- -
- 100%
- +
Он внимательно наблюдал за мной. И точно также разглядывал меня, мрачным, угрюмым взглядом. В этом тяжёлом взгляде читалось откровенное разочарование, скепсис и недовольство. Я же стояла и невозмутимо смотрела на него, нисколько не смутившись. Почему он такой мрачный? Что не так, чем это я ему не угодила?
Скотт Багстер первым нарушил молчание. Он немного несмело спросил того типа:
– Что скажешь? Нам придётся прикончить её? – при слове "прикончить" голос его дрогнул. Это сказало мне о многом: Скотт по каким-то причинам побаивается этого человека, этот человек имеет над ним власть, и скорее всего предложение привести меня к нему, чтобы понять, что со мной делать, исходило от этого громилы-верзилы.
– Нет, – проговорил тот человек и откинулся в кресле, положив расслабленно руки на подлокотники. Его взгляд вдруг утратил скепсис и недовольство и стал совершенно бесстрастным, но оценивающим. Он обратился к Скотту: – Ты постой пока молча.
Багстер кивнул и отошёл к стене, шаркнув ногой. А человек в кресле без тени улыбки и доброжелательности представился:
– Меня Йэн Гудинг зовут. Добро пожаловать в моё логово.
– Я Клот. Клот Итчи, – представилась я спокойно и деловым тоном.
– Для чего ты пришла сюда, Клот Итчи? – спросил меня тот, кто назвался Йэн Гудинг.
Странное у него имечко. Йэн. Гудинг. Гудинг – это что-то связанное с капюшонами. Почему-то я легко представила его в балахоне под капюшоном. Я ответила, но не сразу:
– Я пришла предложить помощь.
Сказала я так, потому что бабушка Морена дала мне совет и наставление – помогать Скотту Багстеру, мальчику из перехода.
Тут что-то во взгляде Йэна Гудинга изменилось. Он посмотрел на меня так же мрачно и угрюмо, но в его глазах промелькнуло некое подобие одобрения и принятия.
– Садись, – он указал на стул напротив себя, храня всё то же бесстрастное выражение лица. Подождал, пока я без колебаний, но медленно села. – Скотт, представь нас друг другу, какими ты нас видишь. Не скрывая.
Мальчишка заговорил:
– Йэн Гудинг – оборотень-вервольф, он может превращаться в существо. Он вынужден скрываться. И на этот раз не только от людей, которые до смерти боятся оборотней. Его разыскивают демоны, потому что он для них опасен. Он доверяет только мне, и я лишь один знаю, где это его логово. Сам я имею Дар Знания, особую способность, которая даётся лишь избранным. Это способность видеть и отличать людей от не-людей. Я – Знающий. А ты теперь скажи честно, кто ты такая.
Несколько ошалевшая от такого начавшегося с бухты-барахты допроса, я произнесла с достоинством:
– Я человек, житель этой планеты и города Укосмо. Это всё, что я знаю о себе в контексте того, о чём сейчас идёт речь.
Скотт меня ещё пуще огорошил, сказав:
– Ты не человек. Я вижу на тебе Метку не-человека.
– Метку?! Ну так, и кто я? – задала я вопрос, посмотрев на мальчика.
Скотт не ответил.
Вервольфы, вампиры. Логова, Метки какие-то. Либо здесь все спятили, либо только я одна. Скотт проговорил, обращаясь неизвестно к кому:
– Она считает себя человеком! Она не сможет ничего! Но почему она? Как тогда сделать так, чтобы она стала с нами в строй? Йэн, скажи что-нибудь! – в его голосе послышалось неприкрытое отчаяние. Это заставило меня заволноваться.
Йэн Гудинг обратился уже ко мне:
– Оставайся человеком, раз ты им себя считаешь, выбор за тобой. Но мы при этом принимаем твоё предложение о помощи. Будь осторожна. Они уже взяли тебя на прицел.
– Они – это те парни из перехода? – стала вдруг я догонять, быстро выстраивая в голове цепочку из разрозненных сведений, почерпнутых за последние два дня. – И что же, они хотят теперь убить меня?
– Хуже. Если в их замысле – твоя смерть, то она будет мучительна. Они высасывают жизнь из любых живых существ. Этим они питаются. Они демоны, такова их природа.
Скотт добавил к сказанному Йэном Гудингом:
– Они преследуют меня, чтобы выманить его. В ту ночь, когда ты меня встретила, я поступил опрометчиво. Я забыл свой Артефакт, который должен был носить, и они меня вычислили… Теперь они будут преследовать тебя, чтобы узнать твою роль. А я её уже вижу! Ты выбрала этот путь. Ты сама занесла перо, готовясь поставить подпись на своём смертном приговоре. Отступить ты не можешь. Йэн, так как нам с ней быть? – спросил он того мрачного типа из кресла.
– Предложив нам помощь, она знала, что делает. И она не отступится. Этот её выбор, который она сделала. Хоть она и хилая, она сильна духом – это я вижу по её глазам. И ещё она смелая – это не может не вызывать моего одобрения, – произнёс вервольф, так бесцеремонно, будто меня тут не было. Я пока не понимала – возмущаться ли мне, что меня обозвали "хилой", или восхищаться тем, что этот великан-людоед разглядел во мне сильную личность? – Но пока она слишком мало знает и понимает. И она даже не подозревает, насколько большую услугу она оказала тебе и мне, Скотт Багстер. Будет Битва. А она уже на нашей стороне, это большой плюс.
Скотт подошёл ко мне, ничего не понимающей и хлопающей глазами, и сказал, положив руку мне на плечо:
– Соотношения между твоей жизнью смертью – три к двум в пользу смерти. Надень маску, мы уходим.
Я без слов надела маску – время аудиенции, по-видимому, подошло к концу. Скотт стал меня выводить. Йэн Гудинг произнёс:
– Пусть приходит ещё. Надо, чтобы она прошла Этап Предварительного Ознакомления с Теорией.
– Ты будешь обучать её? – удивился Скотт.
– Кроме меня, пока некому. А учиться ей надо. Тем более, время поджимает.
– Учиться? Чему учиться? – спросила я в темноту.
– Приходи – и узнаешь, Бесстрашная, – таинственно ответил Йэн Гудинг.
Почему он назвал меня Бесстрашной?
Скотт увёл меня. Мы спускались, поднимались. Потом шли по улице, пока не сели в машину. Я не могла выговорить ни слова от полученных впечатлений. Лишь спросила у Скотта один из многочисленных вопросов, готовых в любой момент сорваться с языка:
– Он что – правда вервольф?
– Не советую тебе подходить к нему, когда он повёрнут. Особенно в полнолуние, – отрезал мальчик, заводя мотор.
– А я думала, они были перебиты инквизиторами ещё в средние века.
– Не все, – ответил Багстер.
– Где же ты его нашёл?
– На то я и обладаю Знанием, – ответил Скотт с какой-то грустью в голосе, словно его Дар был его проклятьем.
Глава 5. Княгиня
Столичный Главный Зоопарк Укосмо был закрыт ещё прошлогодней поздней осенью. Зверей бережно кормили и отогревали в зимних вольерах, они прекрасно себя чувствовали. За исключением нескольких смертельно больных обезьянок. Они доживали свои дни в специальной клетке, и на следующий день их должны были усыпить, как советовал ветеринар.
Эта ночь была тихой, все животные крепко и безмятежно спали под бдительным надзором смотрителей.
Не зря надзор был бдительным. Казалось – кому придёт в голову прийти в зоопарк ночью и зимой? Но.
С бетонной ограды вниз, в заросли кустарника, обломав часть веток, ловко скользнула тень. Невидимка выпрыгнул из зарослей на расчищенную дорожку и не спеша и расковано пошёл к стоявшему рядом обезьяннику. Его руки были в карманах, он шёл совершенно спокойно.
«Как здесь всё предусмотрено! Они смертельно больны, но не их кровь!» – с удовольствием и предвкушением подумал вторгшийся.
Таинственный незнакомец тихонько постучал в дверь. Вскоре она открылась, пришелец быстро закрыл широким чёрным шарфом лицо и надвинул шляпу. Сторож без каких-либо смущений пропустил человека, приняв его за своего коллегу:
– Эдди, а, это ты? Что с тобой? Опять простудился?
Вдруг незнакомец ловко скрутил вялого и сонного сторожа, проделал на нём некий приём, и сторож обмяк.
– Приятных снов. А мне – приятного аппетита, – сказал тихо незваный гость и пробрался за дверь.
Через некоторое время он уже убегал от преследующего сигнала тревоги – а тревогу поднял пришедший в себя сторож. Он убегал и уносил с собой пищащий и шевелящийся мешок.
Его не поймали. Даже не увидели, куда он побежал. Его следы оборвались посреди дороги – их закрывали капли крови тех обезьян. Снег не выдал его следов, словно он взмахнул в воздух. Или испарился.
***
– Клот, вставай! – меня разбудила мама.
Я встала без возражений. Маме надо помочь убраться в доме, сходить в магазин, вынести мусор, взять газету. Слишком много всего странного вчера было. Вначале Морена дала советы и наставления, потом Скотт Багстер повёз меня в убежище вервольфа, чтобы решать – убить меня или оставить в живых. А там выяснилось вдруг, что напавшие на Скотта "гопники" – демоны, и теперь эти демоны охотятся за мной, чтобы выкачать все жизненные соки. Вдобавок к этому Багстер утверждает, что я "не человек", а сам он – Знающий и может различать, кто демон, а кто не демон.
Хороший винегрет в голове, не так ли? Причём вчера, когда мы возвращались на машине от странного места, где произошла моя встреча с вервольфом, разговор со Скоттом не клеился. Мальчишка был слишком погружён в себя или в управление автомобилем, да и я тоже много думала, слишком много, чтобы оставалось ещё время задавать вопросы. Я надеялась, что со временем всё выясню. Морена же говорила, что я должна узнавать всё постепенно! Я ей верю. Поможет ли то, что она мне дала в маленьком мешочке? Хотелось в это верить тоже.
Вначале я пошла по магазинам и помойке – выносить мусор. Проветрить мозги не мешало с утра. Купила молоко, решила взять сегодняшнюю новостную газету. Листая её, наткнулась на статью в разделе «Таинственные преступления дня». Называлась статья «Необъяснимое ограбление Главного Зоопарка». Мои глаза так и впились в текст.
Ночью, с 4 на 5 января, пока я безмятежно спала, некий злоумышленник забрал несколько больных шимпанзе, которых готовили к усыплению – ветеринары нашли у них смертельно опасный вирус. Примечательно, что сторож принял вначале вора за своего коллегу. Преступник владел приёмами борьбы, он на короткое время оглушил сторожа. Несчастный даже не разглядел лица бандита: утверждает, что его коллега так же ходит, закутав лицо в шарф и надвинув шляпу.
Что же получается? Грабят зоопарки, обескровливают трупы, разыскивают вервольфов. Город бесится. Наверное, кругом все перепились шампанского и объелись оливье! Весело.
Я уже сделала все домашние дела и сидела за обедом, когда мама позвала меня к телефону.
– Клот, там тебя спрашивает какой-то маленький мальчик, – позвала она меня удивлённо.
Её удивление передалось мне:
– Это точно не Пит?
– Клот, ты что? Такой голос – ему лет десять! Я ведь Пита знаю, ни с кем не спутаю. Может, там ошиблись? Хотя спрашивали именно Клот, а не Клотильду.
Я подошла к телефону. Мне звонил Багстер.
– Клот, это я. Надо встретиться с тобой. Я хочу тебе кое-что показать. Это очень важно!
Вот это номер! Я спокойно проговорила:
– Конечно, важно! Минуточку… Откуда ты взял мой телефон? – спросила я как можно тише, чтобы мама не услышала.
– Ну, ты ведь получала год назад паспорт, ты есть в базе данных. А там – всё про тебя. Судя по базе данных, ты действительно Клотильда Итчи, живой существующий реальный человек. Встретимся в центре зала на станции метро "Серебряная улица" ровно в три.
– В три ночи? – машинально спросила я – настолько я привыкла, что всё, что связано со Скоттом, должно происходить ночью.
– Нет. Сегодня в три часа дня.
Скотт, не дожидаясь моего ответа, положил трубку. Его голос спокойный, но я уловила в нём тревожные нотки.
– Кто это был? – спросила моя любопытная мама.
– Из музыкальной школы, старый знакомый, из класса младше. Мы ходили с ним на фортепьяно практически в одно время. Он про какие-то ноты спрашивал, – сказала я то, что первым пришло в голову.
Мама поверила и полностью удовлетворилась ответом. Не говорить же ей – «это был тот малый, которого я спасла от демонов»?!
***
Мы вышли из подземелья. Уже темнело. Зимой очень рано темнеет. Серебряная улица – в самом центре Укосмо, это одна из нескольких модных прогулочных улиц города. На ней находились сплошные кафе и бутики, и всегда было людно. Мы шли абсолютно молча по направлению к Главному Универмагу Укосмо. Я ждала, пока Скотт будет говорить первым – ведь он же меня вызвал. Но в конце концов я не вытерпела безмолвия мальчика из перехода:
– Так что ты мне хотел показать?
– Я знаю, каково быть не-человеком и не знать этого. Тебе будет трудновато всё постигать, но это необходимо. Раз свой путь ты выбрала таким. Йэн сказал – тебя неплохо бы обучить. Я начну рассказывать тебе некоторые положения.
Я решила внимательно послушать. Мальчик не смотрел на меня, он говорил тихо, немного взволнованно. Боялся, что я не поверю ему? Но я готова ему поверить. После того случая в переходе, когда я погналась за ним.
– Есть вещи, которые невозможно постичь простому человеческому разуму – разум не приемлет таких вещей. Одна из них – это Знание. Сейчас я попытаюсь понятнее объяснить тебе.
Мы отошли в безлюдный дворик с оживлённой улочки, благо таких двориков в районе старого города много. И подошли к стене дома. Около неё валялся кусочек стекла. Скотт поднял его и стал что-то чертить на заледенелом снегу. Я увидела контур человека.
– Это человек, – подтвердил паренёк. – Любого человека окружает аура.
Пока я не слышала ничего нового. Я, к счастью, не относилась к тем глупцам, которые не верили даже в существование ауры. Работая в ТДВГ, я читала много специализированной литературы по этой теме.
– Мой Дар – несколько особый, чем обычное Зрение. Мне говорили, что Знающий может видеть цвет, толщину, силу ауры. Я же вижу только ауру над головами. Аура головы незамкнута и уходит далеко вверх, в космос, это канал, который соединяет людей с биоэнергоинформационным полем. То есть кто-то из учёных называет это биоэнергоинформационным полем, а на самом деле это Пространство Абсолютного Света. Называется такое соединение ауры головы с космосом надауральный столп.
Пока эта теория не казалась мне сверхъестественной. Багстер говорил общеизвестные вещи. Я читала и про энергоинформационное поле, и про чакры, и про то, что седьмая чакра, что над макушкой человека действительно соединена с космосом. И восточные йоги, раскрывая её и научаясь ею пользоваться, так достигают просветления и нирваны. Также я знала теории о том, что все мысли материальны, и что человек подумает – так это и аукнется по Вселенной, а потом откликнется. Не раз даже проверялось на житейской практике. Между тем мальчик из перехода продолжал:
– У обычных людей этот столп пустой, просто трубка, пустая стеклянная трубка. У не-людей в этой трубке присутствуют сверхъестественные энергетические субстанции и образования. Я называю их показателями статуса. Это показатель того, что твоя миссия тут быть не свободным человеком, который может выбирать свою жизнь и делать что заблагорассудится, а что ты имеешь дело, долг, отличающий тебя от людей. И это дело, долг, миссия не всегда позволяет тебе даже вмешиваться в человеческую жизнь. На самом деле они называются Метки. По таким меткам я могу распознавать людей и не людей.
– Ты можешь видеть ауры? Это и есть Зрение? – уточнила я.
Также я знала, что есть такие люди, которые читают ауры, в этом нет никакой фантастики. Но про Метки я слышала впервые.
– Да, это Зрение или Знание. Я вижу не всю ауру, только метку. Знающие не так счастливы, как кажется. Знание чуждо и непонятно людям и опасно для не-людей – ведь они предпочитают, чтобы о них никто не знал, что они не-люди. По мнению людей, я чокнутый чудак. По мнению не-людей, я знаю слишком много и могу помешать в их тёмных делах. Так вот, в твоём ауральном столпе что-то есть.
Я прищурилась на Скотта. К чему он клонит? Только что говорил что-то про свободу выбора, свободу жить как хочешь, и про то, что те, у кого Метки, якобы рабы или неполноценные. И обязаны что-то делать или не делать. Как такое может быть? Я всегда считала себя человеком, обладающим свободой воли, свободой выбора! Разве я не выбрала то, что меня окружает, мою жизнь, мои события?
– Я увидел твою Метку в самом начале, – Скотт поднял на меня светлые проницательные глаза.
Его взгляд похож чем-то на взгляд Морены – подумала я в тот миг.
– Поэтому у меня были основания тебя бояться, и я убежал от тебя. Но ты не думай, что ты там какой-нибудь детёныш, зачатый гуманоидом, раз ты не-человек. Я попытаюсь тебе объяснить, кто такие не-люди. Вот, как раз: видишь, там стоит мужик, – Скотт показал мне на стоящего в отдалении человека, который на нас – ноль внимания. – У него я тоже что-то вижу. У него такой показатель статуса, который я встречаю чаще всего. Эти Метки разные, я уже научился их классифицировать. У того человека – Метка, которая обычно бывает у экстрасенсов, гадалок и ясновидящих. А ещё у духовно развитых людей, у гениев, поэтов, учёных или у людей с очень большим интеллектом, которые озабочены не мелочными шкурными интересами, а чем-то более возвышенным. И тем не менее, это люди. Люди, которые из-за своего высокого развития взяли на себя ответственность и обязательства служить своим Даром, талантами, способностями другим людям. Но такую Метку, как у тебя, я вижу впервые. Она у тебя даже не такая, как у вампиров, вервольфов и магов. Это нечто невероятное, Клот, скажу тебе. Когда я увидел, я первые мгновения подумал, что ты – главная у этих трёх демонов, что ты представительница чужеродного зла, и пришёл в ужас.
Я проглотила это. Чего только не услышишь о себе из уст постороннего! Людям порой кажется, что они знают о тебе больше, чем ты сам, а на самом деле послушать чужие сплетни других о тебе – лишний повод поудивляться и посмеяться. Теперь всё в некоей степени стало на места: понятно, почему мальчик из перехода дал от меня дёру.
– Ты можешь ещё что-то видеть, кроме этих Меток?
– Я могу видеть иногда энергетические следы на зданиях, машинах, предметах. По Меткам я ещё могу различать людей, на которых наложили порчу – в ауральном столпе появляется особая чернота.
– Карамба… Вот это дела, – проговорила я, не зная, не верить ли мне в эти бредни или всё-таки прислушаться? – И много ли таких, как ты, бродит?
– Знающих гораздо меньше, чем любых других не-людей. Знающие вынуждены скрывать свой Дар. Они долго не живут. По понятным причинам. Не-люди очень маскируются. Многие используют особый вид магической защиты или гипноза, которые называются Мантии Тени или Мантии Невидимости. Даже два не-человека, стоящих рядом, порой не могут догадаться друг о друге. Не в интересах не-людей, чтобы кто-то узнавал их.
– Сколько не-людей в мире? И кто они вообще такие? – начала я выуживать из своего маленького приятеля информацию.
– Не-людей достаточно много. Ещё их называют Гостями, именно из-за их Меток. Метка – это показатель чужеродности. Любой не-человек здесь не хозяин, а только Гость, но Гость, имеющий тут своё дело.
– То есть полезный Гость, – добавила я.
И невольно подумала о меткости аналогии с гостями: не далее как позавчера у нас гостили Прэйны. Я, мама и папа в нашем доме делаем что хотим, имеем "свободу выбора", больше возможностей. А Прэйны – ограничены статусом гостей. Они, к примеру, не могут спать на наших кроватях без спросу или пользоваться нашими зубными щётками. Пришли и ушли. Но когда пришли – их миссия – вести вежливые разговоры с мамой, принимать угощение, обмениваться подарками. Так какая, интересно, миссия, у не-людей?
– Да, в общем, не-людей много, но не так уж, чтоб совсем, но их можно всё-таки встретить в населённых пунктах, – уклончиво отвечал Скотт. – Чаще всего мне попадаются такие, как тот мужик – это люди, которые нашли в себе некие сверхспособности или просто духовно развитые, талантливые люди. Есть ещё Силы Зла, ведьмаки, магоги, бессмертные – за всю свою жизнь я встретил двух таких бессмертных, они называют себя горцами. Есть призраки – их я тоже периодически вижу – на кладбищах, в заброшенных зданиях. Особая категория не-людей – это вампиры и вервольфы. И у них у всех различаются Метки. Пойдём потихоньку в Главный Универмаг. Я тебе скажу о второй вещи, которую тебе надо тоже знать.
Я была настолько поражена и удивлена, что не посмела даже слова вставить. Скотт, ведя меня в сторону большого старинного здания Универмага, начал по дороге:
– Эта вторая вещь очень опасная, особенно для таких, как я. Она называется Капкан. Между прочим, это и есть та причина, по которой ты за мной погналась и преследовала меня. Я только недавно понял, что сам неосознанно применил его… Особенно учитывая, что сказал про тебя Йэн и что скоро будет Битва. Капкан вызывается мощным энергетическим посылом, который превращается в силу, способную перекрыть волю. Этот пучок энергии направляется в сторону того, кого ты хочешь поймать, затянуть в Капкан. В тот момент, когда ты меня встретила, я направил в твою сторону своеобразный энергетический импульс, сам не зная этого. Это получилось от страха. Страх усугубился, когда ты за мной побежала. Хотя всё было естественно – я заловил тебя в Капкан! Ты же ведь бежала за мной против своей воли?
– Всё так, – подтвердила я, затаив дыхание.
– А раз страх у меня усугубился, у тебя появилось ещё большее желание догнать меня. Йэн рассказывал, что это Капкан Жертвы – такой Капкан, который непроизвольно выдаёт жертва для невольного охотника, а охотником была ты. Но в тот момент мне было не до Капканов – я видел в тебе опасного врага, во мне сработал инстинкт Жертвы, а в тебе – охотника.
– Но я не думала тебя убивать! Мне хотелось тебя просто догнать, – растерянно пробормотала я.
– Да, догнать. Ты сама стала жертвой моего же капкана.
– Голова кругом идёт… – призналась честно я.
– Клот, теперь я буду вынужден перейти к основному делу, почему мы идём в Главный Универмаг, – Скотт тревожно и пытливо на меня взглянул. И даже взял меня за руку.
Маленький напуганный мальчик из перехода. Он старается держаться храбрым и сильным, командует мной, учит меня как салагу, а между тем нуждается во мне как в старшей сестре, покровительнице.
Мы в этот момент уже входили в Универмаг. Это блистающее здание с яркими огнями и умопомрачительными витринами, всё в великолепии и в роскоши, красивая жизнь красивых людей. Ещё универмаг так украшен к новому году, что в глазах всё пестрит. Повсюду наряженные ёлки, атрибутика Нового Года. Пока я невольно разглядывала витрины, мимо которых мы проходили – в Главном Универмаге я не была давно, Скотт продолжил тихо меня просвещать:
– Кто-то применил на меня такой же Капкан. Но этот гораздо слабее, он оставляет за мной право выбора. То есть во мне осталась воля подчиняться ему или не подчиняться. Уже полтора часа как он меня зовёт к себе. Капкан применяется не-людьми. Этот не-человек сейчас здесь, в Главном Универмаге. Я вызвал тебя, потому что ты согласилась помогать мне и Йэну. Один я прийти сюда побоялся. Хотя этот не-человек использует свой капкан в людном месте и в белый день, всё равно один бы я не пошёл. Ты – единственная, на кого я мог рассчитывать.
– Я понимаю тебя, Скотт, – после небольшого обдумывания ответила я. – Ты правильно сделал, что доверился мне. Я готова подстраховать тебя, – моя рука инстинктивно легла на пояс – там у меня спрятан степлер Демоуса.
Скотт медленно проговорил, останавливаясь посреди галереи первого этажа:
– Сигнал исходит с самого верха…
Архитектура Главного Универмага следующая: первый этаж представляет собой прямоугольник с полом, а второй, третий и четвёртый этажи – такие же прямоугольники, только без середины – как рамки. Рамка на рамку, и наверху эти «рамки» соединяются мостиками-переходами. А на самом верху – стеклянный потолок и небо.
Мы со Скоттом почти одновременно подняли свои головы и впились глазами в переходной мостик четвёртого этажа. Там, на нём, в середине, стояла женщина и смотрела прямо на нас. Я даже почувствовала на себе её взгляд!
– …от неё! – договорил мой подопечный свою фразу с большим изумлением.
– Поднимемся, – смело предложила я. – Узнаем, что ей от нас надо.
Мальчик прищурился, используя свой Дар. Потом испуганно и удивлённо констатировал:
– Кажется, она – вампир! Или ведьма… Ведьма-вампир.
Отлично, этого ещё не хватало! Я думала, вервольфа и троих демонов будет более чем достаточно в этой катавасии с не-человеками.
– Тогда, может быть, помашем ей ручкой? – предложила я разумное.
Скотт пересилил себя – он был вот-вот готов согласиться – кажется, у мальчика вампирофобия.
– Нет, – выдавил он. – Она не принадлежит к Силам Зла. Надеюсь, она не станет кусать нас прямо здесь, ведь Капкан она применила в людном месте, – размышлял Знающий.