Катакомба

Вводная (вместо пролога)

Моя первая в этом году миссия началась в первых числах января в просторном кабинете Айры Спенсер. Опытный психоаналитик и психотерапевт, Айра между консультациями занималась расследованиями аномальных явлений – как и всякий агент Только Для Ваших Глаз.

– Одна моя клиентка считает себя сумасшедшей, – приступила Айра к вводной. – Но я считаю, что то, что она мне рассказала, попахивает мистикой по нашей части. Я не могу оставить это без внимания.

Айра, крупная представительная дама, сидела в глубоком уютном кресле. Я сидела в таком же, напротив. Между нами столик, на котором по мере её рассказа появлялись секретные материалы. Мы знакомы с Айрой больше двух лет, сама я ни разу не обращалась к ней как клиентка, но она многому меня обучила в рамках подготовки меня как агента ТДВГ. Всегда предупредительна, отзывчива, Айра профессионал экстра-класса. Меня она считала ученицей, поэтому не в первый раз доверяла помогать в особо секретных расследованиях. Мне льстило это внимание, при этом я не считала себя до конца его достойной. Я решила, что сделаю и в этот раз всё возможное, чтобы подтвердить ожидания Айры.

– Ещё до нового года, в двадцатых числах декабря, мы начали это расследование совместно с Ирис, собственно, именно с ней мы и пришли к такому заключению о мистике, – упомянула Айра нашу коллегу Ирис Ораникс. – Время идёт, мы понимаем, что без третьего помощника не справимся. Поэтому я решила подключить тебя.

Моя клиентка, Милена Неверри, происходит из богатой семьи. Её предки – судовладельцы, торговцы, накопившие громадные состояния. Один из её пра-прадедов по линии отца около ста лет назад приобрёл графское имение в районе города Лета – усадьбу Лесное Сердце. После его смерти там жил прадед Милены, после его смерти – дед, после смерти деда – дядя Милены Икабод Неверри, старший брат её отца, вместе с женой Элеонорой.

Родители Милены трагически погибли, когда девочке было четыре года. Отец Милены – младший брат Икабода – тоже унаследовал часть богатого состояния деда. Благодаря этому состоянию Милена имеет просторный богатый дом, никогда ни в чём не нуждалась и сейчас смогла построить бизнес.

Милене двадцать один год. После смерти родителей её воспитанием занялись дядя и тётя. Они несколько лет жили с ней, воспитывая её в доме её родителей, который находится недалеко от Укосмо. Они были заинтересованы, чтобы девочка получила лучшее образование, отдавали её в самые элитные пансионы. Милена слишком рано стала самостоятельной и быстро обучилась школьной и вузовской программе – в семнадцать лет она получила первый диплом по экономике и маркетингу, в двадцать – второй и третий дипломы по финансам, менеджменту и открыла своё дело.

Когда Милена стала совершеннолетней, её дядя и тётя уехали жить в Лесное Сердце. Милена никогда там не была, однако дядя и тётя очень любят этот старинный дом с историей. Они показывали ей фотографии, рассказывали, как там красиво и интересно. Своих детей у Икабода и Элеоноры нет. Они хотят передать усадьбу в наследство Милене, тем более что она стала совершеннолетней. В противном случае усадьбу может отобрать правительство как объект культурного наследия, но Икабод и Элеонора настаивают, чтобы там жили их потомки.

Сумасшествие Милены заключается в том, что она не хочет становиться наследницей своей фамильной усадьбы. Потому что ей снятся кошмары и мучают фобии, связанные с нею. Начались они незадолго до нового года. Милена пыталась связаться с дядей и тётей, но у тех уже несколько недель не отвечает телефон. Милена сильно обеспокоена, а поехать туда не может – её одолевают иррациональные страхи, что ей ни в коем случае нельзя появляться в этом доме.

Можно всё списать на блажь и посоветовать Милене съездить в Лет, нанять там детективов, заявить об исчезновении родственников. Если бы не результаты исследований Ирис.

Здесь Айра выдержала паузу, подготавливая новые материалы. На столе уже появились фотографии Милены, её пожилых родственников, карта окрестностей города Лета.

Милена выглядела молодо для двадцати одного года – она казалась моей ровесницей. Сложно поверить, что у девушки свой бизнес. Со снимка смотрело красивое лицо с тонкими чертами. Светло-голубые большие глаза, бледная кожа и маленькие ярко-алые губы делали её похожей на хрупкую куклу. Волосы светлые, густые. Я подумала, что это давняя её фотография, возможно, сделанная, когда Милене было лет шестнадцать.

Родственники её выглядели "обычными". Дядя Икабод чем-то походил на вузовского преподавателя или учёного: немного растрёпанные седые волосы, очки, мечтательная улыбка. Взгляд его мне показался добродушным. Тётю Элеонору можно назвать "бабушкой божьим одуванчиком": седые волосы, пучок, пухлое приятное лицо.

– Есть пока какие-либо вопросы? – удостоверилась Айра.

– И да, и нет. Я готова выслушать всю информацию по вводной до конца, возможно, часть из них снимется. Но я бы хотела прояснить: у Милены какие отношения с её родственниками? Конфликты есть? – осторожно спросила я.

– Молодец, зришь в корень. Нет, конфликтов нет, но вопрос правильный. Наоборот, они души друг в друге не чают. У тёти Элеоноры к сожалению болезнь, из-за которой она не могла иметь детей, а сейчас она старше шестидесяти лет. Милена ей как дочь. А дядя – художник, творческий человек, вдобавок увлекается историей. Ему даже в каком-то смысле хорошо, что нет детей – пришлось бы пожертвовать творчеством, становиться более ответственным. Дядя в этой семье по сути большой ребёнок, а Элеонора – заместитель его матери. Это могло обусловить то, что Милена рано стала взрослой: большую часть заботы и внимания Элеонора уделяла мужу, хоть и обожает Милену. Ну это я так, о своих профессиональных психологических заморочках, – улыбнулась Айра.

– Художник? Как интересно. А что за историей он увлекается?

– В основном древней, а также историей книг. У него есть вредная привычка: нормальные люди покупают сигареты и алкоголь, либо на худой конец одежду, косметику и мобильные телефоны, а он – книги. Каждую неделю по несколько штук – познавательных, исторических, в основном старинных у букинистов и коллекционеров. Благо деньги на это есть: несколько его картин заказывают состоятельные клиенты. Это устроила Милена. Её бизнес связан с инвестициями в искусство и организациями выставок. Поясню один момент, о котором я упоминала вскользь, и он возможно для тебя не понятен.

Пока Милена росла и училась, Элеонора постоянно находилась здесь, с ней. А её супруг постоянно был в разъездах – то уезжал за книгами, то путешествовал, ища вдохновения для картин, но большую часть времени проводил в Лесном Сердце. Когда Милена подрастала и была уже подростком, Элеонора тоже стала отъезжать в Лесное Сердце на более продолжительное время, чтобы быть ближе к супругу и заботиться там о нём – он же иногда так увлекается, что забывает себе приготовить поесть. Милена призналась, что всякий раз, когда тётя предлагала её туда свозить – то с ней что-то случалось, то её сковывал тот самый иррациональный ужас, на который она мне жалуется.

Получилось так, что Милена так и не была ни разу в усадьбе, зато Элеонора и Икабод там проживали и проживают большую часть года. Лишь когда у Милены в её пансионах и колледже были каникулы, семья воссоединялась здесь в Укосмо. Когда Милене исполнилось 18, Элеонора и Икабод решили предоставить ей полную свободу, не стеснять её и заняться Усадьбой, её ремонтом, уходом за садом, потому что ожидают, что Милена в любой момент туда приедет, чтобы вступить в права наследства. Они хотят уже при своей жизни переоформить Усадьбу на неё.

Когда ты спросила о конфликте – конфликт проявляется как раз в этом. Дядя и тётя, ближайшие любимые родственники Милены, искренне хотят, чтобы девушка получила ещё один дом, принадлежащий ей по праву. Милена отказывается —у неё есть её собственный дом и деньги, её родственники живы-здоровы. Есть ещё страхи Милены.

Милена поддерживала связь с дядюшкой и тётушкой примерно раз в неделю. Они созванивались по телефону. В последний раз она звонила им пятнадцатого декабря. Потом звонила в двадцатых числах, несколько раз – никто не брал трубку. Есть версия, что они могли уехать на Новый год – например, путешествовать, чтобы дядя получил вдохновение для своих картин. Они могли отправить Милене открытку – она могла не дойти, на почте всякое случается. Но Милена забила тревогу.

Теперь о том, что раскопала Ирис. Тебе ещё предстоит встретиться с ней, обсудить это подробно.

С этими словами Айра положила передо мной папку, в которой находились распечатки.

– Это конспект Ирис по её изысканиям об усадьбе Лесное Сердце, о её истории. Выжимка из тех источников, которые она проштудировала.

Бумаг немного, вдобавок Ирис набирала текст конспектов крупным шрифтом, видимо, чтобы было удобно читать. Я начала их просматривать.

Ирис писала, что усадьба Лесное Сердце стоит на месте сильнейшего энергетического выплеска или в геопатогенной зоне. Под Лесным Сердцем вполне возможно находятся затерянные в недрах пещерные подземные ходы и даже города, сооружённые древними цивилизациями. В окрестностях города Лета жители часто видели НЛО, светящиеся шары, слышали звуки и гул из-под земли. Сама усадьба древняя: построена в конце 17-го века на месте развалин средневекового замка, который принадлежал рыцарскому ордену Чёрной Розы. Это мало известный орден, его адепты якобы занимались колдовством или коллекционированием магических предметов. Когда усадьбу построили, несколько десятилетий она принадлежала пиратам, и в ней был разбойничий притон. Потом пиратов перевешали и усадьбой завладела династия графа, дальними родственниками и потомками которой является семья Неверри – начиная с прапрадеда Милены по имени Джакомо и заканчивая Икабодом и самой Миленой.

– Как тебе домик, Клот? – не без иронии спросила Айра, когда я закончила читать.

– Идеальное место, чтобы провести школьные каникулы и написать потом сочинение, чем я занималась, – подыграла я. – И что, дядя и тётя Элеоноры НЛО не видели?

– Мы не знаем об этом. По словам Милены, они-то как раз обожают усадьбу, постоянно говорят о ней, о том, как им нравится там всё обустраивать. Вернее, обустраивать хозяйство, дом и сад нравится Элеоноре, а Икабод отмечал, что там идеальное место для творчества.

– Милена знает эту информацию? Про НЛО, про рыцарей-колдунов?

– Нет. Ирис раскопала это на днях. Накануне она несколько ночей провела в библиотеке. Многие из источников могут быть легендами и домыслами. Сегодня про любой дом можно сказать, что он построен на месте языческого кладбища, которое там было лет восемьсот назад. И тем не менее люди продолжают жить, никто ни в какие порталы не проваливается.

– Карамба, Айра! Тут в этих конспектах прямым текстом говорится о том, что у дома непростая энергетика. И как только Элеонора и Икабод этого не чувствуют?

– Вот твоя миссия и будет состоять в том, чтобы побыть в этом доме. Осмотреть изнутри, понять, что за место, почему Милена, которая не была там ни разу в жизни, боится даже думать про Лесное Сердце. Берёшься?

– Конечно же берусь! – я с готовностью вскочила.

Посещать подобные места я любила. Там, где загадка, там, где тайна – моё место.

– Ты можешь разочароваться. Приедешь туда, погостишь у добрых бабушки и дедушки Неверри, и выяснится, что то, что Ирис конспектировала в течение нескольких суток – не более чем выдумки. А может оказаться всё с точностью до наоборот. Но мы с Ирис пошли ещё дальше – подняли архивы ТДВГ. И обнаружили, что про усадьбу Лесное Сердце никто не заявлял, что там творится чертовщина. Всё, что описала Ирис здесь в своих конспектах – относится к окрестностям Лета, к району, больше из области краеведения, городских легенд. Если бы усадьба раньше проявила себя как активная аномальная зона – мы бы как агенты ТДВГ об этом узнали.

– Есть предположение, что Элеонора и Икабод в доме? – уточнила я.

– Всякое может быть. Перебои со связью, телефонисты в новогоднем отпуске. Либо дядя с тётей уехали на пару дней – в эти пару дней Милена и звонила – потом вернулись, а потом не услышали телефон. Если они в доме или вернутся в те дни, пока ты будешь проводить там расследование, мы снабдим тебя легендой. Тебе не придётся иметь проблем с тем, как объяснить, кто ты и что ты там делаешь. Завтра утром мы с тобой едем в офис Милены, познакомим тебя с ней. Она даст тебе рекомендательное письмо и представит тебя как свою подругу, которая увлекается искусством. И которая от имени Милены привезёт дяде и тёте новогодние подарки, потому что сама Милена из-за своего бизнеса приехать не сможет. В общем, смысл понятен.

– Завтра утром встреча с Миленой? А когда мы поедем в Усадьбу?

– Сразу после встречи с ней. Дорога не близкая – часов восемь-девять в одну сторону.

– Что конкретно там нужно найти? Просто подтвердить вот эти гипотезы, которые нашла Ирис? – уточнила я.

– Найти Истину. Перед тобой не стоит задача выяснить, в чём причина того, что Милена думать боится об этой усадьбе. Нет задачи найти дядю и тётю. Есть задача посмотреть своим взглядом, что там. Поощущать себя. Некоторые люди отличаются повышенной сензитивностью, эмпатией, могут улавливать энергию тонких полей, энергетику вещей. Например, войдя в комнату, где совершилось убийство или произошёл конфликт, такие люди могут сразу почувствовать себя плохо – в то время как другие вообще ничего и никак не заметят.

– Ну, в этом плане я так себе медиум. Я же не экстрасенс. Если снабдить меня лозой, рамками, маятником – я же пользоваться этим не умею… – проговорила я, немного растерявшись.

– Этого не требуется. Твоё сердце, ум, глаза, опыт и здравый смысл – лучший маятник и лоза, – успокоила Айра. – Чтобы понять эту усадьбу, осмотреть помещения, подметить непонятные вещи, одного дня может оказаться мало. Я предполагаю тебе дать дня четыре. Допустим, завтра вечером ты уже будешь там. А утром восьмого числа мы за тобой приедем. Разумеется, у тебя будет рация – если ты, придя в усадьбу, столкнёшься с нештатной ситуацией, ты сразу вызываешь подкрепление.

– Нештатная ситуация – это истекающие кровью трупы добрых дяди и тёти, верно? – задала я слишком прямой и весьма циничный вопрос в лоб.

Айру на мгновение передёрнуло от моей бестактности.

– Я бы не стала так утрировать. Но в целом – да. Всякое бывает, – дипломатично подтвердила она. И повторилась: – Мне кажется более вероятным моё предположение и предположение Ирис – мы обе уверены, что они уехали в новогодний круиз.

Айра выдержала паузу, затем высказала ещё мысли:

– Ты осмотришь, что там, составишь своё мнение. Ты человек с открытым пытливым умом. И ты окажешь неоценимую помощь мне и Милене. Пока ты будешь гостить в усадьбе, я попытаюсь выяснить причину фобий Милены и того, почему она всеми силами избегает туда приезжать. В то время как её дядя и тётя наезжают туда постоянно и рисуют жизнь в усадьбе в восторженных красках. Если ты побываешь в усадьбе и удостоверишься, что там всё в порядке, ты можешь этим самым подтолкнуть Милену к борьбе с её страхами. Милена очень логичная – в противном случае она бы не смогла организовать бизнес, едва став совершеннолетней. Её логика может опираться на то, что раз молодая девушка вроде тебя побывала в усадьбе и ничего не случилось – то ничего не случится и с Миленой. Я хочу построить терапию и свои доводы на этом положении.

– Буду рада помочь, – искренне высказалась я. – То, что ты мне рассказываешь – напоминает случай из детства, когда одна подружка боится заходить в тёмную комнату, а вторая не боится, и эта вторая подружка говорит первой – пойдём вместе.

– Да, всё так. Возможно, ты правда зайдёшь туда вместе с Миленой, ведя её за руку. Я уверена, что вы друг другу понравитесь, – Айра обнадёживающе улыбнулась.

– Может быть, Милену что-то напугало в детстве? Например, её туда в раннем детстве отвезли, там её что-то ужаснуло, а потом она это забыла?

– Это мне предстоит выяснить. К чему сейчас гадать. Но мне импонирует, что ты размышляешь как опытный психолог-практик, – одарила меня комплиментом моя куратор.

– Позволь задать вопрос. Возможно, не совсем тактичный, но лучше я спрошу у тебя. От чего погибли родители Милены, что за трагедия?

– Тысяча девятьсот восемьдесят пятый, последнее из сильных зафиксированных землетрясений на севере Айтали в городке Роумс. Несколько частных домов и отелей провалились в разломы. Шестьдесят четыре человека погибли и пропали без вести, среди них – родители Милены.

– Провалились под землю… Это ужасно. Ведь они могли быть какое-то ещё время живы.

– Спасатели искали этих людей несколько дней. Во время землетрясения сначала сдвинулись и разъехались породы, на которых стояли дома, дома упали, а когда произошёл второй толчок, эти породы съехались. Вряд ли кто-то выжил и минуту, скорее всего эти люди погибли быстро. Там изначально нельзя было строить ничего. Городок Роумс появился как туристский посёлок. Отец Милены – младший брат Икабода – любил туда ездить каждый сезон с женой. Они хотели взять туда Милену уже на следующий год – ей бы исполнилось пять лет. Во время их отсутствия за Миленой приглядывала Элеонора.

– Да. Жуткая история.

– Тебе нужно поговорить с Ирис. Она даст ценные указания, на что конкретнее обратить внимание в усадьбе и в окрестностях. У тебя будет время осмотреть не только усадьбу, но и сад и всё, что в радиусе одного-двух километров. Правда, усадьба большая и очень колоритная, даже если решишь не ходить гулять – скучно точно не будет.

– Насколько большая?

– Три этажа плюс чердак, настолько уютный и удобный, что там можно жить. Несколько спален и ванных комнат, бальный зал, комната для фехтования, оранжерея, рабочие кабинеты, гостиная, столовая, громадный винный погреб… Зря я тебе всё это рассказала – испортила всю романтику открытий. Но ничего: завтра тебе ничто не помешает убедиться в прелести этого дома.

– Карамба, вот это да! Ты так рассказываешь, будто сама там побывала!

– Элеонора привозила оттуда много фотографий для Милены, сделанных с таким вкусом, что хоть в дизайнерские журналы отправляй. Но Милена признаётся, что всякий раз, когда она смотрит эти фото, её бросает в дрожь.

– Бедняжка. Вот теперь я готова поставить свою шляпу, что она там была! Может быть, года в два, её туда родители возили или дядя, – вернулась я к своей гипотезе.

– Я обязательно это узнаю. Отправляйся к Ирис, а вечером собирайся. Я помогу тебе уладить формальности с твоими родителями. Скажем, что я беру тебя на экскурсию, как и в прошлый раз, – Айра подмигнула мне.

Я улыбнулась. В прошлый раз Айра тоже дала мне секретное задание: нужно было проследовать за сбежавшей из дома девушкой и её парнем в загадочное место, находящееся на краю земли. Вместо этого места я нашла аномальный город, который перемещался во Времени. Вместе с девушкой и её парнем мы с трудом выбрались оттуда. Чем-то моя эта новая миссия напоминает предыдущую.

Библиотека

Ирис была огорчена, что мы разминулись на секретной Базе и она уже уехала. Она очень извинялась, предлагая мне встречу в её личной библиотеке. Я же напротив обрадовалась возможности прогуляться сегодня вечером, вдобавок встречаться в библиотеке мне показалось более интересным, чем в привычной обстановке Базы.

– Я, право, не думала, что вы с Айрой окажетесь так шустры. Неужели вы поедете в усадьбу Лесное Сердце прямо завтра? – встретила меня Ирис у входа в библиотеку.

– Для меня тоже это сюрприз. Но я довольная, – улыбнулась я.

– Да, вот так спонтанность. Я не думала, что Айра всполошит тебя, да ещё и так быстро – я предполагала, что она сначала поработает с Миленой, а потом они на следующей неделе вместе туда поедут. Клот, а ты не боишься этого дома? Впрочем, что я спрашиваю?! Я тебя больше двух лет знаю, и если ты до сих пор выжила – это говорит явно в пользу твоего опыта и умения справляться с аномальными явлениями! – сделала мне Ирис комплимент.

Замок, а следом дверь заскрипели. Одна из самых крупных городских библиотек располагается в старом здании. Библиотека тоже старая, чуть ли не с конца 19-го века, но считается особенно продвинутой и популярной в научных кругах, имеет много наград и регалий. Она собственность Ирис – молодой учёной, которая работает в команде профессора Демоуса. Профессор Демоус обеспечивает секретной шпионской техникой всех сотрудников ТДВГ. Ирис участвовала во многих научных разработках. То, что у неё в собственности целая городская библиотека – явно говорит в пользу её гениальности.

Номинально и формально Ирис значится как директор этой библиотеки. Она однажды рассказала, что библиотека была приобретена ею у города, чтобы и она, и коллеги из ТДВГ в любой момент могли получать доступ к редким книгам, а также к конспиративному пространству. Так что библиотека хоть и записана на Ирис, фактически принадлежит ТДВГ.

Сейчас библиотека закрыта на новогодние праздники. Пока Ирис открывала дверь, я прочитала режим работы – откроется только 8 января. Это значило, что сегодня нам здесь никто не помешает.

– Проходи, раздевайся, сейчас организую нам чай. Приятно выпить чаю с мороза, – Ирис скинула пальто на вешалку и быстро удалилась в глубины читальных помещений.

Я здесь первый раз, но с Ирис настолько комфортно, что я ничего не стеснялась. Мне захотелось рассмотреть библиотеку подробнее. Сначала я зашла в уборную при входе, вымыла руки. Потом прошлась по читальным залам с большими потолками, лабиринтами стеллажей, по старому скрипящему паркету. Отметила, что здесь есть лекторий, концертная зала.

– Всё готово! Пока я сюда бежала, купила нам с тобой пирожные. Мне, право, так неудобно, что я тебя сюда выдернула! – продолжала оправдываться Ирис.

– Не стоило так беспокоиться. Наоборот, я очень рада, что ты меня сюда пригласила, – успокоила я коллегу, подойдя к ней.

Ирис устраивала чаепитие в своём директорском кабинете. Старая мебель и стены, картины в потемневших рамах, старые шторы наводили на мысли о загадочных музеях, о временах, которые здесь бурлили и кипели лет 50-100 назад. Мы на фоне этой старины казались пришелицами из другого времени.

Ирис подвижная, энергичная, небольшого роста, бойкая. Как учёная, увлекающаяся натура, трудолюбивая и творческая. Светлые кудрявые волосы до плеч, на глазах очки в толстой оправе, которые придают ей ещё более умный вид – рядом с ней даже профессор всех профессоров почувствует себя студентом-неучем. Но Ирис совсем не заносчива, никогда не кичится зашкаливающим интеллектом – напротив, она очень любезна.

– Я пригласила тебя в библиотеку, потому что здесь книги, – проговорила Ирис, наливая чай. И весело рассмеялась: – Вот так каламбур! Надо же, только что с тобой придумала новый анекдот! Я имела в виду – здесь есть некоторые книги, которые будут полезны в твоём расследовании.

– Айра рассказала, что ты тоже провела своё расследование. Я читала твои конспекты об усадьбе Лесное Сердце, проделанная работа потрясает!

– На самом деле я проделала её некачественно. Тяп-ляп, да, и всё из-за отсутствия временного ресурса… – опустила глаза Ирис. – Когда Айра рассказала о пациентке, о том, что у неё фобии про место, я стала искать всё, что связано с ним. Нашла не так много. В основном я пользовалась теми источниками, что нашла у нас на Базе. Вчера я составила подборку, которую ещё не успела проштудировать. История города Лета и окрестностей изобилует любопытными подробностями. Впрочем, как и история любого места.

Мы ходим по улицам каждый день и даже не задумываемся – а что же тут было раньше. Мы привыкли воспринимать мир вокруг себя как что-то обыденное, опостылевшее. Если бы мы хоть чуточку умели смотреть на окружающие пейзажи и здания глазами туриста, историка, краеведа – мир бы заиграл совершенно другими и поразительно яркими красками.

– Иногда то, что мы узнаём об истории того или иного места – наша профессия, наши расследования, – подхватила я мысль, высказанную Ирис. – Например, в позапрошлом году мы узнали, что на месте квартала Хороший Путь было языческое поселение, где вызывали богов и духов сна.

– Вот и я о том же. Считаю, что любой мало-мальски старый или заброшенный дом должен проверяться нашими агентами на регулярной основе. На предмет аномальной активности и всякого такого, – высказала мнение Ирис. – Попей пока чай, поешь пирожные, я сейчас принесу тебе книги.

– Те, по которым ты делала конспект? – уточнила я.

– И те, и другие, – пояснила Ирис. – Многие воспринимают книги как что-то ненужное. Мол, стоят, собирают пыль. Но книги бывают разные. Бывают такие, которые спасают жизни. Бывают такие, которые убивают, по-настоящему убивают. Потому что книги пробуждают мысли, а на мыслях держится вообще всё. Нас бы не было, цивилизации бы не было, если бы не мысли. Дети бы не рождались, если бы не мысль родителей завести детей. Мы все – продукт мыслей. И то, что мысль материальна – уже не кажется вымыслом фантастов.