
Та присела в реверансе:
– Простите, госпожа. Распорядительница интересуется: чем вы завтра будете удивлять?
– Удивлять? Кого?
– Испытание. Нужно демонстрировать таланты. Её милость хочет установить порядок выступлений, чтобы…
– Я не буду участвовать! – оборвала её Юлянка.
Вмешался Айн, успевший расположиться за столом напротив неё:
– Скажи, что будешь декламировать.
– Не буду! – повторила Юлянка. – У меня нет никаких талантов!
– Но отказаться нельзя… – Мышка смущённо теребила розовый фартучек. – Хотите, я принесу кружева? Я их плету в свободные часы. Они довольно просты, но если вам не надо производить впечатление, вполне годятся.
– Неси, – согласилась Юлянка, думая таким образом отделаться от дальнейшего участия в испытаниях.
– Скажи, что прочтёшь балладу о драконах! – настаивал неотвязный Айн. – Поверь! Это произведёт фурор!
Теперь понятно, почему Риана запретила ему показываться ей на глаза. Юлянка вздохнула:
– О драконах?
– Что? – обернулась собравшаяся уходить Мышка.
– Обличительные вирши! – настаивал Айн. – Уверяю, все будут потрясены!
– Ладно, – согласилась Юлянка и подмигнула Луисе: – скажи, что я буду декламировать.
Как только за служанкой закрылась дверь, она пожалела о данном обещании. Декламировать? Что за чушь! Выступать перед толпой… У неё не получится!
– Не волнуйся, – успокаивал её Айн, – я буду подсказывать слова. Останется только повторять.
– Но…
– Если я правильно понял, ты намерена покинуть отбор? Уверяю, что после этой декламации, тебя выкинут из дворца со свистом!
– Это радует, – покачала головой девушка, – но позориться всё-таки не хотелось.
– Кто сказал о позоре? Всё дело в правде! Её не захотят слушать.
Призрак пустился в рассуждения о несчастных драконах, а Юлянка углубилась в размышления, успокаивая себя: в конце концов, никто не помешает ей завтра отказаться от участия в испытании. Достаточно будет выйти и объявить, что она хочет уйти. Вот так! Она никакая не принцесса, попала на отбор по ошибке. Пусть её отпустят!